Чулан

Последние сумки упали на пол, и Андрей вздохнул с облегчением, осматривая свои владения. Несколько лет жизни с хлеба на воду, материальная помощь от родителей и, хоть всё-таки и пришлось влезать в ипотеку, но теперь есть квартира. Пусть и не в центре и плевать, что однушка, зато своя. Стены зеленели выцветшими со временем обоями, минимум мебели создавал иллюзию простора в единственной жилой комнате. «Ненадолго», - подумал Андрей и шагнул на кухню. Личная берлога казалась уютной даже с видавшей виды газовой плитой и потрескавшимся белёным потолком. Со временем старьё отправится на помойку, включая люстры, повешенные ещё при Сталине, не иначе.
Кран в ванной, покряхтев для вида, выплюнул ржавую воду, а затем плавно перешёл на относительно прозрачную. Работы предстояло немало: всё чистить, прибирать, переделывать под себя. Вместо усталости от переезда из родительского гнезда, у Андрея разыгрался азарт. Больше не придётся выслушивать нравоучений по поводу поставленной не туда чашки или задвинутого не под тем углом стула. Родителей парень любил, но что могло быть лучше, чем жить по своим правилам?
Составив план работ, Андрей решил начать обустройство на следующий день. Кровать старчески скрипнула, оценивая вес человеческого тела. Всё завтра, со свежей головой и отдохнувшим телом.
Ночью парень спал беспокойно, просыпался время от времени и, скорее, дремал, нежели полноценно погружался в забытье.
Утром голова раскалывалась как с похмелья. Вот тебе и свежие силы. Завтрак бодрости не прибавил, да и яичница подгорела, не принеся особой радости.
- Плевать, - пробормотал Андрей. – День не окончен, без боя не сдамся.
Помимо кровати, в комнате находились стол со стулом, шкаф и тумбочка. Риелтор сказал, что квартира досталась государству после смерти старика. Более-менее ценные вещи вывезли, оставив лишь громоздкое старьё.Обдумав нехитрую перестановку, Андрей принялся за перетаскивание стола ближе к окну.
- Твою ж! – воскликнул парень, засадив в ладонь занозу. – И что дальше? Люстра на голову упадёт?
С раздражением вытащив колючку, Андрей продолжил перестановку. Парень налёг на шкаф, чтобы сдвинуть ближе к стене. Пустая громадина оказалась на удивление лёгкой, сделав движение резким. Вместе со скрежетом упёршегося в стену шкафа послышались дребезги.
«Может, зеркало внутри разбилось?» - подумал Андрей и открыл дверцу, но всё оказалось целым. Откуда тогда мог донестись звук? Если только наверху шкафа стояло то, чего парень не заметил. Осколков нигде не было видно, но поранить случайно ногу Андрею не хотелось. Из-за плинтуса между стеной и задней частью шкафа оставалось пространство. Стеклянное нечто вполне могло провалиться туда.
Андрей взял монтировку и, применив её как рычаг, отодвинул шкаф. Осколков не оказалось и сзади, зато в стене он увидел дверь. Невысокая, из светлого дерева, с железной круглой ручкой. Когда риелтор показывал квартиру, то ничего подобного не упоминал. Может, сам не знал, может, просто забыл. Парень прикинул, что за стеной квартиры как раз находилось хозяйственное помещение, отгороженное на лестничной клетке панельными стенами. Не раздумывая, парень потянул ручку на себя. Внутри оказался небольшой чулан и несколько полок с пыльными пустыми банками из стекла. На грязном полу покоились осколки. Скорее всего, бывшие хозяева сделали чулан незаконно, отчего-то скрыв его за шкафом. Как удалось провернуть подобное, продолбив стену и заняв часть общей площади, Андрей не знал, но люди в разное время на какие только хитрости не шли. Шагнув внутрь, он провёл рукой по пыльной полке. Неплохое место для банок с вареньем и солёными огурцами. Вместо шкафа можно было бы скрыть дверь за панно, например.
Парень развернулся и вдох словно застрял в горле. Начиная от противоположной стены к двери в чулан тянулось нечто. Тьма с размытыми границами и непроглядной чернотой в сердцевине.
- Что за хрень? – выдохнул парень.
Руки и ноги словно онемели, по телу разлился неприятный холод. Немного совладав с собой, Андрей качнулся в сторону, разглядывая вытянувшийся столб тьмы. Чем бы это ни было, но оно висело в воздухе. Размытые края еле заметно колыхались. Один из концов чёрного столба не доходил до чулана метра полтора, застыв на уровне головы Андрея. Примерный размер непонятной хреновины в диаметре казался чуть меньше шины от легковушки. Оставаться в чулане не хотелось и парень, не сводя глаз с зависшей тьмы, сделал движение, намереваясь шагнуть в комнату и припустить к выходу. Чёрный столб шевельнулся и Андрей, вскрикнув, захлопнул дверь чулана, заперев изнутри на шпингалет. Сердце колотилось в груди, готовое в любой момент сломать рёбра оглушительными ударами. Темнота казалась нестерпимой, никогда да этого Андрей не ощущал подобного страха. Света хотелось, что воздуха под водой. Но открыть дверь – ни за что. В панике парень стал шарить по полкам и стенам чулана.
Фонарик. Как же он мог забыть о нём? Андрей с дрожью извлёк из кармана джинсов маленький светодиодный фонарик. Яркий свет заставил с облегчением вздохнуть, паника немного отступила.
Не смотря на то, что из комнаты не доносилось ни звука, парень ощутил давление на дверь. Оно казалось таким сильным, что вот-вот и щепки полетят в лицо вместе с тьмой. Под ногами хрустнули осколки. Парень вжался в один из углов чулана, не сразу сообразив, что в бедро что-то упирается. Посветив фонариком, Андрей обнаружил круглую дверную ручку. Не успел задать себе вопрос, зачем к стене кому-то понадобилось её прикручивать, как разглядел петли и косяки. Дверь. Парень смотрел на неё, не веря глазам. Двери внутри чулана точно не было. Точно. Повернувшись вбок, Андрей увидел лишь голую стену вместо входа. Давление пропало, вместе с ним и дверь из комнаты в чулан. Словно под гипнозом парень поднял с пола осколок и царапнул им стену. Не бетоне остался еле заметный белый след от стекла.
- Какого хрена?
Руки ощущали холодную стену, не больше. Входная дверь просто исчезла. Открывать другую желания не было, но вариант сидеть дальше в тесном тёмном чулане виделся сомнительным.
- Ничего не понимаю, - пробормотал парень.
Тяжёлый ком в грудной клетке не думал рассасываться, делая ноги ватными, заставляя руки дрожать. Потоптавшись на осколках ещё, парень дотронулся до ручки и приоткрыл дверь, светя фонариком в образовавшуюся щель. Внутри оказался ещё один чулан, с такими же пыльными полками, только стены покрашены в малиновый, а вместо пустых банок паутиной поросли глиняные горшки. Андрей закрыл за собой дверь, заметив под круглой ручкой шпингалет.
- Зачем запираться изнутри? Понимаю, если закрывать снаружи.
Размером этот чулан оказался таким же, как и его. Горшки накопили внутри пыль и мертвых насекомых. Повернув голову налево, Андрей увидел ещё одну дверь. Такая же круглая металлическая ручка. Зато дверь, в которую он входил, исчезла, сменившись на стену малинового цвета.
Парень закричал. Он звал на помощь, молил, чтобы хоть кто-нибудь его услышал. Небольшой чулан с низким потолком оставлял крики себе, не давая ни звуку проникнуть за стены. Когда голос охрип, Андрей опустился на пол, прислонившись спиной к стене, и заплакал. Сейчас он был бы рад услышать даже мышиный писк, ощутить любую жизнь внутри этого бетонного склепа. Ассоциация с затхлостью и смертью заставила парня вскочить на ноги и толкнуть следующую дверь. И снова чулан, одна из полок которого оказалась сломана, а на других покоились пыльные стеклянные сосуды.
На этот раз парень не выпускал из бокового зрения дверь. Фонарик высветил выключатель. Тусклый свет озарил маленькое пространство со стенами, оклеенными синими в полоску обоями. Хотелось взглянуть на противоположную стену и, чтобы убедиться в исчезновении двери, парень схватился за круглую ручку и повернул голову. Новая дверь не появлялась. Сглотнув, парень на долю секунды отпустил ручку, моргнул и увидел перед собой очередной проход. Рука ничего не смогла нащупать – старая дверь исчезла. Парень убрал фонарик в карман и попробовал разобраться в ситуации. В каждом чулане обязательно была дверь. Одна исчезала, но появлялась другая. Может, они куда-то его вели? Оставалось полагаться только на логическое мышление, потому что здравый смысл подсказывал, что всё происходившее либо страшный сон, либо видения спятившего разума. Андрей решил идти до тех пор, пока двери не выведут его. Куда именно он мог дойти, думать не хотелось.
Бесконечная череда чуланов тянулась и тянулась. Затхлых воздух, пропитанной взявшейся из ниоткуда пылью, вызывал кашель. Иногда в чуланах попадались выключатели всё с тем же тусклым светом засиженной мухами лампочки. Откуда в этом аду вообще могли взяться насекомые, Андрей не имел понятия. Каждая новая дверь появлялась лишь в том случае, если не было зрительного или телесного контакта с предыдущей дверью. Страх иногда сменялся у парня любопытством. Порой даже казалось, что цветовая гамма очередного чулана имела смысл.
Хотелось есть, но парень шёл вперёд, не желая прекращать путь. Достигнуть цели, выбраться наружу, не отвлекаться. Остановился он только тогда, когда боль в мочевом пузыре стала нестерпимой. Пришлось помочиться в угол чулана и продолжить бесконечный переход.
Ещё одна дверь, ещё и ещё. Раскрыв следующую, Андрей почувствовал головокружение. Сколько он шёл? Несколько часов? День? Он никогда бы не подумал, что счёт времени так легко потерять. Жаль, что дома привилась привычка снимать с руки часы. В этом чулане оказался выключатель. Парень опустился на пол, чувствуя, как гудят ноги. Взгляд неотрывно следил за входной дверью, пока не исчезнувшей. Усталость заполнила каждую клеточку тела, голова разболелась, мысли путались. Андрей прикрыл глаза. Отдых в тот момент казался важнее поиска выхода.
Послышались глухие голоса. Парень вскочил и закричал, зовя на помощь, стуча глиняной тарелкой по полке, пока посуда не раскололась на две половинки. Замолчав, он мучительно вслушивался в тишину, надеясь уловить хоть слабый звук. Сердце колотилось, отзываясь гулкими ударами в ушах. Больше ничего. Ни шороха, ни шагов, ни голосов.
- Наверно задремал и во сне послышался разговор, - произнёс Андрей и вздрогнул от звука собственного голоса. До этого давящую тишину разрушал только тихий скрип двери и его шаги.
Однотипные чуланы продолжили сменять друг друга. Один размер пространства, похожие стены, полки, бесполезная пыльная посуда. Андрей решил пользоваться фонариком в крайнем случае, ощупывая наугад стены в поисках выключателя. Если же такого не находилось, то он шагал вперёд к следующей двери. Кто знал, сколько ещё времени предстояло идти.
Через некоторое время Андрею стало казаться, что чуланы время от времени повторялись. Такой цвет стен или обоев, посуду, банки он уже видел. С другой стороны, отличий у помещений практически не наблюдалось, в сознании всё сливалось в длинную череду переходов, не более. Но один из чуланов оказался и впрямь похожим на проходимый ранее. Помимо знакомой окраски стен, в этом чувствовался запах мочи, едкий, неприятный. Сердце Андрея заколотилось сильнее. Что, если он приближался к первому выходу? Но как смог сделать переход в обратную сторону, если продвигался только вперёд? С другой стороны, этот адский коридор из чуланов явно не обычные инженеры планировали.
Или другой бедолага, как и он до этого, останавливался тут раньше?
- Эй! Есть кто живой? – прокричал Андрей запертой двери впереди, вслушиваясь в тишину. Никто не ответил.
Продолжая идти, парень всё больше стал замечать, что чуланы и впрямь стали повторяться. Раньше они действительно были разными. Планировка одна, а вот цветом стен всегда отличались.
Открыв очередную дверь, Андрей в темноте увидел свет, сочившийся из щелей. Нащупал в кармане фонарик, посветил им. Сбоку оказалась дверь, на которой под круглой металлической ручкой был прикручен задвинутый шпингалет. Парень провёл рукой по лицу, заросшему небольшой щетиной. Столб тьмы мог ждать снаружи. Что вообще он бы сделал Андрею? Убил? Знать бы, что вообще это такое. Нечеловеческая чернота, жившая своей жизнью, загнавшая его в чулан.
«Если посветить фонариком во тьму, может, смогу рассеять её?» - подумал Андрей.
Парень выставил руку вперёд, направив свет фонарика на дверь. В тот момент он чувствовал себя джедаем со световым мечом в руках. Под ногами хрустнули осколки.
Раз, два, три…
Андрей распахнул дверь, выкинув вперёд руку. Столба тьмы не оказалось. Бледноватые зелёные обои виделись серыми в тусклом свете лампочек на потолке. С другой стороны, такое искажение цвета показалось странным. Да и когда Андрей заходил в чулан, был день, люстру он не зажигал. Парень выключил фонарик и подошёл к окну, посматривая по сторонам. Отдёрнув занавеску, он увидел лишь стену.
- Что за дьявольщина? – проговорил Андрей.
Хотел рвануть к выходу, но дверь в комнату исчезла, заменив собой серую стену. Чулана также не стало. Парень оказался в комнате, напоминавшей в тот момент бетонную коробку. Дыхание участилось, сознание как губка пропиталось паникой. Шкаф, стол, кровать – всё в комнате оказалось лишённым цвета, как если бы из фотоснимка убрали все краски, кроме серой и белой всех оттенков. Андрей рванул к стене, где до этого находилась входная дверь и стал пинать её изо всех сил. Даже обои поцарапать не удалось.
- Выпустите меня, вашу мать!
За спиной почувствовалось шевеление и Андрей замер, раздумывая, оборачиваться или оставаться в неведении. Повернув голову, парень увидел, как с потолка комьями осыпается тьма, поднимаясь с пола и зависая в воздухе. Чёрное нечто продолжало формироваться, обретая уже знакомый вид столба с размытыми краями.
«Эта хрень поймала меня в ловушку, - подумал Андрей. – Если бы я не вошёл в чулан, может, тьма и не смогла бы мне ничего сделать?»
- Что тебе нужно? – голос показался сиплым, дрожащим. Парень попытался сглотнуть слюну, но в горле было сухо.
Тьма стала приближаться к Андрею, увеличивая свой диаметр. Парень тут же вспомнил про фонарик и, включив его, на манер меча полоснул столб. Рассеянный свет заставил черноту получить, видимо, неприятные ощущения. Она задрожала и отступила.
- Ха! – прокричал парень со смесью страха и возбуждения.
Он вновь прошёлся по тьме «световым мечом», ликуя от вида тьмы, терявшей бесформенные куски, остававшиеся лежать на полу. Удар, ещё один. Столб отступал в то место, где до этого находилась дверь в чулан. Почему именно фонарик наносил увечья тьме, оставалось лишь гадать. Но столб исчезал – и только это было главным.
Свет «меча» стал тускнеть, а через пару минут погас окончательно. Андрей в растерянности посмотрел на единственное оружие, ставшее бесполезным, а затем в сердце раненной тьмы. Остатки столба разделились надвое и накинулись на парня, сомкнувшись у него за спиной. Тьма одним движением проникла в сознание Андрея, не оставив там ничего, кроме себя.