Глава 27. Узкий проход

Глава 27. Узкий проход

Мы сидели на террасе, когда Диана положила телефон на стол и устало потёрла виски.

— Опять? — спросил Вересов, не поднимая глаз от нот.
— Опять. Девочки из университета пишут. Telegram Premium обещают заблокировать в их регионе. Но можно предоплатить на два года со скидкой. Забавно, правда?
— Не забавно, — тихо сказала я. — Это называется «узкий проход». Когда тебе оставляют маленькую щёлочку, чтобы ты сам полез в капкан.

Диана посмотрела на меня с грустью.

— Ты всегда так жёстко формулируешь.
— Я формулирую то, что вижу. И что видят наши дети. Они сдали сессию на отлично, но молча уехали в Европу. Не потому, что не любят Россию. А потому, что здесь их будущее — это вечные «узкие проходы». Или плати, или исчезни. Или подстраивайся, или тебя выдавят.

Вересов отложил ноты и посмотрел на нас.

— Ксения Евгеньевна тоже не случайно в Лиссабоне. Её учебник по математике занял достойное место, но преподавать пришлось там. Ради ребят. Ради нас. Ради того, чтобы оставаться собой, не вступая в сделки с совестью.
— А дома что? — спросила Диана.
— А дома, — ответила я, — дома те, кто привык набивать карманы за счёт всех. Они не создают. Они не учат. Они не лечат. Они только договариваются. И чем больше они договариваются, тем уже становится проход для тех, кто реально работает, учится, растит детей, пишет музыку.

Мы замолчали. За окном шумел океан. Потом я продолжила:

— Мой прадед прошёл через раскулачивание. Его дом отдали под школу — и это ещё было счастьем. Потому что другие теряли всё. А сегодня — те же самые схемы, только вместо «кулаков» — молодые учёные, инженеры, музыканты. Их не расстреливают. Их просто загоняют в узкий проход. Или уезжай, или задыхайся.
— Что же делать? — тихо спросила Диана.
— Не молчать. Не ненавидеть. Но и не поддаваться. Наши дети уехали в Европу не потому, что они предатели. Они уехали, потому что хотят работать, а не выживать. И они вернутся, когда здесь перестанут давить. Когда поймут, что страну держат не те, кто умеет «решать вопросы», а те, кто умеет делать дело.

Эдик, который до этого молчал, взял аккорд на рояле.

— Знаешь, Вика, я иногда думаю: а что, если бы мы с тобой не уехали тогда? Остались бы в Москве, играли бы на корпоративах для этих… как их…
— Для тех, кто набил карманы, — закончила я. — Мы бы играли, а они бы слушали и считали, что всё купили. Даже музыку. Даже нас.
— И что?
— А то, что мы не продались. Мы уехали, но остались собой. И наши дети видят это. И выбирают — не узкий проход, а широкую дорогу. Даже если она ведёт в Лиссабон, в Париж, в Сан-Хосе.

Вересов поднял бокал с соком.

— За тех, кто не продаётся. И за тех, кто вернётся.
— За тех, кто вернётся, — повторили мы.

А в телефоне Дианы всё ещё висело сообщение: «Пока ещё есть возможность предоплатить…». Возможность войти в капкан.

Мы выключили экран.

---