Записки об Олене и Треножнике. Глава 2, часть 4

  Мао Шиба обернулся:
— Чего такого смешного?
— Я вспомнил того дармоеда из дома Му…
— Какого еще «дармоеда»? — нахмурился Мао Шиба.
— Ну, у него фамилия Бай… Разве Бай — не значит «белый-дармовой»? Значит - «дармоед»!
— Фамилия Бай — это просто фамилия! Какое отношение она имеет к дармоедам?! — вспылил Мао Шиба. — Бай — одна из четырех знаменитых фамилий в доме Му в Юньнани: Лю, Бай, Фан и Су. Они — четыре главных военачальника
этого дома!

— Ну и что с того? – пожал плечами Вэй Сяобао. - Что за важность — «дом Му»? «Три генерала-четыре военачальника»… Да кто они, чтоб их так, вообще такие?
Мао Шиба аж покраснел от возмущения:
— Ты бы следил за языком! На всем «речном и озерном» пути при упоминании дома Му люди падают ниц от почтения! Какое еще «кто они такие»?!
Вэй Сяобао только буркнул:
— Ну ладно…
— Когда минский Тайцзу – первый минский император - поднял восстание против монголов династии Юань, - продолжил Мао Шиба, - князь Му Ин совершил великие подвиги, усмирил Юньнань, и император даровал его роду право вечно править этой землей. После смерти ему пожаловали титул князя, а его потомки из поколения в поколение наследовали титул гуна.

  Вэй Сяобао хлопнул по седлу и воскликнул:
— А-а, так это же дом Му Ина, князя Му! Чего же ты мямлил про «Юньнаньский дом-двор Му»? Сказал бы сразу — Му Ин, князь Му, я бы сразу понял! Только он же, считай, тысячу лет как помер. Чего ты так их боишься?
— Какая еще тысяча лет? – сказал Мао Шиба. -  Не неси чепухи! Мы, люди цзянху, почитаем дом Му не из-за князя Му Ина, а из-за его потомка — Му Тяньбо! Когда последний минский император, Гуй-ван, бежал в Юньнань, князь Му Тяньбо… А, ну да, точно, он был Цянь-гуном, правителем области Цянь… Так вот, он проявил абсолютную преданность, защищая своего государя. А когда предатель У Саньгуй напал на Юньнань, Му Тяньбо помог императору бежать в Бирму. Какие-то мерзавцы в Бирме задумали убить Гуй-вана, но Му Тяньбо добровольно принял смерть вместо своего повелителя. Таких героев, сочетавших в себе верность и благородство, поистине мало в истории!

  Вэй Сяобао оживился:
— А-а, так этот господин Му Тяньбо — потомок того самого Му Ина из «Жизнеописания героев»! Князь Му был неустрашимым воином, любимым полководцем императора-основателя династии Мин — это-то я хорошо знаю!
Он слышал сказителей, рассказывавших «Жизнеописания героев», и имена полководцев — Сюй Да, Чан Юйчуня, Ху Дахая и Му Ина — были ему знакомы.
  Затем он спросил:
— Чего же ты сразу не сказал? Если бы я знал, что дом Му — это семья князя Му Ина, я бы немного почтительнее отнесся к тому дармое… А кто такие те четверо — Лю, Бай, Фан и Су?
— Четыре семьи Лю, Бай, Фан и Су испокон веков были военачальниками при доме Му. – терпеливо объяснил Мао Шиба. —  Их предки помогали князю Му покорять Юньнань. Когда Му Тяньбо сопровождал императора в Бирму, потомки этих четырех семей бились насмерть, чтобы прикрыть отступление. Выжили лишь немногие молодые представители их родов. Я так почтительно вел себя с тем человеком по фамилии Бай, во-первых, потому что он помог мне отбиться от собачьих прихвостней гнусного предателя…

  Вэй Сяобао тут же перебил его:
— Я тоже помог тебе отбиться от собачьих прихвостней гнусного предателя! Почему же ты со мной не церемонишься?
  Мао Шиба покосился на него и продолжил:
- Во-вторых, он очень преданный человек, а это качество весьма ценится у нас в цзянху. Так что, если обидишь кого из дома Му, то будь уверен, каждый из братвы в цзянху возненавидит тебя.
- Ну раз так, - обронил Вэй Сяобао, - в следующий раз как встречу такого преданного человека, отнесусь к нему чуток повежливее.
- Первый раз слышу от тебя хоть что-то разумное. – хмыкнул Мао Шиба.
- Ну а мне, видать, от тебя ничего разумного и не дождаться. – тут же парировал Вэй Сяобао. - Кто ж не знает как князь Му с помощью медных труб пересек реку и стрелял огнем в слона! Тут я и без твоих дерьмовых подсказок обойдусь.
- Что еще за «медные трубы» и «огненный слон»? – недоуменно спросил Мао Шиба.

  Вэй Сяобао рассмеялся:
- А, знаешь только как подлизываться к служивым князя Му, а какой он на самом деле был герой и понятия не имеешь! А знаешь ли ты, кем князь Му приходился императору Тайцзу?
- Князь Му был великим полководцем при Тайцзу — это все знают! – ответил Мао Шиба.
- Тьфу ты! – фыркнул Вэй Сяобао. – «Полководец»? Ну конечно, полководец, а не какой-то занюханный пехотинец! Ну-ка, при Тайцзу было шесть князей — Сюй Да - князь Сюй и Чан Юйчунь - князь Чан, этих ты, конечно, знаешь. А кто еще четыре?
  Мао Шиба был простым бойцом из глубинки и в истории основания династии Мин не разбирался. Имена Сюй Да и Чан Юйчуня он слышал, но и понятия не имел ни о каких «шести князьях», и уж тем более — кто были остальные четверо.


  А вот Вэй Сяобао знал «Жизнеописание героев» наизусть — в янчжоуских чайных, где он проводил дни, сказители пересказывали их раз за разом.
  После падения Мин прошло еще не так много времени. Люди тосковали по прежней династии, но открыто обсуждать «свержение Цин и восстановление Мин» было опасно. Поэтому в чайных особенно любили слушать «Жизнеописания героев» — историю о том, как Чжу Юаньчжан - основатель династии Мин - изгнал монголов династии Юань. Самая тяжелая битва при основании Мин — это сражение на озере Поянху против Чэнь Юляна. Народу очень нравилось слушать о том, как гнали монголов прочь с китайской земли. Когда рассказчик выкрикивал: «Мин громит ордынцев!» — все в душе слышали: «Китайцы – народ хань - бьют цинских собак»! Ну как при этом не радоваться?!

  Из всех сановников, принявших участие в основании династии Мин, особенно почитались слушателями Сюй Да, Чан Юйчунь и Му Ин. Когда сказители живописали, как эти трое рубили монгольских воинов, добавляя красочных подробностей, слушатели приходили в полный восторг, опьяненные повествованием.

  Вэй Сяобао, видя, что Мао Шиба не может ответить, самодовольно продолжил:
— Остальные четыре князя — это Ли Вэньчжун, Дэн Юй, Тан Хэ и, конечно, наш Му Ин, князь Му. Какие именно титулы они получили, я тебе говорить не буду — все равно ведь не запомнишь?
  На самом деле он и сам не помнил, какие титулы носили эти шесть князей.
  Мао Шиба молча кивнул.
  Вэй Сяобао, довольно продолжил:
— Тан Хэ был старым другом императора Тайцзу, а по возрасту даже старше его. Дэн Юй тоже присоединился к Тайцзу еще в самом начале и прошел с ним весь путь к власти. Ли Вэньчжун приходился императору племянником. А князь Му был его приемным сыном — сначала он даже носил фамилию Чжу и звался Чжу Ин! Но после великих подвигов Тайцзу разрешил ему вернуть родовую фамилию Му.

  Мао Шиба, впечатленный рассказом, сказал:
— Вот оно как… А что там было с этим… «стрельбой медными трубами по слонам»?
— Это «медные трубы при переправе», - поправил его Вэй Сяобао, -  а не «стрельба по слонам»! Когда Тайцзу покорял Поднебесную, только князь Лян в Юньнани и Гуйчжоу не сдавался. Тот самый Лян-ван… э-э… как же его имя-то… а, вот – Цзилигулухуа, племянник последнего юаньского императора, упрямо держал оборону.
На самом деле князя звали Бачжалаваэрми, но Вэй Сяобао этого не запомнил и выдумал имя на ходу.

  Мао Шиба смутился — имя звучало странно, но спорить не решился.
  Вэй Сяобао разошелся вовсю:
— Тайцзу в гневе послал трехсоттысячное войско под командованием князя Му. На границе Юньнани они столкнулись с монголами. Их полководец Дарима был ростом в десять чжанов! Голова — как котел, доспехи — словно стена, а копье…
  Тут Мао Шиба не выдержал:
— Да кто ж ростом в десять чжанов бывает?!
  Вэй Сяобао, сообразил, что заврался, но не моргнув глазом, ответил:
— Ну, татары ведь крупнее нас, китайцев! Так вот, этот Дарима, облаченный в доспехи и с громадным копьем в руке вышел на берег реки, взревел — будто три грома грянули! И вдруг: буль-буль-буль! Вода забурлила! Знаешь, что случилось?
— И что же? – завороженно спросил Мао Шиба
  Вэй Сяобао продолжил с важным видом:
— Оказалось, рев Даримы пронесся через реку — и десять наших солдат от страха свалились с коней прямо в воду! Князь Му сразу смекнул: плохо дело - если этот великан еще раз крикнет, то все войско посыплется в реку как груши! Тут ему в голову и пришла гениальная мысль...

  Обычно Вэй Сяобао сыпал ругательствами вроде «мать твою» через слово. Но сейчас, дойдя до рассказа о юньнаньском князе Му Ине, он, подражая сказителям, ни одного грубого слова не вымолвил. И даже ввернул полуграмотную поговорку.
— Видит князь — Дарима снова разевает пасть, чтобы заорать. – продолжил Вэй Сяобао. - Быстро натянул лук, и — щелк! — стрела полетела прямиком в его глотку! А надо сказать, что князь Му, как говорят, «за сто шагов попадал в лист тополя, а за тысячу – в разинутый рот»! Но Дарима тоже был парень не промах — увидел смертоносную стрелу, молниеносно наклонил голову, так и увернулся! И вдруг слышит он с тыла вопль: «Беда!» Дарима обернулся и увидел жуткую картину: у десяти его генералов в груди зияли кровавые дыры — стрела князя Му прошила их насквозь, как шашлык на вертеле – вошла в грудь первому генералу и вышла через спину, затем вошла в грудь второму генералу… И так десять человек!

— Да быть такого не может! – покачал головой Мао Шиба. -  Даже если бы князь Му обладал богатырской силой, одна стрела не пробьет десять человек.
  Вэй Сяобао снисходительно сказал:
— Князь Му — это сошедший с небес бессмертный, посланный Нефритовым императором защищать Тайцзу! Да разве он ровня простым людям вроде тебя? А, Мао Шиба? Этот выстрел называется «Стрела, пронзающая облака»!
  Мао Шиба, и верил, и не верил:
— Ну и что было дальше?
— Дарима в ярости подумал: «Если ты можешь пустить в меня стрелу, то и я могу!» Схватил лук и выпустил стрелу в князя Му! Но тот лишь крикнул: «Неплохо!» — протянул правую руку и ловко поймал ее двумя пальцами! А в этот момент в небе курлыкая пролетел клин журавлей и князю Му пришла в голову замечательная идея. Он воскликнул: «Сейчас я попаду в левый глаз третьей птицы!»
— Раздался свист, и стрела князя Му устремилась к журавлям. – продолжил Вэй Сяобао. - Дарима усмехнулся: «Попасть в третью птицу и так сложно, а ты еще и в левый глаз целишься!» Но едва он поднял голову чтобы посмотреть на такое чудо — князь Му выпустил три стрелы разом прямо в него!

  Мао Шиба в экстазе хлопнул себя по бедру:
— Гениально! Это же тактика «шуметь на востоке, а ударить на западе»!
— Но судьба хранила Дариму, — продолжал Вэй Сяобао. — Первая стрела выбила ему левый глаз, и он рухнул навзничь. А две другие убили – восемнадцать-шиба татарских генералов! А ведь у татар все тело в волосах-мао. Вот наши солдаты и звали их «волосатыми вояками». Так вот, тремя стрелами князь Му покончил с восемнадцатью «волосатиками-мао»! Этот подвиг вошел в историю как «Князь Му сражается через реку — три стрелы кладут восемнадцать-шиба волосатиков» или «три стрелы кладут мао шиба!

  Мао Шиба ошарашено заморгал:
— Чего?!
— Князь Му через реку убил восемнадцать волосатиков - мао шиба! – давясь смехом повторил Вэй Сяобао. 
  Тут до Мао Шиба наконец дошло, что его дурачат и эту часть истории мальчишка сочинил чтобы лишний раз поиздеваться над ним:
— Да чтоб тебя! Врешь как сивый мерин! Пусть будет: «Князь Му тремя стрелами прикончил Вэй Сяобао!»
— Да я тогда еще и не родился! — захихикал Вэй Сяобао. — Как бы он смог меня подстрелить?
Мао Шиба вернул разговор в изначальное русло:
— Ладно, хватить чушь болтать. А что было после того, как Дарима получил стрелу в глаз?

- Когда монголы увидели, что их командующий сражен стрелой и упал с коня, - продолжил Вэй Сяобао, - в их рядах началась паника. Князь Му уже собирался отдать приказ войскам о переправе, как вдруг с противоположного берега донеслись звуки рогов – это подошли монгольские подкрепления! Тучи стрел взмыли в небо, буквально затмив солнце. Но мудрый князь Му тут же придумал новый план!
  Мао Шиба, заинтригованный, спросил:
- И что же он сделал?
- Он послал четырех своих лучших генералов вниз по течению, чтобы они тайно переправились через реку и зашли монголам в тыл, где начали трубить в медные трубы!
  Мао Шиба, попытался угадать:
- Наверное, это были Лю, Бай, Фан и Су?
  Вэй Сяобао, и сам не знал кто были эти четверо, но, не желая, чтобы Мао Шиба это понял, моментально выдумал:
- Как бы не так! Это были Чжао, Цянь, Сунь и Ли! А Лю, Бай, Фан и Су остались охранять самого князя!
- А, понятно… - кивнул Мао Шиба.

  Вэй Сяобао продолжил:
- Тогда князь Му приказал войскам Лю, Бай, Фана и Су поднять громкий шум, спустить на воду лодки и плоты, и послал тысячу солдат делать вид, что они начинают переправу! Увидев, что минские войска пытаются переправиться, монголы начали стрелять как одержимые. Князь Му тут же отозвал войска, а через полчаса снова разыграл тот же спектакль - монголы опять выпустили тучи стрел! В реке от стрел погибло столько рыб, креветок, черепах и крабов, что и не сосчитать!
 Мао Шиба нахмурился:
- А в это уже не верю. Рыба - ладно. Но креветки слишком малы, а у крабов и черепах есть панцирь - как их стрелами убить?
  Вэй Сяобао, не моргнув глазом, предложил:
- Хочешь проверить? Давай в следующем городке купим черепаху, краба и креветку, подвесим на веревочке и постреляем! Увидишь, умрут или нет!
  Мао Шиба подумал: «Некогда нам этими глупостями заниматься», но, боясь, что Вэй Сяобао прекратит рассказ, сдался:
- Ладно, будь, по-твоему. Что было дальше?
- А потом солдаты князя Му выловили из реки восемнадцать подстреленных волосатых черепах – по-нашему мао ванба - сварили их и съели! Вот такие дела.  Это называлось «Великая трапеза князя Му с волосатыми черепахами!» или «Князь Му съел мао ванба – Мао С*кина сына!»

  Мао Шиба рассмеялся и ругнулся:
— Ах ты ж, стервец - чего только не придумаешь чтобы поглумиться! Ладно, рассказывай дальше — как князь Му переправился через реку?
— Князь Му приказал бить в барабаны и кричать, делая вид, что вот-вот начнет переправу — и так несколько раз! – сказал Вэй Сяобао. -  А когда с тыла монголов донеслись медные трубы — это Чжао, Цянь, Сунь и Ли ударили сзади —, и он наконец дал команду к настоящей атаке!
— Солдаты прикрылись щитами и поплыли на плотах — а у монголов стрелы-то уже на исходе, полдня стреляли! Да ещё сзади враги, да командующий ранен… Началась паника! Тут князь Му вскочил на коня и врубился в ряды монголов - те так и брызнули врассыпную, побежали кто куда мог.
  Вдруг видит он — везут какого-то важного монгола на коне, охраняют со всех сторон. «Ага, - думает, это Дарима!» Подскакал поближе и кричит: «Сдавайся, вражья морда!».  А тот в ответ: «Я… я не Дарима! Я… Мао…» Князь Му увидел, что в левом глазу Даримы торчит стрела с позолоченным иероглифом «Му» — ну точно его меткая стрела! Недолго думая, он схватил его за шиворот, швырнул на землю и крикнул: «Связать его!» Лю, Бай, Фан и Су тут же набросились на Дариму и скрутили его покрепче.
А уж сколько монголов при бегстве потонуло в реке — даже не сосчитать! Местные черепахи-ванба наелись их волосатых трупов, вот и сами обросли волосьем. С тех пор только в Юньнани и водятся такие «волосатые черепахи»-мао ванба!

  Мао Шиба нахмурился — опять этот намек на иероглиф «Мао» - «волосатый» - схожий с иероглифом из собственной фамилии, но спорить не решился: вдруг в реках Юньнани и правда водятся такие черепахи?
— После победы князь Му подошёл к столице князя Ляна, — продолжал Вэй Сяобао, — а там тишина… Приказал бить в барабаны, вызывая его на бой, но те на крепостной стене просто вывесили деревянный щит с надписью «Отказываемся от битвы!»
  Мао Шиба кивнул:
— Значит, Лян-ван понял, что ему не справится, вот и вывесил отказ…
- Князь Му, человек милосердный, - продолжил Вэй Сяобао, - увидев эту надпись, подумал: «Видимо, Лян-ван хочет сдаться. Если начну штурмовать город, пострадают невинные горожане, и кто знает сколько их будет убито или ранено.  Отложу-ка я штурм и дам ему три дня на капитуляцию!»

  Мао Шиба хлопнул себя по бедру и воскликнул:
 — Вот почему род Му правил Юньнанью до конца династии Мин! Небеса благословляют добродетельных и тех, кто заботится о простом народе!
— Той ночью князь Му сидел в шатре при свете лампы, читая «Весны и Осени»… — продолжал Вэй Сяобао.
  Мао Шиба нахмурился:
- Погоди-ка! Это же Гуань Юй - Гуань-ван - читал «Весны и Осени»! Разве и Му-ван тоже?
  Вэй Сяобао парировал:
- Все настоящие князья читают «Весны и Осени»! Или ты думаешь, они «Лета и Зимы» читают? «Лета и Зимы» — это для таких мужланов как Чжан Фэй, про которых говорят - «сила есть – ума не надо»! Му-ван — перерождение Звезды Воинской Доблести, ему положено читать то же, что и Гуань-вану – «Весны и Осени», а не какие-то там «Зимы…»

  Мао Шиба и понятия не имел, что это за «Зимы-Осени», но не желая показаться невеждой, поспешно кивнул.
— Читает он себе, читает, — продолжал Вэй Сяобао, — вдруг захотел по-маленькому. Только взял золотую ночную вазу, подаренную самим Тайцзу, как вдруг из города донесся жуткий рев! Ни тигриный, ни конский — а какой-то совсем невообразимый! Как услышал князь Му этот рев — сердце екнуло!
  Мао Шиба нетерпеливо спросил:
- Да что же это было?!
- А ты угадай! — усмехнулся Вэй Сяобао
- Наверное, еще какие-нибудь монголы орали, как тот Дарима? – спросил Мао Шиба
- Не-а! — Вэй Сяобао торжествующе мотнул головой. — Князь Му аж ссать передумал! Аккуратненько так поставил золотую ночную вазу на стол в задней части шатра…

  Мао Шиба аж подпрыгнул:
- Ночную вазу да на стол?!
- Так это же не простая ночная ваза! —  сказал Вэй Сяобао – Ее сам Тайцзу подарил! Относиться к такой реликвии нужно с благоговением!
Поставил, князь, значит вазу и тут же велел бить в барабаны и собирать совет в своем шатре. Взял золотую командную стрелу и говорит: «Генерал Лю! Приказываю тебе взять три тысячи солдат и к утру поймать всех полевых мышей в округе! Кто много наловит — тому награда, а кто ничего не наловит - того карать по законам военного времени!» Генерал Лю принял стрелу и помчался мышей ловить.

  У Мао Шиба от удивления округлились глаза:
- Мышей-то зачем ловить?
  Вэй Сяобао загадочно протянул:
- Военные планы князя Му — тайна за семью печатями! Генерал получил приказ – будь добр, исполняй! А если кто посмеет лишний вопрос задать — раз-два и голова с плеч! Будь ты на месте его генералов задавал такие дурацкие вопросы, да будь у тебя хоть восемнадцать голов - все они, мать-перемать, давно бы уже покатились!

  Мао Шиба фыркнул:
- Если б я служил у него, молчал бы. Но ты-то не князь Му — почему бы и не спросить?
- Нет-нет-нет! — Вэй Сяобао замахал руками - Взял князь вторую золотую стрелу и говорит генералу Бай: «Возьми 20 тысяч солдат и выкопай в пяти ли от города ров — два ли длиной, два чжана шириной и три чжана глубиной! К утру чтобы было готово! Да не напутай!» Генерал Бай поклонился и ушел. А потом князь Му вообще приказал отступать — они отошли на шесть ли и разбили лагерь.
  Мао Шиба чем больше слушал, тем больше недоумевал:
- Странно… Что-то не пойму, к чему такие маневры!

  Вэй Сяобао презрительно фыркнул:
- Ха! Если бы ты мог угадать замыслы князя Му, тогда бы он стал Мао Шиба, а ты — князем Му!
На следующее утро генералы Лю и Бай доложили: — «Поймали более десяти тысяч полевых мышей! И ров готов!»
Князь Му одобрительно кивнул: «Хорошо!» и послал разведчиков к городу.
К полудню из города донесся грохот барабанов. Разведчик примчался в панике:
«Беда, ваша светлость!»
Князь Му грохнул кулаком по столу:
— Да так тебя растак, чего ты орешь?!
— Татары открыли северные ворота… и выпустили сотни длинноносых быко-демонов!! Они как раз бегут на наши позиции!
Князь Му рассмеялся:
-Каких еще демонов? Продолжай наблюдать!
Разведчики поклонились и ушли.

  Мао Шиба удивился:
— Что за «длинноносые быко-демоны?!
  Вэй Сяобао с важным видом ученого объяснил:
— Так и думал, что ты про них ни сном ни духом. Существа размером с быка, с грубой кожей, длинными носами, торчащими клыками и огромными ушами, которые хлопают при ходьбе. Чудовищные твари!
  Мао Шиба задумчиво кивнул, пытаясь представить этих «длинноносых быко-демонов».
  Вэй Сяобао продолжал:
- Князь Му усмехнулся про себя: «Вот болван, ни черта не знает! Как увидел верблюда так орал, что это лошадь со вздутой спиной, а слонов принял за каких-то длинноносых быко-демонов!»

  Мао Шиба сначала опешил, а затем разразился хохотом:
- Ха-ха-ха! И правда идиот! Ну ладно, он северянин, слонов в жизни не видел. Вот и принял их за длинноносых быко-демонов — простительно!
  Когда в янчжоуских чайных сказители доходили до места с «длинноносыми быко-демонами», публика всегда разражалась хохотом. Вэй Сяобао тоже решил обыграть эту шутку чтобы развеселить Мао Шиба.
  Он продолжил:
- Когда князь Му выстроил войска, на горизонте поднялись тучи пыли — это сотни слонов с привязанными к бивням клинками мчались в атаку! А хвосты у них… горели!
Оказалось, что Лян-ван купил эти несколько сотен слонов в Бирме и устроил «огненный строй» — привязал к хвостам сосновые ветки и поджег! Испуганные животные понеслись на наши позиции. Стрелы отскакивали от их толстых шкур, да и мяса на них сколько! Если бы войска дрогнули, монголы ударили бы следом!
Наши минские войска - все северяне, никогда не видевшие слонов - перепугались: «Хвостатые демоны изрыгают пламя! Сегодня нам конец!»

  Мао Шиба задумчиво протянул:
- Да… огненный строй слонов — серьезная штука.
- А князь Му хоть бы глазом моргнул! — Вэй Сяобао изобразил ледяное спокойствие. — Только холодно усмехнулся. Когда слоны приблизились, он скомандовал: «Выпускайте мышей!»
  Представь: десять тысяч мелких тварей кинулись под ноги слонам, и в мгновение ока вся земля была покрыта мышами как ковром! А ведь слоны львов, медведей, тигров и леопардов не боятся… Единственно кого они боятся больше всего - мыши! Особенно если мышь в ухо залезет… и мозги выгрызть может!
Как увидели слоны мышей – тут же в панику, развернулись и помчались… да прямо на свои же войска! Вломились в строй татар - кого затоптали, кого покалечили. Некоторые слоны, правда, не разбирая направления, к нам рванули — но тут же провалились в ров!
Тогда князь Му рявкнул: «Огненными стрелами — пли!»
Как только отдал он приказ, небо тут же расцветилось тысячами огней… Красота!

  Мао Шиба спросил:
- Что еще за «огненные стрелы»?
- Думаешь «огненные стрелы» — это просто стрелы с огнем? Как бы не так! – ответил Вэй Сяобао. — Это были настоящие фейерверки!
В минских войсках имелись запасы пороха из серы и селитры для пушек и мушкетов. Еще с вечера князь Му приказал сделать из пороха петарды. И когда их запустили, небо озарилось огненными цветами! Грохот стоял такой, что слоны совсем обезумели и помчались как угорелые, круша свои же войска! И под ногами слонов монгольские войска – хлюп-хлюп! – превратились в кашу!
Князь Му тут же отдал приказ идти на штурм. Раздались боевые кличи и наши под барабанный бой, вслед за слонами, ворвались в город…
А Лян-ван в это время на городской стене пил вино с наложницами и вдруг как заорет: «Гулу абу ту, ули у!»

  Мао Шиба спросил:
 — Это еще что за язык?
- Татарский, конечно! Он же татарин… - ответил Вэй Сяобао. — А значил этот крик: «Ай-яй-яй, слоны взбунтовались!» Закричал он и бросился в другой конец города.  Вдруг видит - колодец. Он к нему — бултых! — хотел утопиться…
Но Лян-ван оказался слишком толстым, смог нырнуть только до половины - брюхо застряло в колодце - ни туда, ни сюда! Болтается и орет: «Ай-яй, ваш повелитель повис как окорок на крючке!
  Мао Шиба с просил с недоумением:
- Погоди, он что, в этот раз не по-татарски говорил?
- Да по-татарски… Но ты-то все равно не поймешь! Вот я для тебя и перевел! — отмахнулся Вэй Сяобао — Князь Му ворвался в город, увидел этого жирного татарина в желтом халате и с золотой шапкой на голове — и сразу понял, что это Лян-ван. Глядит, а тот оказывается застрял в колодце. Князь Му расхохотался, потащил Лян-вана за волосы — и тут же отпустил: воняло так, что хоть стой хоть падай! Оказывается, Лян-ван от страха обделался!

  Мао Шиба покатился со смеху:
- Ха-ха! Сяобао, истории рассказывать ты мастак! Выходит, князь Му, усмиряя Юньнань победил умом да смекалкой. Не будь его мышиного войска — огненные слоны разнесли бы нашу армию в пух и прах!
  Вэй Сяобао сказал:
- А то ж! Только он использовал мышей, а мы с тобой — известь. По сути, одно и то же.
  Мао Шиба покачал головой:
- Да вот нет! В войне обман допустим и можно использовать всякие хитрости. Чжугэ Лян же использовал стратагему «Пустой город», верно? Но у нас в цзянху надо быть честным! Уличная драка — не поле боя.

  Вэй Сяобао пожал плечами:
- Да какая разница.
  В пути они без устали беседовали, и скучать им не приходилось. Мао Шиба подробно разъяснял Вэй Сяобао все неписаные законы и табу мира «рек и озер».
— Ты не владеешь боевыми искусствами, и если люди поймут, что ты не мастер, то не станут применять против тебя смертельных приемов. – добавил он в конце, - Но ни в коем случае не притворяйся знатоком — себе дороже выйдет!
  Вэй Сяобао тут же отозвался:
— Я, Вэй Сяобао, он же «Белый Дракон», знаю толк только в подводных делах — могу на дне реки затаиться да питаться сырой рыбой и креветками. А вот этим вашим сухопутным гунфу… как-то не успел научиться, да и плевать хотел!
  Мао Шиба рассмеялся от всей души.
К вечеру они остановились в крестьянском доме. Мао Шиба щедро отблагодарил хозяев несколькими лянами серебра. Прожив там около десяти дней, он почти полностью оправился от ран, после чего они наняли повозку и продолжили путь.