Картина религии до изобретения типографии

«Картина религии  образного Ноаха, в священных горах Кавказа»

Религиозная картина священных гор Кавказа раскрывается через феномен «горной Ингушетии». Это пространство представляет собой уникальный сакральный ландшафт, включающий сотни храмовых сооружений и тысячи религиозных символов, воплощённых в архитектуре башен и наземных склепов.

Однако подлинное содержание религиозной традиции определяется не только материальным наследием, но и её носителями — сотнями тысяч ингушей, являющихся потомками древней религиозной элиты. В этой среде сохраняются божественные установления — Эздийские законы, принципы ответственной свободы, сакральные названия исторических обществ и патриархальные наименования родов (тейпов). В этих элементах запечатлена память о различных эпитетах Бога, а также зашифрована история человечества, переданная через божественные эпитеты, имена патриархов и пророков, которые кратно повторяются среди народов, — как будто здесь, в священных горах, существовал некий мировой сакральный центр, «асса-центр» для паломничества, и религиозных мифов.

Сама религия, представлявшая собой, по-видимому, первое объединение людей, сохранилась в собирательном ингушском наименовании «г1алг1а». В исторической памяти этот этноним зафиксирован в искажённых вариантах: Галга, Халха, Калка, Колха, Хельго.

Язык религиозной элиты — нана мотт (букв. «материнский язык») — сохранился в древних источниках как гаргарейский язык, выступая в роли языковой матрицы сакральной традиции.

PS

Горная Ингушетия — это не просто картина. Это было единственное место, где боролись с работорговлей, тогда как весь остальной Кавказ был покрыт сетью центров работорговли. Кавказцы потерявшие человеческий облик,  продавали краденых соседских детей и девушек для утех на богатый мусульманский Восток.

Поэтому целостной ингушской картине великой кавказской истории противопоставлены истории тех кавказцев, которые, выходит, считают, что до мировых религий они были дикарями, не имевшими ни храмов, ни бога правосудия.

Всё это — последствия тысячелетнего хаоса, когда на Кавказе оседали и переселялись разные кочевые осколки с равнины ;  современный Кавказ   — это место, где мужчину могут убить за оскорбление гостя, но спокойно предать того, кто спас его детей. Здесь уживаются несовместимые вещи: громкая фраза о «братстве народов» — с местом, где родился убийца народов, и ледяной расчёт, когда чужую землю берут под видом дружбы.