6. Поцелуй

Следующая встреча произошла вскоре. Миша устроился водителем, и его путь в вечер пятницы лежал через молокозавод. Он привез новые бидоны, которые шустро разгрузили.

Миша протирал лобовое стекло грузовика, осведомленный, что Вера скоро выйдет.

— Меня ждешь? – решила пошутить.

— Тебя жду. Поехали?

— Ну поехали.

Ехали они молча первое время, и в этой тишине им было уютно.

— Сколько езжу, все смотрю на вон то крыло утеса. И гадаю, что же за ним?

— Так давай узнаем, — Миша вырулил вправо, в противоположную сторону от деревни, съезжая с привычной дороги, по которой Вера в течение года ездила на работу и с работы.

— А можно?

— Чего нельзя то.

Остановились они у подъема к утесу, за обрывом которого виднелся лишь клочок неба, без единого облачка. Подъем к обрыву дался легко, и достигнув каменной линии, Вера замерла. Серо-голубые глаза впитывали красоту зеленых полей, которые медленно переходили в пригорки, а среди них — блестящей змеей извивалась речка, теряясь тонкой нитью у леса на горизонте. И казался этот лес бесконечным, красивым, как рисунок для сказки.

Тихая радость встрепенулась в душе у Веры, обещая расцвести сильным чувством, которое до сих пор не имела возможности познать.

Они и не заметили, сколько простояли неподвижно, вдыхая мягкий воздух свободы.

— Пойдём, Миш…

Легкое дуновение ветра притаилось на веснушках и ресницах Веры, когда она зашагала вниз, ладонью касаясь полевых цветов.

Миша напоследок задумчиво посмотрел на лес и последовал за Верой.

Когда машина остановилась у дома Варвариных, Вера повернула голову на тропинку у ворот, а затем перевела взгляд на Мишу.

— Спасибо тебе, что к утесу свозил.

— Это тебе спасибо.

За что он ее благодарил, не поняла, но спрашивать не стала. Распрощались на этом. Добрела Вера до дома, села на сундук, сложила руки на коленях, и думала. Все перед глазами бескрайние поля плыли.

Весь вечер она ходила сама не своя. Огонек, что с самого утра теплился в солнечном сплетении, превратился в пламень. Мало того что сердце тревожил, так еще до мыслей добрался, превращая их в искры.

Первые звезды засияли на сапфировом полотне небосвода, когда Вера спустилась с веранды на задний двор. Лягушки квакали у заводи под плетнем огорода. Кваканье перебивала, а может дополняла, трель сверчков. Кот проскочил мимо рядов картошки, исчезая молниеносно в кустах молодой черемухи.

Вера спустилась по берегу, тихо выдохнула и неслышно подошла к бревнышку. Присела на него.
Течение не спеша перекатывало камешек за камешком.

— Чего один сидишь…

— Размышляю.

— О чем же?

— Не зря ты сделала шаг на ту льдину.

Водомерки скользили по водной глади, шугая пескарей на мелководье.

— Я ведь испугался, когда ты с головой окунулась. Странно как, столько времени жили рядом, а я тебя только на ледоходе разглядел. Еще странной мне показалась твоя легкость. Пока нес тебя, думал, не выскользнула ли ты куда. Дрожь твою запомнил, я ее зачем-то целый день на руках хранил. Вот ты мне тогда и запала в душу. Только осознал это не сразу.

— Миша… — Вера прижалась лбом к горячему мужскому плечу. Но быстро опомнилась. Отпрянула.

— Что тебя тревожит? – его пальцы бережно коснулись бархатной щеки, Вера поддалась на ласку, закрыв глаза.

— Почему ты спрашиваешь…

— Потому что ты смотришь так, как в первый день нашей встречи, когда подхватил тебя, словно вот-вот утонешь, — кончик носа Миши нежно провел по кончику носа Веры.

— Нет, не тону…

Губы Миши накрыли девичьи губы, перенимая их сладость. И все вокруг закружилось, раскрыв сокровенную тайну, которую Вера все время носила в себе. То самое тепло, которым согрел ее Миша, когда укутал в свою фуфайку. Он передал ей еще в тот день, то, в чем она по-настоящему нуждалась. То, что мог дать только он единственный.

Хрупкая ладонь провела по плечу, по коже шеи парня, впитывая его жар. Вот кто ее солнце, ее безмятежное лето. Вера сделала глоток воздуха, пальчиками перебирая мягкие волосы на затылке.

— Как же я ждала тебя…

Миша крепко прижал к себе Веру.

— Я завтра приду к вам, — его взгляд согревал, как пламя костра, — буду просить благословения у твоих родителей.

Вера вздрогнула, мурашки пробежали по всему телу.

— А ты подумай, и реши до завтра, согласна ли пойти за меня замуж.