Трагедия

 

После школы я решил вначале идти в армию, а после неё поступать в ВУЗ. Но мать наставляла поступать в институт. Она никогда не требовала с напором и оставляла выбор за мной, объяснив, что по истечении времени сдавать экзамен при поступлении будет гораздо сложнее. Я обещал подумать. На этом и порешили.
В скором времени произошла трагедия с ребятами и двое моих одноклассников погибли. У нас была назначена дата с белянинскими ребятами по состязанию в волейбол. И наша команда отправилась в деревню Белянино на газончике. Виктор Афанасьев был водителем и участвовал в команде. Меня, наверное, отвела судьба. Нам с Семёновым Виктором, неожиданно назначили в этот день сдачу экзаменов на права по мотоциклу. Я тоже входил в состав команды, но мы вынуждены были поехать в Варгаши на экзамен и пробыли там целый день. Когда же к вечеру вернулись домой, узнали трагическую новость. Мой братишка тоже ездил зрителем. На теле у него были синяки и ссадины, рот, с одной стороны, был немного разорван. Он и рассказал о произошедшем. Наши ребята выиграли и все на радостях подначивали Виктора гнать с ветерком, тот разогнался – насколько позволял газончик. Но на крутом повороте с управлением не справился, и машина перевернулась. Ребята стояли в кузове и большинство отделались ушибами, серьёзных травм не было, а двое попали под борта и сразу отправились в мир иной. Не зря видимо Санька Киреев пытался отлюбить за всю жизнь. Он хотел поступать в военное училище, но жизнь распорядилась иначе. Такая скоропостижная смерть обычно жёстко запрограммирована судьбой. В старших классах у нас с ним уже сложились дружеские отношения и мне его искренне было жаль. После похорон я в задумчивости стоял лицом к дому в садике, среди цветов и вспоминал Санькины похождения. Вдруг услышал за оградой шлепок. Я выглянул и удивился – рядом с велосипедом поднимался с руганью Иван Михайлович, наш математик. Перескочив через ограду, я помог ему подняться, он был в невменяемом состоянии. По его лицу потоками текли слезы. Не успел поднять, как тот с руганью начал правой рукой хлестать меня по лицу. Уворачиваться было сложно, как только его отпускал, он падал. Тогда обнял учителя вместе с руками и прижал к себе. Он продолжал кричать: «Гады! Мы вас учим, воспитываем вместе с родителями, а, вы, не успев закончить школу, дурацки погибаете!» Его всего трясло. Когда же он немного успокоился, присели рядом на лавку, он обнял меня своей правой рукой и так мы просидели, наверное, более часа, разговаривая и вспоминая запомнившиеся школьные моменты. Как он умудрился доехать на велосипеде – для меня было загадкой. Поэтому, когда засобирался домой, я предложил довезти его на мотоцикле, а потом пообещал привезти велосипед, куда он скажет, зная о не совсем простых отношениях его с женой. Перед Дубровным он попросил меня остановиться, пояснив: «Сам понимаешь, не надо, чтобы меня видели в таком состоянии и особенно дома». Мы попрощались, а мне ещё нужно было доставить велосипед.