Учителей никто не любит

   Недж с группой белых медведей вступил на территорию сурового осьминога Сэма. Они нехотя приходили сюда каждый день. Приходили, потому что здесь была рыба — источник жиров, белков и витаминов, так необходимых их группе. А нехотя — потому что Сэм был очень жестоким.


   Между собой они называли его «Прилипала Сэм Ужасный». Во-первых, потому что это был огромный страшный осьминог с щупальцами, целиком покрытыми круглыми присосками, которые норовили прилипнуть к белой шёрстке медведей. Казалось, если он вцепится, то шансов выбраться живым нет. Во-вторых, если медведи хотели продолжать находиться на его территории, они обязаны были посещать уроки рыболовства, которые давал Сэм.


   Осьминог никогда не улыбался, у него всегда было одно и то же суровое выражение лица. Никто не понимал, где находится рот прилипалы Сэма: казалось, звук идёт откуда-то из глубины его огромного тела. Но больше всего пугали чёрные глаза, которые неподвижно следили за медведями.


   Недж не так давно находился в стае и пока ещё только разбирался в тонкостях выживания. В группе была его мамка, которая покровительствовала ему, если он был послушен её воле. Она защищала его от других, более старших медведей и, конечно, от злобного Сэма. Бегая по поручениям мамки, Недж познакомился с другими медвежатами и иногда сбегал к ним на свободные от старших медведей и Сэма территории.


   Здесь младшие медвежата чувствовали себя большими и вели серьёзные разговоры о жизни. Одни важно размышляли о том, что не боятся старших, что уважение к ним показное и что они вообще не нуждаются в том, чтобы находиться здесь. Им казалось, что в любой момент они могут покинуть зону «Прилипалы Сэма Ужасного», уйти на другие территории и там стать большими медведями со своими «медвежатами на побегушках». Другие считали, что можно до старости притворяться медвежонком, потому что это очень удобно. Можно сделать испуганные глаза при любой опасности — и старшие медведи обязательно прибегут спасать, параллельно выполняя за тебя свои же поручения. Ещё утешать будут и уговаривать, что всё не так уж плохо, а в конце дадут кусочек сладкой рыбки, которую сами нашли на берегу вместо своего медвежонка.


   Недж очень быстро сообразил, что, посещая уроки Сэма, на самом деле никто не планировал учиться. Старшие медведи, злоупотребляя властью, заставляли медвежат садиться ближе к учителю, а сами, пользуясь тем, что их не видно, вели посторонние разговоры. Когда Сэм обращался к ним, они незаметно закатывали глаза, притворно-вдохновенно отвечали на вопрос, а когда Сэм возвращал своё внимание к медвежатам, снова отвлекались на посторонние беседы.


   Медвежата помладше тоже были уверены, что это пустая трата времени. «Ну что за бред! — говорили они. — Всегда медведи ловили рыбу лапой. Рыба сама всплывает, чтобы подышать, — вот тут её и надо брать! А если не всплывает, то извините: что мы можем сделать?»


   Сэм предлагал уму непостижимые варианты: прыгнуть в холодную воду и шарить по дну в поисках пищи. Он считал, что если планомерно исследовать дно или разом броситься в ледяную гладь, то обязательно будет хороший улов. Другая безумная идея Сэма заключалась в том, чтобы взять в руки удочку и часами сидеть в ожидании клева.


   Сэм доказывал, что его варианты рабочие. Он прыгал в воду и доставал оттуда то форель, то осетра. Но ему легко говорить: у него щупальца и холодная кровь, которая не стынет. В другой раз Сэм заставил медведей сидеть и смотреть, как он ловит на удочку. Он поймал целых десять рыб породы лососёвых, но опять же — разве это занятие для медведя? То ли дело осьминогам — им в самый раз, они для этого приспособлены лучше. В конце занятия прилипала Сэм делил улов. Старшие медведи жадно ждали, кому достанется самая жирная порция, брали её и уходили. Кто-то был доволен, а кто-то считал, что его незаслуженно обделили. Но все сходились в одном: прилипала Сэм ужасен. Он мог бы просто давать им рыбу, а не тратить их время. Самые смелые утверждали, что это вообще обязанность осьминога — подбрасывать медведям рыбу.


   В силу своей юности Недж не мог понять: почему старшие медведи говорили, что надо учиться у Сэма, а сами этого не делали? Почему они высмеивали методы учителя за глаза? Наверное, всё это медвежонок поймёт потом, когда станет большим и важным медведем. Когда научится правильно хмыкать с загадочной улыбкой и с нужной интонацией произносить: «Ты же сам понимаешь».


   Наступило очередное утро, и группа сонных белых медведей вновь пришла на учебную площадку. Старшие расположились подальше от Сэма, чтобы досмотреть свои сны, младшие сидели перед ними, втайне надеясь на короткое и лёгкое занятие, потому что хотели бежать по своим делам.


   Между Сэмом и медведями пролегла проталина с водой тёмно-синего, почти чёрного цвета. Прилипала Сэм Ужасный обхватил своим щупальцем удочку и показывал, как она устроена. Остальные его щупальца опасно раскинулись по всей окружности осьминога. Казалось, если подойти к нему слишком близко (с любой стороны), они тебя тут же схватят и начнут душить. Глаза Сэма располагались прямо там, где все щупальца собирались воедино, образуя голову спрута. Этот грозный взгляд пугал медвежонка едва ли не больше, чем смертоносные конечности. На самой верхней части тела прилипалы Сэма, которая, видимо, была его головой, располагались змееобразные дреды. «Наверное, ужасно быть осьминогом и так выглядеть», — подумал медвежонок, с любовью осматривая свою белую шубку.


   Недж решил, что позже станет равнодушным и ленивым медведем, а сегодня попробует поймать свою первую рыбку — очень уж есть хотелось. Он аккуратно подошёл к воде, набрал в грудь воздуха и прыгнул всеми четырьмя лапами в неизвестность.


   «Плюх!» — издала вода. Медведи проснулись и испуганно замерли, не понимая, что происходит. Недж стоял по колено в воде. Оказалось, что там совсем неглубоко. Медвежонок удивлённо обнаружил, что ледяная вода всего лишь приятно охлаждает его шкуру. Ему нисколько не хотелось пулей вылетать из реки от холода — зря они этого боялись. Он взглянул на тёмную водную гладь и заметил сверкающие спины проплывающих мимо рыб. На секунду Недж замер, любуясь ими, затем резко ударил лапой по проплывающей рыбе и выбросил её на берег.


   Медведи загалдели. Одни считали, что медвежонку повезло и повторить такое не удастся, другие с восторгом смотрели на Неджа, третьи пытались схватить улов и утверждали, что рыба поймана с их помощью.


   Недж повернулся к учителю — он хотел его одобрения и похвалы. Но выражение лица Сэма оставалось неизменным. Осьминог развернулся и ушел. Когда фигура прилипалы Сэма исчезла в стенах ледяной пещеры, медвежонка охватило негодование. Он поймал рыбу! Сам! Не случайно, не потому что рыба выбросилась на берег! По технологии учителя! А Сэм просто ушёл!


   Медвежонок решил догнать осьминога и спросить, почему он так поступил. Страха не было — гнев затмевал любые другие эмоции. Сначала он выскажется, а потом уже будет думать, как спасать свою жизнь!


   Недж заглянул в пещеру. Осьминог стоял к нему спиной. Неожиданно он упал на пол. Медвежонок хотел рвануть к нему, чтобы помочь, но приближаться к щупальцам всё же было страшно, и он замер. Внутри Сэма что-то зашевелилось, затем показалась белая шкурка. Через минуту из осьминога вылез большой белый медведь. Он аккуратно взял зубами тяжёлый костюм осьминога и сложил его в углу пещеры.

   Недж открыл рот, но не смог произнести ни звука. Только одна мысль застыла в голове медвежонка: «Значит, Сэм — это мы?».