Дело авиаторов. Экзистенциальные вопросы

14 мая 1941 года

Москва, СССР

Сталин закончил чтение Меморандума Колокольцева и уважительно кивнул: «Впечатляет. Очень похоже на правду… к сожалению…»

Колокольцев вздохнул: «Это и есть правда… такую дезу даже Гейдриху сварганить не под силам…». Что было чистой правдой – шеф РСХА это подтвердил.

Берия предсказуемо осведомился: «Правильно ли я понимаю, что ты уже дал ответ рейхсмаршалу?». Колокольцев пожал плечами:

«У меня в рейхе репутация… если бы я этого не сделал в течение получаса…»

Сталин кивнул: «Понятно». И осведомился: «И что ты ответил Герингу?»

Колокольцев усмехнулся: «Я дал единственно возможный ответ…»

«А именно?» - в высшей степени заинтересованно спросил шеф НКВД.

Колокольцев спокойно ответил: «Я спросил рейхсмаршала, есть ли у него ещё какая-либо информация по заговору в ВВС РККА… он сказал, что нет…»

Берия изумлённо-восхищённо покачал головой: «И ты сказал ему, что тебе этой информации недостаточно, чтобы вынести вердикт…». Колокольцев кивнул.

И грустно вздохнул: «К сожалению, это было всё равно, что подтвердить существование заговора…»

«Ибо Геринг очень хочет в это верить…  и потому верит» - усмехнулся Сталин.

Колокольцев снова кивнул – и сбросил бомбу: «Я спросил, как он собирается сообщить заговорщикам о своём согласии… если таковое будет»

«И?» - нетерпеливым хором осведомились самые могущественные люди в СССР.

Колокольцев улыбнулся: «Рейхсмаршал сказал мне, что это будет знак свыше…»

«Ты можешь предположить, когда?». Колокольцев пожал плечами:

«Наш разговор состоялся девятого мая… тогда у меня сложилось впечатление, что примерно в течение недели…». Берия кивнул: «15-16 мая… похоже на правду, если вторжение планируется на вторую половину июня…»

«Кстати, о вторжении» - предсказуемо осведомился Сталин. «Ты сможешь узнать, дату вторжения… хотя бы за неделю…». Колокольцев усмехнулся: «Её все узнают… точнее, вычислят… после наступления ожидаемого многими события…»

Сталин и Берия изумлённо уставились на него. Он объяснил:

«Я согласен с мнением моих друзей в вермахте, СС и НСДАП. Гитлер – ветеран Великой войны; он своими глазами видел, чем заканчивается война на два фронта – после неизбежного вступления в войну с США. Даже если война на Восточном фронте будет выиграна…»

«… поэтому не нападёт на СССР, пока не подпишет мир с Великобританией» - закончил за него Берия. Сталин кивнул: «Я тоже так думаю… уверен даже».

Ибо – в отличие от Гитлера – недостаточно понимал, что теперь совсем другие войны… радикально другие. Колокольцев довольно улыбнулся – и продолжил:

«Я практически не сомневаюсь, что операция по вторжению в СССР начнётся спустя ровно две недели после заключения мира на Западе…»

«Ты сможешь добыть план этой операции?» - с надеждой спросил Сталин.

Колокольцев покачал головой:

«Это чисто военная операция… ни СС, ни даже абвер к таким планам на пушечный выстрел не подпустят. Кроме того, я никогда не занимался чисто военными делами – моя епархия политика и экономика… поэтому просто не смогу залегендировать свой интерес…»

«Полёт Гесса в Великобританию санкционирован фюрером?» -  совершенно ожидаемо спросил Берия.

10 мая 1941 года заместитель фюрера по партии и рейхсминистр без портфеля Рудольф Гесс вылетел в Великобританию на дальнем тяжёлом истребителе Bf-110.

Официальное сообщение НСДАП по этому поводу было зачитано 12 мая около 22:00 по радио и наутро опубликовано на первых страницах газет. Согласно этому сообщению, Гесс вылетел на самолёте в неизвестном направлении.

Было заявлено, что он страдает психическим расстройством и галлюцинациями, которыми он, оказывается, страдал уже в течение нескольких лет. Кроме того, руководство страны предполагало, что в этом полёте Рудольф Гесс погиб.

Спустя всего 80 минут после официального сообщения НСДАП, британский министр информации Дафф Купер подтвердил журналистам информацию о прибытии Гесса в Великобританию. Он сообщил, что Рудольф Гесс приземлился на парашюте в Шотландии и находится в военном госпитале близ Глазго, к нему направлен чиновник министерства иностранных дел.

Колокольцев пожал плечами:

«Я практически не общался с Гессом; мы обитали в разных Вселенных… он в чисто партийной, я – в СС. Ходят слухи, что он, как бы это помягче сказать, не сильно дружит с головой, поэтому запросто мог и чисто по собственной инициативе такой пируэт выкинуть…»

Сталин неожиданно осведомился: «Как ты считаешь, что мы должны делать дальше? Как предотвратить этот убийственный для нас альянс и обезвредить этих… гнусных предателей?»

Колокольцев уверенно ответил: «Мы должны действовать совместно…»

Красный Тамерлан кивнул: «Это понятно». Колокольцев продолжал:

«Вам нужно будет аккуратно, чтобы не спугнуть, и очень грамотно изолировать заговорщиков. Лишить их реальной власти в ВВС РККА…»

Сталин снова кивнул: «Это тоже понятно». И выразительно посмотрел на народного комиссара внутренних дел. Берия кивнул: «Сделаем, товарищ Сталин».

Колокольцев продолжил: «Задерживать их нужно последовательно, по одному. С достаточными временными интервалами и такими обвинениями, чтобы ни они сами, ни их подельники не догадались, что их заговор раскрыт…»

Красный Тамерлан рассмеялся: «Пусть думают, что у товарища Сталина и товарища Берии случился внезапный острый приступ ежовщины…»

Колокольцев кивнул и продолжил: «Чтобы успокоить авиаторов, нужно арестовать и тех, кто никак с ними не связан… а потом выпустить, конечно…»

Сталин ещё более выразительно посмотрел на шефа НКВД. Берия задумался, затем осторожно ответил на незаданный вопрос:

«Нарком вооружений Ванников. Нарком боеприпасов Сергеев… у нас и там и там проблемы, которые на вредительство потянут вполне. Генерал армии Мерецков… заместитель наркома обороны СССР по боевой подготовке…»

Сталин рассмеялся и кивнул: «Согласен… особенно с последним. У нас с подготовкой всё настолько хорошо, что без суда и следствия можно… будет за что. Да и с вооружением и боеприпасами…» - он махнул рукой.

Колокольцев продолжил: «После каждого ареста сообщайте мне. Когда накопится критическая масса, я сообщу Герингу, что заговор раскрыт…»

«… и что его лавочку пора сворачивать» - усмехнулся Сталин. Поднялся из-за стола, открыл сейф, достал оттуда красную коробочку – и протянул Колокольцеву:

«За выполнение особо важного правительственного задания, Вы награждаетесь орденом Ленина…». Колокольцев поднялся из кресла, вытянулся по стойке «смирно» и торжественно ответил: «Служу Советскому Союзу!»

На самом деле, германскому рейху и фюреру (именно в таком порядке) … впрочем, Красному Тамерлану это и в голову не могло прийти.

Через полчаса Берия на неприметной Эмке доставил Колокольцева в конспиративный особняк НКВД СССР на окраине Москвы.