Кот и Ворон

По улице, перепрыгивая через лужи, шел Кот. Это был абсолютно обычный, ничем не примечательный серый полосатый кот, каких много на улицах Петербурга. Но тем не менее это «кот» с большой буквы, так как мы свернули с маленькой улицы и отправились вдоль шоссе именно для того, чтобы проследить за ним.

Кот постоял немного в нерешительности. Больше всего ему сейчас хотелось бы, чтобы выглянуло солнце, согрело бы его мокрую шерстку и чтобы привезли рыбу на огромной машине. Тогда Кот в то время как люди разгружали бы товар смог бы утащить упаковку-другую с тем, чтобы разодрать ее в укромном дворике и съесть… Кот тряхнул головой, чтобы отогнать чересчур приятные мысли. Тогда реальность не покажется такой уж тяжелой.

Кот побежал по тротуару вдоль шоссе, виляя среди людей, но не запутавшись в мелькающих ногах, колесах и сумках. Затем свернул в парк. После дождя парк хорош тем, что в нем мало людей. А еще можно попить из фонтана, в нем вода куда чище, чем в грязных лужах на дорогах. «Может быть птичка какая неосторожная попадется?» — думал Кот, запрыгивая на мраморный борт большого фонтана.

Вдруг он вздрогнул, чуть не свалившись в воду — послышались громкие человеческие голоса. «Чего это я? — подумал Кот, — Должно быть, старею». Это оказалась небольшая группа людей, женщина и двое человечков поменьше. Двое поменьше кричали и бегали, играя друг с другом.

— Мама, смотри! Киса!

Кот снова вздрогнул. Эта фраза была ему уже знакома. Вслед за ней его обычно хватали, теребили хвост, иногда гладили, но часто в самый неподходящий момент. А больше всего Коту не нравилось то, что он ничего не мог с этим поделать, иначе ему было бы еще хуже. «Тут надо только подождать», — успокоил себя Кот, когда маленький человек подбежал к нему и стал гладить рукой по мокрой шерсти Кота. Тот покорно сидел, но никто не замечал его несчастного вида, который он отчаянно пытался на себя напустить. С ближайшего дерева глухо каркнуло. «Ворону из-за них упускаю» — мысленно проворчал Кот.

— Слава, не трогай грязного уличного кота! Он может быть заразный! — сказала быстро подошедшая женщина, ведя за руку маленького человека.

— Ну мама, смотри какой он милый!

«Это я-то милый?» — снова проворчал Кот, но понимал, что сердиться на людей бесполезно и решил не тратить на это силы.

— Нет, нам уже пора домой. Отпускай кота и обработай руки антисептиком. Вот, я его с собой взяла.

Маленький человек отпустил Кота.

— Я не хочу антисептиком! Он скользкий! И домой не хочу! Хочу еще гулять! — закричал маленький человек.

— Я сказала, мы уходим! Ты голодный, потому капризничаешь! Дома будем ужинать!

Кот спрыгнул с мраморного борта фонтана и поспешил свернуть на другую дорожку парка. Он не любил резких звуков. «Ох уж эти люди… — думал Кот, — У них есть дом, их там ждет горячий ужин… А им каким-то антисептиком видите ли руки намазать не хочется». Хотя на самом деле Кот мог понять маленького человека: антисептик он тоже не любил. Ему пришлось как-то с ним познакомиться, когда Кот по ошибке (вернее, по надежде) забрел в хозяйственный магазин и его оттуда выгнали, брызнув в морду неприятно пахнущей скользкой жидкостью. Кот ворчал лишь потому что был голодный.

По пути он встретил еще одну женщину, плечом прижимавшую телефон к уху. Она быстро шла и говорила:

— Нет, мне некогда. У меня весь день расписан по минутам. Может быть, когда-нибудь и удастся погулять. Не сегодня точно. Да, может сегодня и выходной, но у меня все равно полно дел…

Женщина совсем не смотрела под ноги и споткнулась о Кота.

— Брысь, противный! Надеюсь, ты не испачкал мои новые сапоги? — прокричала она.

Кот, прижав уши к голове, быстро побежал мимо женщины, которая, сердито взглянув на часы и отряхнув свои новые сапоги, пошла дальше, жалуясь кому-то на «этих грязных дворовых котов».

Начинался вечер. Облака чуть разошлись, между высокими домами проглянуло закатное солнце. Кот уже почти подошел к выходу из парка. На скамейке возле ограды сидели двое людей. До Кота донесся запах бутербродов с курицей. «Если повезет…» — подумал он и медленно приблизился к скамейке. Кот попытался мяукнуть, но из горла у него вылетел какой-то странный хриплый звук. Но в следующую минуту он взбодрился, так как услышал:

— Видишь кота? Давай дадим ему бутерброд? Он, небось, голодный.

Тут Кот снова упал духом:

— Да зачем добро на каких-то уличных котов тратить! Это наша еда, для нас. На всяких котов не напасешься.

— Я все равно ему дам.

— Другие дадут!

— Уличные коты ничего не получают именно потому что так каждый думает, — заметил человек и швырнул бутерброд Коту. Кот благодарно мяукнул и убежал под другую скамейку со своей добычей, чтобы поскорее съесть ее. Аромат курицы щекотал его нос, и Кот чувствовал себя почти счастливым. Сейчас он добежит до укромного местечка, где никто не помешает ему спокойно подкрепить свои силы…

— Карр, — вдруг раздалось за ним, — Эти люди такие странные. Карр! Только раз перепало за день, верно?

Кот не ответил Ворону, пристроился под скамейкой и, громко урча, впился зубами в бутерброд. Он помнил Ворона, старого друга, которого однажды поймал и хотел съесть, но пожалел и отпустил. Но пусть Ворон будет хоть тысячу раз старым другом —  ему не удастся выклянчить единственную за весь день еду, которую чудом удалось заполучить Коту!

— Не понимают нас, карр! — продолжал Ворон, уголком глаза посматривая на жующего бутерброд Кота.

— Да, не понимают, — согласился Кот, немного враждебно поглядывая на черную птицу, готовый защищать свою еду.

— А я старею с каждым днем, — продолжал жаловаться Ворон, — Недавно, одна собачонка схватила за крыло, сломала…

Кот с трудом оторвался от еды и внимательно посмотрел на Ворона. Только сейчас он заметил, что Ворон выглядит куда более похудевшим и постаревшим, чем в прошлую встречу. Одно его крыло неестественно болталось, свисая на землю. Ворон посмотрел на Кота жалобными глазами.

— Хорошо, — вздохнул Кот, — Булку можешь съесть. Но курицу и сыр я оставлю себе.

Ворон радостно подковылял к остаткам бутерброда и принялся за кусок булки. Несколько минут прошли в молчании, оба жадно поглощали бутерброд, не смотря на то, что это была человеческая пища, — съедая и сыр, и перченую курицу, и даже огурцы.