Зороастрийская философия и образ жизни Б. П. Вадия

Бэхмэн Пестонджи Вадия или Боманджи Пестонджи родился 8 октября 1881 года и был старшим сыном Пестонджи Курсетджи Вадия и его жены Митхабай.
Бэхмэн Пестонджи Вадия - персидское имя. Фамилия Вадия часто встречается в Гуджарате, в том штате, где персы первоначально обосновались в Индии после миграции из Ирана.


Зороастрийская метафизика
Современный мир возвысил культ личности до уровня искусства. Так высок этот идеал, что при знакомстве с документами древнего мира современные ученые забывают, что духовные учителя йоги трудились ради безличного.  Они не только проповедовали своим ученикам уничтожение чувства обособленности, являвшегося основой культа личности, но и сами упражнялись в уничтожении такого чувства, а также применяли этот принцип в своей общественной или экзотерической деятельности. 
В каждом случае мы находим, что личность учителя почти теряется в массе учений и традиций, собранных вокруг его имени.  Само его имя становится маской, которая скрывает не одну личность. В древнем мире был распространён обычай, когда учитель принимал имя-звание, скрыто указывавшее на его миссию, и те, кто продолжал его работу, также принимали это имя.  Таким образом, имя учителя неизменно становилось общим наименованием школы, которую он основал, например, имя-звание иранского реформатора Заратуштры («звезды»), который созерцает живое солнце и приносит ему жертвы.  Конечно, со временем с ростом честолюбивых и недобросовестных людей среди единоверцев была утрачена верность тому делу, ради которого была основана школа.  Например, имя-звание одного из величайших из адептов Шанкар-Ачарьи использовалось в Индии в течение многих столетий школами (махатмами), которые возникли под его влиянием.  Официальный руководитель каждой из таких школ называл себя Шанкар-Ачарьей в соответствии с практикой старых оккультных традиций.  Его обязанность заключалась в том, чтобы сохранить неизменным учение адепта и не допускать никаких искажений его учения в соответствующих школах.  По сей день в Индии несколько Шанкар-Ачарьев имеют духовное влияние на большие массы индусов, но они больше соперничают, чем сотрудничают, и вряд ли передают чистые и подлинные доктрины первоначального реформатора.  Форма сохранилась, но душа отсутствует. 
Как и все другие традиции, эти заведения коренятся в истине.  Учение о цепи Гурупарампара, которое скатилось до уровня гротескного и безнравственного учения об апостольской преемственности, имеет оккультный аспект, а именно, место Учителя никогда не бывает пустым, и сирота человечество никогда не бывает без руководителей или гуру.  Есть высшее звание Будда, но существует столько же Будд, сколько Шанкар или Татхагата, тот, кто подобен своим предшественникам и преемникам.  И то, что верно для Будды или Просвещенного, одинаково верно для Христа или Помазанника.  Изучая древние теософии, об этом всегда должен помнить исследователь.  Таким образом, при рассмотрении зороастрийской теософии мы должны помнить, что школа, представленная Зороастром, является очень древней.  Е.П.Б. пишет:
«Если бы нам пришлось подробно описывать происхождение этой религии с точки зрения оккультных учений и их авторитетных источников, то мы бы назвали ее первоначальным примитивным именем «магианизм» .  Отнеся его первое распространение к обширным областям, которые нужно было бы описать как всю область между Персидским заливом и Охотским морем, и к территории, простирающейся через неисследованные пустыни между Алтаем и Гималаями, мы бы перенесли его в эпоху, которая даже и не снилась современным учёным, и которая поэтому отвергаются всеми, кроме самых любопытных и смелых антропологов. 
Мы не имеем права оглашать в этом журнале истинное количество лет или, скорее, веков, поскольку, согласно учению тайной науки, первые семена магианизма были посеяны рукой существа, на чью долю выпало взращивать, нянчить возрождающиеся человеческие расы и направлять их робкие шага, после того, как они заново пробуждаются на разных планетах по очереди после периода «обскурации». Он уходит вглубь времён нашей собственной манвантары, поскольку семена, посеянные среди первой «корень-расы», начали прорастать в её младенческом сознании, выросли и начали приносить плоды ко времени последней части второй расы, и полностью развились во время третьей расы в то, что известно среди оккультистов, как «Древо познания» и «Древо жизни», истинный смысл которых был впоследствии искажён и неверно истолкован как зороастрийцами, так и христианами». 
Итак, оккультные документы утверждают, что содержат истинное время всех 13 Зороастров.  Согласно упомянутым документам зороастризм как отдельная религиозно-философская школа относится к раннему атлантическому периоду, то есть прежде, чем духовная греховность овладела этой расой.  Основание школы совпадает с началом цикла появления иранской ветви на арийском стволе. Это событие отмечено физическим воплощением первого Зороастра, из чьего психо-духовного семени возникли строители иранских мистерий и культуры.  В повествование о его жизненных трудах были включены мифические и астрономические события. Отдельные части этого повествования можно найти в «Вендидаде». 
Первоначально «Вендидад» был преимущественно оккультным трактатом. Он прошёл сквозь бесчисленные превратности и искажения в течение тысяч лет, а также через множество изданий в ходе эволюции языков. В своём нынешнем виде он является лишь фрагментом, составленным из лоскутов, так как был собран в основном по памяти на основании сохранившихся документов, причём некоторые имеют сомнительную подлинность с оккультной точки зрения после подвига вандала Искандера, которого Запад знает, как Александра, и называет его Великим! 
Со времен первого Зороастра эта школа (подобно школам-сестрам в других странах) склонилась под ударами циклического закона. Она со временем подвергалась значительному разложению в экзотерических рядах и сохранилась только в эзотерическом центре благодаря благотворной и важной работе в других странах.  Во время таких отливов и приливов адепты-учителя разных рангов восстанавливали учение и восстанавливали работу.  Все они были реформаторами и протестантами против антитеософских доктрин и практик.  Один из них заявил протест и возглавил восстание против ведических искажений, когда культурное общение между Индией и Персией было весьма тесным.  Другой реформировал магические практики египтян и халдеев в их под-циклах деградации.  Делая все это, они всегда использовали имя-звание первого Основателя и не без причин, поскольку они все, как один, были лишь воплощениями, какими бы ограниченными они ни были, первоначального Воздействия.  Последним был строитель храма в Азарекше за много веков до исторической эпохи. Он был магом, который учил доктринам божественной магии, распространившимся от Бактрии до Мидии, а оттуда под именем магианизма использовавшиеся адептами-астрономами в Халдее, которые существенно повлияли на учение Моисея. Он был автором «Зендавесты», которая, как объясняет Дармстетер, является «комментарием или объяснением Закона», т. е. он был переписчиком и комментатором произведений о первозданной священной религии магов. Первоначальная Зендавеста является тайным кодом, состоящим из определенных слов и выражений, подобранных первыми составителями, и ключом к которой владеют только посвящённые.  «Авеста» Ардешира не идентична той «Авесте», которая была вывезена и передана Гуштапсу Зара-Иштером, 13-м пророком «Десатира» . Версия последнего совсем не то же самое, что первоначальный Зенд, хотя является экзотерической версией Зен-Зара. 
Хотя некоторые персидские книги, повторяющие оккультное учение, говорят о 13-ти Зороастрах, мы не должны забывать о том, что были другие люди, связанные с экзотерической стороной этой школы, которые время от времени также присваивали себе имя-звание Зороастра.  Такие претенденты исказили и изуродовали чистое учение, оставив свой след на внешней истории школы.  Естественно, эти ложные заявления не являются частью оккультных записей об истинных Зороастрах. 
Такие подлинники, как кодексы законов «Вендидад», гимны, подобные пяти «Гатам», или тексты для богослужения, такие как «Ясна», почти не сохранились. Разрозненные фрагменты, которые мы теперь имеем, хуже фрагментарных, поскольку там есть вставки.  Все же они полны высокой философии, благородной этики и не лишены оккультных или эзотерических учений, хотя их по праву называют «руинами религии». Если это иметь в виду, то нельзя дать правильную оценку существующим зороастрийским текстам и документам.  То, что мы теперь имеем, - это остаток вековых испытаний и невзгод, во время которых иранская культура родилась, достигла расцвета, упадка и, по всей видимости, вымирает. Это последняя фаза общинной кармы, которую переживают сегодня современные парсы в количестве всего около 95 000 человек. 
Хотя в этом остатке много примесей, в нём достаточно теософии, чтобы не только заинтересовать, но и наставлять наших читателей.  Мы рассмотрим некоторые из метафизических положений зороастризма, затем перейдем к его космо- и антропогенезу и, наконец, к его психологии, и получим вдохновение из его благородной этики.  Как и во всех истинных теософских описаниях, в нём отсутствует понятие личностного Бога.  Е.П.Б. пишет:
«В период своего расцвета и активного распространения магианизм существовал задолго до появления первых из двенадцати великих религий, которые стали его прямыми ответвлениями (они были упомянуты и поверхностно описаны Мохсаном Фани в «Дабистане»). Он возник гораздо раньше, чем религия Хушанга , которая, по утверждению сэра У. Джонса, «появилась задолго до религии Заратустры, пророка современных парсов». Как мы можем убедительно доказать, эта религия была «атеизмом». По крайней мере, именно так её восприняли бы сейчас те, кто считает Капилу и Спинозу, БУДДУ и наших МАХАТМ, Брихаспати чарваки  и современных адвайтистов — всех без исключения — настиками  или атеистами. Несомненно, истинные маги никогда не преподавали никакого учения о личностном Боге, человеке-гиганте (хотя некоторые так называемые божественные сущности признавались и раньше, и теперь). Таким образом, Зороастр — седьмой пророк (и тринадцатый по классификации «Десатира», чьи составители смешали и перепутали четырнадцать Заро-Иштаров, высших священнослужителей и посвященных халдейского культа магов-иерофантов) считался бы атеистом в современном смысле этого слова. Все востоковеды во главе с Хаугом  соглашаются, что в самой древней — второй — части «Ясны» ничего не говорится о Боге, и не упоминаются никакие богословские доктрины».
Вездесущее божество или живая природа является центральной истиной зороастризма.  Физическая или видимая природа активизируется психической природой, и обе они одухотворяются или окутываются духовной природой.  Ахура-Мазда или суверенный дух – это вселенская энергия, единая с её проявлением.  Конечно, её олицетворяют, и она стала объектом молитв и поклонения у невежественных масс.  Ахура-Мазда «Яшт» очень напоминает 9-ю, 10-ю и 11-ю главы Бхагавад Гиты.  Как и Шри Кришна, Ахура-Мазда в ответ на вопросы своего любимого ученика Зороастра описывает свою собственную природу.  Он называет себя многими именами, характерными для своей природы, начиная с Ахми или Я есть. Исходная конструкция (без сомнения, намеренно используемая, подобно тому, как Кришна обыгрывает слово Атма в 6-й Гите) также приводит к переводу: «Я есть ТО», о котором все спрашивают. Второе имя, озадачивающее востоковедов и даже филологов фарси, переводится востоковедом Дармстером как «даятель стада», а филолог Эрвад Канга переводит, как «хранитель и питатель стада».  Это действительно относится к характеру Ахура-Мазды, как входящего в состав иерархии существ, которая присуща проявленной вселенной. По своей трансцендентной природе являясь активной, одушевляющей энергией, он, подобно Кришна, установив всю эту вселенную с помощью части самого себя, остается обособленным.  Само третье имя: «Я есть единая сила во всех» и другие имена явно свидетельствуют о всепроникающей природе Ахура-Мазды – о воплощении мудрости. 
Зороастризм не является монотеистической религией. Хотя многие из её англиканских приверженцев сегодня делают это утверждение, подражая нефилософским церквям христианского мира. Зороастризм не является политеистическим, хотя среди суеверных общин преобладает церемониальное и другое поклонение элементальным, психическим и духовным силам, олицетворяемым в «Зендавесте». Он также не является пантеистическим, поскольку пантеизм придуман современным Западом. Он является философским гилозоизмом, в котором материя и жизнь являются нераздельными или неотделимыми, единым целым, состоящим из бесчисленных единиц, каждая из которых является проявлением божественной мудрости или Мазды Ахуры, представляющей собой вместилище и общее связующее звено двух её аспектов.
С субъективной стороны зороастризм учит об эманациях, объективной –  эволюции.  Эти эманации (подобно сизигиям Симона Мага) всегда находятся в парах.  Одна из пары является эманацией другой.  Таким образом, Ахура или бытие-бытийность и Мазда, абсолютная мудрость, являются парой.  Мазда – это эманация, существующая одновременно и вечно, или внутреннее излучение Ахуры.  Затем Ахура-Мазда эманирует Воху-Мана или благую мысль, и они оба трудятся ради духовного раскрытия проявленной вселенной.  Для этого рождается Аша Вахишта или божественная гармония, третья из Амеша Спента. Таким образом, 1-я и 2-я, 2-я и 3-я, 3-я и 4-я, 4-я и 5-я, 5-я и 6-я, 6-я и 7-я, последняя Амертат-Бессмертие и первый Ахура Мазда трудятся для сохранения и восстановления всего.  Последняя пара представляет собой конец тяжелого труда, покой, равновесие или нирвану.  Таким образом, семь изначальных строителей эманируют один из другого и образуют великий круг или круг вечной божественности, осознающей свою собственную бессмертную природу.  Великий Дракон Мудрости, Ахура Мазда, кусая свой собственный хвост, Бессмертие-Амертат, остаётся во веки вечные в безграничной длительности, Зрван акарана, и периодически отбрасывает свою тень, Зрван Дарегхо-хвадате, круг времени или чакру-колесо периодичности.  Зрван Дарегхо-хвадате – это вечность вселенной в виде бесконечного плана, площадка для периодических бесконечных вселенных. Зрван акарана – это вибрирующая безграничная или бесконечная сфера длительности, для которой Зрван Дарегхо-хвадате есть план-круг.  Цикл в движении – это эманация сферы, которая является отсутствием движения. Таково зороастристское понятие Абсолюта или Великого дыхания. 
Итак, мы имеем корень циклов разных периодов в понятии Зрван Дарегхо-хвадате или циклов проявленного времени, каждый из которых имеет начало и, следовательно, конец, и он есть второй из пары, а первым является Зрван акарана или бесконечное время, которое есть длительность без начала и конца.  Каждый ортодоксальный парс во время молитвы, повторяет: «Зрван акарана йазамайде, Зрван Дарегхо-хвадате йазамайде» или «жертва хвалы бесконечной длительности, жертва хвалы суверенному времени великого периода».
К сожалению, однако, не уделяется должного внимания изначальной метафизической двойственности понятия времени (современными исследователями зороастризма).  Есть еще одна пара, которая претерпевает подобную участь. Ахура Мазда или абсолютная мудрость, которая проявляется как Ахуна Вайрья или достоверное Слово.  Абстракция Мазда Ахура или мудрость, которая есть То, воплощается, выражая себя как Слово, подобно тому как Брахман становится Пранавой. 
Это Слово, Ахуна Вайрья или Ахунавар, состоит из трех двухстиший или двадцати одного слова.  Из пехлевийских и персидских книг мы узнаем, что двадцать одно слово – это названия двадцати одной священной книги священного закона, которые в основном были уничтожены, и в настоящее время остались лишь их фрагменты.  Это достоверное Слово похоже на священную формулу буддистов «Ом мани падме хум» или на мантру «Гаятри» браминов. Оно одновременно является мантрой с модуляциями голоса, красочной идеограммой, оккультным шифром, который можно расшифровать с помощью истинной науки чисел.  С метафизической точки говоря, оно раскрывает природу божества и космоса, а с психологической – энергию души, которую все истинные люди правильно используют, чтобы уничтожить могущественную магию Ахримана, следуя примеру Зороастра.   Оно называется «секирой победы», с помощью которой человек срубает древо зла.
Это Слово было изначальным проявлением и возникло прежде вселенной, следовательно, как указывает Дармстетер («Священные книги Востока», том IV, стр. 206-7), в бесконечное время; то есть Слово и Цикл или Период времени являются совечными двумя аспектами единого.  Проявление Слова подробно описано в «Ясне» XIX.  Произнесение этого Слова имеет несколько космических и человеческих значений.  Оно состоит из трёх этапов, подобно трём шагам Вишну или Иеговы Элохим, благодаря которым Ахура-Мазда завершил творение.   Так указал первый Зороастр или аватара цикла своим людям, а также дал знание о 3 x7 = 21 природе человека, 7 частях духовной монады, 7 частях разумной индивидуальности и 7 частях самой личности, чтобы каждый мог использовать это Слово в соответствие с предписанием: «Человек, познай самого себя». О нём сохранилась запись: «Ахунем вайрим танум паити. Ахунавар (Слово) защищает тело» («Вендидад» XI,1).

Зороастрийский космогенез
Если востоковеды благодаря своему своеобразному методу чтения зенда, пехлеви и пазанда изуродовали смысл зороастрийских текстов, то они, по крайней мере, способствовали привлечению к ним внимания западного мира.  Есть две книги о Востоке, которые в течение многих лет вводили в заблуждение западных читателей, а именно: Ницше «Так говорил Заратуштра» и Самуэль Лейнг «Современный зороастриец».  Первая книга ввела в заблуждение только буржуазный ум, который полагал, что Зороастр у Ницше был чем-то другим, а не просто воображаемым образом немецкого писателя.  Последняя книга нанесла более серьезный ущерб. Её автор, пользующийся репутацией материалистического рационалиста, но плохой философ и ещё худший метафизик, использовал плохо усвоенные сведения о религии парсов (сведения, собранные в манере «галопом по Европам»), чтобы украсить свой тезис о дуализме полярности материи.  Его книга хорошо читается с точки зрения науки, и его замечания по зороастрийскому дуализму очень интересны, но название книги неправильное.  Книга ввела в заблуждение даже парсов, особенно тех, кто не знаком с реальной метафизикой и философией своей религии.  Востоковеды начали говорить о религии Зороастра как о дуализме, а ученый Лейнг подтвердил теорию, поэтому она стала канонической. 
В каждой цивилизации метафизические идеи и высшие космические истины претерпевали странные метаморфозы из-за их неверного истолкования умами, которые не были достаточно чистыми и благородными, чтобы их осмыслить.  Ещё большая путаница, чем невежественное отождествление Брахмана с Брахмой, существует в отношении зороастрийской пары.  Не столетия, а эпохи эволюции можно проследить с тех пор, как два изначальных духа превратились в Ормазда и Ахримана.  Чтобы понять зороастрийский космогенез, мы должны иметь в виду факт длительных эпох материализации мысли, которые сделали зороастризм тем, что он есть сейчас, фрагментарным и антропоморфным. 
Сначала надо понять следующее: деятельность сил добра и зла в зороастрийской космологии представляет собой определенные философские понятия.  Деятельность одних и тех же сил в антропологии и мифологии также представляет собой различные понятия; их психологические и человеческие аспекты – это отдельная история, отличная от двух других.  Следует отметить не только разные эпохи, в которых происходила эволюция идеи двойственности, но и тот факт, что разные учителя использовали одни и те же слова и имена для обозначения разных понятий: универсальных или личных, космических или психологических, мифических или аллегорических.
В традиции зенда Ахура-Мазда и Ангра-Майнью не являются двумя противоположными существами.  Они становятся таковыми в последующих преобразованиях пехлеви.  Эти два изначальных духа, миноса, называются Спента и Ангра, и они являются силами (шакти, как указывает парс Эрвад Канга, стр. 23 в своих «Гатах») Ахура-Мазды.  Д-р Миллс говорит в своих «Гатах Заратуштры» (стр. 84): «Спента-Майнью здесь не тождественен Ахуре, но он часто является его духом, как и означает это выражение». Слово Спента так же как Амеша Спента, семь Бессмертных, на самом деле означает Майнью-Дух, который разворачивает свою семеричную природу или эманирует семь иерархий существ.  Таким образом, Спента-Майнью является источником, из которого исходит сам Ахура-Мазда со своими шестью спутниками.  Дополнительной силой является Ангра-Майнью, источник зла, корень материи, а в своём персонифицированном аспекте – отец-брат семи злых демонов.  Долго спорили об истинном происхождении понятия Ангра-Майнью, который позже стал Ахриманом или сатаной.  Понятие, которое одухотворяет это слово, происходит из того же источника, что и Ахиманью Ригведы.  Зороастрийское понятие не было заимствовано из Вед, но, как и многие другие понятия, оно уходит корнями в первоначального родителя как ведической, так и авестийской систем.  Ах-хи эзотерической доктрины является общим родителем Ангра-Авесты и ведического Ахи.  Ахи, змей зла или цикл материи, на самом деле является проявленной вселенной или плотью, созданной Словом. 
Два изначальных духа, Спента и Ангра, являются безличными, вселенскими и всемогущими силами, центростремительной и центробежной.  Из них эманируют семь иерархий духовного разума и семь материальных царств природы.  Спента и Ангра подобны пуруше и пракрити индийской философии.  Подобно тому, как «свет и тьма являются вечными путями этого мира» (Гита, VIII), так и Спента и Ангра-Майньи начинают, поддерживают и обновляют цикл необходимости, а сам Ахура-Мазда является его основным выражением.  В «Гатах» поётся так: «Изначальные духи есть пара, и они действуют сообща.  Эти двое отличаются друг от друга мыслью, словом или делом, один есть усилитель улучшения, а другой – формовщик зла…Два духа собрались вместе на рассвете, один - создатель жизни, другой – губитель её, и так они будут до последнего».  (Ясна XXX, 3, 4).
«Я расскажу тебе о первых двух духах жизни, из которых благой Дух обратился ко злому: никогда наши мысли, вероучения, ни положения, ни убеждения, ни слова, ни дела, ни совести, ни души не могут быть одинаковыми».  (Ясна XLV, 2)
Эти две силы, центростремительная и центробежная, являются основой вселенной.  Они вызывают проявление и растворение.  Они являются объектами поклонения святого Сраоша, Бога послушного Ахуре (Ясна LVII, 2).  Духовность, идея-субстанция, единая жизнь с ее двойственным аспектом, проявляется как вселенная, Зрван Дарегхо Хвадате или суверенное время.  Это зороастрийское выражение означает «Великий день будь с нами», который египтяне называли «День приди к нам». Это есть «круг не преступи» непроявленного космоса в «Тайной доктрине».  Этот круг Зрван-Дарегхо-Хвадате охраняется четырьмя звездными правителями: Тиштрья на востоке, Сатавайса на западе, Вантан на юге и Хаптоиринга на севере.  Исследователи «Тайной доктрины» Е. П. Блаватской признают в них четырех магараджей, связанных с липиками и кармой. 
Зодиак с его двенадцатью созвездиями, а также семью планетами упоминается в «Бундахишн».  Е.П.Б. пишет:
«Солнце, луна и звезды в Авесте являются символическими изображениями. Солнце является определённой и наиболее подходящей эмблемой единого вселенского животворящего начала, в то время как звезды являются неотъемлемой частью оккультных наук.  Йима  никогда не «молился», но выходил «встречать солнце» в огромное пространство небес и приносил с собой «науку о звездах, сжимал землю своим золотым кольцом и заставлял (тем самым) Спента Армайти (гения земли) растягиваться и носить стаи, стада и людей». (фаргард  II, 10)
Солнце рассматривается как фокус всеобщего света.  Остаются загадкой для исследователей Авесты отношения между Хоршедом или немеркнущим, сияющим солнцем на колеснице быстрых лошадей и Михиром или Митрой, Владыкой широких пастбищ, у которого тысяча ушей хорошей формы и десять тысяч глаз высоких, полных знанием, сильных, бессонных, вечно бодрствующих.  Дармстетер говорит: «Митра тесно связан с Солнцем, но всё-таки не идентичен ему». Как только будет понята эзотерическая космогония и оккультное учение о природе физического солнца, тогда загадок больше не будет.  Так же, как в знаменитом стихе Ишавасья Упанишады (15), духовное Солнце стоит за физическим солнцем, так же как и за Хоршед-Солнцем Авесты стоит его духовная душа, Михир или Митра.  Михир в своем космическом аспекте является единым невидимым светом, и с помощью присущей ему энергии создаёт физические звезды, которые являются его глазами, а в промежуточных пространствах сверхфизические звёзды, которых невозможно увидеть, но чью музыку можно услышать.  Место обитания Михира простирается над проявленной вселенной, и у него есть восемь друзей, которые на сторожевых башнях наблюдают за верными, а также слышат тех, кто лжет этой душе света или сиянию.  Это также является образом учения, которое связано с эзотерическими комментариями: «Восемь домов были построены Матерью» (см. ТД. Т. 1, стр. 100).  Колесница Михира инкрустирована звездами и изготовлена из духовной субстанции (манью-таштем); её везут четыре бессмертных коня, которые подобно коням Посейдона питаются амброзией.  На своей колеснице Михир объезжает всё пространство, и тысячи хорошо сделанных железных булав с одной стороны этой колесницы падают на головы демонов.  Здесь можно найти поэтическое и аллегорическое описание образования небесных тел от солнца до звездной пыли.  В молитве хвалы, которую каждый день читает ортодоксальный парс, Михир описывается как присутствующий в семи направлениях («Михир Ньяиш», II) по отношению к каждому глобусу, третий из которых называется «Эта страна». Такой порядок необычен, но ключ к нему лежит в диаграмме халдейской каббалы, приведенной в «Тайной доктрине», Т.  I, стр. 200. В одном из своих аспектов, как яркое Ньима-Солнце, Михир подпадает под закон кармы и становится огненной аурой «руки» Лхагпы-Меркурия; в этом аспекте он становится центральной фигурой митраистских мистерий. Вовне и внутри, над и ниже, впереди и позади земли Михир, Меркурий (глобус F восточной гупта-видьи и Тиферет халдейской каббалы) является жизненной энергией центрального Солнца Михир в его солнечном аспекте. 
Есть несколько намеков на то, что Луна является предшествующей планетарной цепью; что Луна была создана из Вохумана, благого разума, как в Ведах она созидается из манаса пуруши; что Луна является хранительницей «семени быка» (тельца) (см. «Разоблачённая Изида», II, 465), что амешаспенты изливают славу луны (хорено, теософскую ауру, авгоэйд) на землю; эти и другие родственные понятия можно найти в «Маха-яште» и других фрагментах.  Это подводит нас к учению о семи каршварах, «глобусах» нашей земной планетарной цепи, о которых Е.П.Б.  пишет:
«На стр. 6 своего Введения, IV, к части I «Зендавесты» или «Вендидада» г-н Дж. Дармштетер замечает: «Предкам индо-иранцев позволили говорить о семи мирах; верховный Бог часто имел семеричную структуру, так же как и миры, которыми он правил... Семь миров превратились в Персии в семь каршваров земли; земля поделена на семь каршваров, и только один из них известен и доступен человеку — тот, на котором мы живем, а именно «хваниратха»; это равнозначно тому, как если бы мы сказали, что существуют семь земель». Последнее верование, конечно, объясняют невежеством и суеверием. Мы не вполне уверены, что это мнение не разделят те наши читатели, которые не являются чела¬ми и не читали «Фрагменты оккультной истины». Но мы оставляем челам- мирянам и другим судить о том, является ли такое семеричное деление (см. фаргард XIХ) азбукой оккультных доктрин». 
«Тайная доктрина» (Т. II, стр. 757-59) полностью рассматривает эту тему и объясняет тайну.  Из-за недостатка места нельзя привести всего этого важного отрывка с пояснительной диаграммой, но рассмотрение предмета останется незавершенным, если читатель внимательно не прочитает этот фрагмент. 
Это подводит нас к земле и антропогенезу. 
«Бундахишн» – это древнее восточное сочинение, в котором, помимо прочего, антропология рассматривается в аллегорической форме, как говорится в нём, и мы будем рассматривать этот ценный трактат следующим образом:
Область эволюции или земная планетарная цепь имеет возрастной предел в 9 000 лет, разделенных на три периода.  В течение первых трех тысяч лет всё происходит по воле Ахура-Мазды, в последующие 3000 лет преобладает воля Ахура-Мазды и Ахримана, а затем наступает последний период, когда злой дух исключен и полностью побежден.  Эти три периода управляются магией достоверного Слова, состоящего из 21 слова, или Ахунавар, произнесенного Ахура-Маздой (см. «Бундахишн» I, 20-22).  Это является поэтической интерпретацией величественной прогрессии семи классов монад в семи царствах через семь кругов; 9 000 лет, являющихся символом числа 9 (состоящим из 4 + 3 + 2), управляются с помощью трёх нулей, по одному для каждого из трёх периодов – продвижение, равновесие и возвращение. 
Возьмём следующее описание, озадачивающее обычного читателя, но дающее графическое изображение исследователю «Тайной доктрины» этого важного события в эволюции, т. е. нисхождения манаса-путр или феномена озарения манаса.  Говорится (Бундахишн II, 9), что Ахура-Мазда совершал ритуал жертвоприношения язешны с помощью Амешаспентов в Рапитхаване-гахе  и через этот обряд предоставлял все средства, необходимые для преодоления невзгод, вызванных противником Ахриманом.  Итак, Рапитхаван является одним из пяти периодов дня. Точная середина дня является его стартовым моментом, который наблюдается в течение семи летних месяцев, но не в течение оставшихся пяти зимних месяцев.  В главе XXV этого сочинения на пехлеви рассматриваются циклы дней, месяцев и сезонов, используемых для определения и описания различных циклов.  Таким образом, Ахура-Мазда, исполняющий этот обряд в середине дня, явно указывает на событие в середине четвертого круга на этой земле.  Чем он занимается?  Он советуется с ранее созданными фравашами, которые пребывали 3000 лет в духовном состоянии, имея нематериальные тела, лишённые мыслей и движения («Бундахишн» I, 8).  Фраваши – это духи-прообразы, внутренние ангелы-хранители всех душ - подчеловеческих, человеческих, а также сверхчеловеческих. Ахура-Мазда сам имеет фраваши.  Е.П.Б. говорит о нём как о духовном аналоге еще более духовного оригинала. Каждый фраваши привязан к своему «бод» (теософскому буддхи), и Ахура-Мазда советуется с этим фраваши-бод. 
«Что вам кажется более благоприятным, когда я представлю вам мир?  Или вы будете сражаться в телесной форме с дьяволом (друджь), и дьявол погибнет, и в конце я сделаю вас снова совершенными и бессмертными и верну вас в мир, и вы будете абсолютно бессмертными, нетленными и безмятежными? Или я буду постоянно охранять вас от разрушителя?» (там же, II. 10).
Тогда эти духовные сущности «приняли то же решение», что и Ахура-Мазда, и спустились в мир, чтобы сражаться с дьяволом низшей природы и получить знание своего бессмертия и стать совершенными.  В «Венидаде» (фаргард II) мы находим теософское учение о ранних расах человечества на земле.  Так же, как Кришна (Гита IV) говорит о том, что он ранее передал мудрость Вивасвату и т. д., так и здесь Ахура-Мазда говорит Зороастру о первом смертном, которого Божество учило священным знаниям. В рассказе говорится о праведном Йиме, сыне Вивангхата.  Е.П.Б. сообщает нам о том, что Йима или персидский Жамшед является представителем первой нерожденной человеческой расы нашего четвертого круга. «Йима – добрый пастырь», который на просьбу быть носителем благого закона отвечает: «Я не родился, чтобы быть проповедником, и не научен быть носителем Закона». Этот ответ указывает на чисто духовную природу первой расы, которая «пока не нуждалась в истинах священной науки, поэтому Ахриман был бессилен перед невинностью младенчества» пишет Е.П.Б.  Йима охраняет свой народ от болезней и смерти.  Эта раса вырастает в семьдесят раз по семь рах, и трижды Йима увеличивает Землю с помощью двух предметов, подарков Ахура-Мазды - золотого кольца и кинжала, инкрустированного золотом.  Все это требует 1000 зим, которые, как говорится в «Разоблачённой Изиде» (II, 221), являются циклом, известным посвященным и имеющим аллегорический смысл.  «Силой своего врожденного естественного света и знания, из-за отсутствия Ангра-Майнью, он заставляет землю расти по своей воле или желанию» говорит Е.П.Б.  Таким образом, Йима становится символом трёх рас. 
Затем Ахурамазда и его амешаспенты встречаются с Йимой и его паствой в Айрьяна Ваэго, и божество сообщает Йиме, что наступят губительные зимы и «все три вида зверей погибнут»; «поэтому сделай себе вара или ограждение» и принеси туда семена всякого вида, «по два всякого рода, чтобы оставаться там неисчерпаемыми, пока люди остаются там». «Тайная доктрина» (II, 291 и далее) проливает свет на последующие события повествования, на которые обращается внимание читателя.  Мы пытались показать, что богатая область исследований ждет тех, кто хочет знать. Или говоря словами Е.П.Б.:
«Каждый мыслящий парс может помочь себе, если он узнает больше.  Его религия еще не умерла; и под безжизненной маской современного зороастризма все еще бьется пульс древних магов.  Мы старались как можно короче выразить правильный, хотя и очень поверхностный взгляд на духовное значение истинного магианизма.  В нём нет ни одной фразы, в отношении которой нельзя было бы привести авторитетного источника». 


Зороастрийская психология
Западные ученые могут сказать: «Ключ к Авесте не в пехлеви, а в Ведах»; ответ оккультиста: «Да, но ключ к Ведам – тайное учение. Первые утверждают правильно, что Веды происходят из того же источника, что и Авесты. Исследователи оккультизма спрашивают: «Знаете ли вы азбуку этого источника?» писала Е.П.Б. 
Некоторыми востоковедами были предприняты значительные усилия для сравнительного исследования традиционных знаний санскрита, пали и авесты-пехлеви.  Таким же важным, как это филологическое исследование, является то, что ученик эзотерической философии рассматривает его как предвестие более важного изучения реальной значимости и истинного значения притч, легенд, мифов и символов учения Будд и Зороастры.  Изучающие теософию должны стремиться проявить серьёзный и искренний интерес к посланию древних, чтобы мир потребовал чего-то большего, чем просто буквальные переводы древних текстов и рукописей.  В настоящее время возвращение цикла будет иметь последствия, и западный мир должен будет удовлетвориться принципами раскрывающей душу философии-этики арийцев.  Многие сотни слов и выражений на санскрите, авесте, пехлеви, пали и пазенде не понятны, потому что филология отделена от философии, слова – от идей.  Настоящий теософ должен быть готов к правильному пониманию универсальных идей, которые являются основой любых верований и популярных философий.  В этом цикле существуют опасности, связанные с осуществлением третьей цели теософского движения, но также существуют некоторые опасности в связи со второй целью. 
Отсутствие философских знаний со стороны западных филологов и даже их восточных учеников и соратников привело к тому, что большинство из них путали учения, которые даже с небольшим знанием теософии и эзотерических доктрин становятся ясными и понятными.  Хотя в вопросах метафизики и космологии можно не увидеть вызывающей сожаление опасности от такого пренебрежения, в вопросах психологии и практической этики дело обстоит иначе.  Как многое бы изменилось, например, для современного образованного парса, если он мог бы понять и применять положения о строении человека, которые можно найти в его «Ясне» 26 и 55 (54, в переводе Шпигеля, который лучше, чем перевод д-ра Л. Х. Миллса в «Священных книгах Востока») в «Фарвардине Яшт» и в других текстах!
Мы опишем здесь две схемы строения человека, которые можно найти в Авесте: I. Восьмеричное существо состоит из (1) фраварши – троичной Атмы, индивидуального луча безличностного Божества, (2) урвана – души, буддхи и манаса, различителя и мыслителя, двойной силы-шакти Атма-Ишвары или фраварши; (3) баодх – способности урвана, с помощью которой он различает, отбирает и изобретает способы и средства для своего роста; (4) тевиши – кама-желания, которое склоняется к баодх или тяготеет к (5) кехрпа, что является воздушной формой персидского калеба или штампом, или линга шарирой;  уштан – это жизненная энергия или прана; (7) и (8) – скелет и тело, символические представители бессмертных и смертных составляющих тела, истинное значение которого знает эзотерик. 
II.  Пятеричное строение состоит из (1) аху – эго, личность в воплощении, низшее эго с его четвертичными принципами;  (2) даена, его вездесущее и бдительное святое прозрение, его чистая и мудрая супруга, которая хранит все, что достойно бесчисленного опыта аху, и кто одна может позволить ему понять принципы истинной веры (дин);  Она образует связь между первой и высшей триадой и после смерти личности представляется ему овеществленной формой собственного опыта, как мы увидим ниже;  (3) баодх;  (4) урван;  (5) фраварши такие же, как в первой классификации.
В другом месте используются два разных имени: вместо выше приведённого третьего баодха даётся слово мана, то же самое, что и на санскрите, и вместо первого аху (эго личности) вставлено слово асна.  Асна – это природа, возбуждающая желания, первичная составляющая и основа эго личности; благодаря этой энергии эго движется вверх или вниз.  Прекрасную, а также поучительную картину состояний после смерти можно найти в следующем сжатом фрагменте «Яшт»: Заратуштра спросил Ахура-Мазду: «О, Чистый Дух, проявитель всего благотворного, когда один из чистых людей умирает, где его душа пребывает?» 
Ахура-Мазда ответил: «Заратуштра, эта душа, занятая своими мыслеформами, поет «Гатху Уставаити»: «Процветание Тому, через которого процветание приходит ко всем» в первую ночь и во вторую, и в третью.  Он наслаждается покоем, который приходит ко всем смертным через его пение. 
В конце третьей ночи, когда наступает рассвет, его душа движется на юг, вдыхая аромат садов и запах цветущих кустарников, и он размышляет о том, откуда этот аромат, самый сладкий, который он когда-либо вдыхал?
Вот, он видит приближающуюся к нему чистую Деву пятнадцать лет, столь же прекрасную, как самое прекрасное на земле, красивой, сияющей, героической, величественной внешности, которая привлекает, божественного происхождения, древнего семени Духа.  И хорошая душа задает ей вопрос: «Кто ты, прекрасная дева, которую я когда-либо видел?»
«Я – твоя собственная даена (твой внутренний дух-Эго), отвечает дева, «Я, о, юноша благомыслящий, благо говорящий, благо действующий, благоверный, есть ты. Одетый в эти яркие добродетели, ты являлся другим на земле, так как теперь и здесь я являюсь перед тобой.  Когда некоторые высмеивали учения о внутреннем Эго и молились идолам, некоторые закрывали свои двери от бедняков, а некоторые занимались уничтожением растущих растений и деревьев, ты сидел и пел гатхи, восхваляющие воды жизни и огонь, который есть душа, сын Ахуры-Мазды, и услаждал ближнего и дальнего праведника.  О, сияющий юноша, я была милой, ты сделал меня милее; я была прекрасна, а теперь я ещё прекраснее; я была желанна, а ты сделал меня ещё желаннее.  Я сидела в первом месте, а теперь ты сделал так, что я сижу на самом главном месте.  Отныне смертные будут поклоняться мне за то, что ты много жертвовал в общении с Ахура-Маздой».
Сначала рай праведной мысли, затем рай праведного слова, а затем рай праведного дела, душа оказалась на небесах света.
И другой праведник, который пришёл туда раньше, спрашивает его: «Как, о, праведник, ты покинул свою жизнь и вышел из телесного мира в духовный, из тленного в нетленный?»
Ахура-Мазда вмешался: «Не спрашивай того, кто только что прошёл скорбный путь жизни в теле. Тогда праведная душа и его духовная супруга (даена) вкушают пищу опыта, подобную маслу, взбитому из свежего весеннего молока. 
Тогда Заратуштра спрашивает Ахуру-Мадзу: «О, Чистый Дух, проявитель всего благотворного, когда один из нечистых умирает, где пребывает его душа?» 
Ахура Мазда отвечает: «Заратуштра, эта душа, исполненная желаний, рыдает в отчаянии. В какую землю мне бежать?  К кому мне идти?» И так в первую ночь, и во вторую, и в третью; и все эти ночи он страдает страданиями, которые он причинил всем. 
В конце третьей ночи, когда наступает рассвет, душа держит путь на север, вдыхая зловоние нечистых трупов и размышляя: «Откуда это самое худшее из зловоний, что я когда-либо вдыхал?» И он видит приближающуюся ведьму, грязную, отвратительную, из рода демонов, от семени страсти. Несчастная душа спрашивает ее: «Кто ты, уродливая ведьма?»
«Я – это ты, твоё низшее эго», отвечает ведьма: «О, грешник зло мыслящий, зло говорящий, зло действующий и зло верный, одетый в отвратительные пороки, ты предстоял перед смертными людьми внизу на земле так, как я теперь предстаю пред тобой.  Ты высмеивал учение о внутреннем Эго и молился идолам жадности, страсти и презренного металла, распространяя повсюду нищету, разрушитель существ на их восходящем пути, вызывая ужас у добрых и отчаяние у праведников.  Я не была красивой, а ты сделал меня уродливой; я не была праведной, а ты сделал меня отвратительной; сидевшая не на первом месте, я теперь отошла назад.  Отныне смертные будут вспоминать меня со страхом и отвращением.
Сначала через ад дурной мысли, затем через ад дурного слова, а затем через ад дурного дела душа погрузилась в беспредельный мрак. Другой грешник, прибывший туда раньше, спросил его: «Как, о, грешник, покинул ты свою жизнь и вышел из телесного мира в духовный, из тленного в нетленный?» Ангра-Манью вмешался: «Не спрашивай у того, кто только что прошёл скорбный путь жизни в теле. Тогда злая душа и её страстная супруга наслаждались опытом, подобным яду и ядовитому зловонию». 
Зороастризм широко известен как религия огнепоклонников.  Огонь, однако, является символом, некоторые аспекты которого признаются всеми. Не все понимают, что в зороастризме огонь как символ-эмблема призван показать идентичность природы макрокосма и микромира. Упоминается разный огонь и способы зажигания огня (1) дома, (2) в небольших храмах и (3) в больших храмах.  Обычай не допускает, чтобы огонь был потушен или загрязнен.  Другие вопросы нужно понимать, как притчи-принципы эзотерической психологии. 
Во многих местах огонь называется сыном Ахура-Мазды, что является санскритским эквивалентом манаса-путры, разумом рождённым сыном Брахмы.  Огонь – это перевоплощающееся эго, которое имеет два аспекта: один неподвижный, незыблемый, а другой меняется и совершенствуется.  Недвижным является божественное Эго, а другой огонь – его лучом.  Первый сидит и наблюдает, как зритель, говоря: «Что приносит тот, кто приходит и уходит, тому, кто неподвижен?» Но этот неподвижный огонь является «очистителем», «создателем процветания», «сильным и бессмертным» и называется «воином». Его также называют «поваром, который готовит дневную и ночную еду для смертных», т. е. он является поставщиком опыта в состоянии бодрствования и сна, а также в жизни и смерти.  Далее повествуется, что когда прохожий приносит ему сущность чистоты в форме дерева асем, барсем и хадханаепита (это символические изображения), тогда воин, сын Ахура-Мазды, доволен этим человеком и питается по мере необходимости  от того, чем огонь благословляет его таким образом: «Пусть будет у тебя прирост коров (т. е. организмов, которые дают молоко сладкого и благотворного опыта); пусть будет у тебя прирост героев (как и выше, но обратите внимание, что первое имеет отношение к животному царству, а последнее к человеку); пусть твой ум будет хозяином своего слова;  пусть твоя душа будет хозяином своего слова; да, будешь ты жить в радости души все ночи твоей жизни (т. е. во сне и посмертном состоянии)!» Таково благословение, даваемое огонь-душой всем, кто приносит ей «сухие дрова» (т. е.  дела, свободные от влаги страсти), хорошо очищенные благочестивым намерением, хорошо освещенные светом дня (т. е. выполняемые из чистого побуждения в течение дня и жизни или сна и смерти, как субъективные состояния).  Далее сказано, что этот огонь помогает тому, который кормит его, как описано выше, но не общается с теми, кто враждебен к нему. Это – доктрина кармы, действующая изнутри наружу. 
Хотя реинкарнация как учение смутно и не явно рассматривается в сохранившихся фрагментах, есть многочисленные отрывки, такие как вышесказанное, которые ясно указывают, что об этом было хорошо известно.  Учение о фраварши представляет особый интерес для исследователя теософии.  Каждое существо, каким бы ни было его тело, имеет свой духовный аналог, который есть фраварши.  Начнем с того, что у Ахура-Мазды есть свой фраварши, и он рекомендует Зороастру просить его фраварши, а не его самого, то есть безличную и истинную сущность божества, единую с атманом Зороастра (или Христа), а не на ложную внешную личность.  Семь амешаспентов, все религиозные учителя, такие как Зороастр, все души-воины, все злодеи, животные, растения, минералы, все имеют фраварши. Снисхождение в проявление этих фраварши, их эволюция и конечная судьба описаны в книгах на зенде, пехлеви и персидском языке.  Как отмечает Е.П.Б., это учение повлияло на церковно-христианские понятия, а феруэр – всего лишь искаженное понятие зендского фраварши.  Мост Чинват, через который душа проходит после смерти к состоянию света или тьмы, так же важен, как учение об антахкаране.  Учение о петле вокруг шеи человека, которая спадает после смерти, если он был праведником, или втянет его в ад, если был грешником, является учением об оболочке камарупы после смерти.  Многочисленные силы и способности человеческого сознания, а также природа сверхфизических и духовных иерархий, составной частью которых является человек, описаны метафорическим языком.  В качестве ключа к главному символу зороастризма Е.П.Б. в «Разоблачённой Изиде» приводит следующее:
«Огонь в древней философии всех времён и стран, в том числе и нашей, рассматривался как тройственное начало. Как вода представляет собой видимую жидкость с невидимыми газами, скрывающимися внутри, и за всем этим стоит духовное начало природы, которое сообщает динамическую энергию, так и в огне они признавали: 1. Видимое пламя; 2. Невидимый или астральный огонь – невидимый в состоянии инерции, но в активном состоянии производящий тепло, свет, химическую энергию, электричество и молекулярную энергию; 3. Дух. Они применяли одно и то же правило к любому из элементов, и всё, что происходило из их комбинаций и соотношений, включая человека, считалось ими триединым». 

Зороастрийская этика
Если дух веданты, воспеваемый в «Бхагавад Гите», пытается привести мир к дхарме-долгу, то тема, которую зороастризм провозглашает для человечества, – это ашои-чистота.  Слова, которыми Ахура-Мазда порадовал Зороастру, приведённые в «Вендидаде» (V. 21), таковы: «Для человека чистота является величайшим благом даже с самого его рождения». Этот кодекс чистоты содержит увещевание, глубокое по своей простоте (IX, 19).
«Очистись, о, праведник!  Любой, кто находится в этом мире, может обрести чистоту, очищая себя хорошими мыслями, словами и делами». 
Первой, самой короткой, но наиболее эффективной из молитв является «Ашем-Воху», которая переводится так:
«Чистота является самым возвышенным благословением.  Счастье для того, кто чист ради самой возвышенной чистоты». 
Метафизические и космические аспекты двойников, добра и зла, Ормазда и Ахримана уже рассмотрены.  Подобно тому, как великая война Курукшетры использовалась оккультными учителями в Индии, чтобы обучать человечество метафизическому источнику всех войн (двойственному принципу духовной материи) и осаждению в человеке величайшей из всех войн, так и «вся борьба Ахура-Мазды и Ахримана является лишь аллегорией великой религиозной и политической войны между брахманизмом и зороастризмом» (Разоблачённая Изида» Т. II, стр. 237).  В другом месте Блаватская пишет:
«Ахриман – это материя, виновник всякого зла и разрушитель, поскольку материя сама по себе вечна и нерушима, постоянно изменяющая форму и разрушающая свои части, в то время как Ормазд или дух остаётся неизменным в своем абстрактном единстве, как единое целое».   
В древнем Иране учение об Ормазде и Аримане сохранялось не благодаря метафизическим или историческим аспектам, но личному аспекту — борьбе ума и сердца в человеке, борьбе между его членами. Иранцы были практическими людьми, и им нравилось та истина, что закон чистоты Мазды был оружием для уничтожения нечистой сущности их собственной страстной природы.  Их почитание великих стихий или фактически всей природы возникло из того понятия, что религиозный долг человека заключается не только в том, чтобы воздерживаться от загрязнения, но и в том, чтобы возвышать все царства проявленной вселенной.  Аспект двойственности сил, который с таким упорством сохраняется в зороастризме, является психологическим и человеческим аспектом, хотя Ахриман был олицетворен и стал, подобно сатане, живым существом для суеверных людей, но для образованных людей он всего лишь сила внутри человека, его собственная низшая природа. 
Зороастрийская этика основана на ашои-чистоте.  Она имеет два аспекта: (1) чистота внутреннего человека и (2) чистота великого внешнего.  Первое – это триада мысли, слова, дела; второе – четверица огня, воздуха, воды и земли.  Закон чистоты – это закон мудрости.  В книге «Дадистан-и Диник» говорится:
«Как через мудрость создается мир праведности, так через мудрость покоряется всякое зло, и через мудрость совершенствуется всякое добро». 
Закон Мазды или мудрого является законом чистоты (1) материи, силы, сознания, (2) стихий, энергий, существ, (3) тела, ума, души, (4) дела, слова, мысли.  Каждый зороастриец под одежду на тело надевает судрех или рубашку из белого материала, символ чистоты, предписанного фасона с символическими знаками на ней, и подвязывает судрех по талии священным шнуром кушти, состоящим из семидесяти двух переплетенных нитей.  Каждая из семидесяти двух нитей представляет собой одну из семидесяти двух глав «Ясны» – обрядов ягни-жертвы.  Шнур три раза обхватывает талию. Завязывают его спереди особым узлом, а сзади другим узлом, оставляя концы.  Это делается так: середина шнура прикладывается к талии спереди, а свободные концы идут назад, потом меняют руки; то, что было в левой руке, берётся в правую руку, а конец, бывший в правой руке, перекладывается в левую руку.  Потом шнур возвращается на талию спереди, так что обхватывает её дважды.  Затем делаются два узла справа и слева, а свободные концы в последний раз отводят назад и завязывают там похожим узлом.  Способ, которым он завязывается, пение, которое сопровождает его, на самом деле являются символами основных понятий: хумат, хухт и хуваршт или благая мысль, благое слово и благое дело.  Несколько раз в день благочестивые или ортодоксальные парсы при развязывании или повторном завязывании кушти повторяют короткие молитвы, чтобы утвердить радостную победу Ахура-Мазды и презрение, которое он испытывает к Ахриману, и раскаиваются в своих ошибках следующим образом:
«Я раскаиваюсь во всех злых мыслях, злых словах и злых делах, преднамеренных или непреднамеренных, которые я совершил от начала гнусного путешествия, связанного с моим телом или душой, в материальном или духовном мире; я раскаиваюсь силой тройного Слова». 
Он напоминает себе о том, что закон Ахура-Мазды является единственным истинным защитником, и его благословение приходит от души-огня, сына Ахуры, чей разум божественен и благ.  Этот закон Ахура -Мазды понятен мудрым и различающим, кто с его помощью приобретает силу праведной мысли и дела, и обретает власть над языком (Ясна XXXI, 19 и 22).  Слова «манашни, гавашни и кунашни», благие мысли, благие слова и благие дела согласно праведному закону Ахуры встречаются во многих местах в Авесте.  Настоятельно предлагается, чтобы человек следовал праведному закону мудрости.  Его собственных хороших наклонностей или благородных устремлений недостаточно.  Его умственные и словесные выражения и особенно его дела должны соответствовать кодексу мудрости.  Отречение от греха (забытый обряд магов) нужно намеренно выполнять для сохранения души.  В книге «Дина-и-Маиног-и-Хирад» говорится (LII):
«Любое происходящее несчастье он должен приписывать неистовству Ахримана и его воинства, и он не должен стремиться к своему благополучию и выгоде через причинения вреда кому-либо другому.  Таким образом, он становится сострадательным по отношению ко всем созданиям Ахура-Мазды.  В исполнении долга и благих дел он прилежен и настойчив.  ... Для совершения обряда отречения от греха особое значение имеет то, что человек не совершает намеренно никакого греха.  И если грех совершается по недомыслию, слабости или невежеству, тогда он должен отказаться от этого греха, приблизившись к первосвященнику, который является его благой душой.  И после того, как он воздержался от этого греха, получив урок, этот грех смывается с него, точно так же, как быстрый и сильный ветер на равнине уносит все травинки и всё, что не укоренилось в почве». 
«Вендидад» (XVIII, 17) утверждает, что человек никогда не должен ослабевать в благих мыслях, словах и делах, но пусть он будет слабым в трех противостоящих мерзостях.  Когда человек думает, говорит и поступает справедливо в соответствии с благим законом, он получает от Спента-Майнью, благого духа Мазды, блаженное бессмертие, которое является вселенской гармонией мудрости («Ясна» XLVII, 1-2).  Здесь нет и следа какого-либо заместительного способа получения счастья и духовного понимания. Сам человек должен бороться со злом и воздерживаться от него, дружить с добром и практиковать его.  Борьба, которая бушует внутри человека, является длительной и затяжной, но через душу-огонь верующий, очищенный от своих грехов, приходит к бессмертию. 
Авеста предписывает верующим поддерживать и повышать чистоту четырех великих стихий.  Указывается, что стихии связаны человеком через его собственную систему и что существует близкое родство между человеком и мирами стихий.  Таким образом, обработка земли является не только физическим, но и психологическим процессом.  Вода – это не только материальная стихия, но и психическая и духовная сила.  Горящий огонь является существенным проявлением божественного разума.  Воздух – это не только газообразное вещество, но и магнетический целитель и очиститель друджь-греха, природа которого является психической. 
Поэтому в «Вендидаде» земля радуется, когда верующие выкапывают трупы людей и зверей (т. е. выбрасывают из её существа мертвые тела похотей и страстей).  Земля чувствует себя счастливой и радуется, когда верующий совершает по ней свой путь к исполнению религиозных обрядов (т. е. решает начать духовную жизнь); когда верующий очищает землю, чтобы возвести свой дом (т. е. создает силой мысли и дел храм как место обитания души); когда верующий выращивает пшеницу, травы и плоды (т. е. пожинает хорошую карму); и когда верующий увеличивает кошары стада (т. е. увеличивает свои духовные способности для питания своих собратьев).  Поэтому в «Вендидаде» (III. 24) говорится:
«Несчастна та земля, которая долгое время лежит незасеянная семенами сеятеля и ждёт хорошего земледельца.  Тот, кто будет обрабатывать землю, о, Спитама Заратуштра, левой и правой рукой, правой и левой рукой, земля принесет много плодов.  Земледельцу говорит земля: «О, ты, человек, кто обрабатывает меня левой и правой рукой, правой и левой рукой, сюда всегда будут приходить люди и просить хлеба, и я всегда буду продолжать приносить всякую пищу, давая изобилие пшеницы. Но тому, кто не возделывает её, говорит земля: «О, ты человек, кто не обрабатывает меня ни левой и ни правой рукой, ни правой и ни левой рукой, всегда будешь стоять у дверей для странников среди тех, кто просит хлеба.  Ты будешь ждать там вынесенных тебе отходов теми, у кого избыток богатства».
Это не только имеет отношение к процессу земледелия, но используется как метафора в 13 главе «Бхагавад Гиты» для изображения бессмертной души-земледельца, которая сеет и пожинает мысли, слова и дела.  Поэтому сказано:
«О, Создатель материального мира, о, Святой, что есть пища, которая наполняет закон Мазды, что есть желудок закона?  Ахура-Мазда отвечает: «Это есть постоянное сеяние пшеницы, о, Спитама Заратуштра!  Тот, кто сеет пшеницу, тот сеет святость; он заставляет закон Мазды возрастать.  Он делает закон Мазды как можно полнее посредством сотни действий поклонения, тысячи благих дел, десяти тысяч жертвоприношений.  Поэтому поется:
Когда созревает ячмень, демоны шипят; 
Когда его молотят, демоны скулят; 
Когда его мелят, демоны ревут; 
Когда получают муку, демоны бегут. 
Тогда пусть люди запомнят это святое высказывание: У того, кто не ест, нет сил совершать дела святости, дела земледельца, сил для рождения детей.  Питаясь, каждое материальное существо живёт; не питаясь, оно умирает».
Всё это имеет отношение к совершению благих действий и к жизни в святости.  Принятие мужественного решения так жить – это посев, и его первый плод – ячмень; обрабатывание плодов с различением – это молотьба; когда применяется знание, пшеница измельчается, и зло в человеке ревёт, а когда духовное прозрение в результате праведной жизни приводит к плоду (муке), зло умирает. 
Следующей рассмотрим стихию воды.  Вот, что говорится в «Абан-Яшт» (10-13):
«Принеси жертву, о, Спитама Заратуштра, этой моей весне, Ардви Суре Анахите, широко распространяющейся и дающей здоровье, ненавидящей демонов и повинующейся законам Ахуры, достойной жертв в материальном мире, достойной молитв в материальном мире; продолжающей жизнь и святой, увеличивающей стада и святой, увеличивающей кошары и святой; увеличивающей богатство и святой, увеличивающей страну и святой; кто мчится на колеснице, держа в руках поводья.  Она едет на колеснице, ждёт поклонения от людей и думает так в своём сердце: «Кто будет восхвалять меня?  Кто принесет мне жертву с возлияниями, чисто приготовленными и хорошо процеженными, вместе с хаомой и мясом?  К кому мне прилепиться, кто прилепится ко мне и будет думает со мною, кто дарует мне дары и благожелателен ко мне?
Кого везут четыре коня, все белые, одного и того же цвета, одной крови, высокие, сокрушающие ненависть всех ненавистников, ненавистных демонов и людей, злых духов и гоблинов, угнетателей, слепых и глухих». 
Эта богиня воды, как отмечает Е.П.Б., является зороастрийской Минервой: «Да простят нас европейские санскритологи и исследователи зенда, но мы хотели бы спросить, знают ли они, кем была маздейская богиня Ардвисура Анахита? Мы утверждаем (и можем доказать свое утверждение), что упомянутый персонаж, которого умолял Ахура, и Сарасвати (брахманская богиня тайной или оккульт¬ной мудрости) являются одним и тем же».   
В предыдущей статье мы уже говорили об огненном разуме, душе в человеке, сыне Ахуры-Мазды.  В вышеупомянутом отрывке из «Дина-и-Маиног-и-Хирада» и в других местах упоминается праведная и очищающая сила воздуха, его способность уничтожать и удалять зло и т. д. 
Все эти части Авесты изобилуют метафорами и символами, очень понятными для исследователя теософии и эзотерики.  В них достаточно древней мудрости, чтобы сделать их не просто интересными.  Они приводят важные доказательства существования религии вселенной мудрости, из которой возникли все религии и философии.  Е.П.Б. пишет:
«Тайная доктрина учит, что брахманы и маги во тьме времен имеют общие корни. Первоначально и те, и другие были иерархией адептов, людей глубоко сведущих в физических и духовных науках и тайных знаниях, принадлежащих к разным народам, давших обет безбрачия и увеличивавших свое число путем передачи знаний добровольным неофитам. Когда их стало слишком много для жизни в Аирйанем-Ваеджа,  адепты рассеялись по миру, и мы можем проследить, как по образу первой они устанавливали новые иерархии во всех областях земного шара».   
Такие адепты-посланники на четырех сторонах света были воплощениями Амашеспасентов, являвшимися «одной мыслью, одной речью, одним делом, у которых была одна мысль, одно слово, одно дело, и кто видит издалека душу, имеющую благие мысли, думающую о благих словах и благих делах, думающую о мире Света.  Их пути сияют и освещают дорогу, когда они нисходят к жертвенному возлиянию».
«Теософия», январь-апрель 1926 года