Глава 15. Рецепт бессмертной красоты

  Кащей смотрел на Ягиню и не узнавал её. После всех козней Елены Премудрой, Ягиня словно умылась чистым рассветом. Морщины, эти верные спутники вековых раздумий и ворчания, таяли на глазах. Без всяких молодильных яблок, от которых только изжога и лишние вопросы у налоговой Лукоморья, её лицо разгладилось. Она снова была той юной Ягой, чьего задорного смеха когда-то боялись даже лешие.
  — Ягинюшка, — прохрипел Кащей, чувствуя, как внутри его костяного панциря что-то жалобно и нежно ёкнуло. — Ты же сейчас светишься ярче, чем моё золото в подвалах. Какое там "предложение"... Я тебе всё царство к ногам сложу, только не гасни!
  Пока Кащей, путаясь в полах расшитого черным жемчугом плаща, опускался на одно колено, в горницу вихрем ворвалась сестра Гага. В её глазах горели не слезы умиления, а искры гениального маркетинга.
  — Стоять! Не шевелиться! — закричала Гага, выхватывая берестяной блокнот. — Кащей, уйди из кадра, ты загораживаешь бизнес-проект века! Вы посмотрите на этот эффект! Это же не лицо, это майское утро в заповедном лесу!
Она оббежала Ягиню, восторженно тыча пальцем в её гладкие щеки:
  — Никакой химии, никаких заморских улиток! Только чистый свет души и правильный мужчина рядом. Мы запустим линию косметики. Весь мир сойдет с ума!
Гага запрыгнула на лавку и провозгласила:
  — Название готово! Мы назовем это… "СИЯНИЕ ИЗБЫ или Нектар Забытых Лет".
Слоган: "Зачем тебе яблоко, если у тебя есть Я!" Или нет, лучше: "Стирай морщины, как Кащей своих врагов — бесследно и навсегда!"
  Ягиня только рассмеялась, и от этого смеха по углам мрачного замка расцвели подснежники. Она мягко взяла Кащея за костлявую руку и помогла ему подняться.
  — Погоди, Гага, со своим кремом, — улыбнулась она, и в этой улыбке было столько тепла, что даже вековая пыль на троне заискрилась, как алмазная крошка. — Сначала пусть Кащей договорит. Кажется, он хотел предложить мне нечто поважнее вечной молодости.
  Кащей выдохнул, достал из-за пазухи кольцо, в котором вместо камня был заключен кусочек истинного солнечного луча, и просто сказал:
  — Будь моей радостью, Ягиня. До конца времен и еще чуть дольше.
В этот вечер в темном лесу впервые за тысячу лет не выли волки. Они пели серенады. Сестра Гага уже вовсю рисовала на пергаменте дизайн баночек с "Сиянием Избы", а Кащей и Ягиня сидели на крыльце, глядя на звезды. И всем было ясно: когда внутри горит такой свет, время просто не решается оставить на тебе свой след.