Глава 7 Слуга шестимерных

                Слуга шестимерных.
      Дед с внуком подошли к валинам после несколько часов пути по луговому разнотравью, с вкраплениями рощиц из обычных деревьев. Кое-где такие рощицы казались полноценным лесом. Наконец они оказались возле небольшого кремнёвого гиганта, который был в обхвате несколько вёрст. Дед Егор, приложив ладонь к чешуйчатой коре каменного древа, по вибрации определил место входа. Через четверть часа они с внуком прошли внутрь по проходу под углом к фасаду лесного титана и углубились в лабиринт переходов.
Вот где;то за стеной послышался шум поднимающейся воды. Навстречу прошли, мазнув по людям взглядом, пятеро гоблинов с серо;зелёными лицами в опрятных рубахах, подпоясанные живыми ветками;лианами с торчащей в разные стороны листвой. Двое были закутаны в плащи из сплошных листьев.
После очередного поворота показалась площадка-станция множественных переходов, представляющая собой цилиндры разной толщины кремниевых структур древа. Они выходили из пола и врастали в потолок на высоте пяти;шести ростов человека. Местная станция находилась на периферии транспортной системы и потому вполне обыденно пустовала.
Приложив ладони к одному из цилиндров, дед с внуком активировали его. Стены вобрали пассажиров внутрь и тут же выпустили уже на многолюдной площадке крупного транспортного узла. Вокруг сновали разнообразные существа всевозможных форм и размеров. Шум и городской гомон поглотил путешественников.
Егор хлопнул в ладоши и раздвинул пространство. Между руками появился пустой экран. Пока зум вызова стучался к адресату, Тур очертил рукой виртуальный круг, заключив в нём себя с дедом, который создал вокруг них барьер, поглощающий вибрации, погрузив пространство в тишину.
На расстоянии вытянутой руки появилось изображение Акомира — старого друга и куратора Егора. Они поздоровались. Акомир поприветствовал и Тура, сделав комплемент подростку:
— Возмужал парень. Завидным женихом станешь для моей Любавы.
Тур засмущался и постарался спрятаться за деда.
— Привет и тебе, Акомир. Срочное дело есть, когда принять сможешь?
— Сам вас заждался, есть для тебя задание, друг мой. Сейчас заберу. Вы же на «Молочай» прибыли? — присмотрелся собеседник.
— А куда ещё? Это же станция ближе всего к твоей «берлоге», — ответил Егор, улыбаясь.
Вокруг них тут же сгустился туман, моргнул свет, и дед с внуком оказались в просторной общей   транспортной прихожей дома. Напротив открылась дверь, и их запустили внутрь жилища. Дед посмотрел на внука и скосил глаза на свой карман. Тур в ответ моргнул. Они поняли друг друга  и увидели идущего к ним Акомира. Гости пожали хозяину руки и отправились вслед за ним.
Акомир жил и работал в большой квартире, где находилась жилая половина, отделённая от рабочей части широким коридором. Посередине его проходила еле заметная сплошная полоса, отличающаяся необычной на первый взгляд структурой.
Служебная часть помещения имела комнаты: охраны с отдельным входом, серверную и генераторную; здесь же находились кабинет и исходящие от него лаборатория для перемещений, изолятор для прибывающих и ещё несколько рабочих блоков. Стены имели несколько уровней защиты и состояли из особо прочных материалов.
Приобняв за плечи Егора, он пропустил его перед собой в кабинет и обратился к мальчику, указав на открытый проём в противоположной стене.
— Отдохни с дороги, побалуйся плюшками с чайком. Посмотри, чем наш домовёнок хвастаться будет, а там и Любава подтянется, не успеешь заскучать. У нас с твоим дедом взрослый разговор. Чай, не первый раз в гостях — разберёшься, — и он закрыл за собой дверь.
«Видать, действительно разговор очень срочный, если так сразу деда забрал», — подумал про себя Тур и двинулся в столовую-гостиную, где ему весело махал ручкой голографический образ программы домашнего помощника в виде подростка примерно одного с ним возраста, сидящего, свесив ноги со столешницы возле самовара. Росточком он был с ладошку взрослого человека.
— Привет, Тур, устал с дороги? — обратился домовёнок к гостю.
— Да не очень. Любаша скоро подойдёт?
— Она заканчивает обучение и через полчасика освободится. Как насчёт «Кольца дракона»?
— Чай, что ли, новый? Давай, а бублики есть?
— Конечно, любезный. И бублики, и клубничное варенье. Я всё помню! — суетился домовой, веселя ужимками и жестикуляцией.
— Ты пока накрывай на стол, а я сброшу вещи и душ с дороги приму. Не против?
Домовёнок скорчил грустную рожицу, но согласился, добавив:
— Я, конечно, сам хотел тебя погнать руки вымыть, но принять душ — это масштабнее. Направо шкаф для одежды, потом первая дверь налево, не забыл ещё?
— Не а! Я быстро, — мальчик поспешил уединиться в уборной с душевой кабиной.
Войдя внутрь, Тур щёлкнул пальцами и нажал на козелок правого уха, тут же услышав разговор в кабинете Акомира. Не теряя даром времени, разделся и залез под тёплые струи воды. Грязную одежду предварительно сунул в приёмник очистителя. Воспользовался густым мылом с полки рядом, натирая им волосы. Одновременно он прислушивался к разговору, в котором дед ему разрешил быть слушателем через программу-посредника.
 — Кроме тебя и некому будет, — продолжал речь куратор деда.
— То, что в мире Бальтрона новую партию начали играть, я сразу понял, как мы с Туром аномалию обнаружили. Догадался чуть раньше, но встреча в лесу подтвердила предположения. Мог бы и внедрение совершить легко. Момент позволял. Только с тобой связь через грёзы из диких земель нестабильная и долго готовить. Сам знаешь, там «умной пыли» нет, а без приказа и подготовки я не рискнул, — продолжил разговор дед.
— Так ты обучал внука в диких землях грезить сквозь время? Там же это делать тяжело и опасно, — удивился товарищ.
— Во первых, под присмотром. Во вторых, не маленький уже, пусть привыкает разворачивать истинные образы. Я их контролировал рассказом. Аномалии возникают от более агрессивных воздействий, чем осторожные наблюдения извне. А вот почему она образовалась, смекнуть не удалось. Возможно, ты прояснишь ситуацию.
— То ли ещё будет, — остановил его Акомир. — Ты послушай, что мы от эльфов узнали. По описанию свойств, явно материал от шестимерной сущности пришёл.
— Да как он в мир мог попасть? — удивился дед Тура.
— Мир Бальтрона — это раз, но ещё в одном мире будущего такой же андроконструкт объявился. А там даже не знают, что и делать с ним. Никто не знает и у нас. Старейшины голову ломать стали, как потомкам помочь можно.
— А то, что не можно, а нужно помогать — щеглу понятно, — завершил за товарища Егор. — Не томи, включай запись: что там в мире Бальтрона творится.
— Материал попал в руки Бронэ. Он из него рад стараться андроида и сварганил, подумывая, что полностью контроль над ним имеет. А он, как оказалось, слугу шестимерного алохима активировал при помощи своей магии и умений. Эльфийские штучки перед выходом из мастерской работнички Бронэ или гномы опознали и обезвредили. Мы уж испугались, что контроль потеряли. Эльфийский лич сам себе на уме и делится с родичами только в своих интересах, следовательно, не со всеми. Теперь это артефактное тело самообучается и совершенствуется; хорошо ещё, что Гарофа ему ментального паразита в самом начале боя за замок Крия подсадить успел. А это существо ещё не имеет опыта их обнаруживать. Посему и следить сейчас можем за ним. А от описи его свойств — мороз по коже бежит.
— Не томи, включай. Дай и мне помёрзнуть маленько, — пошутил дед.
Щёлкнуло что то, и послышался голос программы виртуального помощника:
— Материал нашли в старой шахте гряды горных огров. Лежал в саркофаге под размер человека бесформенной массой. Магов среди рабочих не было — вскрыли в надежде на сокровища древних. Думали, со времён Великой войны артефакт гробница. Вот тут и стала твориться чертовщина. Зарисовщик находки исчез, как только создал рисунок бесформенной массы, что лежала внутри изначально.
— Стоп, как исчез? — задал вопрос интерактивному помощнику Егор.
— Никто не видел, когда он отходил куда-либо. На месте его работы остались только карандаш, рисунок саркофага и того, что было изначально в гробнице.
А дальше у всех мурашки по коже побежали. Внутри была уже не бесформенная масса, а «нечеловек». Руки, ноги, туловище, голова — но лицо с только наметившимися чертами. Тело менялось каждый день, будто подстраивалось под мир, в котором оказалось.
Находку привезли в Бронэ. По дороге караван тайно нагнали эльфы: их королева почувствовала странные колебания эфира и отправила на место событий своих разведчиков. Они-то и подвесили на объект то, что мы бы назвали программным трекером, — а они именуют заклинанием отслеживания.
В лаборатории графа дела пошли ещё хуже. Люди, которые работали и изучали находку, стали видеть странные сны. Другие начали произносить слова, которых раньше не знали. Тело не дышало, но влияло — заставляло слышать окружающих звуки, которых не было.
Заинтересовался аномалией граф. Он сразу понял: это артефактный материал. Мы бы сказали — устройство, и оно искало того, кто сможет его носить. И оно нашло, преодолев простенькое защитное заклинание Бронэ для своих работников.
Исчез второй человек. Он вышел из двери лаборатории, где находилось тело, в коридор — и больше его никто не видел.
Спустя некоторое время объект принял форму исчезнувшего человека — полностью, со всеми подробностями: черты лица, родинки, шрамы, размер стоп и так далее. Стали расти волосы — по цвету, длине и форме причёски, как были у пропавшего. Объект становился самим собой — словно выход чего-то в их реальность.
Эйлера уже готова была вскрыть своё присутствие, предупредив Бронэ об опасности, но повелитель кадавров смекнул, что материал достаточно старый и угрожающий. Он убрал объект в загородную резиденцию, перенёс туда оборудование и создал беспрецедентные меры безопасности.
Эйлере пришлось подключить к слежке своего мёртвого принца лича, и информация снова к ней потекла — но уже через некрослой их реальности.
Саркофаг был идеально отполирован до зеркального блеска, но это был не камень и не металл. Такого материала в Королевстве Трёх Лилий не знали. Его точно сделали до последней Великой магической войны — а может, и того раньше. На его поверхности инструменты не оставляли следов. Он был инертен к стихийной магии, кроме магии холода. При опускании температуры до пятнадцати градусов мороза саркофаг стал издавать гул — неслышный для ушей, но отдающийся в костях.
Тело имело серый цвет, было твёрдое, как камень, — но не камень, абсолютно холодное. Веки были закрыты; под ними, казалось, при нажатии флюктуировала жидкость. Органические ткани демонстрировали трансформации без метаболизма. Внутренние органы отсутствовали.
    При попытке Бронэ применить трансформирующую магию кадавров тело давало почти непредсказуемый отклик. Пальцы на верхних конечностях удлинились, и появился дополнительный сустав. Хотел ли именно такого результата Бронэ, эльфы не знали, но подозревали, что управлять столь хитроумной игрушкой повелитель кадавров не сможет.
Ткани не имеют ДНК, но отзываются на слабые электромагнитные колебания. Каждый раз при воздействии агрессивных сред и вибраций тело реагировало перестройкой — словно отвечала не плоть, а программа, в нём заложенная. Бронэ считал это магическим откликом. Именно так он и записал в своём дневнике изысканий.
Чем дольше образец находился под наблюдением, тем больше в тканях нарастали изменения. Стала проявляться спиральная структура неизвестного типа.
     Граф и его подручные пришли к выводу, что тело искало резонанс на инфранизких частотах твёрдой оболочки планеты. Бронэ обратился через Истерлинга к гномам, и те пообещали прислать специалистов.
Объект не принадлежал ни к миру Бальтрона, ни к одной из известных Эйлере культур. Прожившая долгую жизнь, она поняла: артефакт чужд частотам времени её мира. Он был пришлым — извне. Возможно, когда то этой истории не дали свершиться — и вот объект снова в ходу. Где то вновь могла пробудиться меркаба — кристаллическое тело света их мира, — и реальность затрепетала, меняясь. Вслед за этим вновь начнут исчезать люди и целые рода существ. Память станет стираться, и лишь на страницах книг останутся смутные отголоски их жизни.
Возникнет новая вера — внедрять её будет тот частоты, которого когда то уже стирали из этой реальности как носителя чудовищно неприемлемого опыта. Под благовидными предлогами его адепты начнут уничтожать уцелевшие источники прежних знаний. Расцветёт чаромутье: слова станут менять смыслы на противоположные или исчезать, лишившись обозначаемой сути. Последователи не ведают, что творят! Будут зачищать не только историю — но и саму ткань времени, дабы будущих событий не случилось вовсе. Не родились те, кто мог бы помешать; не пришли к власти те, кто в силах противостоять. Они здесь и сейчас  мешают  и противостоят — напору чудовищного интеллекта.
Королева осознала эту мысль ясно, до жути отчётливо: она — единственная, кто понимает опасность привнесённого в мир тела.
Данный артефакт относился к магии высшего эшелона, и Бронэ, естественно, ничего не понимал. Эльфы стали готовиться к изъятию. А тем временем исследования продолжались. Клеточная структура образца отсутствовала. Вместо неё появилась ячеичная структура в виде кристаллической решётки, которую опознали как конструктивно возможную антенну. Каждая ячейка словно принимает сигнал — но откуда? Тело впитывает жидкость, реагирует на электромагнитные колебания, температуру, но под магическим взглядом исследователя открывается совершенно чуждая логика. Сама структура объекта функционирует как сеть. Она не живая, но работает как процессор наших компьютеров.
Бронэ на сороковой день обнаружил микроперетекание структур ткани объекта. Он похожим образом настраивал своих кадавров, но процессы, которые он обнаружил, на несколько порядков превосходили доступные ему возможности. Ткань программировала сама себя в зависимости от реакций окружающей среды. Объект адаптировался, и это пугало своей непознанностью. Маг уже пожалел, что пригласил гномов для консультаций. Инфразвуковое звучание прекратилось.
Вывод Бронэ надиктовал в одиночестве: «Это не углеродный организм. Это сложный автономный носитель».
Внутри тканей были найдены микрокристаллы кварца с правильной геометрией. Они как бы всплывали изнутри и погружались обратно. На их поверхности проступали спирали золотого сечения.
После передачи нам данных от эльфов того времени мы провели исследование по физике нейрополимеров и пришли к выводу, что существо выращено искусственно и внутри имеются структуры, похожие на наши оптические волокна. Система считывает, передаёт и меняет состояние материи.
Наши исследования подтвердили выводы Эйлеры. Объект — не тело, а аппарат, и его масса увеличивалась, что не ускользнуло от внимательного взгляда Бронэ. Граф убрал из лаборатории всех не магов. У тех, кто самостоятельно не смог поставить ментальную защиту, проявилось поначалу нарушение сна. После стали сниться одинаковые сны  и наконец, один из сотрудников попытался разодрать себе ногтями горло.  Их изолировали и взяли под строгий надзор.
Через неделю наблюдений у всех началось состояние, подобное сну наяву. По рассказам, сперва начинался гул в голове, затем пульсация. Перед внутренним взором появлялась парящая пирамида над чёрным квадратным полем, вспышка — и потеря сознания. Один из пострадавших орал на древнем, забытом всеми языке слова: «Повелитель вернулся!»
Вместо электрических шумов от тела начал исходить сигнал, внутри которого проявился узор — чёткая последовательность, похожая на музыкальные гармоники, повторявшаяся восемнадцать раз внутри основы. Это было невербальное послание, адресованное кому то. Но кому? И, главное, куда? Ответа не было.
Одновременно это было воздействием на нейросенсорные системы окружающих, не одарённых магией существ — через сон, страх и ещё чёрт его знает через что. Все не маги через несколько дней после изоляции впали в каталепсию и перестали реагировать на обращения. Их мозг начал выдавать ритмы, которые местные менталисты оценили как схожие с альфа ритмами во время глубокой медитации. Они стали отражателями излучения объекта — своего рода ретрансляторы.
Тело обнулило идентичность в ожидании новой. Сигналы маги Бронэ и эльфы опознали как код — код доступа! Тело вышло на передачу. Оно ищет того, кто сможет открыть канал, чтобы выпустить кого-то или что-то изнутри. Оно ищет тело — именно человеческое или близкое к нему, — обязательно с высокоразвитой структурой мозга.
И вот, когда граф начал воздействовать магией по созданию кадавров, исчез один из слабых одарённых — адепт стихийной магии ветра. Объект открыл глаза и сел. Дальше пошло противостояние его с Бронэ на достаточно высоком уровне соперничества. Повелитель кадавров устоял, и существо признало его верховенство — по крайней мере, внешне.
Бронэ назвал тип нового кадавра андроидом и стал обучать его. Эльфы сильно разволновались и именно в этот момент связались со своими сородичами в нашем времени.
Эйлера отчётливо видела: самообучающаяся природа существа неизбежно позволит ему, постигнув законы нового мира и набрав силу, выйти из-под контроля. Лишь Бронэ, ослеплённый своей гордыней, не замечал очевидного. Силу камня он пока не задействовал.
Появились представители гномов, и первое, что они узнали,;—;это чужеродный эльфийский подвес-заклинание, который тут же обезвредили. Королева потеряла доступ к наблюдению за иномерной тварью; остался только лич с его некрослоем.
Прямой надзор за объектом мы получили гораздо позже, только благодаря консультациям эльфов, сведя воедино наши научные разработки и их магические изыскания. Заклинание ментального паразита, столь распространённое среди боевых чародеев типа Гарофы, нам хорошо известно. А наш;—;куда более глубокий, чем у Эйлеры,;—;опыт во временных слоях реальности позволил идентифицировать магический контур существа после чудовищного всплеска эфира и прорыва границ реальностей во время штурма замка Крия в Золотой долине.
— Бронэ выпустил его свободно бродить на просторах своего мира? — удивился беспечности Егор.
— Хуже, он задействовал новую игрушку в сложной атаке на замок Крия Зибниса, — подтвердил опасения Акомир.
— У этого так называемого андроида есть имя? — задал интересующий его вопрос собеседник.
— Возможно, но, к сожалению, я его не знаю. Не делал на данной информации акцент. Думаю, если оно есть, то наши эльфийские друзья узнают его у Эйлеры.
Тура отвлёк стук в дверь и голос Любавы.
— Привет, ты там не утонул? — послышался девичий смешок. — У тебя всё хорошо?
— Да, привет, Любаша. Я сейчас выхожу.
Парень остановил воспроизведение на аппарате и выключил воду.
— Не торопись, я просто хотела сказать, что уже освободилась и жду тебя в столовой.
Послышались удаляющиеся шаги девушки.
Воспроизведение информации прекратилось. Его уединение закончилось — ничего страшного, расспросит дедушку или дослушает продолжение в записи.
Акомир сделал паузу, давая Егору обдумать услышанное.
— Старейшины сегодня приняли решение послать тебя.
— В мир Бальтрона? Я согласен. Когда загружаем инструкции?
— Нет, ты отправишься в мир наших далёких потомков. О нём мы с тобой пока не говорили. Что происходит там — совсем не ясно. Имеем только исходные данные: примерно такой же механизм активировался и у них. Возможно, данные аппараты общаются друг с другом сквозь время и пространство. Затеяли игру, как минимум, шестимерные сущности по коррекции всего объёма матриц Шаданакара, если не Брамфатуры.
Очевидно, что в мире Бальтрона этому искусственному интеллекту хоть как то противостоять и контролировать данное противостояние возможно, то в мире, в который мы хотим отправить своего эмиссара, шансов на противостояние без тебя нет вообще.
— Ты считал мою ауру и отправил старейшинам?
— Да, и Туром позже займусь.
— Я тебе рассказывал об аномалии, приключившейся в лесу, где мы с Туром ночевали. Странное существо — Баламон — и девочка Кирена. На этих героев, как мне кажется, Бальтрон ставит новую ставку. Они должны участвовать в поворотных событиях его мира.
— К сожалению, они не производят сильного возмущения эфира, находясь у себя. Тебе ли не знать, что нам, при всей силе нашей мысли и техники, не отследить этих существ в их родной среде обитания. Возможность послать к ним эмиссара на данный момент даже не рассматривалась.
— Когда станет совсем плохо — а станет, если в игру так открыто вступили шестимерные сущности, — вам придётся искать кандидатуру для посланника.
— На что ты намекаешь? У совета старейшин много опытных кандидатур.
— Меня не будет рядом, подскажи им ты. Тур с героями демиурга общался и может пройти при необходимости сложную верификацию в их времени. Я его хорошо подготовил к вариациям искривлений хронологий последовательности в реальности Бальтрона.
— Думаешь, возможно подготовить к хронопогружению несколькими вариантами рассказа о событиях того, что меняется постоянно? — с сомнением в голосе отозвался Акомир. — Он же подросток.
— Не принижай возможности молодёжи. К тому же он учится на волхва, и практика стокера ему не повредит, — бодро возразил старый товарищ.
Акомир снова задумался.
— Когда спокойно, тоже происходят сбои, и мы часто теряем наших полевых игроков. Хорошо, если просто затеряется на просторах миражей времени. Какая то реальность его примет, и он проживёт жизнь, ретранслируя давно забытые или ещё не открытые знания — как, например, да Винчи.
Акомир постарался объяснить своё нежелание курировать не конкретно Егора, а именно ещё одного члена его семьи, к тому же молодого, не давшего потомства. Проще говоря, товарищ не хотел нести дополнительной ответственности перед его родом.
— Ну, у нас же нет в культуре практики сверхопеки молодого поколения. Не существует и понятия совершеннолетия, как во многих архаичных обществах. Оно приходит не по достижении восемнадцати или двадцати одного года, а в момент созревания личности. Зрелая личность готова к набору экстремального опыта. Созревшее физическое тело готово переносить нагрузки, связанные с набором такого опыта.
Наконец, твоя Любава учится на энциклопедического менталиста. Насколько я знаю, она уже дважды за последний цикл расширяла сознание, хотя эта процедура чревата разрушением психики при такой частоте использования ритуала, — попытался возразить товарищу Егор.
— Не нужно меня попрекать внучкой. Между ней и допуском стоит её воля, рвение, тренировки и несколько мудрых наставников. Я не считаю твоего Тура менее достойным для проведения задания по контролю над корректировкой событий, чем более опытные наши сотрудники. Я не хотел тебя погружать перед началом командировки в негативные новости.
— События стали развиваться со скоростью урагана, как когда то в нашей молодости, даже в нашем слое реальности, — насторожился Егор, хитро улыбаясь.
— Старейшина Верховного совета божественного ранга перешёл на другой уровень бытия. Он предотвратил хитроумную операцию по внедрению враждебных смысловых форм в нашу реальность. Дракониды же провели отвлекающий манёвр на физическом плане в виде прямой агрессии.
Егор отбросил весёлость.
— Кто именно?
— Перун Сварогович! Кроме него в миражах времени затерялись после отката к восстановленной реальности Вышан, Зима и Асмус. А наш с тобой учитель Звенец Кудряшевич не сможет попасть в Сваргу из за развоплощения в потерянных мирах. Мы выиграли пару сражений, но не войну, заплатив слишком высокую цену.
— И это за то время, что я путешествовал с внуком? Да, новости не из лучших. Все наши однокурсники… Вышан и Зима — жрецы. Асмус — стокер высшей категории. Ты кого то из них курировал?
— Операцию по спасению Зимы, которую возглавил Асмус, — без подробностей сообщил Акомир. — Вот почему мы оставили большинство побочных линий временных реальностей, по которым может происходить вторжение. Там, где местные герои имеют шанс справиться самостоятельно, стараемся оставить защиту им на откуп. Совет принял решение сосредоточиться на поиске основного удара.
— Он до сих пор не известен, — удивился Егор.
— Пока нет, — покачал печально головой Акомир. — Пойми правильно, я верю, что твой внук подготовлен и имеет высокую квалификацию как студент, но больше, чем в мир Бальтрона, я его никуда послать не могу.
Дед Тура вздохнул:
— А этот мир не в приоритете!
Акомир пожал плечами:
— Главное, ты прибыл как никогда вовремя! Давай перекусим, и я займусь Туром, после начнём подготовку к твоему погружению.