11. 8 Алмазный подход. Единство с Основой

               Каким образом проявляется единство с Основой? 

                Из книги Кена Уилбера «Око Духа»:

 (стр. 437) Таким образом, мы приходим к ТРАДИЦИОННОМУ романтическому взгляду, который состоит в том, что (1) самость младенца начинает своё существование в единстве с Основой, но это единство безсознательно; (2) что это единство затем с необходимостью утрачивается или вытесняется возникающим эго; (3) эго, после обязательного разрушения основы, (должно?) затем вернуться к Основе, вернуть её себе или как-то ещё  восстановить, но теперь вполне сознательно, тем самым осуществляя духовное воссоединение. Если младенец един с Основой БЕЗСОЗНАТЕЛЬНО, то зрелая самость едина с Основой СОЗНАТЕЛЬНО.

 Но даже романтики начинали понимать, что их схема несостоятельна, поскольку второй шаг невозможен ни при каких условиях. Все вещи едины с основой; если вы утрачиваете это единство, вы прекращаете существовать. Скорей  вы можете осознавать или не осознавать это единство. Но если вы уже его не осознаёте, вы не можете спуститься ещё ниже. И поскольку романтики уже признали, что самость младенца не осознает это единство, то это, на самом деле, означает, что самость младенца уже пала. Но здесь романтики попадают в весьма двусмысленную ситуацию. Если ранее примитивное состояние уже является падшим, то просветление не может быть возвращением прошлого, и весь побудительный импульс традиционной ретроромантической ориентации оказывается подорванным в самой основе. …

Единственный способ попытаться спасти специфический ретроромантическую программу состоит в том, чтобы выбрать курс, намеченный Уошберном. Если просветление будет возвращением или воскрешением чего-то, что присутствовало у младенца, но было утеряно, тогда младенческое состояние должно быть единым с Основой. И это единство должно «неограниченно присутствовать» каким-то полностью осознанным образом».

              По словам Уилбера: «это совершенно несостоятельно; тем не менее, это единственный возможный способ продолжать придерживаться ретроромантической парадигмы.

Держа в уме эти теоретические соображения, мы возвращаемся к Али. Действительно ли Неотъемлемая Самость или Атман полностью присутствует у младенца? И здесь Али попадает прямо в романтическое Ватерлоо. Чтобы модель вообще работала, младенец должен осознавать Самость, должен быть подлинно Само-реализован, иначе нет ничего, что бы стоило воскрешать».

               Почему воскрешать, а не создавать? Скорей всего, младенец неосознанно един с Основой и воспринимает мир единым с собой, но постепенно происходит переход от единства к эго и к трём годам он просто забывает об этом единстве. Права ли я?

«И потому Али делает именно это. «Когда присутствует Неотъемлемая Самость, младенец, в некотором смысле, появляется на свет; он Самореализован. Он является своей истинной Самостью … На этой ранней стадии ребёнок, в некотором смысле, Само-реализован. Он целиком представляет собой Неотъемлемую Самость» (стр.266- 278-79). Значит, маленький ребёнок полностью Само-реализован, и этот просветлённый ребёнок затем «утратил» свою Само-реализацию в ходе развития эго».

                Неужели у него огромное сознание, если он  Самость?

«Тогда давайте спросим, движет ли этим Само-реализованым ребёнком сострадание, милосердие, самоотверженное служение, терпимость или добрая воля?»

                Это чисто человеческие понятия. Ребёнок ещё не знает слов и не имеет понятий. Он может обладать определёнными чувствами.

«Фактически, как отмечает Али, самость на этом этапе крайне эгоцентрична, нарциссична, импульсивна и в высшей степени погружена в эго – во многих отношениях это полная противоположность всего духовного».

                А это всё  черты Личности, а не Самости.

«При ближайшем и подробном рассмотрении маленький ребёнок вовсе не выглядит сознательно Само-реализованым.

В результате Али начинает отступать от этой романтической путаницы. Возвращаясь к традиционному романтическому оксюморону: ребёнок полностью Само-реализован, но не осознаёт Самореализацию. «Ребёнок не осознаёт, что он – Неотъемлемая Самость. Он не осознаёт свою Само-реализацию» (стр. 278). Это оксюморон, поскольку «Само-реализованный» означает «осознающий Самость»; нельзя быть безсознательно сознательно реализованным.

Всё, что необходимо Али, чтобы окончательно вернуться к старой романтической модели – это заявить, что потом ребёнок действительно утратил безсознательную Само-реализацию (онтологически это невозможно, но это единственный путь, остающийся открытым для традиционной романтической парадигмы). Так оно и есть: «Восприятие уязвимости, ограничения и зависимости, не подкреплённое способностью отделять их от опыта Неотъемлемой Самости, приводит к отказу от отождествления последней. Ребёнок теряет свою безсознательную Само-реализацию» (стр. 279).

(Конечно, если она действительно безсознательная, то утрата уже произошла – а именно, во время предшествующей инволюции, которую романтизм всегда путает с первыми шагами эволюции)».

                Как это всё связать с тем, что некоторые души сразу воплощаются в земном мире, а не поднимаются выше?

 «Однако собственный анализ Али показывает, что Неотъемлемая Самость никогда реально не переживается младенцем. «Существует подлинная и вневременная Самость, Неотъемлемая Самость, которая не формируется в ранние годы» (стр. 265) – всё это совершенно верно. «Неотъемлемая Самость ощущается как концентрированное присутствие, драгоценное и чистое присутствие сознания с характерным ощущением самости. Самость определённости, единственности, своеобразия и высшей ценности прозрачна и  полна … Это источник чистой любви и знания» (стр. 272, 277).

 Тогда дано ли всё это младенцу в непосредственном и неискажённом опыте? Нет, говорит, Али, у младенца или маленького ребёнка этого нет. «Ясно, что, поскольку он не осознаёт Неотъемлемую Самость объективно, он не может не связывать это ощущение Самости с представлением» - то есть интуитивное восприятие Самости применяется к ограниченной и изолированной телесной самости. Али говорит, что величественные качества Самости у младенца искажаются и приобретают форму претенциозного нарциссизма младенческой самости. «Неотъемлемой Самости принадлежат величественные качества, но они становятся претенциозными, когда применяются к телу и уму. Приписывание их к телу-уму – это заблуждение» (стр. 278).

Тогда центральным становиться вопрос – осознаёт ли младенец  вообще когда-нибудь эти величественные качества подлинной Самости без искажения или он всегда соприкасается лишь с иллюзией?»

                Если подлинная Самость уже имеет такие величественные качества, то зачем ей спускаться в физический мир?

«Али отвечает, что самость младенца всегда заблуждается и   ошибается в отношении величественных качеств Неотъемлемой Самости, и что у неё нет другого выбора. Таким образом, во все времена «эти чувства величия и всемогущества фальшивы» (стр. 278). Из этого следует, что младенец никогда не бывает в неискажённом контакте с Неотъемлемой Самостью как таковой, он имеет дело лишь искаженным и обманчивым интуитивным ощущением этой Самости. …

Из собственного изложения Али следует, что младенец, в любом случае, не соприкасается ни с одним из великих качеств Необъемлемой Самости без искажения – и, следовательно, эти великие качества вообще не могут быть «утрачены» (Они утрачиваются в инволюции, и, значит, их вспоминание в эволюции является возникновением, а не раскрытием)».