Товарно-личные отношения

    В тот день я поехал узнать судьбу договора у хозяина, открывшего уже третий магазин на моей территории. По пути у клиентов пересёкся с несколькими поставщиками, поспрашивав, затем позвонил знакомым из других фирм, таким же менеджерам по продажам, как и сам, наведя справки о том, к кому ехал. Его мало кто знал, но пара человек, независимо друг от друга, сказали однозначно: «Кидала!» Денег потом из него не вытащишь.
Можно было не тратить на него время, но оказавшись рядом, решил взглянуть на него, заодно забрав договор. А то ещё заключит, а заберёт его коллега и влипнет.

Да, договор оказался у шефа, к которому я попал довольно легко. Он показал мне садиться, продолжая разговаривать по телефону.
Это был не офис, а нечто вроде кабинета при его магазине. Речь у него шла о заказе. На вид лет ему было 25- 27, максимум. Ушлый, значит. В чёрной кожанке.
«Он тут и за заведующего?» - подумал я, усаживаясь у его стола. Кто бывал в подсобках тогдашних магазинов, тот знает: насколько непрезентабельно они выглядели. И дело не в 90-ых, такими же они были и в совковые времена.
В данном случае, плакат с полуголой девицей на стене являлся главным украшением помещения. Всё остальное ему проигрывало.

Завершив разговор, он, не здороваясь, только спросил:
- Фирма?..
Я назвал, сказав о договоре.
Он перебрал стопку бумаг на столе, вынул мой договор, куда был прикреплён прайс.
Глянул прайс и поднял глаза на меня.
Но за это время я его вспомнил. И во мне буквально всё перевернуло это воспоминание.
Мало кто имел над левой бровью красное родимое пятнышко на лбу.
Поэтому он не успел и рта открыть, как я сказал ему:
- А я тебя узнал…
Он удивлённо вгляделся в моё лицо, явно не узнавая.
- Не удивительно, - сказал я, - последний раз мы виделись, когда тебе было лет 9-10. Я был тогда тебя на года 4-5 старше.
Его лицо выражало одно недоумение.
- Ты стоял на углу Большого и Зверинской в полном отчаянии, готовый броситься под машину. Люди проходили мимо, не обращая на тебя внимания. А меня как резанул твой взгляд, и я заговорил с тобой. Ты набычился и поначалу не хотел разговаривать. Но потом…
В общем, тебя никто не любил в семье, и ты не хотел жить. После этого я, конечно, уйти не мог. Разговорил тебя и спросил: «Был ли ты в зоопарке?» К моему удивлению оказалось, что не был.

Он не прерывал меня, откинувшись на спинку стула, и слушал, ничем не выдавая свои эмоции.

- Я сказал тебе: «Странно… а знаешь, почему эта улица называется Зверинской?»
Ты и этого не знал. 
«Потому, что она вела к зверинцу, по ней вели или везли зверей, а так прежде называли зоопарк».
У меня в кармане были деньги, которые мне дали на магазин, но… Короче, я предложил тебе сходить в зоопарк. Уговорил.
На лице того, кому я это рассказывал, появилось некое подобие улыбки.
- Тебе понравилось в зоопарке. Особенно, тигр и птица-секретарь. Я покатал тебя на пони, угостил мороженым.
Расстались у твоего дома на Зверинской. Взгляд у тебя был счастливый, ты даже признался, что всегда мечтал о старшем брате. Таком, как я.
Я сказал, чай, соседи, ещё увидимся. И мы расстались.
Мне от родителей попало за растрату денег, потом услали на три смены в лагерь. Когда ж вернулся, то мои разменяли жильё, и мы переехали в другой район. Больше я тебя не видел. Но это родимое красное пятно над левой бровью трудно было не запомнить.

Он молчал, и тогда я сказал, завершая разговор:
- Видишь ли, ты при расставании сказал, что не знаешь, как отблагодарить за чудесный день. Помнишь, что я ответил?
Он отрицательно покачал головой.
- Я сказал, что когда-нибудь ты тоже встретишь человека, которому плохо. Сделай для него то, что я сделал для тебя, и мы будем квиты.
Он открыл рот, желая что-то сказать.  Но я не дал ему этого сделать:
- Я навёл о тебе справки. Ты – кидала. Поэтому хочу забрать договор и забыть о тебе.
После этого он сжал губы и долго смотрел на меня. Взгляд у него был неприятный, на лбу сложилась вертикальная морщина. Потом неожиданно она разгладилась и на губах заиграла улыбка.
- Слушай, а как тебя зовут?
Я усмехнулся:
- Мы тогда именами не обменялись. Я – Денис.
- А я… Анатолий Михалыч.
Теперь усмехнулся он.
- Вот что, Анатолий Михалыч, давай взад договор и прайс. И я уйду.
- Нет, Денис, - покачал он головой, - у меня есть встречное предложение. Работа по предоплате. Чтоб ты не нервничал, что кину.
- По предоплате? – удивился я.
- Именно. Я ни с кем так не работаю. Отметишь мне ваши эксклюзивные позиции, ходовые только, оговорим скидку, и при каждом заказе или сам заберёшь наличку ДО привоза или переведу деньги, и только после этого заказ поедет. Сначала возьму немного. От какой суммы у вас возят? Понял. И буду брать СЮДА с тремя экземплярами документов на все три точки. На третью завтра получаю лицензию. По факсу скину копию.  Раскидаю товар сам. А там посмотрим, как пойдёт. Лады? В договоре  напишу: по предоплате.
И он принялся заполнять договор.  Подписал, тиснул печать.

  И мы стали работать. Случались недоразумения, но это решалось.  Он называл меня по телефону и при встрече «братом Денисом», я его – исключительно Анатолий Михалычем.
Он что-то сделал со своим красным пятном. От него остался лишь шрам. Я не стал спрашивать: зачем? Не моё дело. Это пятнышко свою роль уже сыграло.
Потом заказывать стали уже заведующие магазинами, а деньги платил он.
Затем они практически перестали заказывать, объясняя это тем, что товар в наличии.
Я заинтересовался, переписал у них «свой» ассортимент вместе с датами розлива. Это были не мои поставки.
Я позвонил ему и объяснил, что заведующие берут у других по большей цене (сверь по накладной), но главное, получают откат или бонусы. То есть, уменьшая твою прибыль  и товарооборот за счёт цены, увеличивают свою прибыль.
Он выслушал, не возразил, сказав:
- Брат Денис, и где я тебе найду других заведующих? У тебя они есть? Нет. Ты разве сам ни покупаешь так же заведующих в других магазинах?
Был грех, я не стал отпираться. Сказал, что делаю это с юмором. Если мне отвечают, что новые позиции ни за что не возьмут, то спрашиваю: ни за что? А если за что, то за сколько?
Он рассмеялся:
- Вот видишь? Как с этим бороться? Знаешь, у меня тут рисуются более интересные темы… в других областях. Я же тебе ничего не должен?
- Ничего.
На этом наша работа и общение закончились.

  Прошло ещё время, и я узнал, что два его магазина слились с долгами. Третий он вместе с юрлицом продал: с чужим оборудованием, товаром и жуткими долгами поставщикам, долгами за электричество и аренду, обув покупателя (налоговика!), который в этом оказался ни бум-бум, приобретя магазин для зятя.
В слившиеся магазины, по словам коллеги из другой фирмы, с которым нередко встречались у клиентов, приехали шкафообразные бритоголовые и погрузили не только товар, но и предоставленные под свой товар поставщиками холодильники и стойки.
Коллега на этом потерял немало, сокрушаясь.
Я попытался утешить, сказав:
- Но он же наш, питерский. Найти его можно.
- Какой питерский?! – возразил он, - Наша служба безопасности его пробила по ментовской базе. Он лет пять назад всего приехал сюда из Кемерово.
- Что?! – переспросил я, не веря ушам, - Из Кемерово?
- Да я копию его паспорта видел. Он там и родился. Такой прямо из песни «Человек из Кемерово»…
Я не знал, что сказать, и растерянно спросил:
- А это красное пятно над бровью…
- Он говорил, что осталось от падения с мотоцикла. Много тебе должен остался?
Я только махнул рукой и пошёл прочь.
Так это был не он… Решил завербовать меня вопреки, за пять минут, как Мюллер Штирлица, или чем-то его тронула моя история? Вдруг у него было похожее детство…  А может, сначала решил, что это театр одного актёра, а после подыграл? 
Теперь я это уже не узнаю.

Ладно, главное, я вышел из этой истории без долга. Нужно продолжать работать.