Почему рыбы молчат

Давно это было. На далекой прекрасной северной земле под названием Чукотка жил один народ. У одной из рек тундры жил маленький народ. Все они были маленького роста, маленькими у них были и яранги, и нарты, и собаки, и олени. Этот народ славился удачей в охоте, они жили долго и почти беззаботно. Другие народы говорили, что их удаче и счастью способствует дух реки. А сам этот народ говорил, что только труд и упорство делают их жизнь лучше, чем у других. Но на самом деле и правда было, что дух реки всячески помогал этому народу – уж больно маленькими были эти создания, что умиляло духа. Он не только дарил им удачу, но и оберегал их от злых духов – кэле, чтобы те не могли наслать на них болезни, неудачи и прочие проклятия. Некоторые люди завидовали этому народу и насылали на них кэле, но дух реки прогонял злых духов сразу, только завидев их. Другие пытались взять в плен людей маленького народа, но их покровитель вставал на их сторону и разбивал, нападавших, прогоняя их далеко от земель любимчиков.
Так и жил этот народ, веря, что они будут еще долго и счастливо жить. А вскоре и вовсе стали думать, что дух реки их обережет от всего и воплотит их все желания. Но этого они не сами додумались, а подговорил их кэле, который любил вселяться в людей и наводить на них лень. Лень в тундре – это самое страшное, что может случиться с человеком, ведь ленивый человек через какое-то время мог заболеть, или вовсе разлениться и лежать, ожидая голодной и холодной смерти. Но так как дух лени был слишком большой для маленького народа и не мог в них вселиться, то он обернулся обычным человеком и пришел в их селение, чтобы полакомиться их душами. О том, что он кэле выдавали лишь хитрые темно синие глаза, но и этого маленький народ заметил не сразу.
– Тыетык, – поздоровался оборотень с маленькой старушкой, сидящей у ручья.
– И-и, – удивилась старушка гостю. – Давно к нам большие люди не приходили. Зачем пришел?
– В гости пришел к вам, – хитро улыбнулся кэле.
– В гости? – еще больше удивилась старушка. – К нам приходят только, чтобы поглазеть на нас или что-нибудь отобрать.
– Я пришел дать вам совет, – подмигнул старушке мужчина-оборотень.
Старушка хрипло рассмеялась, держась за живот.
– Давно я так не смеялась. Говорят, что сам дух тундры нас бережет, а он пришел дать нам совета. Ладно, пошли, я отведу тебя к нашим старейшинам, – вытирая слезы от смеха, старуха повела его к селению.
В селении было множество яранг. Маленькие нарты были стояли у яранг или вертикальном положении придерживали рэтэм. Собаки, увидев чужака, стали громко лаять и вырываться из привязи, кэле взглянул на них, и они словно трусливые щенки заскулили и спрятали свои носы под хвосты.
– Мэ-э, – опять удивилась старуха, – наши собаки самые бесстрашные, а тут тебя испугались.
Из яранг выбежали дети, раскрыв рот они смотрели на человека. Самый смелый из них сказал:
– Давайте попросим его нас покатать! – дети подбежали к оборотню, но посмотрев в его глаза они почувствовали страх и разбежались.
– Мэ-э, и дети испугались, – подозрительно старуха посмотрела на мужчину. – Может ты кэле?
Дух лени рассмеялся:
– Я не кэле. Я сам дух тундры! – шуткой решил кэле сгладить свой обман, и старуха повелась на шутку.
Из самой большой яранги вышли старейшины.
– Етти, – поприветствовали они мужчину, не заподозрив в нем зла.
– И-и, – ответил кэле.
– Пришел дать нам совет, – рассмеялась старушка, остальные заразились ее смехом.
– Заходи. Ты устал с дороги, поешь отдохни, а потом дашь нам совет, – сказал один из старейшин.
Кэле еле залез в ярангу, закрыв собой вход. Для него сварили две туши оленя. От сытости у него стали глаза светлеть. Старушка заметила изменения в его глазах и заподозрила что-то не ладное.
– А как тебя зовут? И откуда ты к нам прибыл? – прищурилась старуха, вглядываясь в глаза гостя.
– К’ытл’эч’атгыргын зовут, – он закрыл глаза, почувствовав взгляд старушки. – Я устал, что мои глаза заболели, видать слепну, поэтому глаза синеют.
– Но ты так молод, – не веря словам, прохрипела старушка.
– Что ты к гостю пристала? Дай отдохнуть, – толкнул локтем старик старушку, – отдыхай, гость. Я тебе толкушку из трав на глаза положу и будешь видеть хорошо, – старик достал смесь трав, смочил их водой и положил на глаза кэле.
«Надо вызвать духа реки, уж слишком странный гость», – подумала старушка и направилась реке. Но подойдя к краю селения ей захотелось резко спать, и она уснула. Проснулась она поздно вечером. На улице никого не было. «Что-то лень идти сейчас. Схожу завтра», – зевнула старушка и пошла к себе в ярангу.
На следующий день из яранг никто не выходил, все лежали в своих пологах – всем было лень вставать, а когда хотели есть то, съели с начало, что было приготовлено, а потом начали есть сырое мясо. В стадо и на охоту никто не выходил, поэтому еды в селении не осталось. Даже дети перестали выходили играть на улицу. От голода все стали худеть, а кэле толстеть, вскоре он растолстел почти на половину яранги, продолжая спать. От лени некоторые не могли уже пошевелиться, им становилось лень дышать и жить, и они уходили с этого мира, пытаясь улететь сквозь облака, но кэле успевал схватить их души и съедать.
Но кэле не знал, что в стаде остались пастухи, которые откочевали от селения на некоторое время. Юноши пригнали стадо обратно и удивились, что их никто не вышел встречать.
– Наверное, что-то случилось, – предположил один из юношей, – я схожу проверю, если не вернусь к вечеру, то значит случилась беда.
Юноша пошел в селение. Собаки не реагировали, они лениво посмотрели на пришедшего и вновь уснули. Пастух направился к своей яранге, все в ней спали или лежали.
– Амрылькот! Принеси еды, мы не ели уже несколько дней, – просила его мать.
– Вы заболели? – забеспокоился юноша, трогая лбы своим родным.
– Нам лень было выходить на охоту, готовить что-то – вот и заболели, – слабым голосом говорил его отец.
– Лень? Как лень? – юноша стал трясти отца, – вставай! Под вами уже черви ползают!
– Это все из-за большого человека, у него взгляд страшный! Только не ходи к нему, а то тебя заколдует. Уходи, брат, – еле говорил его младший брат.
– Где этот человек? – спросил пастух.
– В яранге у старейшин, – тихо ответил его отец.
Юноша набрал воды и напоил свою семью. После к большой яранге, где торчала рука оборотня.
– Етти, – лениво произнес оборотень.
– И-и, – буркнул юноша, чувствуя вонь от мужчины. – Я не видел людей из вашего племени, ты первый.
Кэле перевернулся на другой бок и зевнул:
– Посмотри, что с моими ногами, они у меня жутко болят. Я просил твоих людей полечить меня, но они так разленились.
Юноша пролез в ярангу, подошел к мужчине и снял торбаз с его правой ноги – вместо ноги было костлявое копыто, на котором кишели черви. Он понял, что это не человек, а кэле. Пастух надел обратно торбаз.
– Ничего опасного нет. – Притворно зевнул, – что-то мне так лень с тобой говорить стало. Я пойду спать.
– Атав, – попрощался с ним мужчина-оборотень.
Пастух вылез из яранги и побежал, что есть силы к стаду, чтобы рассказать другим, что произошло с их селением.
– Не может быть! Откуда он взялся? Надо пойти и уничтожить его! Нет, нам не справиться с ним! – на перебой говорили пастухи.
– Надо попросить помощи у духа реки! – сказал юноша, который ходил в селение.
Пастухи стали проводить обряд жертвоприношения: забили оленя, а его остатки раскидали в разные стороны реки, самый старший достал бубен и стал отбивать ритм, а остальные стали петь и молить духа реки помочь им.
Дух реки услышал их и вышел из реки. Пастухи впервые видели его воочию: он был большого роста, тело было полупрозрачный, встань он на свет солнца, то оно бы просветило его, не отбросив тени, с головой нерпы, вся кожа была покрыта мелкими золотыми чешуйками, по земле он не шел, а будто плыл в воздухе.
– Кто посмел тронуть мой народ? – его голос звучал словно буря в море.
– Кэле поселился в нашем селении, теперь там все заболели от лени, – виновато пробурчал Амрылькот.
– К’ытл’эч’атгыргын! – рассердился дух реки. – Берите арканы, прогоним кэле с моих земель! Когда он побежит ловите его и крепко держите арканы!
Все последовали за духом реки. В большой яранге продолжали спать от лени люди и злой дух. Пастухи приготовили арканы к броску. Дух реки схватил мужчину-оборотня за руку и вытащил на улицу. Сонный кэле лениво посмотрел на духа реки:
– Не спаси их тебе – они уже в моей власти. Забирай своих пастухов и уходи.
От злости у духа реки чешуйки стали алого оттенка. Он зашел в ярангу и стал будить обленившихся старейшин:
– Встаем и бежим вокруг яранги! – но старики продолжали лежать, лениво зевая.
Дух реки пошел в другую ярангу, где лежали в основном дети. Дети, увидев духа тундры, испугались и очнулись от лени.
– Девочки, иди в яранги и разведите костры. Мальчики, иди за водой. А потом бегайте и прыгайте! – грозным голосом говорил дух, дети разбежались. – Быстро в стадо и на охоту! – он поднял взрослых, те лениво поднялись и пошли выполнять приказ повелителя.
Все были при деле, только старики совсем были плохи. Кэле стал ростом с обычного человека, заметив, что он уменьшился в росте, оборотень хотел бежать, но его словили пастухи и крепко держали.
– Приказываю тебе принять свой облик! – гремел голос духа реки.
Кэле стал оборачиваться в самого себя: его одежда превратилось в рванье, запахло гнилью, тело стало чернеть и худеть, вместо рук и ног были копыта, на которых кишели черви, а глаза засветились синим цветом.
– Отпусти души, что ты сожрал! – приказал ему дух реки.
– Они по праву мои! – Кэле улыбнулся страшной ртом и засмеялся, от его смеха у людей прошел холодок по спине, почувствовав слабину, он попытался сбежать, протащив по земле пастухов несколько метров.
– Отпусти! – дух реки схватил за горло кэле и сунул руку в его пасть.
Души маленького народа стали выплывать одна за другой, улетая сквозь облака. Кэле уменьшился в размере и провалился сквозь землю.
– Там тебе и место! Не возвращайся более! – помахал кулаком в землю Амрылькот.
В селении все приободрились и занялись своими делами, которых накопилось очень много за все время лени – несколько дней, без устали, маленькие люди трудились. Только старейшины были совсем плохи, и они просили духа реки отправить их за облака.
– Не время вам уходить, – журчал дух реки.
– Тогда преврати нас в комаров, они только летают и кусаются, сил им много не надо.
Пожалел их дух реки и превратил старейшин в комаров. Они полетели кучкой, и на них напали пуночки – еле свои хоботки унесли, вернулись к духу реки:
– Нас хотели съесть пуночки! Пока от них улетали, то много сил потратили. Преврати нас в пуночек.
Дух тундры не ответил ничего и превратил комаров в пуночек – птички разлетелись и стали кушать комаров да мошек. Прошло некоторое время и на птичек стали охотиться совы, еле крылья унесли от хищников пуночки. Решили они вернуться к своему повелителю.
– Не хотим быть пуночками – надо много летать и ловить ловких насекомых, а потом улетать и прятаться от сов, – уже не просили, а возмущались бывшие старейшины. – Забери нас с собой в реку! – приказным тоном говорили они, – мы слышали от комаров, что их личинки плавают в воде, а они должно быть очень вкусные.
Покраснел от злости дух реки, но любовь к маленькому народу победила его гнев, и превратил он их в рыб. Рыбы довольные расплылись по реке и стали плавать и кормиться личинками комаров и прочими лакомствами, что было в реке. Вскоре им наскучило быть рыбами, и они вновь приплыли к духу реки.
– Дух реки, не нравиться нам твоя река, – возмущались рыбы. – Преврати нас в сов или в журавлей, – дух реки молчал в ответ, – чего молчишь, дух реки? Или ты уже нас не любишь? Преврати нас в сов! – дух продолжал молчать. – Дух реки, мы приказываем тебе не молчать и превратить нас в журавлей! – совсем обнаглели рыбы, приказывая своему повелителю.
Дух реки грустно посмотрел на рыб, глубоко вздохнул и махнул рукой, забрав голоса у рыб. Теперь они беззвучно открывали свои рты. Еще несколько дней рыбы плавали за своим повелителем, но он их не слышал. И до сих пор плавают рыбы безмолвно в воде.
Конец.