Чем меньше мыслей

 Виктор Матюк

Чем меньше мыслей

Чем меньше мыслей о смысле жизни,
Тем больше смысла и больше жизни,
Легче навести порядок в душе,
Соблюдая несколько «Не»:
Не жалуюсь, не обвиняю, никогда не оправдаю блуд
И не женюсь, быть может в кровати войду во вкус
И на исходе ярких чувств смахну тоску и грусть с уставших уст!
Грешник – ловелас, он женщинам – не указ, его невиданная страсть
Иногда вызывала у статных баб истерический плач! На этот раз иначе всё пошло,
Видать время для постижения истины ещё не пришло, ему бы хотелось суть постичь,
Вдруг на голову свалился старый кирпич, пока он был в состоянии свободного падения,
Пришлось оставить искушение у подмостков сцены и с пеной у рта играть роль крота,
Совесть его не чиста, она мертва, голова седа, ему позволяли выступать в роли шута
Мастера подмостков сцены! Душа жаждала перемены, ведь дар бесценный
Будто дух нетленный пытался не раз доказать людям неполноценным,
Что он - не из местной богемы и потому ему ни к чему
Нарушать первозданную тишину в старом дому!
Через время затихают страсти,
Мудрость, разум и счастье
Покидают родные пенаты,
Им всё некстати,
Здесь нет былой благодати,
С них хватит испытаний мирских, но без них затихает порочная жизнь,
Теряется её значимый смысл, возникает штиль, ты же стремишься любить,
Однако рок воистину тебе вредит: спокойно жить среди огромных пихт нельзя!
Грешишь втихаря, потом как-то выгораживаешь себя, убегая из застенков монастыря!
Странный скрип молоденьких пихт похож на тихий всхлип или предсмертный вскрик,
Он вырвался наружу изнутри, и к стволам огромных пихт намертво прилип,
Будто кадык к шее, нет ничего страшнее, как распятие с Кощеем,
Что имеем, не храним, потерявши плачем, горько обливаемся слезами
Дома и в храме, и судачим до утра, раскалывается башка, недоверие тлеет,
Осознание сути медленно зреет, всюду жиды и евреи, везде фарисеи,
Эти пузатые лицедеи, положив руку на кожаную портупею,
Столбенеют при виде настоящей жизни в огромной пирамиде!
Там в вихре танца открывается истинная душа каждого скитальца,
Бывшего неандертальца, ныне – страдальца, без румянца на щеках,
И снежностью на окровавленных губах, но без страха в глазах, его мысль на небесах,
Зато здесь с него исходит спесь, грех и болезнь не удалось вовремя узреть, их орнамент исчез,
Ему пришлось ересь в жертву принесть! Её едва заметный след поставил жирный крест
На страданиях влюблённых сердец! Он злобно на серость мирской жизни взирает,
Он мысленно якобы всё понимает, однако душа его доводы не принимает!
Время жизни тает, будто глыба снеговая, взирающая величаво
На шпили заснеженных гор, за ними голубой простор!
Не ему решать, когда благодать должна покорять
Вульгарных и базарных баб, обнажившись в платье от кутюр,
Они напоминают форменных дур! Они не ценят то, что имеют,
С каждым годом дурнеют, странно наглеют, быстро хмелеют,
Кроме миньета ничего делать в постели не умеют!
В насмешку или в укор не хочу затягивать разговор
И выносить женщинам приговор, идти наперекор
Року, богу и судьбе – не по мне! Сузился кругозор,
Слабее стал взор, небосвод пугает чудной вышиной,
Рот ладонью прикрой, запах хмельной следует за тобой
Будто ветер морской за пенящейся волной! Страсть, как бурлящая вода
Сметает все преграды и плотины, она проникает туда, где не дуют ветра,
Там нет ни стыни, ни женской гордыни, только запах свежей полыни,
Там царит обожание, а его содержание мы будем обсуждать тогда,
Когда с вертикальных губ сбежит вода и на них останется пыльца
От обручального кольца! Одиночество тотчас исчезает,
Благодать в свои права чинно вступает,
И твой член на себе её тепло ощущает!
Он вступает туда, откуда нет возврата,
Тепло неоценённое когда-то, впереди новая утрата,
Когда и вправду больно, но секс выглядит прикольно,
Плоть довольна, однако она не вольна бросать в почву свои семена!
На хрена? Когда душа болит, разуму не до обид, детородный инстинкт молчит,
Бывает так, что кромешный мрак застилает пронзительный взгляд, впереди - тишь и гладь,
Но боль появляется опять, ты ускоряешь шаг, отводишь взгляд от статных баб, ты им не рад,
А где же та, за которой ты готов был броситься в бурную воду с деревянного моста?
Истина вранья дороже, надежда на спальное ложе страхи умножит,
День прожит и хорошо, пусть не завидует никто! Живу грешно,
Не знаю с чего мысль в глубокую трясину понесло?
Только жаль: не уходят из сердца тоска и печаль!
Сношение на стороне опаснее прочих,
Есть общество охочих: ворваться в сумрак промозглой ночи
И увидеть воочию творчество небесных зодчих
В женском паху, наверху всё во мху,
Зато внизу губы скрывают таинственную благодать,
Неужто надо самому в горячем поту заветную щель приоткрывать?
Не лучше ли женщине сразу в нужную позу встать,
Если она по гороскопу Рак? Иначе нельзя никак!
Её бывший супруг лопух, обрюзг – идеал для старух
И несчастье для молодух стал похож на ходячий труп!
Никто не вспомнит его прежних заслуг, он – не пуп земли,
Прошлое утонуло в пыли, он на последние деньги купил себе «Жигули»,
Ноги в крови, иногда срывается будто с цепи, и тут же пронзительная боль внутри,
Обнажает перед ним голые пустыри, а вдоль тропы - только трухлявые старые пни!
Позади – прожитая жизнь, её чёткие очертание внезапно слились, взгляд устремился вниз,
Да катись всё пропадом, с его жизненным опытом он не пропадёт, своё счастье найдёт,
Он же не полный идиот, надеется и ждёт, когда же последний час его грядёт?
Никто ему не поможет в беде, придётся умереть наедине, не в толпе,
Проходит жизненный бум, разум отвлекается от тягостных дум!
Повседневная жизнь превращается в поход на блошиный рынок,
Где ты вступаешь в словесный поединок в огромном торговом ряду,
На счастье, или на беду ты не нашёл антикварный бриллиант,
Потерял талант, вляпавшись в дурно пахнущее бытие,
Где измазаны все в гульбе и сексе!
Лицо, не обезображенное интеллектом, оставило след на фасадной стене,
Впереди – цифровой ад одиночества без имени и отчества,
Вот и сбываются давнишние пророчества,
Когда сильно хочется,
Страсть наружу просится,
Плоть корчится от негодования,
Муки и страдания на стезе крошатся,
Стоит ими надышаться, как тьма и мрак
Упреждая бардак в душе оставляют жирное клише
На рано поседевшей голове, одна боль остаётся вовне!
Организм впадает в экстаз, медленно переходящий в инфаркт,
Этот факт трудно женщинам принять, опять по ним колокола звонят,
При попытке запереть мозг, женщина пишет вызывающий пост
И впадает в анабиоз на фоне цветущих роз!
Жизнь слишком коротка, чтобы звенящая ирония
Повседневного бытия прожигала грешную плоть до конца,
На всё воля Творца! Тот, кто потерял совесть, один из сотен тех,
Чей грех нельзя учесть, лучше умереть, чем на себя со стороны смотреть!
Была бы шляпа, пальто из драпа, он бы не боялся новую машину поцарапать,
Япона мать, тяжко свои грехи вспоминать, жизнь проходит, будущее сокращается,
Пока жизнь не кончается, наша судьба на земле решается, никто не соглашается
Раньше уходить за пределы вселенной, оставив мечте сокровенной
Заряд целебный на проезжей мостовой! Бог разрушает наши планы,
Будущее выглядит будто в сизом тумане, нищее и бывшие дворяне
Скребут по дырявым карманам, конец всем планам, там мелочь одна,
Под ногами шуршит опавшая листва! Снег скрипел под ногой,
Слегка бухой скиталец вернулся домой, а там уже сидит другой,
Молодой, избалованный судьбой!
Ему бы бабу любую,
И он пойдёт в атаку лобовую,
Чего не совершишь всуе бытия,
Бог – наш Учитель и Судья, у нас советчиков больше чем до фига!
До греха рукой подать, чья-то дочь или мать не желает грехи вспоминать,
Мать пытается дочь наставлять, как грамотно мужу изменять! Я же другую желаю,
Когда страстью пылаю, много женщинам не объясняю, что, когда и как,
Только дурак совращает баб, заставляя их делать встречный шаг!
Утонув в трудах мирских, ты между бедой и счастьем завис,
Головой вниз, нужен компромисс двух изысканных актрис,
У которых жизнь украла смысл любви и страсти, собраны снасти,
Упакованы грехи, они все друг на друга похожи, как колосья ржи!
Страстные позы не замечают ни катастрофы, ни слёзы,
Боль и упрёки, распри и склоки, как женские губы и ноги
Не выглядят убого, если сливать изъяны логике строго
И не смотреть впритык на людские пороки,
Тогда за порогом дома твоего
Появится безвестное естество,
Имя чьё не опорочит ни любовь, ни страсть!
Как бы с высокого коня не упасть, не насладившись всласть!
Ничего не понимаю, ничего решаю, не иду, а петляю по скользкой стезе,
Иногда перечу самому себе, жизнь полна коварства, все государства
Неразумно делят богатства, дух бунтарства заполняет пространство
И всё, что остаётся после него, поощряет только зло
Достигать апогея своего! Образы людей великих
Интригуют гнусных и безликих, из близких никого,
Вопли и крики доносятся до дома моего,
Эхо уносит их далеко, однако грешное естество
Так и не смогло сохранить прежнее тепло от общения
С дураками и гениями, душа жаждет отмщения,
Но хватит ли ей терпения? Трудно сказать,
С чего надо было бы начать?
Я - одинокий странник, то ли паломник, то ли неженатый мужик,
Который к злословиям баб привык, от них у него трясётся кадык!
Чужое счастья в дорогу не возьмёшь, от своего горя не спрячешься,
Зачем искать на свой зад приключения, лучше найти время для лечения
Неприятных замашек, негде получить визу на чужую «Пизу», худо предвижу,
Согласно женскому капризу бабам нравится жить в многолюдной столице,
Там жизнь хороша, она режет плоть без ножа, издавая скрежет,
Ты счастлив на четверть, пока в голове гуляет ветер,
Бедная душа страдает не зря, она понимает,
Что всё, что прячу в душе, это слёзы,
Оставленное на свежескошенной траве!
Любовь исчезла из груди, её не найти!
Дни без будущего и больше ничего, в негодность приходит всё,
Что было в борениях обретено! Вдруг всё переменилось,
Прошлое само без приглашения явилось,
Потеряно время пустое,
Утрачено чувство святое!
Хладен свет его очей,
Страсть гонит взашей не только дикарей, но и приличных людей!
Адский пламень расплавляет на сердце гранитный камень!
В жизненной драме не пожалуешься маме на собственную память,
Можно что-то замять, чтобы свою биографию ничем не запятнать,
Потом охаять и в стену собственное имя вмять, рок кинул наземь свирепый взгляд,
В нём смертельный яд, он не приемлет чужое поучение, он мстит за унижение!
Мы же теряем минуты во время душевной смуты, опустив долу руки,
 Их сковали кандалы и путы, на ногах - жгуты, на тропе - руины,
Никто не застрахован от рутины мирского бытия:
Ни ты, ни я, тебя не спасает даже семья от гвоздя,
Вколоченного в грудь, пройдёт несколько минут
И разъяснится суть! Лоб прозяб, а божий раб здоровьем ослаб,
Он не может никак выдрать листы из собственного дневника,
Там каждая строка острее клинка режет грешную плоть,
Лоб взмок, рот закрыт на замок, ты же не идиот,
Чтоб с улыбкой злобной линчевать себе подобных!
Кручусь в сумраке воспоминаний,
Опьянённый тоской желаний,
Что-то не так в обустройстве божественного мира,
Он ненавидит сатиру, она помеха для грядущего успеха
Среди развратных и статных дам, для них постель, как божий храм!
Всё есть там для милых дам, уверенность в тишине, святость вовне,
Сила - в присутствии духа, в душе - полная разруха, по слухам толпы
Все здешние обитатели глупы, они пытаются прыгнуть выше головы!
Увы, у судьбы свои понятия и суждения о роковом проведении,
Имя стёрто, язык забыт, прошло закрыто, всё шито-крыто,
Хлебаем щи из общего корыта! Чаще общаюсь с окружающей средой,
Чем с огненной водой, душа выбирает вид общения, она в одно мгновение
Улаживает все недоразумения, если же любовь запрещена без бокала вина,
Значит твоя душа и вправду грешна! Куда смотрят божьи слуги после досуга,
Законная супруга вот-вот сбежит от мужа, ей не нужна пьяная обуза!
Зачем откладывать жизнь на потом, прошлое прошло,
Будущее не наступило, живу, как хочу,
Не обижайтесь, если молчу,
Не хочу ни с кем общаться,
И с иноходи в карьер срываться!
Даже женщина в соку, прильнув к открытому настежь окну,
Отвергает собственную вину, не осознав до конца её глубину!
Проснулись ближе к утру, сокровенные желания,
Симптомы недомогания отвадили вечность
От в незримую бесконечность!
Всем, чем я гордился,
И чему постоянно молился,
Исчезло, как в глазу бельмо,
Будущее предрешено! Твоё ремесло,
 Как клеймо, выжженное калёным железом на груди,
Позади – ни семьи, ни жены, только седые пряди,
 Да молодые ****и на коленях седовласого дяди!
Морщины возле глаз только усиливают страсть,
Зачем кому-то знать, как ты каракулями пытался описать
Свою грядущую жизнь, теряющую резон и смысл? В тоске опустошённой
Взгляд умалишённый, будто ветром разнесённые по бескрайной степи жёлтые пески,
Они на зубах скрипят, ослепляют таинственный взгляд, язык горит не от цинги,
Разум пишет стихи, и не даёт памяти в сторону ни на шаг отойти!
Мужское выгорание налицо, дырявое спортивное трико
Прикрывает оконное стекло от солнечного света,
Здесь жизнь одного цвета, она, как старинная монета,
Постепенно ржавеет, любовь, как прежде не греет!
Никто не пройдёт твою дорогу, приближаясь к богу,
Неисповедимы господние пути, себя лишний раз не зли,
Мысли воедино собери, скрывая печаль свою, я же не устаю
Многократно повторять, что для статных моложавых баб божий раб
С прядью седых волос – вовсе не Христос, он сам на себя не похож!
Он давится от горьких слёз, переполняющих рот, втянув в себя живот,
Доедает бутерброд, его время уходит, как вода в песок, он живёт, как крот,
Время идти на эшафот, всё пустое уселось на коня лихого и умчалось вдаль,
Жаль, что печаль вновь встряла в шумный скандал! Всё, что ниспослано богом – во благо,
Даже ватага грехов издаёт громкий зов похожий на бряцание оков, они в руках шулеров!
Судьба нам лишних шансов не даёт, жизнь пройдёт, и бог нам выставит счёт за всё,
Что оставило жирный след в душе, там – духовное жилище, там – духовная пища,
Зачем так долго счастье ждать, не пора ли за чистую монету принимать всё,
Что в борениях обретено! Недалёкие купаются в славе своего превосходства,
Только здесь для них сияет яркое солнце!

г. Ржищев
3 апреля 2026 г. 10:26