Пятьсот рублей долга

               
                «БИ» №159 22 марта 2000 года Преступление и наказание

         Осенью 1998 года в самом центре Бежицы, в одной из квартир старого дома, были обнаружены два трупа с признаками насильственной смерти. Хозяин квартиры Юрий Сычёв и его приживальщик Александр Францев умерли от сильных побоев. У одного из них было ножевое ранение. Оба ранее судимы.
        Сычёв в прошлом отсидел четыре года за то, что ранил ножом свою мать.   Францев был неоднократно осуждён за кражи. Работал в своё время токарем на заводе, жил в общежитии, где не раз вставал вопрос о его выселении за неуплату, лечился от туберкулёза, своей семьи не имел.
        Сычёв ранее жил в трёхкомнатной квартире с сыном и дочерью. Которая не выдержав пьянства отца и брата, разменяла квартиру. В результате каждому досталось по комнате. Брат же свою впоследствии продал и жил, как перекати-поле: то у отца, то у друзей…
        Дочь с отцом виделась изредка. Последний раз она встретила его за месяц до трагической гибели. Сычёв тогда сказал ей, что собирается продать квартиру.
        У Сычёва не квартира, а проходной двор: кто у него только не бывал, кто только не ночевал. Подозрение в совершении двойного убийства сразу пало на двадцатичетырёхлетнего Мурата Мыктыбаева. На момент совершения преступления вёл бродяжнический образ жизни. К этому его подтолкнул развод с женой –– Мыктыбаев запил. В суде его жена объясняла, что Мурат был хорошим мужем, они ладили, но произошло так, что им пришлось расстаться. Когда они жили вместе, Мурат выпивал довольно редко, соблюдал меру. Однако отношения  с родителями жены не сложились.
        В суде жена признавала, что если бы они жили вместе, то ничего бы не произошло, что Мурат глубоко переживал разрыв отношений. Какое-то время он ещё работал, платил алименты.
          Но повела кривая: игра в казино, случайные заработки, случайные женщины, сомнительные знакомства. Скитание по чужим углам. Однажды судьба свела Мыктыбаева с Сычёвым и Францевым. Последний посетовал, что его выселяют из общежития за неуплату. Мурат занял ему пятьсот рублей. Это произошло ещё в конце 1997 года. Францев обещал вернуть долг. Потом они долго не виделись. Оказалось, Францев проходил курс лечения от туберкулёза.
10 октября 1998 года Мыктыбаев встретил Францева и спросил:
          –– Когда отдашь долг?
          –– Сейчас у меня денег нет, –– ответил тот. –– да и кто теперь скажет, что я тебе что-то должен, свидетелей нет.
Мурата такой ответ вывел из себя. Он потребовал у Францева паспорт, и бывший зэк его отдал.
           –– Пока не вернёшь деньги, паспорт не получишь, –– сказал Мурат.
Следующая их встреча состоялась в детсаде «Теремок». В котором работал сторожем их общий знакомый. Но в тот день вместо него дежурил его сын Сергей Шагов. Францев деньги не принёс, у Мурата была бутылка, сидели выпивали и заговорили снова о возврате долга. Францев сказал, что ему нужен паспорт и, если он его не получит, заявит в милицию.
            Мурату сторож-приятель посоветовал вернуть чужой паспорт: зачем, мол, лишние неприятности? И вдруг они увидели, что возвращается Францев в сопровождении милиционера. Мурату пришлось делать ноги.
           11 октября 1998 года к Сычёву приходил Мыктыбаев дважды. Первый раз днём, чтобы вернуть Францеву паспорт. Они пригласили его выпить мировую, но Мурат пить не стал, сказав, что ждёт от него долг, и с этими словами ушёл.
           Второй раз вечером Мурат пришёл к Сычёву со своей бутылкой, когда Францев уже спал. Вдвоём сели выпивать. Но вот проснулся Александр и попросил, чтобы налили и ему.
          –– Я тебе не налью, –– сказал Мурат, –– ты мне деньги не отдаёшь.
          –– Я долго лежал в больнице, всё ушло на лекарства, –- пояснил Францев.
          –– Меня это не волнует, долг надо всё равно возвращать.
          Дальше, по словам Мыктыбаева, произошёл довольно странный разговор. Сычёв спросил у Францева:
          –– Так какие он деньги просит у тебя?
          –– Ничего я ему не должен, пристаёт не по делу, –– ответил тот.
          Сергей кивнул. И Мурат понял, что у Францева появился союзник. Францев встал  и чуть ли не с ходу ударил Мыктыбаева в лицо. Сычёв, стоявший сзади, огрел его по голове зонтом –– да так, что от удара помутилось сознание. Его начали избивать вдвоём. В руках у Францева блеснуло лезвие ножа. Мурату не раз приходилось отбиваться сразу от нескольких противников. В первый раз это произошло в деревне Николаевке: тогда на него напали трое, он раскидал их враз. Потом уже в квартире Сычёва на него набросились шестеро человек, он и тогда вышел победителем.
           В суде Мыктыбаев пояснил, что он был вынужден перейти от обороны к нападению, у Францева выбил нож-бабочку и вонзил тому в грудь. Францев зашатался и упал. А потом уже не смог остановиться. Затем Сычёва уложил, борьба длилась каких-то несколько минут. Мурат утверждал, что намерения убивать у него не было. Он, ещё не отойдя от спиртного, лёг на диван и ждал, когда же они оклемаются. В это время заходили знакомые, которым на вопросы: «Что с мужиками?» –– он спокойно отвечал: «Сейчас проспятся и встанут».
          Но они продолжали лежать неподвижно. Мыктыбаев, почувствовав недоброе, пошёл к своему приятелю Сергею Шагову, сторожу из детсада, и сознался в совершении преступления. Но тогда ещё он не был уверен в том, что жертвы мертвы.
          Судебно-медицинская экспертиза установила, что смерть Сычёва и Францева наступила между 19 и 23 часами. У Сычёва была разорвана печень, переломаны рёбра. У Францева –- проникающее ранение груди с большой кровопотерей, множеством тяжких ушибов. Окажи им вовремя медицинскую помощь, возможно, они живы остались бы.
         На следующий день Мыктыбаев сильно переживал о случившемся и после общения с другом принял решение уехать из Брянска. Хотя на 14 октября был назначен суд по факту кражи цветмета, в которой обвинялся и он. Его осудили условно. Никто ещё не знало, что он причастен к двойному убийству.
         После суда Мыктыбаев уехал к брату в село Новомихайловку Брянского района, откуда вместе поехали в Пермь, потом в Москву. Мурат занялся предпринимательской деятельностью. Ездил в командировки в Казань. Почти год Мыктыбаев находился в бегах. Ему предъявили обвинение по ст. 105 УК –- умышленное убийство. Но в ходе следствия выяснилось, что Мыктыбаев совершил двойное убийство, хотя и не предумышленно, но при отягчающих обстоятельствах.
         Областной суд тщательно выяснял, сколько и каким способом он нанёс ударов напавшим на него Сычёву и Францеву, занимался ли Мыктыбаев каратэ?   
         Некоторые свидетели показывали, что он был не прочь продемонстрировать свои приёмы. Дочь Сычёва утверждала, что отец и Францев драчунами не были, что оба они уступали Мурату физически, ей вторил брат. И получилось, что вместо того, чтобы помириться (а именно с этой целью Мурат пришёл в тот вечер к ним), он их убил.
         Уголовный процесс по обвинению Мыктыбаева в преднамеренном убийстве проходил непросто. К примеру, не было установлено, выбил ли он нож у Францева или схватил со стола. Казалось бы, какая разница –- ведь потерпевшие затеяли потасовку (вот и поплатились), ведь ему же пришлось обороняться. То есть умышленного убийства быть никак не могло. Потому уже в ходе судебного расследования прокурор переквалифицировал обвинительную часть со статьи 107 УК –- умышленное убийство на статью 108 УК –- превышение самообороны.
        На моей памяти это единственный процесс, когда суд реабилитировал подсудимого и назначил ему наказание ниже низшего предела. Чтобы состоялся этот процесс, в сентябре прошлого года, почти через год после совершённого преступления, Мыктыбаева доставили в Брянск из столицы… 
        Коллегия областного суда приговорила Мурата Мыктыбаева к году и 9 месяцам лишения свободы с содержанием в колонии общего режима.
        При назначении мягкого наказания, разумеется, учитывались особенности личности подсудимого. По месту жительства он характеризовался положительно, о нём неплохо отзывались друзья, знакомые. Мыктыбаев зарекомендовал себя вежливым, выдержанным, на момент совершения преступления он не был судим.
        Спустя некоторое время стало известно, что Мыктыбаев попал под амнистию. Этот процесс, думаю, показал, что законы Уголовного кодекса исполняются в соответствии с квалификацией преступления. А ведь раньше суд не вникал бы во все нюансы, так что мог бы получить по максимуму, если даже не высшую меру…