Тренер. Глава 26

Конец июня. В клубе стояла привычная рабочая атмосфера — пахло потом, резиной и разогретым покрытием. Худашов сидел во главе стола в тренерской, перед ним — стопка отчётов, графиков, списков. Напротив расположились тренеры и старшие администраторы фитнес-центра.

— Значит так, — начал он, обводя взглядом собравшихся. — Подводим итоги полугодия.

Скворцов сидел справа, Морозова слева, дальше — Малышев, Бегян, Тимофеев, Ненашев в углу. Из администраторов — Лена, которая работала ещё с открытия, и ещё двое, помоложе.

— По кикбоксингу результаты хорошие, — Худашов заглянул в бумаги. — Ветров отобрался на чемпионат России, Малышев золото взял в Анапе, девочки медали привезли. Белов... Белову надо работать, но прогресс есть. Лазарев — будем с ним возиться. В целом — нормально.

Он повернулся к Малышеву. Юрий сидел скромно, в своей обычной манере, но в глазах читалось удовлетворение.

— Юрий, про тебя отдельно скажу. Ты умудрился совместить выступления с тренерской работой, и твои спортсмены привезли с турниров по тайскому боксу несколько медалей. Ты сам — золото в Анапе. За полгода работы в клубе — такой результат. Молодец.

Малышев чуть улыбнулся.

— Спасибо, Анатолий Николаевич. Команда помогла.

— Помогла, но ты вытянул. — Худашов сделал пометку. — Теперь задачи на второе полугодие. Чемпионат России по кикбоксингу осенью. Ветров, Малышев — вы там основные. Белов — ЦФО прошёл, если будет готов, тоже поедет. Девочки — Лена, смотри их, подтягивай, на будущий год обе должны там быть. По тайскому — Юрий, ты сам решай, будешь выступать или нет, но группу не бросай. И кто там у тебя на ЦФО идет – Воронов? С ним отдельно надо работать. Вот вместе и готовьтесь.

Он перевёл взгляд на администраторов.

— Теперь по фитнес-центру. Лена, докладывай.

Лена раскрыла папку.

— Посещаемость выросла на двадцать процентов по сравнению с прошлым годом. Новых клиентов много, особенно по вечерам. Техническое состояние тренажёрного зала хорошее, но нужно докупить пару комплектов блинов и два олимпийских грифа, по вечерам их часто не хватает. Тренеры по найму работают нормально, жалоб нет. Аренду персональщики платят вовремя. Единственное — хотим взять ещё пару человек на пилатес и йогу, спрос большой.

— Кого хотите взять? — спросил Худашов.

— Есть пара кандидатур, мы отобрали резюме...

— Стоп. — Худашов поднял руку. — Это я решаю. Без меня никого не брать. Понятно?

Лена кивнула.

— Понятно, Анатолий Николаевич.

— Я не просто так говорю. Помните того тренера, который у нас работал в марте? Который потом уволился по собственному желанию?

В комнате повисла тишина. Все помнили. История с тем парнем, которого Худашов вышвырнул после спарринга, обросла легендами.

— Вот поэтому без меня — никого. Резюме присылаете, я смотрю, потом собеседую. Всё.

— Хорошо, — Лена сделала пометку.

— Ещё вопросы?

Вопросов не было.

— Тогда все свободны. Павел Сергеевич, задержись.

Тренеры и администраторы разошлись. Скворцов остался сидеть, налил себе чай из заварочного чайника.

— Ну, чего хотел? — спросил он, когда дверь закрылась.

Худашов откинулся на спинку кресла.

— В отпуск я собираюсь.

— В отпуск? — Скворцов удивился. — Ты? Серьёзно?

— А что такого? — Худашов усмехнулся. — Я тоже человек. С Мариной на море съездим, пару недель отдохнём.

— Давно пора, — Скворцов кивнул. — А я тут зачем?

— Ты остаёшься за меня. Клуб, фитнес-центр, тренеры — всё на тебе. Бегян уже оставался, поможет. Если что серьёзное — звони. Приказ я сделаю, доплата тоже будет.

— Понял, — Скворцов кивнул. — Не впервой.

— Знаю. Потому и прошу.

Они помолчали.

— Хорошо, — сказал Павел. — Езжай, отдохни. Маринке привет. Заслужили.

В этот момент телефон Худашова зазвонил. Он глянул на экран — Кравцов.

— Слушаю, Сергей.

— Анатолий Николаевич, здравствуйте. — Голос Кравцова звучал немного смущённо. — Я это... уезжаю сегодня. Командировка закончилась. Хотел попрощаться и спасибо сказать за всё.

— Когда поезд? — спросил Худашов.

— Вечером, в двадцать тридцать. С Казанского.

— Буду, — коротко сказал Худашов и положил трубку.

Скворцов поднял бровь.

— Кравцов? Провожать едешь?

— Ага. Парень хороший. Жалко, если пропадёт.

— Толь, — Скворцов покачал головой, — ты в нём себя увидел, да?

— Увидел, — не стал отпираться Худашов. — Ладно, поеду. Вечером на вокзал. А ты тут за старшего.

— Езжай.

Вечером на Казанском вокзале было людно — лето, отпуска, поезда на юг уходили один за другим. Худашов прошёл в зал ожидания, огляделся. Кравцов сидел на скамье с небольшой спортивной сумкой, в тех же простых штанах и футболке, что и всегда.

Увидев Худашова, он встал, улыбнулся.

— Анатолий Николаевич, спасибо, что пришли. Не надо было, правда.

— Надо, — Худашов протянул руку. Кравцов пожал, крепко, по-мужски. — Как доедешь?

— Нормально. Я привычный.

Они стояли посреди вокзальной суеты, и Худашов смотрел на этого парня — злого, голодного, с непослушной шевелюрой, в которой читалась та самая молодость, что когда-то была у него самого.

— Слушай, Сергей, — сказал он. — Ты это... не пропадай. Если что — звони. Если в Москве будешь — заходи. Тренируйся, спаррингуйся. Двери открыты.

Кравцов смотрел на него с удивлением.

— Анатолий Николаевич, вы... вы как отец. Спасибо.

— Ладно тебе, — Худашов смутился. — Просто вижу, что парень толковый. Жаль, если такой талант пропадёт. Ты Ветрову вон как дал — любо-дорого было смотреть.

Кравцов усмехнулся.

— Он мне тоже дал. Мы после той тренировки созвонились, он мне Москву показывал. Хороший парень.

— Ветров — да, хороший, — кивнул Худашов. — Ладно, поезд скоро. Давай, удачи тебе. И матери привет передавай.

— Передам, — Кравцов пожал руку ещё раз. — Спасибо вам за всё. Правда.

Они обнялись. Коротко, по-мужски, но в этом объятии было что-то тёплое, почти отцовское.

— Иди, — сказал Худашов. — Не опаздывай.

Кравцов подхватил сумку и пошёл к перрону. На полпути обернулся, махнул рукой. Худашов ответил.

Потом развернулся и пошёл к кассам.

— Два билета до Сочи, — сказал он в окошко. — На пятницу, если есть.

— Есть, — ответила кассирша. — Плацкарт, купе?

— Купе.

Он взял билеты, вышел на привокзальную площадь. Москва гудела, сверкала огнями, пахла бензином и летом. Худашов посмотрел на билеты в руке.

— Ну, Маринка, — сказал он вслух. — Едем на море.

Через три дня они сидели в поезде, и за окном проплывали подмосковные леса, сменяясь полями, потом лесами снова. Марина смотрела в окно и улыбалась. Худашов сидел напротив, и на душе было спокойно.

Впереди было море, солнце и целых две недели без работы.