Полет драконов. Часть 1. Расстановка

* * *
Пятница. Закончилась последняя пара, и Питер Дикинсон, молодой профессор по естественным наукам, начинающий преподаватель Бостонского университета, «чудак и фантазёр», как называли его коллеги, поспешил в свой кабинет. Попутно он как можно вежливее увернулся от нескольких студенток, которые попытались охмурить юного и милого холостяка.
После пары лестничных пролётов показалась знакомая дверь. Когда она закрылась, Питер облегчённо выдохнул. Мир науки, учёбы и логики остался за пределами небольшой комнаты, которая была его рабочим местом или, как он говорил про себя, его «волшебной лабораторией». Если это так, то лаборатория была весьма специфичной. Модели химических структур, электрочайник с плиткой, микроскоп и преломляющая линза соседствовали здесь не только с научной, но и с художественной литературой. Из последней встречалась как классика, так и много литературы в жанре фэнтэзи, сборников сказок и легенд. Питер ещё раз оглядел свой маленький мир, сел за небольшой письменный стол и позволил себе улыбнуться.
Уже два года он посвящал своё свободное время изучению драконов, – существ, в которых по какому-то наитию Питер верил и чувствовал, что эти создания не были вымышленными, но реально существовали. Пытаясь объяснить для себя их физиологию и образ жизни, он обложился классической литературой, произведениями в жанре фэнтэзи, сборниками сказок и легенд, научными книгами. День за днём он собирал по крупицам всё то, что могло быть логично объяснимым у драконов и реальным в условиях нашего мира.
В какой-то момент информации накопилось так много, что он начал формировать из неё книгу, даже дал ей рабочее название – «Полёт драконов». Сейчас книга в виде машинописной рукописи лежала перед ним на столе рядом с печатной машинкой. Она ещё не была закончена – Питер не разобрал до конца имевшийся материал, да и времени не всегда хватало. Всё отнимала работа в университете и ещё одна небольшая подработка. Несмотря на это он уже задумывался над тем, чтобы по завершению работы над книгой издать её. Оставалось лишь найти денежные средства для этого. И как ему казалось, один из способов достать их был найден.
В ходе работы над книгой у него родилась идея создать одноимённую настольную игру. Немного подумав и обсудив правила с коллегами, он набросал эскизы фигурок, игровое поле, после чего обратился к знакомому резчику по дереву и в университетскую типографию. Через месяц его заказ был выполнен, и опытный образец игры был готов. Основным элементом рисунка игрового поля являлся дракон, на котором были начерчены клетки для ходов. По периметру дракона были изображены четыре царства, каждому из которых Питер дал обозначение. На севере сетью горных цепей было отгорожено Царство Красной Смерти Киркхейм, где расположилась Тьма. На западе и на востоке были океаны. К западному океану Питер после некоторых раздумий дорисовал местности, походившие на трясины. На востоке также были дорисованы леса, а на юге – гористые поля, отделённые от остальных мест пустыней и степями.
Для каждой местности были придуманы фигурки четырёх колдунов-правителей. Всеми видами вод, равно как и горными вершинами и высочайшими звёздами на небе по задумке Питера повелевал синий колдун Соляриус. В своих эскизах он видел колдуна мавром и нарисовал ему сапфирового цвета одежду, похожую на арабскую, и такого же цвета колпак с серебряными звёздами на нём.
Лесами и частично степями владел зелёный колдун Каролинус. Его образу Питер придал эльфийские черты, сделав характерные заострённые уши, при этом он нарисовал ему зелёные глаза, крючковатый нос и длинную узкую бородку до земли. Одежда Каролинуса носила изумрудный оттенок с ярко-зелёными звёздами на воротнике, а голову обрамляла круглая шапочка-колпак.
На юге Питер поселил золотого колдуна Ло Те Чжао, повелителя пустынь, воздуха и света; гармонии, медицины и медитации. Его он по своим задумкам сделал азиатом, добавив также длинную чёрную косу и небольшую бородку с длинными усами. На эскизах колдун был облачён в золотые одеяния и носил колпак с топазового цвета звёздами.
Наконец, в Киркхейме, северной стороне, обитал главный антагонист игры, красный колдун Оммадон, повелитель Тьмы и тёмных существ. Вот тут своей фантазии Питер дал разыграться по полной. Он сделал колдуна бледнокожим, нарисовал клыки, торчащие изо рта, сделал острый, похожий на клюв хищной птицы нос и дорисовал рог на нём. Глаза колдуна учёный сделал тёмно-жёлтыми и надел ему на лицо алую маску-колпак. Одежда по задумке Питера имела кроваво-рубиновый цвет. В довершение образа он «одел» на голову колдуну красную рогообразную корону, в центр которой поместил рубин.
После работы над рисунками колдунов Питер нарисовал нескольких драконов для фигурок – всё же не зря игра называлась «Полёт драконов». Он даже дал им имена – Горбаш, Смёргол, Лунэриан, Шэнь-Цзу, Бриак. Ему хотелось сделать их в полный рост, однако, хорошо подумав, для игры он решил упростить фигурки – сделал их как шахматные, оставив только шею и голову. Впрочем, в полный рост драконы остались на карточках с указанием их способностей.
Последней игровой фигуркой Питер задумал принцессу, которую назвал Мелисанд. Работая над эскизом, он вкладывал в образ всё то, что хотел видеть в идеальной женщине, а потому неоднократно переделывал его и работал над ним с большой любовью. В итоге результат его не разочаровал – статная девушка-блондинка, одетая в светло-золотистую одежду.
Подумав о принцессе Мелисанд, Питер достал из ящика стола игру, раскрыл поле и разложил фигурки перед собой. Любуясь вырезанной фигуркой принцессы, Питер усмехнулся, вспоминая восторженные отзывы своих коллег, попробовавших сыграть в игру. Все они наперебой говорили, что у неё очень большой потенциал, и что средства с продажи игры не только позволят ему издать книгу, но и в принципе очень хорошо поднимут его финансовое состояние. Оставалось лишь надеяться на то, что ему удастся получить у знакомого оценщика, мистера Гонта, необходимую сумму, чтобы запустить игру в производство.
Тут Питера охватил непонятный ему самому порыв. Он поставил фигурку Каролинуса на рисунок гор на игровом поле, затем взял фигурку дракона, которого он назвал Горбаш, и воскликнул, подражая призыву колдуна:
-Горбаш! Горбаш! Ко мне!
С этими словами учёный поставил фигурку дракона рядом с Каролинусом, после чего встал и начал передвигаться по кабинету, изображая полёт на крыльях. Наконец, он остановился и сказал самому себе:
-Эх, было же когда-то время, когда в мире была магия, когда в небе парили драконы...
Тут он грустно вздохнул.
-…и когда весь этот мир уступил своё место миру науки и логики.
Хорошее настроение немного поубавилось. Питер подошёл к столу, взял фигурку дракона и подошёл к окну.
-Посмотри вниз, Горбаш! – сказал он фигурке, – Хаос, страх и смятение царят там внизу. Сейчас как никогда люди стоят на распутье, в каком мире им жить – мире древнего волшебства или мире науки и логики. Какой же путь выберут люди?
Ответа не последовало, но Питер знал, что путь уже выбран. Человек в чудеса не верит и не выберет их никогда. В грустном молчании Питер прибрал игру обратно в стол и принялся проверять работы студентов. Вечером он собирался пойти с игрой к мистеру Гонту и попробовать заложить свои старые золотые часы на цепочке, но также надо было произвести на оценщика приятное впечатление. В этом плане Питер решил положиться не только на игру, но и на свой «парадный костюм» – тёмно-красный пиджак, светлые брюки, бежевое кашне, полосатую жилетку и оранжевый галстук-бабочку.
«Надеюсь, всё получится», подумал он и принялся дальше за проверку работ.
Если бы только он знал, что ему предстоит пережить!

* * *
Каролинус обходил свои владения и наслаждался гармонией вековых лесов, пышно-зелёных лугов и размеренно текущей реки Эленьямен. Казалось, ничто не могло нарушить эту гармонию. Вдруг к зелёному колдуну тонкими нитями протянулась боль, которая продлилась мгновение. Он осмотрелся и увидел её источник. Из-под колеса стоявшей недалеко водяной мельницы мёртвой грудой появилась лебедь. Каролинус мигом поспешил к птице.
Войдя в реку, колдун увидел, что пострадала не только лебедь, но и цветочные феи, что плыли на её спине. Он прикоснулся к ней и увидел, что произошло. Птица плыла по реке, а летевшие феи решили передохнуть и скрасить птице одиночество. Они слишком поздно заметили мельницу и быстро вращавшееся водяное колесо. Лебедь попыталась уйти, но вода из друга превратилась в смертельного врага, затянув всех под колесо.
Каролинус прошептал заклинание и вдохнул в лебедь жизнь, затем снял фей с её спины и вышел на берег. Птица же благодарно посмотрела на колдуна и полетела прочь.
-Так не должно быть, – грустно сказал Каролинус, глядя на фей, оживавших после произошедшего на его ладонях, – Волшебство и наука – два мира, которые должны сосуществовать в гармонии, а не уничтожать друг друга.
Феи, наконец, пришли в себя, поклонились Каролинусу и полетели в сторону леса. Тем временем колдун с сердитым взором повернулся в сторону мельницы.
-Эй вы, люди! – воскликнул он, – Я вам говорю! Не несите разрушение своими машинами! Будьте осторожны с вашими творениями!
В ответ на его крик открылась дверь мельницы, и к колдуну вышла вся семья – отец-мельник, мужчина с седой бородой и плешивой макушкой; жена мельника, черноволосая старуха с крючковатым носом, и не походивший на них сын с рыжими волосами и круглым носом.
-Кто это тут расшумелся?! – громко заворчал отец.
-Да этот тот сумасшедший старик, что вверх по течению живёт, – ответил сын – Чего ты тут устроил?! Что тебе от нас надо?
-Я говорю, что ваша мельница, ваши машины несут разрушение волшебному миру, – Каролинус не обратил никакого внимания на оскорбление, – Вы должны нести ответственность за то, что создаёте, и не только брать, но и отдавать в ответ. В противном случае нашему миру и вашему придёт конец!
-Да кто ты такой, чтобы указывать нам? – рассмеялся сын, – Волшебник, что ли?
-Я КАРОЛИНУС, ЗЕЛЁНЫЙ КОЛДУН!
-Ты просто псих! – воскликнул отец-мельник, – Убирайся туда, откуда ты явился!
-Мой дом повсюду! – ответил Каролинус, – Моё царство – мир лесов, лугов и существ, населяющих их.
В ответ всё семейство со смехом стало швырять в него камни.
-Убирайся отсюда! – крикнул мельник, – Ты мне не указ!
-Иди другим свои нравоучения читай! – поддержал его сын.
Несколько камней попало волшебнику в голову. «Ну что ж», решил колдун, «Я покажу вам свою силу». Он расставил руки в стороны и принялся читать заклинание на Старшей Речи. Семья перестала бросать камни и в удивлении замерла.
-Исчезните прочь со своей мельницей! Пусть поток синего пламени сметёт вас с этого места! – произнёс Каролинус. С этими словами на его вытянутой ладони появился огромный сгусток пламени ярко-синего цвета. Мельник и его семья застыли в ужасе. До них дошло, что колдун не шутил.
-Приказываю, исчезните! – Каролинус запустил ставший огромным сгусток пламени в сторону мельницы. Однако тот по ходу полёта стал уменьшаться в размерах. У самой мельницы он стал размером с детский кулачок и бессильно упал в воду и погас.
-И это он назвал магией? – удивился сын.
-Ха! – воскликнула старуха, – Да мой сын с помощью огненного порошка и то лучше твоего наколдует!
Все дружно принялись хохотать и показывать пальцем на Каролинуса, который был потрясён. Его заклинание не сработало! Как вообще такое могло случиться?! С горечью признав своё поражение, он понурил голову и под продолжающийся смех мельника и его семьи пошёл прочь.

* * *
Остаток дня Каролинус провёл, как он отметил про себя, чисто механически. Помогал растениям стремиться к свету, исцелял раны у животных, обращал в траву умерших – ничего необычного из того, что он умел как колдун. И всё это время его не покидали мысли о случившемся. Люди перестают верить в волшебство! Они выбирают науку и логику и совершенно не хотят верить в чудо. Но ведь без существования волшебного мира человек неспособен что-либо сотворить сам, неспособен оценить красоту мира и созидать её! Необходимо что-то предпринять, чтобы сохранить чудесных существ и всё, что связано с чудесами.
Пока Каролинус занимался делами, у него появилась одна идея, что можно было сделать, но принять такое решение в одиночку он не мог. Требовался сбор всех братьев-колдунов Лаара. Поэтому он телепатически передал своей приёмной дочери, принцессе Мелисанд, чтобы она написала от его имени письма, в которых он созывал своих братьев на встречу.
К вечеру, закончив свои дела, он вернулся в свой дом в Сильванере на берегу у озера Великого Древа. Если бы сторонний гость заглянул в жилище колдуна, то он весьма бы удивился тому, как оно устроено. На нижнем этаже было две двери – одна в человеческий рост, и одна гигантская размером чуть больше двух слонов, причём рядом с последней были груды золота, золотых поделок и украшений. Здесь же располагались кухня и обеденный стол. Жилые комнаты и кабинет у Каролинуса располагались на втором этаже. Кроме колдуна в доме жила вышеозначенная принцесса Мелисанд. Когда её родители, король Адрелиан и королева Вейдинна, умерли во время чумы, а ослабевшее королевство было поглощено более мощной Аккенией, ведомый данной когда-то королю клятвой колдун забрал девочку к себе. Он воспитал её как родную дочь, а затем, видя, что в ней есть задатки к магии, кое-чему попробовал научить её. Однако постигать магию глубже Мелисанд отказалась, поскольку хотела сохранить свою связь с человеческим миром.
После ужина Каролинус, казалось, поднялся духом, но вновь вспомнил о случившемся у мельницы и снова погрузился в горестную думу. Его беспокойство не ускользнуло от взора Мелисанд.
-Отец, тебе нужно отдохнуть, – она нежно прикоснулась к его плечу.
-Нет, сейчас не время отдыхать, – возразил он, глядя на свои руки, которые он вдруг увидел бессильными, – Сейчас требуется подумать, как спасти мир волшебства… Да я вообще не представляю, как такое могло случиться?! Я призвал магию, а она не сработала! Можно сказать, её не было!
Тут он сложил руки в районе живота и, поморщившись, согнулся.
-Снова больно? – спросила Мелисанд. Она знала, что у Каролинуса в последнее время были какие-то проблемы с животом, но помочь ничем не могла. Колдун тем временем снова пришёл в себя.
-Я не могу позволить боли мешать моей работе. Ты написала письма, которые я просил?
-Да, отец, всё готово, но может быть…
-Тогда призывай гонцов Полной Луны. Послания надо отправить немедленно.
-Может, это подождёт до утра, отец?
-Делай, что говорю! – повысил голос Каролинус. Мелисанд не стала перечить. Она подошла к окну, открыла его и издала в ночь четыре высокие ноты на птичьем наречии. В этот момент открылась гигантская дверь, и в дом вошёл алый дракон Смёргол – ещё один обитатель дома. Именно для него и для его приёмыша по имени Горбаш предназначалась большая дверь в доме, равно как и золото, которое драконы использовали как «постель».
Смёргол уже вошёл в ту пору, которую драконы для себя именуют старостью. Об этом свидетельствовала покрывшаяся сединой небольшая бородка на нижней челюсти и завитые в мелкие кольца небольшие рога на голове, которые к тому же были сильно затуплены, чего ни один дракон никогда себе не позволял.
-Это правда, Каролинус?! – гневно воскликнул он, слухи о событиях на реке дошли до него, – Этот гнусный мельник и его семья бросали в тебя камни?! Ну мы с Горбашем до них доберёмся! Всю мельницу до основания испепелим, а их самих сожрём!
-Нет, не надо этого делать, – покачал головой Каролинус.
-Ну, может, тогда просто напугаем их? – Смёргол не сдавался, уж очень ему хотелось защитить своего друга, – Полетаем над ними, огнём дыхнём для острастки?
-Смёргол, я тебя умоляю! – колдун поднял руки в останавливающем жесте. В этот момент его окликнула Мелисанд.
-Отец! Совы прибыли!
И действительно, в окно влетели три серых совы. Они послушно сели на стол перед Каролинусом. Мелисанд, не мешкая, подала колдуну три пергамента. Колдун перевязал их, после чего каждая сова взяла пергамент себе в клюв.
-Что происходит? – поинтересовался алый дракон.
-Я вызываю своих братьев на встречу, Смёргол. Первую за четыре столетия с нашего последнего собрания. Летите! – колдун дал команду совам, и они покинули дом. Уже в небе они разделились и полетели в разные стороны света.
-И Оммадона тоже зовёшь? – удивился дракон.
-Он член Совета, и древние законы требуют также призвать и его. Передай Горбашу, чтобы к утру он был готов лететь в Храм Древности.
-Я бы сам с огромным удовольствием отнёс тебя туда, старый друг, – Смёргол склонился к зелёному колдуну, тот благодарно похлопал его по голове.
-Ты достаточно послужил мне и теперь можешь отдохнуть. Юный Горбаш будет отныне нести твою ношу.
Алый дракон грустно выдохнул и покинул дом Каролинуса. Колдун дал знать Мелисанд, что пора отправляться ко сну, и она в ответ кивнула ему.

 * * *
Утром Каролинус принялся собирать вещи в свою дорожную суму. Мелисанд бросилась ему помогать. Ещё вечером у неё появился вопрос по поводу составленных писем, и она решила воспользоваться моментом и получить ответ.
-Отец, кто они – твои братья? Ты никогда мне о них не рассказывал раньше. Они тоже колдуны, как и ты? Я знаю, что ты ведаешь лесами и степями. А чем ведают они?
-Ну что ж, пока Горбаш не прибыл, могу рассказать о них, – улыбнулся Каролинус, – у меня есть три брата…

…Среди вод океана Ваннвей возвышался высокий каменистый пик. На его вершине синий колдун Соляриус оборудовал свою обитель. Он изучал движение новых открытых им звёзд, когда сова доставила ему послание.
-Мой брат созывает нас на встречу, но почему? – удивился колдун, прочитав письмо. После этого он собрал вещи, встал на край утёса и крикнул:
-Лунэриан! Лунэриан!
В ответ на зов снизу из пещеры на подножии пика к Соляриусу поднялся перламутровый дракон. Колдун встал ему на спину, и оба полетели к месту встречи.

На одной из вершин Каменных Полей, над облаками, куда не доходил ветер с Великих Степей, и не заносило песок с Пустыни Дзара, располагался комплекс из храмов и пагод. В одной из них в медитации пребывал Ло Те Чжао.
Тут он почувствовал, что аура вокруг пагоды завибрировала. Он открыл глаза, и увидел, что к нему прибыла сова-посланник с письмом. Ознакомившись с текстом, он поднял глаза к небу.
-Я знал, что так будет. Это было неизбежно, – произнёс он, затем опустил глаза вниз к облакам, – Шэнь-Цзу! Шэнь-Цзу!
В ответ из облаков к Ло Те Чжао поднялся салатно-зелёный дракон-тяньлун, который легонько поднял колдуна на себя и плавно заскользил по небу.

Киркхейм не зря называли Царством Красной Смерти. Выжженная пустошь была покрыта местами тлеющими алыми языками лавовых потоков, и пламя огнедышащих гор, что были здесь в изобилии, освещало покрытое тучами небо, насыщая их алым оттенком. Среди пустошей в отдельных местах протекала протухшая вода, растительности же не было практически никакой. Что до животного мира, то Киркхейм населяли такие существа, которыми впору было пугать непослушных детей по ночам.
Среди огнедышащих гор и прочих вершин выделялся пик, чью вершину венчал гигантский человеческий череп. Такова была башня Тул-Багар, откуда своим царством владел Оммадон. Он восседал на своём троне, окружённый сидящими по бокам на цепи адскими гончими. Прочитав принесённое ему послание, он злобно расхохотался, смял его и лёгким заклинанием сжёг на ладони. После этого он встал и крикнул:
-Бриак! Бриак!
Никто не откликнулся на зов. Тут колдун посмотрел на своих гончих.
-Мой брат-глупец только сейчас осознал грядущую неизбежность. Что ж, я отправлюсь на встречу. Я покажу ему, что на пороге стоит новая эра.
Тут он достал из складок своей одежды хлыст и громко щёлкнул им.
-Бриак! Выходи, я сказал!
В ответ из соседней пещеры вырвалась струя пламени, а следом вышел чёрный дракон. Оммадон сел на него, после чего Бриак со своей ношей подошёл к краю оскалившегося рта черепа и взлетел по направлению к югу.

-…На своём драконе Бриаке он безоговорочный повелитель тех земель, и никто не осмеливается оспаривать его власть над этим царством, – закончил Каролинус рассказ о своих братьях.
-Отец, но почему же ты связан законами Древности со столь отвратительным братом? – воскликнула Мелисанд.
-Зло есть неотъемлемая часть мира, и волшебный мир не является исключением. Только через наличие зла возможно понять ценность добра, да и бессмысленно добро без своего противостояния злу.
Мелисанд проверила, всё ли сложено в дорожную суму и сложено ли аккуратно, после чего закрыла её и обняла Каролинуса.
-Береги себя, отец.
-Что со мной сделается? – улыбнулся колдун, обнимая девушку в ответ. В этот момент открылась большая дверь, и вошедший Смёргол громко постучал в неё лапой.
-Уже утро, Каролинус! И Горбаш готов к полёту.
-Тогда я отправляюсь в путь, – сказал колдун и, взяв суму, вышел из дома. Ожидавший его зелёный дракон, чью голову украшали вытянувшиеся вдоль неё усы, походившие на рога, подставил левую переднюю лапу и посадил вставшего на неё колдуна к себе на спину.
-Куда прикажете лететь, повелитель? – почти что высокопарно спросил Горбаш.
-Давай без этих церемоний, – отмахнулся рукой Каролинус.
-Я просто всё делаю, как меня учили, – усмехнулся дракон.
-Тогда летим в Храм Древности.
-Хорошо, летим в…куда? – Горбаш повернулся к седоку.
-Я покажу тебе дорогу, – ответил колдун, – Вперёд! Взлетай!
Горбаш слегка раздулся, после чего взмахнул крыльями и полетел. Смёргол и Мелисанд провожали дракона и его седока, которые становились в небе всё меньше и, наконец, скрылись из виду.

* * *
Когда Лаар был ещё молодым миром, требовались огромные магические силы и не только, чтобы усмирить буйство стихий в нём и разгул населявших его существ. В связи с этим в центре мира первые колдуны Лаара выстроили храмовый комплекс, где они собирались на совет и откуда отправлялись сами или же направляли армии королей в разные концы мира, чтобы привести в порядок возникшее там возмущение. В какой-то момент храм обрёл собственное сознание, слушая многочисленные советы и впитав в свои стены знания в скопившихся свитках и книгах. Он стал советоваться с новыми поколениями колдунов на равных и мог давать им практически безошибочные ответы на терзавшие их вопросы, так что дух храма нарекли Древностью.
Наконец, когда Лаар был приведён в равновесие, колдуны перестали собираться в Храме и распустили его смотрителей, в связи с чем он быстро пришёл в упадок. За четыре столетия со времени последнего совета магов от Храма остались лишь небольшие руины да одиноко стоявшая полуразрушенная башня. Именно в ней, под практически обвалившимся куполом за древним каменным пятиугольным столом и уцелевшими посеребрёнными креслами собрались братья-колдуны.
-Дорогие братья! – начал Каролинус – Мы снова собрались здесь в Храме Древности…
-Хватит, давай уже без этих церемоний! – прервал его Оммадон, – Зачем ты нас всех вызвал?
Зелёный колдун посмотрел на своего брата, но ничего ему не сказал, и продолжил дальше.
-Как вы уже, наверно, заметили, наши магические силы стали постепенно слабеть.
-Согласен, я тоже это испытал, – ответил Соляриус.
-Просто люди всё чаще выбирают путь познания мира не через веру в магию, а через науку и логику, – заключил Ло Те Чжао.
-Но почему? – спросил Соляриус.
-Потому что наука и логика просты, последовательны и доступны каждому.
-И что же мы будем делать? – Оммадон, казалось, выглядел обеспокоенным не меньше своих братьев, – Будем тут сидеть, сложа руки, болтать, и пусть всё идёт своим чередом?
-Нет, не будем, – Каролинус встал со своего места, – У меня есть одна идея, как решить этот вопрос. Я прошу вас выслушать меня.
Он взял из своего кресла ключ, вставил его в замочную скважину со своей стороны стола и, прочитав заклинание, повернул. Тут же на столе перед волшебниками появилось призрачное изображение местности, окружённое сферическим куполом. Всё выглядело как Лаар в миниатюре.
-Я предлагаю консолидировать наши усилия и создать мир, который станет последним пристанищем волшебства и чудес.
-Великолепно! – Соляриус был поражён.
-Невероятно! – согласился Ло Те Чжао.
Оммадон лишь недовольно поморщился. Он не особо любил делиться своей силой, не говоря уже о том, что способность созидать не входила в его качества. Каролинус снова с неодобрением посмотрел на красного колдуна.
-Это будет царство, в котором магические создания смогут найти пристанище и существовать дальше, даже когда в остальном мире сгинет магия, а на её место придут наука и логика. Царство будет скрыто невидимым защитным куполом от всех, так что никто извне не сможет проникнуть внутрь.
-И ты рассчитываешь, что мы сможем победить науку и логику этой деревней для изгоев и пораженцев?! – расхохотался Оммадон. Описываемое Каролинусом уже навевало на него скукоту, так что он повернулся к братьям боком и опёрся головой на руку.
-Это не будет поражением, как ты думаешь, – возразил Каролинус, – Наоборот, это позволит максимально сконцентрировать наши силы и адаптироваться под предстоящие изменения. Большинство людей не понимают, что полностью без магии им не обойтись, и подсознательно чувствуют это. Например…
Колдун сделал несколько пассов руками, и в стенах зала потемнело. Древность стала следовать за словами зелёного колдуна, демонстрируя братьям-волшебникам образы. Перед ними появилась иллюзия в виде рыцаря, борющегося с драконом, сломавшего об его тело свое копьё и с удивлением глядящего на обломок в руке.
-…видя, как прочна чешуя дракона, человек будет пытаться создать такую же защиту и создаст при помощи науки новый вид брони и новые виды боевых колесниц и повозок, которые он назовёт бронемашинами и танками...
Картинка изменилась, и вместо рыцаря появился мальчик, наблюдающий за полётами фей на лугу.
-…следя за полётом фей, человек захочет бросить вызов тяжести земли и создаст машины, которые он назовёт самолётами…
Ещё одно изменение, и появился маг, смотрящий в хрустальный шар и видящий и слышащий весь мир через него.
-…видя, как мы, колдуны, способны узреть всё и везде через различные виды зеркал, люди будут думать над тем, как создать подобие такого чуда. И спустя века они придумают его варианты, назвав это радио и телевидением.
Наконец, все видения погасли, и зал снова стал прежним.
-Если человеку суждено преодолеть то, что кажется непреодолимым, – продолжал Каролинус, – то рядом с ним должен существовать мир чудес и волшебства, чтобы вдохновлять его. Люди и мир вокруг них нуждаются в магии, а потому она не должна умереть.
Зелёный колдун закончил. Ло Те Чжао и Соляриус встретили его речь аплодисментами.
-Да будет так! – сказал синий колдун, – Я преподнесу в дар этому миру далёкие звёзды, чудеса речных и морских глубин и горных вершин.
-А я привнесу гармонию и равновесие в это царство, – продолжил золотой колдун, – чтобы все существа жили в мире и разделили оставшееся волшебство между собой.
-Нет! Никогда и ни за что! – трое братьев обернулись на возглас Оммадона.

* * *
Красный колдун ударил кулаком по столу, и созданная Каролинусом иллюзия тут же погасла. Оммадон же встал, выражая холодную ярость.
-Я не собираюсь принимать поражение от этого нового мира, и я не отправлюсь в этот ваш жалкий рай для глупцов!
-Но мы не имеем другого выбора, – возразил ему Каролинус, – Ты не можешь не признать, что люди перестали верить в некоторых существ, традиционно считающихся тёмными и живущих в твоей обители. Кроме того, неизбежность сильнее любой магии.
-Возможно, ты и прав, – хитро прищурился Оммадон, – но вы трое решительно не видите тёмную натуру человека, а я вижу. И у меня есть оружия, которыми вы трое не осмелитесь воспользоваться против него. Людьми можно и должно управлять через ужас и страх.
Колдун щёлкнул пальцами, и в ответ Древность представила перед магами языки адского пламени.
-Я призову все тёмные силы, отравлю дух человека, так что люди используют науку и логику, чтобы уничтожить самих себя.
В новой иллюзии колдуны увидели череду картин – двое мужчин, дерущихся друг с другом; алчного богача, собравшего вокруг себя гору богатства, полученного на крови и боли; зачумлённые города, по которым бродили больные, похожие на призраков люди в лохмотьях.
-…Хаос и раздор заставят брата ополчиться на брата. Алчность и корысть восторжествуют в душах людей. А те, кто не захочет внять моему слову, заплатит огромную и страшную цену…
Следующая картина показала братьям-волшебникам человека, управляющего диковинными машинами, которые уничтожали леса, опустошали реки и озера, выдавливали траву на лугу и рыли глубокие ямы, оставляющие на теле земли болезненные раны.
-…Я научу людей использовать их машины. Покажу им, как далеко и глубоко может завести их наука, и что она может породить…
В следующее мгновение иллюзия превратилась в падающий металлический цилиндр с крыльями сзади, который исчез в яркой вспышке, а следом появилось огромное грибовидное облако.
-…Я научу людей парить в воздухе подобно эфиру и дам им то, что будет решительным и универсальным ответом на все их вопросы…
И снова всё в зале обрело прежние краски, а грибовидное облако приняло форму красного колдуна.
-…И после этого мир снова уверует в мою магию и станет свободным для её распространения!
Кончив вещать, колдун захохотал.
-Прекрати! Так не может и не должно быть! – возмутился Каролинус.
-Нам нельзя допускать существование такого вида магии! – поддержал его Соляриус. Оммадон же захохотал ещё громче от того, что сумел досадить своим братьям.
-В то время как ваша магия слабеет, моя разрастается. Человек никогда не унаследует моё царство, потому оно проникает в его мир и поглощает его.
В это время Бриак подошёл к своему хозяину. Красный колдун встал ему на голову, и дракон начал поднимать его.
-Человек примет моё волшебство. Больше того, возжелает его. Это неизбежность, и вы сами в этом убедитесь!
Колдун достал из-под полы меч, сжал его обеими руками и поднял перед собой.
-Пусть мои слова станут тёмным пророчеством всему миру. И я клянусь моей красной короной, источником всей моей тёмной силы, да будет так! Отныне и навечно!
В этот момент внутри зала всё потемнело. Оммадон поднял меч над головой. Следом клинок пронзила алая молния, так что колдун и его дракон покрылись ярко-красной аурой.
-Прощайте! – воскликнул колдун, – Почувствуйте же, что мир, как бы вы того не хотели, уже повернулся ко мне!
Оммадон и Бриак исчезли, напоследок одарив остальных братьев иллюзией в виде красной короны. Когда она испарилась, воздух в зале снова очистился и посветлел.

* * *
Соляриус первым опомнился после того, как всё кончилось.
-Можно ли остановить его тёмную магию?
-Только одним способом, и Оммадон сам того не желая его подсказал, – ответил Каролинус, – Нужно вторгнуться в его владения и сорвать красную корону с его головы.
-В таком случае, если ты соберёшься это сделать, можешь рассчитывать на мою помощь. Я призову на царство Оммадона огонь падающих звёзд и буйство семи морей и двух океанов.
В ответ на эти слова раздался громкий звук, и затряслась земля. От остатков потолка храма и от стен начали откалываться обломки и падать внутрь зала Совета. Колдуны поспешили выбежать наружу. Как только они оказались на улице, всё закончилось.
-Что это было? – удивился Соляриус.
-Древность гневается и напоминает нам о табу, – ответил Ло Те Чжао, – Законы магии запрещают братьям-волшебникам напрямую сражаться друг с другом.
-Всё верно, – грустно заметил Каролинус.
-Тогда как мы поступим? – спросил синий колдун.
-Если мы не можем действовать напрямую, то тогда мы создадим отряд и организуем его поход, целью которого будет добыть красную корону Оммадона. В него войдут те, кто разделяет наши взгляды, как среди людей, так и среди прочих магических существ – волшебников, драконов, эльфов и остальных.
В это время драконы подошли к своим хозяевам и внимательно слушали их беседу.
-В моём краю живут только мирные существа, – Ло Те Чжао грустно покачал головой, – Боюсь, я ничем не смогу тебе помочь, брат Каролинус.
-Если нужна помощь существ, то я смогу призвать обитателей морских глубин, – ответил синий колдун, – Морские змеи, киты, спруты придут к нам на помощь. Если получится, то найду ещё кого-нибудь.
-Если бы этот поход проходил в том числе и по морю, твоя помощь пригодилась бы, брат Соляриус, но увы, – зелёный колдун развёл руками, – воды океанов Ваннвей и Нальданен не простираются близ Киркхейма, а потому этот поход будет проходить по земле, и созданием отряда придётся заниматься мне.
-И ты уже знаешь, кто войдёт в него? – спросил золотой колдун.
-Ну, во-первых, мой старый знакомый рыцарь, сэр Оррин Невилл Смайт. Он один из самых лучших рыцарей Лаара, которых я знаю. Во-вторых, мой дракон Горбаш. Он, конечно, ещё молод и горяч, но в то же время храбр и силён.
При этих словах дракон радостно закивал, гордясь выпавшей ему честью. Лунэриан, глядя на Горбаша, укоризненно покачал головой, а Шэнь-Цзу с легким презрением фыркнул сквозь свои усы, мол, не зазнавайся.
-Остался ещё один член отряда, – заметил Ло Те Чжао, – Всегда трое начинают путь в таких свершениях, таковы законы мира.
-Третьим будет их предводитель.
-Но кто он? – спросил Соляриус.
-Пока что не представляю, – грустно заметил Каролинус.
-Но как ты узнаешь?
-Сегодня ночью, как полная луна осветит Храм, я обращусь за советом к Древности. Надеюсь, её мудрость подскажет, кого нам выбрать.
-Кого бы Древность ни выбрала, ему будет нелегко в этой миссии, поэтому пусть избранник примет от меня этот дар.
Соляриус развернул ладони внутрь к себе, и в его руках возникло сияние, из которого материализовался небольшой круглый щит. В центре щита расположилась восьмилучевая звезда из сапфира, от которой к краям протянулись золотистые колонны. Промежутки между последними были украшены полумесяцами, попарно обращёнными друг к другу.
-Это Щит Сатурна, выкованный из волшебной пыли его колец. Сила щита такова, что отразит любой вид тёмной магии.
-Я ведаю лишь мирными артефактами, – сказал Ло Те Чжао, – но может быть, избраннику Древности поможет Флейта Исцеляющего Сна.
Подобно своему брату золотой колдун развернул ладони, и в них появилась изящная золотая флейта.
-Она была создана в Храме Музыки. Звуки этой флейты усыпят любое свирепое существо, включая дракона.
Колдуны вручили артефакты Каролинусу, он с благодарностью поклонился им.
-Благодарю вас, братья. Уверен, что Оммадону не одержать верх. Его пророчество не исполнится, а его корону мы добудем и его магию мы остановим.
-Быть посему! – сказал Ло Те Чжао.
-Да будет победа за нами! – воскликнул Соляриус, после чего оба сели на своих драконов и полетели в свои обители. Каролинус помахал им рукой.
Когда они исчезли в небе, радостный Горбаш подошёл к своему хозяину.
-Ура! Нас ждёт великая битва! Как же давно я мечтал увидеть сражение и даже поучаствовать в нём.
-Это не битва, это поход. Я бы даже сказал, это в определённой степени обет, – зелёный колдун попытался охладить пыл дракона.
-Называй это, как хочешь, я готов ко всему, – не терял оптимизма Горбаш.
-К сожалению, Оммадон тоже готов, – заметил Каролинус. Тут он закрыл глаза и сморщился, словно от боли. Колдун знал, что произошло. Древность, ведомая законами равновесия, своей магией связала Оммадона с ним и его братьями и передала ему все их планы. Летевший в это время к своей башне красный колдун был немного раздосадован тем, что сам показал Каролинусу и остальным, как можно его одолеть, но всё же уверенности в себе не потерял.
-Так вы всё-таки хотите бросить вызов неизбежному? – сказал Оммадон про себя, – Думаете, что сможете лишить меня моей силы и выкрасть мою корону? Ну что ж, попробуйте. Я буду ждать гостей, и будь уверен, мой брат Каролинус, я окажу им самый тёплый приём.

* * *
Ночь накрыла своим покрывалом Храм Древности, при этом не забыв осветить его полной луной. Каролинус спустился на Горбаше с башни и прошёл к остаткам здания, которое когда-то было храмовой библиотекой. Кроме стен здесь каким-то чудом сумел сохраниться пол с шахматной мозаикой на нём.
-Услышь меня, Древность, источник великой мудрости веков! Огласи свою волю и дай ответ! Кто будет предводителем отряда, что отправится за красной короной Оммадона?
В ответ на его слова из пола появился белоснежный росток, который быстро превратился в гигантский серебряный дуб.
-Искомый тобой находится не в этом времени, но в грядущем! – прозвучал громкий басовитый голос, отчего при каждом слове ветви и листья дуба сияли голубоватым оттенком, – Он является потомком Великого Питера, Повелителя Драконов!
-Да, я помню легенду о Великом Питере. Он был первым, кто приручил драконов и научил их говорить на разных наречиях.
-Семьсот семьдесят семь поколений отделяют Великого Питера от того, кого ты ищешь, – продолжила вещать Древность.
-Но почему так много поколений?
-Потому что этот потомок стал первым, кто выбрал свой путь в науке.
-Неужели это так важно?
-ПОВЕРЬ ВОЛЕ ДРЕВНОСТИ! – прогремел дуб, двукратно увеличившись в размерах.
-Я верю! Верю! – воздел руки Каролинус. Дуб же вернулся в исходные размеры, – Ответь же тогда, в каком столетии мне искать этого потомка?
-В десятом круге, в девятом колене.
-Получается, по человеческому летоисчислению…, – Каролинус считал в уме, но также и загибал пальцы на руках, – …это…выходит двадцатый век.
-Его последнее десятилетие – ответила Древность. Следом от дуба отделилась звёздочка и упала к ногам колдуна. Тот поднял её.
-Ты даёшь мне серебряный жёлудь?
-Брось его в Пруд Времени, и ты найдёшь этого потомка. А теперь прощай!
С последним словом дуб превратился в облачко, которое рассыпалось дождём ярких искр. Каролинус посмотрел на жёлудь в своей руке и покинул руины библиотеки.
Горбаш уже поджидал его.
-Ну что сказала Древность? – спросил он.
-Идём к Пруду Времени, там мы узнаем, кто нам нужен, – был ответ. Пока дракон и колдун удалялись от Храма, последний считал шаги. Наконец, он дал знак остановиться, после чего сложил руки ладонями друг к другу, прочитал нараспев заклинание и резко раздвинул руки в стороны. Перед обоими из песка появилась прозрачная водная гладь. Горбаш сильно удивился, не ожидав, что среди бескрайней пустоши вокруг Храма есть вода.
-А ты вообще уверен, что это и есть Пруд Времени?
-Мой юный друг, каждый из нас, братьев, знает наизусть Храм Древности и всё, что есть в его окрестностях. Так что я точно знаю, что перед нами Пруд Времени.
После этого колдун бросил в воду жёлудь. Морская гладь тут же заволновалась, и перед Горбашем и Каролинусом в ней отразился ночной город. Такой, каким он станет в грядущих веках.

К счастью Питера, мистер Гонт, один из самых авторитетных оценщиков в Бостоне, был сегодня в хорошем настроении, или может он сумел произвести на него впечатление своим прикидом, в котором он пришёл к нему. Как бы то ни было, оценщик слушал профессора с большим интересом, изучая созданную настольную игру.
-Драконы, темницы, колдуны, принцессы, подземелья… – на лице мистера Гонта играла снисходительная улыбка, – мистер Дикинсон, это единственное, о чём Вы думаете?
-Неважно, о чём я думаю, мистер Гонт. Важно, что Вы думаете об этой настольной игре, которую я придумал.
-Она забавная. Вот всё, что могу сказать, не больше, не меньше.
-Нам главное достать две тысячи долларов, чтобы запустить её в производство, и поверьте мне, с вырученных доходов мы заживём как короли.
-Две тысячи долларов?! – у мистера Гонта даже от удивления съехали с переносицы очки, – Вы так говорите, как будто это семечки.
Тут Питер достал свои часы на цепочке, с которыми он уже давно приготовился распрощаться.
-Вот посмотрите, это золотые часы. Они кое-чего стоят.
Мистер Гонт прищурился, осматривая их, но грустно покачал головой.
-Увы, такой большой заём под них я дать не могу. Даже если хотя бы половину суммы дам за них, меня отправят на улицу.
Питер поджал губы, он явно ждал не такого результата. «Не получилось, жалко», подумал он и спрятал часы обратно в карман.
-Между прочим… – мистер Гонт взглянул на название игры на коробке, – …«Полёт драконов». Вы, мистер Дикинсон, вроде бы книгу под таким названием пишете.
-Писал, – ответил тот, – Сейчас на неё времени нет. В двух местах работаю, чтобы сводить концы с концами. Продажа игры была моей надеждой поправить дела, причём очень хорошо поправить.
-Знаете, мистер Дикинсон, – оценщик как ни в чём не бывало продолжил беседу с прежней снисходительной улыбкой, – Можете на меня обижаться, но у меня сложилось впечатление, что Вы помешаны на драконах.
-Они завораживают и влекут меня, – Питер мечтательно прикрыл глаза, – Больше того, я считаю, что когда-то они существовали, и что сказки и легенды о них не вымысел. Поэтому в своё время я обложился всякой литературой, чтобы понять и научно обосновать, как они дышали огнём, как они летали. Да и прочие их повадки не менее интересны.
-Знаете что, я беру слово «помешаны» назад. Вы самый настоящий фанатик драконов!
-И Вы не ошиблись, мистер Гонт. Я просто живу ими, когда не занят работой. Они даже во сне мне снятся. Я также очень хочу вступить в английский клуб любителей драконов, хотя по рождению не англичанин, да и живу здесь, в Бостоне. Между прочим, не желаете ли попробовать сыграть?
Он протянул игральные кости оценщику.
-А почему бы и нет? – улыбнулся тот, – Правила доступные, игра завораживает, да и время есть. Так и быть, сыграю с вами одну партию.
-Тогда Ваш ход, злой волшебник.
-Ну почему я всегда играю за плохих? Видимо, оценщик со времён Бальзака и Достоевского по умолчанию плохой, – посмеялся мистер Гонт и бросил кости.
-Ага! – торжествующе воскликнул он, – Девятка! Вы теперь у меня в ледяном замке посидите, где до смерти замёрзнете.
-Вы правы, – согласился Питер, – вот только если у меня выпадет одиннадцать, огонь моего дракона расплавит лёд…

* * *
-И это наш предводитель? – Горбаш был удивлён, смотря в водную гладь Пруда Времени, – Это семьсот семьдесят седьмой потомок Великого Питера? Древность, наверное, шутит.
-Она знает, кого выбрать, – ответил Каролинус, – Нам остаётся только довериться её мудрости.
-И как он намерен остановить Оммадона? Своими фигурками и игрушечными драконами, что ли?
Тут Каролинус присмотрелся к фигуркам, которыми двое играли на поле, и не поверил своим глазам.
-Клянусь бородой Древности! Смотри, Горбаш! Ты взгляни на фигурки, которыми они играют! Оценщик играет Оммадоном. Вон там на поле стою я, за мной брат Соляриус и брат Ло Те Чжао. Избранник играет тобой, и даже фигурка Мелисанд есть.
Горбаш, следуя словам колдуна, присмотрелся и удивился не меньше.
-Невероятное сходство! – заметил он, – Как с живых создано!
-Он не просто так знает, как мы выглядим, – сказал Каролинус, – Он и вправду потомок Великого Питера, и эта связь через поколения не померкла, но нашла своё отражение в том числе и в таком виде. О, мудрая Древность! Твои слова действительно заслуживают доверия.
С этими словами он повернулся к дракону.
-Горбаш, возвращайся в Сильванер. Скажи Мелисанд, чтобы вызвала сэра Оррина Невилла Смайта. И скажи Смёрголу, чтобы был готов встретить нас.
-А ты куда собираешься? – спросил Горбаш.
-За избранником, – ответил колдун, после чего поднял руки и принялся читать заклинание. Тело колдуна тут же покрылось сияющей изумрудным цветом аурой.
-Великие Силы, немедленно доставьте меня к семьсот семьдесят седьмому потомку Великого Питера! – воскликнул Каролинус и испарился.

Мистер Гонт поставил фигурку Оммадона перед фигуркой Каролинуса, поднял левую руку и, грозя пальцем, сказал:
-Ну а теперь, мистер Дикинсон, Вы… – и замер, словно кто-то его заморозил. Питер удивлённо смотрел на оценщика.
-Что происходит? – молодой учёный ничего не понимал, – Эй! Мистер Гонт!
Он посмотрел оценщику в глаза, даже потряс его за вытянутую руку, но тот никак не реагировал.
-Вы меня слышите? Вы что, окаменели?!
-Ты создал отличную игру, юноша! – послышался откуда-то тоненький и в то же время сильный мужской голос, следом за которым раздался одобрительный смех.
-Что? – Питер огляделся вокруг, – Откуда голос? Кто говорит?
Тут его взгляд упал на игровое поле, и он увидел невероятное. Фигурка зелёного колдуна была живой! Она говорила! С ним!
-Спускайся сюда и присоединяйся к этой игре! – продолжил Каролинус. Он повернулся к кубикам и, направив на них руки, что-то произнёс нараспев. Те закружились, как будто их бросили, и выпало две шестёрки.
-Двенадцать! Абсолютно неперебиваемое очко! – усмехнулся колдун, – Давай уже, спускайся сюда!
Колдун крикнул при этом какое-то слово. Питер попытался отстраниться. Куда там! Тело перестало подчиняться, он вдруг весь покрылся изумрудным сиянием и стал стремительно уменьшаться. В следующее мгновение он стал размером с Каролинуса и стоял на игровом поле своей собственной игры. А мистер Гонт всё также не реагировал на происходящее.
-Да что происходит?! Объясните!
-Наберись терпения, юноша, все ответы ты получишь по прибытии, – успокоил его Каролинус, – Сейчас же нам пора в путь.
-В путь?
-Садись на кости, – сказал Каролинус. Питер послушался, следом колдун сделал то же самое, после чего перешёл на Старшую Речь. Из-под низа игральных костей вырвалось пламя, и оба героя взлетели подобно ракете. Питеру, который уцепился за края своей кости, даже показалось, что он испытывает подобие перегрузок. «Хорошо, что я никогда не мечтал полететь в космос», подумал учёный, прежде чем их вместе с колдуном затянуло в портал.

В какой-то момент Питер бросил считать, сколько уже времени они летели непонятно куда. Кости сбросили своих наездников где-то на половине пути, после чего испарились, и дальше учёный и колдун просто падали.
-Потерпи немного, мы почти на месте! – крикнул Каролинус.
-Вы уже говорили мне это! – ответил Питер, крепко завязав своё кашне и придерживая очки, – С тех пор, как мы слетели с кубиков, по моим ощущениям прошло несколько часов!
-На самом деле, мы летим не более нескольких секунд!
Тут глаза Питера округлились от удивления, и он указал на точку куда-то за спиной колдуна. Тот повернулся и увидел, что Смёргол уже ждал их прибытие в небе. Он заметил путешественников и стремительно летел к ним.
-С возвращением, Каролинус! – прокричал алый дракон.
-Ты как всегда вовремя, Смёргол! – ответил колдун. Питер прижал к себе покрепче очки, надеясь, что ему не мерещится.
-Дракон?! – ликовал он как мальчишка, – Я не сплю?! Я действительно вижу дракона?!
-Зови меня Смёргол, человек!
-Поверить не могу! Я разговариваю с драконом!
-Держитесь! Я сейчас спущу вас вниз!
Старый дракон аккуратно подлетел и поймал на свою спину Питера и Каролинуса, так что учёный оказался впереди, а колдун позади. Оба уцепились за шипы на спине. Восторгу Питера не было предела! Всё то, чем он жил и мечтал, вдруг за мгновение стало реальностью.
В этот момент на горизонте показалось озеро Великого Древа, рядом с которым стоял небольшой домик. Дракон принялся выпускать пламя изо рта и снижаться.
-Просто невероятно! Я лечу на драконе! – воскликнул Питер. Тут Смёргол, не прекращая выдыхать огонь, повернулся в их сторону, обдавая своих наездников копотью и искрами.
-Как ты меня назвал?
-Голову! Голову поверни, Смёргол! – крикнул Каролинус.
-Ой, точно! – дракон снова стал смотреть вперёд, – Извините!
-Дракон только что обжёг меня своим огненным дыханием! И я видел, как он выпускает пламя! Вот это путешествие! Кому рассказать, никто не поверит!
Питер продолжал восторгаться происходящим, а колдуна на мгновение пронзила мысль, что в происходящее закралась какая-то ошибка. Не таким себе он представлял предводителя их отряда. Вопрошающе он взглянул вверх, и тут ветер донёс до него сказанные ночью слова: «ПОВЕРЬ ВОЛЕ ДРЕВНОСТИ!». Что ж, видимо, Древность знала, чем руководствовалась, когда выбрала в качестве предводителя того, кто стал первым потомком Великого Питера, избравшим свой путь в науке. «Будь что будет», решил Каролинус, «Я только искренне надеюсь и верю, что поход удастся».

* * *
Когда они приземлились на берегу озера, дракон бережно ссадил со спины своих седоков. Питер восторженно оглядывал чудесное создание, в то время как Каролинус быстро с помощью магии почистил себя от копоти.
-Итак, если я вам пока не нужен, – сказал Смёргол, – Я лечу к моим сородичам. Перед тем, как вас подобрать, я слышал их зов.
Тут дракон нагнул свою голову к колдуну и с улыбкой добавил:
-Может быть, это приглашение на брачный танец.
Колдун хитро прищурился в ответ.
-Да ладно, Смёргол. В твоём-то возрасте чтобы ты да привлёк какую-нибудь дракониху?
Алый дракон рассмеялся, после чего издал звук похожий на то, как если бы надувался большой воздушный шар. Да и сам дракон словно стал больше в теле. «Очень интересно», подумал Питер, «Как если бы аэростат в небо взлетал». Дракон тем временем заработал крыльями и взмыл в небеса, где вскоре скрылся из глаз.
-Ты мечтал о драконах, юноша? – заметил Каролинус, – У тебя будет шанс увидеть их и не раз.
-Я всё-таки не понимаю, – Питер был озадачен, – Все эти фигурки, которые сделали для игры по моим эскизам, получается, они все тоже есть в этом мире? Но тогда откуда мне было знать, что вы действительно существуете…ой, существовали…ну, в общем, Вы меня поняли.
-Твоя растерянность понятна, поэтому скажу тебе проще. Доверься тому, что мы в нашем мире называем Древностью.
Питера этот ответ не удовлетворил. Напротив, ещё больше запутал его.
-Да, в конце концов, я сплю, у меня галлюцинации? Нет, по-другому поставлю вопрос – где я? Это реально существующий мир, или это игровое поле моей игры?
-Истина где-то посередине юноша, – по-доброму засмеялся Каролинус, – а воображение является могучей силой. Не такой, конечно, как любовь, но всё же.
Тут до колдуна донёсся скрип отворяемой двери его дома.
-Между прочим, взгляни туда. Вот ещё одно из оживших твоих творений.
Питер посмотрел, куда указывал Каролинус, и замер от восхищения. Навстречу им спешила прекрасная золотоволосая девушка. Затем он взглянул на её платье и снова узнал одну из фигурок своей игры.
Тем временем девушка поспешила к ним.
-Отец! Отец! С возвращением! – воскликнула она.
-Это же… – начал Питер.
-…принцесса Мелисанд, – закончил Каролинус.
-Моя сказочная принцесса! – Питер был потрясён, – Когда я создавал эскиз для фигурки, то вкладывал в него все те идеалы, что мечтал видеть в любимой женщине.
Тут учёный понял, что выглядит неловко, и спрятался за деревом.
-Ой, простите…я…хотел…сказать…
-Только то, что хотел, и не более того, – заметил колдун со снисходительной улыбкой.
-А вы меня ей представите?
-Конечно, – ответил колдун, оценивающе глядя на учёного, – Вот только не в таком виде. Испорченный драконом костюм и запачканное лицо совершенно не подойдут для этого.
И действительно, Питер по-прежнему был в копоти от драконьего дыхания, да и его костюм с кашне был весь в пятнах, а местами даже был прожжён до дыр от искр драконьего пламени. Тем временем Каролинус снова перешёл на Старшую Речь. Питер полностью очистился от копоти, а его костюм превратился в прикид, являвшийся чем-то средним между путешественником и миннезингером – красная туника, светлые штаны, небольшие сапоги и коричневая охотничья шапка с пером. В довершение картины на нём был коричневый плащ.
-Вот так-то лучше, – сказал колдун, – Надеюсь, что размер подошёл. Моя магия немного ограничена в последние дни, поэтому сотворить что-то сложное для меня трудновато.
В этот момент принцесса Мелисанд подошла к ним. Любовавшийся до этого своим видом Питер снова спрятался за дерево. Но Каролинус не дремал и, схватив Питера за плечи, вытащил его из-за дерева и слегка подтолкнул его вперёд.
-Ваше Высочество! Позвольте мне представить Вам…сэра Питера.
Затем он подошёл к девушке.
-Сэр Питер, это принцесса Мелисанд.
Вспомнив, как это бывает в историческом кино и в романах, Питер снял шапку с головы и встал на одно колено.
-Ваше Высочество! – сказал он и поклонился. Мелисанд смущённо приложила руку к лицу и отметила, что предводитель отряда весьма симпатичный молодой человек.
-Так это Вы тот избранник, что должен спасти наш мир?
-Ну…, – теперь была очередь Питера смущаться, – Думаю, что да.
В поисках поддержки он посмотрел на Каролинуса.
-Или я что-то не то говорю?
-Ты всё верно говоришь, – ответил колдун, – Ещё раз повторю, доверься тому, что мы называем Древностью. А ещё я тебе чуть позже всё расскажу.
Затем он обратился к Мелисанд.
-Ты вызвала сэра Оррина Невилла Смайта, как я просил?
-Он будет здесь завтра.
-Каролинус! Привет! Рад, что ты вернулся! – прогремел громкий голос со стороны дома. Колдун с кислым лицом зажал уши, а Питер увидел, что из дома выходит зелёный дракон.
-Ух ты! Ещё один! – с восторгом заметил он.
-Смотрите, что у меня! Это золото! Чистое золото! – дракон держал в лапах огромный золотой поднос и приближался к друзьям.
Колдун снова схватился за живот.
-Проклятье! Снова эта боль! – пробормотал он. Питер взглянул на Каролинуса. Симптом и то, где колдун схватился, показались ему очень знакомыми, но он не был уверен, – Я же просил его так громко не кричать.
-Вы в порядке, сэр?
-Ерунда, – отмахнулся колдун.
Питер тем временем снова переключился на дракона.
-Всё-таки это невероятно. Я вживую вижу то, что меня завораживало многие годы.
-Но сэр Питер, – улыбнулась Мелисанд, – это всего лишь Горбаш, наш домашний дракон.
-Домашний дракон?
-Теперь ты знаком со всей семьёй, – заметил колдун.
-Горбаш, познакомься, – сказал Мелисанд, – это сэр Питер.
-А, привет. Рад знакомству. Посмотри, что у меня, – он приблизил золотое блюдо к лицу учёного, – Моя подушка, то есть блюдо. И это чистое золото.
-Ну знаешь ли, Горбаш, – пожурила Мелисанд дракона, – Если ты продолжишь такими темпами увеличивать свою сокровищницу, скоро в нашем доме свободного места не останется.
-Вот поэтому я и говорю, что мне нужен свой отдельный дом.
-Скоро, скоро. После того, как совершим наш поход, – ответил Каролинус.
-Ну, сэр Питер, – продолжил Горбаш, – твоя армия должна быть сильной и хорошо подготовленной. Работа нам предстоит нелёгкая.
-Моя армия? – удивился учёный и посмотрел на колдуна.
-Сэр Питер не привёл с собой армии, – ответил тот.
-Что? – удивился Горбаш, – Не привёл армии?
Колдун снова поморщился.
-Прошу тебя, можно чуть потише выражать свои эмоции?
-Тогда какой с него толк? Зачем он нам вообще? Зачем?
От волнения дракон словно раздулся, и опять Питер услышал тот же звук, который был при взлёте старого дракона. А Горбаш тем временем поднялся в воздух метров на десять.
-А ну спускайся немедленно! – возмутился Каролинус, – Посмотри, как ты себя ведёшь. Совершенно недостойно взрослого дракона. Давай выпускай огонь.
-Э-мм….да…сейчас….извините.
-Только голову поверни!
Горбаш выпустил из пасти огонь и тут же снизился, при этом тело его, как заметил Питер, сдулось и вернулось в прежнее состояние.
-Невероятно! – сказал он, – Изменение формы тела и огненное дыхание дракона связаны с их способностью летать. Но каким образом?
-Я думаю, ты это вскоре поймёшь, – ответил Каролинус.
Тут в небе раздался громкий хлопок, словно кто-то быстро махал крыльями, а затем все услышали громкий рёв.
-Помогите! Помогите мне!
Люди, колдун и дракон подняли головы и в ужасе застыли. С небес на них летел алый дракон. И не просто летел, а падал, пытаясь изо всех сил тормозить крыльями.
-Дядя Смёргол! – воскликнул Горбаш. Каролинус мгновенно понял, что произошло.
-Он потерял свой огонь. Помоги ему!
Горбаш бросил блюдо и тут же взмыл в небо, подняв при этом своими крыльями на земле подобие лёгкого шторма. Уже в воздухе он попытался схватить Смёргола за хвост, но тот выскользнул из его лап. Старый дракон продолжал падать, а Горбаш устремился за ним. Питер отметил, что дракон снова при спуске вниз выпускал из пасти огонь.
Наконец, Горбашу удалось поймать старика лапами за спину и стремительно затормозить. После этого он аккуратно подтащил свою ношу к дому, опустил на землю и сел рядом. Остальные поспешили к месту приземления.
-Что случилось, старый друг? – спросил Каролинус.
-Мои…сородичи…мои…собратья…они…накинулись на меня и чуть не растерзали…я едва сумел уйти.
Горбаш распахнул глаза от удивления, Мелисанд в ужасе прижалась к Питеру, тот взял её за руку.
-Другие драконы напали на тебя? Но почему?
-Потому что я не отрёкся от тебя и не захотел служить Оммадону.
-Ты хочешь сказать, что остальные драконы переметнулись на сторону Оммадона?! – колдун был поражён.
-Да. Он через заклятье подчинил их всех своей воле и сплотил единственной целью – защищать его корону.
От услышанного все пришли в ужас.
-Как я и говорил, Горбаш, Оммадон готов противостоять нам, – на другие слова Каролинуса уже не хватило.

* * *
В этот день жители Царства Красной Смерти Киркхейм стали свидетелями невероятного зрелища. Небо заполонила огромная туча из сотен разнообразных драконов. Вся стая направлялась в сторону башни Тул-Багар, вёл же их Бриак, на котором восседал довольный собой Оммадон. Уже у самой башни колдун дал команду драконам снижаться и залетать в специально подготовленные пещеры, после чего погрузил их всех в сон.
-Теперь, мой дорогой Бриак, – обратился колдун к своему дракону, – посмотрим, что Каролинус и остальные мои братья будут делать, когда я забрал основной костяк их ударной силы против меня.
В этот момент к колдуну стремительно подлетел небольшой нетопырь и начал яростно пищать в ухо колдуну.
-Ты точно уверен? – спросил Оммадон у вестника, – Ошибки быть не может?
Нетопырь покачал головой.
-Что ж, благодарю за принесённую весть. Ступай, мои слуги тебя накормят.
Нетопырь улетел прочь, а колдун вновь обратился к Бриаку.
-Мне только что донесли интересную новость. Каролинус, следуя указаниям Древности, нашёл того, кто возглавит поход за моей короной. И что интересно, он потомок Великого Питера.
Услышав знакомое имя, Бриак почтительно склонил голову.
-Давай-ка взглянем на этого избранника, – ухмыльнулся колдун. Оба поднялись на вершину башни Тул-Багар в обитель колдуна. Там Оммадон подошёл к своему Всевидящему Колодцу, произнёс заклинание, от которого водная гладь колодца пришла в волнение, а следом появилось изображение избранника, сидящего за столом рядом с Мелисанд и Каролинусом. Оммадон расхохотался – он ожидал увидеть воина, силача, а увидел простого молодого человека в очках.
-Так это и есть потомок Великого Питера? Предводитель отряда Каролинуса, тот самый жалкий глупец, который должен украсть мою корону?
Тут он прекратил смеяться и с подозрением стал всматриваться в избранника.
-Хмм…тем не менее, Древность по каким-то причинам выбрала именно его. Её выбор не стоит недооценивать. Надо узнать поближе, что это за человечишка. Бриак!
Дракон подошёл к колдуну, тот показал на изображение в водной глади колодца.
-Доставь мне этого глупца. Живым!
Чёрный дракон послушно кивнул, после чего издал низкий грудной рык и покинул башню.

Когда все прошли в дом, Каролинус с помощью магии покормил Горбаша и Смёргола, после чего занялся исцелением старого дракона от нанесённых ран. Когда он закончил, оба дракона улеглись спать на золотые горы в доме. После этого он предложил Питеру отобедать вместе с ним и Мелисанд. Учёный не стал отказываться и в следующее мгновение стал свидетелем того, как принцесса несколькими магическими пассами накрыла стол на троих. Во время обеда Питер периодически поглядывал на спящих драконов и отмечал, что у них попеременно из ноздрей и из пасти вырывались небольшие язычки пламени, причём от более крупных золото начинало плавиться под их телами. Впрочем, драконы, похоже, не испытывали никакого дискомфорта.
-Всё-таки весьма странно, что драконы применяют золото в качестве постели, – заметил он.
-Но вы же сами видите, сэр Питер, в чём причина, – ответила Мелисанд, – От их огненного дыхания обычная постель загорится, поэтому им приходится спать на металле. А золото – самый мягкий металл, и потому больше подходит драконам для сна.
-Но я вижу, золото тоже не безупречно. Оно всё же плавится потихоньку, – сказал учёный, – и поэтому, я догадываюсь, им и нужны войны. Чтобы добывать сокровище для своих постелей.
Тут Каролинус громко кашлянул и прервал их беседу.
-Прости, что прерываю ваш разговор, дитя моё, но нам надо продолжить беседу с сэром Питером в моём кабинете. Тем более, я так и не ответил на вопросы, а они ведь продолжают тебя терзать?
-Честно говоря, из-за драконов и из-за принцессы я немного о них забыл, – улыбнулся учёный.
-Пойдём, юноша, беседа предстоит обстоятельная, – колдун встал из-за стола и жестом показал наверх, – Кроме того, нам не сильно там помешают.
Он подмигнул Мелисанд, которая всё больше проникалась симпатией к молодому человеку. Она понимающе кивнула и принялась наводить порядок. Питер улыбнулся ей, после чего последовал за колдуном.
Когда они вошли в кабинет Каролинуса, учёному тут же бросилась в глаза созданная на столе иллюзия мира. Он с восторгом подошёл к столу и стал рассматривать невиданное зрелище.
-Это проект волшебного царства, последний оплот чудес и магических существ. Моя сокровенная мечта.
-Невероятно! Это как в кино!
Колдун довольно засмеялся, что смог поразить учёного.
-Присядь, юноша. Мне нужно тебе рассказать очень многое.
-Что ж, я готов выслушать, – сказал Питер…
В течение часа Каролинус рассказывал учёному обо всём. Эмоции у последнего переходили от восторга к ужасу, от удивления к страху и наоборот. Когда же колдун закончил, Питер понял, что он в шоке от того, в какой переплёт он попал. «Искренне надеюсь, что это всё же моя игра», подумал он, «Не может всё это быть реальным».
-Да, ещё кое-что забыл упомянуть – добавил Каролинус, – ты был единственным из потомков Великого Питера, которого выбрала Древность.
-Вы сказали, я был выбран потому, что я учёный?
-А что? Ты хочешь сказать, что Древность ошиблась в своём выборе?
-Ну…, – Питер ударился в воспоминания, – поначалу я был таковым. Учёба в университете, гранты, премии, несколько научных исследований…но мне быстро стало скучно. Сейчас в университете держусь только из-за работы, ну может, ещё есть крупицы удовольствия. Однако должен признать, думать о науке, когда в голове постоянно мысли о драконах? – Питер покачал головой, – Это очень непросто. Между прочим, я ведь даже книгу начал писать о драконах. Рабочее название я ей дал соответствующее – «Полёт драконов».
-«Полёт драконов»? – Каролинус задумался, и тут его осенило, – Ну да, конечно! Я помню эту книгу.
Он подошёл к одной из полок своей библиотеки и достал довольно объёмный труд.
-Вот она, «Полёт драконов», автор – Питер Дикинсон.
Последний был потрясён.
-Но…но…это невозможно! Я ведь ещё даже не закончил её!
-Разумеется, не закончил, – улыбнулся колдун, – Это секция моей библиотеки, посвящённая незавершённым в человеческом мире книгам: Беовульф, Королевские идиллии, Путешествия Гулливера, Буря, Алиса в стране чудес, Волшебник из страны Оз.
-И вы снова меня удивили! – Питер взял свою книгу принялся её рассматривать.
-Да, полагаю приятно знать, что твой труд когда-нибудь будет закончен, – улыбнулся Каролинус. Тут он перехватил книгу у Питера, потому что тот уже дошёл до последних страниц, – Э-э-э, в конец не надо заглядывать!
Книга вернулась на своё место на полке. Питер проводил её довольным взглядом.
-Ты уникален, юноша, – продолжил Каролинус, – Одной ногой ты стоишь в мире волшебства, другой в мире науки, потому я хочу верить, что ты справишься с возложенной на тебя миссией. И тебе кое-что поможет.
Тут он пошёл к другому концу своей библиотеки, достал со средней полки дарованные братьями-волшебниками артефакты.
-Сэр Питер, я вручаю тебе Щит Сатурна и Флейту Исцеляющего Сна.
Питер принял артефакты, вид его при этом был весьма растерянный.
-Но, сэр, я не воин. Я неуклюж и неловок.
-Не сомневайся в себе, юноша. Ты в нужном месте и в нужном времени.
В этот момент к ним тихо поднялась Мелисанд, которая несла на подносе три бокала с сидром.
-Вы очень скромны, сэр Питер. Давайте выпьем за успех похода.
Каролинус посмотрел на содержимое бокала и отмахнулся.
-Нет, дитя моё, не могу. Сидр творит злое колдовство у меня в животе.
-Бедный отец, – с грустью ответила Мелисанд. Питер тем временем положил артефакты на полку. Услышав про то, что происходит у Каролинуса в связи с сидром, он вспомнил, как колдун характерно хватался за живот днём, и мгновенно понял, в чём проблема.
-Вы знаете, судя по тому, что с вами происходит, я могу сказать, что магия тут ни при чём. Это скорее всего обыкновенная язва желудка. И могу добавить, что один мой коллега-профессор спокойно справлялся с ней безо всякого волшебства. Одно из первейших средств в этом случае – молоко.
-Молоко? – удивился Каролинус, – Можно попробовать, вот только Горбаш сожрал всех коров в радиусе двадцати лиг.
-Но отец, ты же колдун, – возразила принцесса, – Преврати сидр в молоко. Этот тост очень важен, как священная отметка начала всякому правому делу.
-Да, это верно, – колдун принял свой бокал, по которому он провёл рукой и произнёс заклинание. Жидкость в бокале из янтарной превратилась в белоснежную. Питер и Мелисанд также взяли свои бокалы.
-За успешный поход! – воскликнула Мелисанд.
-За успешный поход! – ответили учёный и колдун, и все трое дружно чокнулись бокалами. Каролинус, выпив из своего бокала, почувствовал, что в кои-то веки боль в животе отступила, и стало легче.
-Потрясающе, сэр Питер! Спасибо! – тут он посмотрел с лёгкой досадой на свой бокал, – А ведь я перепробовал столько заклинаний и зелий. Кто бы знал, что всё так просто.
-Ну вот видите, сэр Питер, ваша наука уже помогла, – сказала Мелисанд.
Все трое дружно засмеялись.

* * *
Прибыв в Сильванер, Бриак перед тем, как приземлиться, осмотрелся, не было ли поблизости Смёргола и Горбаша. Хоть он и считал себя достаточно сильным драконом, но он прекрасно понимал, что с двумя драконами ему не справиться. Убедившись, что в окрестностях было пусто, Бриак сел в паре десятков метров от дома, после чего осторожно подкрался к окну второго этажа. По счастью двое людишек и зелёный колдун были увлечены собой и не видели его. Он тут же нашёл свою цель – юношу в одеждах путешественника. Сейчас нельзя было нападать – Каролинус мог бы дать отпор или позвать своих драконов. Требовалось затаиться и дождаться, когда колдуна не будет рядом, поэтому Бриак решил спрятаться в густой чаще рядом с домом и ждать.
Вскоре ожидание дракона было вознаграждено. Он увидел, как из дома вышли двое – девушка и учёный. Они принялись гулять по берегу озера, но пока что далеко от его места засады. В довершение всего над лесом взошла луна. Бриак слегка скрипнул зубами с досады, луна могла выдать его с головой. По счастью для него, парочка была слишком увлечена друг другом, чтобы заметить, что они тут не одни.

После тоста колдун занялся приготовлениями к завтрашнему походу, в то время как Мелисанд вызвалась помочь Питеру рассказать о волшебном мире поподробнее. Колдун ничего не имел против.
Оба вышли из дома, после чего направились к берегу озера. Беседа о магии быстро переросла в беседу о будущем мире, а следом пошёл разговор о людях, их отношениях и чувствах. Чем дольше они общались, тем больше Мелисанд проникалась симпатией к молодому учёному. Правда, оставался один момент, который был небольшим грузом из давнего прошлого, но принцесса в данный момент решила пока не вспоминать о нём, наслаждаясь текущим моментом. Что до Питера, то он понял, что не зря так долго работал над эскизом Мелисанд, когда создавал игру. Всё, что он искал в женщине, было рядом перед ним. О большем он даже и мечтать не смел.
Наконец, оба присели на выдолбленную из дуба скамью, что стояла на небольшой поляне, отделявшей дом колдуна от озера. Питер ощущал себя на верху блаженства несмотря на предстоящее с завтрашнего дня испытание. Драконы, колдуны, волшебный мир, принцесса…Сказка, которая вдруг стала явью. Часть его, конечно, как учёного, сопротивлялась увиденному, но он не обращал на это внимания. В конце концов, любой человек имеет право хоть раз в жизни поверить в чудеса и в то, что они возможны и реальны.
-Вам нравится здесь, сэр Питер? – спросила Мелисанд.
-То, что я увидел, превосходит все мои мечты, – ответил тот, – Даже если это всего лишь игра, я бы хотел играть в неё вечно.
-Прошу Вас, возьмите от меня кое-что, – тут Мелисанд сняла с шеи небольшой оберег в виде дракона и надела его на Питера, – Этот талисман поможет Вам в самую трудную минуту.
Питер взглянул на оберег, потом благодарно посмотрел на неё.
-Теперь вы – мой рыцарь, сэр Питер. От всего сердца желаю Вам удачи в походе, и надеюсь, что Вы добудете красную корону. Прошу Вас как рыцаря, сделайте это для меня.
Тут Мелисанд прильнула к Питеру, он нежно обнял девушку, затем посмотрел ей в глаза и, не колеблясь ни мгновения, поцеловал её, и она ответила ему тем же. «И всё-таки, это не сон. Хочу верить, что это не сон», подумал учёный. Тут Питер уловил громкие звуки из-за деревьев, что росли за скамьёй, и увидел, как за ним вырастает в лунном свете огромная тень.
Питер резко оттолкнул девушку от себя в сторону озера. Не успев повернуться навстречу опасности, он получил удар тяжёлой лапой по голове и потерял сознание. Принцесса вскрикнула от ужаса и побежала к дому. Бриак не обратил на неё никакого внимания, она не была его целью.
В это время из дома вышли Горбаш и Каролинус, чтобы найти Питера и дать последние наставления. Тут дракон резко насторожился и вдохнул носом воздух.
-Я чую запах постороннего дракона, – сказал он, – И это не из наших сородичей и не из нашего края.
Тут к ним подбежала принцесса Мелисанд.
-Отец! Горбаш! Смотрите!
Оба взглянули на поляну, куда указывали принцесса, и увидели, как чёрный дракон взял в лапы Питера и полетел с ним прочь.
-Бриак схватил твоего избранника, Каролинус! – воскликнул Горбаш, – Он хочет доставить его к Оммадону!
-Поход может закончиться, даже не начавшись, – колдун был встревожен не меньше.
-Сделайте что-нибудь! – взмолилась принцесса.
-Будь здесь, у дома. Горбаш, пошли! – Каролинус махнул рукой и поспешил к поляне. Дракон последовал за ним.
-Я перехвачу эту падаль! – воскликнул дракон.
-Бриак очень быстр, ты вряд ли сможешь его нагнать. Лучше попробовать заклинание возврата.
-Пока ты его воспроизведёшь, Бриак улетит. Забудь, я всё сделаю – сказал Горбаш и взмыл следом за чёрным драконом и его добычей. Тот увидел, что за ним погоня, и попробовал прибавить, но с ношей это было непросто, а Горбаш не отставал. Постепенно расстояние между ними начало сокращаться. Каролинус тем временем начал творить заклинание.
-Взываю к силе Древности! Дай мне магию, чтобы защитить твоего избранника! – он начал загибать пальцы, вспоминая слова, – Как же там… ах да!
Он принялся читать слова на Старшей Речи.
-Отец! – воскликнула принцесса, – Он хочет сбросить сэра Питера с высоты!
Бриак понял, что так просто ему уйти не дадут. Поразмыслив, он решил, что наказание от Оммадона за невыполнение поручения – это меньшее из предстоящих зол, после чего злобно ухмыльнулся и посмотрел на добычу в своих лапах.
-Лети! Пусть тебя всего переломает при падении, включая твою шею! – сказал он и отпустил Питера. Человек полетел камнем вниз. Как и следовало ожидать, Горбаш устремился за ним, выпуская пламя и снижаясь. Довольный Бриак тем временем улетел прочь.
В это время Каролинус произнёс последние слова, и из возникшей на земле перед ним сияющей пентаграммы вырвался луч, устремившийся в небо к месту оборвавшейся погони. В тот момент, когда Горбаш поймал учёного, луч настиг обоих. Небо озарила яркая вспышка. Когда она исчезла, в небе вместо двоих остался один. И это был дракон.
-Что произошло? – Каролинус ничего не понимал, – Где Питер?
-Он исчез! – Мелисанд закричала в отчаянии, – Пропал!
Горбаш тем временем стремительно падал вниз и без остановки выпускал пламя. «Странно», подумал Каролинус, «Что с ним творится? Он же всегда умело приземлялся и взлетал. Драконы так себя не ведут».
-Горбаш! – колдун попытался докричаться до него, – Ты выпускаешь слишком много огня! Вдохни, иначе разобьёшься!
Дракон не реагировал. По счастью приземление случилось прямо в озере на мелководье. Выдав своим падением вереницу волн и выдохнув остатки огня, дракон повалился без чувств.

* * *
Некоторое время спустя зелёный дракон лежал на своём золоте в доме Каролинуса и спокойно дышал.
Старый Смёргол, разбуженный творившимся на улице шумом, вышел и увидел, что произошло. Каролинус наскоро объяснил ему, что тот упустил во время своего сна. Не теряя ни минуты, Смёргол втащил Горбаша в дом, где зелёный колдун начал наводить целительные чары, а Мелисанд спешно приготовила компресс.
-Давай, приёмыш, держись, – Смёргол хлопнул дракона по хребту, – Он справится. Уже дышит ровно, значит порядок. Скоро глаза откроет.
-У меня не было времени проработать заклинание до конца, – Каролинус пытался оправдаться, но сам же с трудом верил своим словам, – Я даже не уверен, что правильно вспомнил все слова.
-Я только надеюсь, что мы найдём сэра Питера, куда бы он ни делся, – Мелисанд хоть и была подавлена случившимся, но всё же пыталась уцепиться хоть за какую-то ниточку.
-Вот только он может быть где угодно: в одинокой башне, на луне, в своём родном мире, – Каролинус грустно покачал головой.
Тут Горбаш зашевелился.
-Наконец-то. Он просыпается, приходит в себя, – Смёргол был довольнее всех присутствующих, – Я-то знаю, что так просто магией дракона не проймёшь. Ну давай, юнец, открывай глаза! Просыпайся!
Зелёный дракон, наконец, открыл глаза и медленно поднял голову. При этом он оглядывался по сторонам так, словно видел это место впервые.
-Это я, твой дядя. Ты меня узнаёшь?
-Э…дядя? – Горбаш вёл себя странно, да и голос у него звучал как-то иначе. Тут он посмотрел на принцессу, – Мелисанд!
-Да, это я, братишка, – улыбнулась принцесса.
-Братишка? Это странно звучит из твоих уст. Учитывая, что мы поцеловались на скамье.
-Поцеловались? – теперь был черёд Мелисанд задуматься. Откуда дракон мог знать о поцелуе? И тут её осенило. В ужасе она вскрикнула и прижала руку к губам.
-Что такое, дитя моё? – Каролинус обратился к ней, – Горбаш знает, где Питер?
Минуту принцесса стояла с опущенными глазами, затем она с болью подняла их и медленно прочеканила:
-Он…он и есть…сэр Питер.
-Ну конечно, это я, Питер.
Тут происходящее дошло и до Каролинуса. В ужасе он схватился за голову.
-КЛЯНУСЬ БОРОДОЙ ДРЕВНОСТИ! Я ИХ СЛИЛ!
-Слил?! – удивилась Мелисанд.
-Да. В результате неправильно сработавшего волшебства Питер и Горбаш слились в одно целое! Питер теперь в теле Горбаша!
Горбаш, точнее говоря, Питер с удивлением и в то же время с восхищением смотрел на своё новое тело, тело дракона. Зато Смёргол был в ужасе, который быстро перерос в недовольство.
-Тысяча дохлых гномов! Ну так разъедини их, Каролинус! Исправь всё!
-Я не могу ничего исправить, пока я не пойму, что я сделал, и как я это сделал! – воскликнул Каролинус.
-Но где же тогда Горбаш? – спросил Смёргол.
-Он всё ещё здесь, внутри меня, – ответил Питер, – Я чувствую его сознание в своём разуме, сейчас он спит.
-Лучше отдохни, Питер, пока я не пойму, как вас разъединить, – ответил колдун. Питер снова улёгся на золото.
-Это уже точно не игра, – сказал он, – Я не прорабатывал правил для таких ситуаций.
Он с грустью посмотрел на обеспокоенных Мелисанд, Каролинуса и Смёргола…

В то время как драконы и Мелисанд спокойно предались сну, следуя поговорке «утро вечера мудренее», для зелёного колдуна остаток ночи прошёл безо всякого покоя. Он пересматривал все свои колдовские книги и свитки, заглядывал в хрустальный шар, пытаясь вновь и вновь понять, как же могло случиться такое, и не находил ответа. Наконец, обессилев, он навёл порядок и, понурив голову, сел за обеденный стол. «Этот поход определённо должен состояться», думал он, «уже не только ради того, чтобы остановить Оммадона в его помыслах, но и ради того, чтобы сохранить ту магию, что ещё действует в этом мире и ещё жива». Шальной мыслью закралось и то, что путников теперь не трое, а потому требовалось принять решение, кого же ещё отправить в поход.
В этот момент в дверь постучали, и на пороге в свете встающего солнца показался воин в доспехах. Когда он снял шлем, перед колдуном предстал вступающий в зрелость мужчина с карими глазами, прямым носом, густыми тёмно-коричневыми усами и такого же цвета волосами, в которых по бокам уже были видны лёгкие проседи.
-Сэр Оррин Невилл Смайт, к Вашим услугам! – представился прибывший гость, – Я скакал сюда всю ночь и очень надеюсь, что перед походом удастся пропустить большую чашку горячего чая.
-Чая вряд ли, – покачал головой Каролинус, – А вот молоко найдётся.
Рыцарь опешил от ответа колдуна. Тот же засмеялся в ответ.
-Я пошутил, мой старый друг. Молоко – это мне, а Вам, сэр Оррин, конечно, будет чай. Присаживайтесь, я сейчас всё Вам расскажу, а Мелисанд пока приготовит нам завтрак.
Стоявшая у печи принцесса, увидев рыцаря, поприветствовала его, но как-то странно, без прежней улыбки. Сэр Оррин заметил это, но ничего говорить не стал. Когда все сели за стол, колдун принялся рассказывать, а Мелисанд занялась тем, что покормила Смёргола и Питера. Во время рассказа рыцарь время от времени с удивлением смотрел на зелёного дракона, поедавшего мясо.
-Ну и дела! – произнёс он, – Но что теперь ты будешь делать, Каролинус? Ведь ты знаешь, что трое должны пойти.
Колдун молчал, долго думая о чём-то. Наконец, он хлопнул по столу ладонью и сказал.
-Решено. Смёргол будет третьим в вашем походе.
-Отец, ты уверен? – спросила принцесса.
-Больше некого, – ответил Каролинус, – а учитывая, что Оммадон подчинил своей воле остальных драконов, я думаю, что два дракона в отряде лучше, чем один. Кроме того, я предчувствую, они ещё встретят по пути тех, кто поможет им в нелёгкой миссии.
После завтрака сэр Оррин дополнил свою поклажу на коне по имени Лансер магическими артефактами, и троица, – два дракона и рыцарь, – отправились в путь. Поскольку Питер ещё не понимал, как ему быть в новом теле, они направились пешком. Смёргол пообещал колдуну, что всему научит избранника по дороге.
Когда отряд скрылся из виду, колдун сел снова за стол и принялся готовить письма братьям. Мелисанд сидела рядом и помогала ему.
«Дорогие братья», гласили строки письма, «сегодня начался поход за красной короной Оммадона...»

-…Если раньше срочность нашей миссии была под вопросом, – читал Ло Те Чжао в своей пагоде, Шэнь-Цзу был рядом и внимательно слушал, – то события вчерашнего дня показали её острую необходимость и то, как сильно уменьшилась наша магия. В результате неправильно сотворённого заклинания сэр Питер, избранник Древности, слился в одно целое с моим драконом Горбашем…

-…Таким образом, в походе участвуют сэр Оррин Невилл Смайт и дракон с разумом и душой человека из двадцатого столетия, – изучал текст письма Соляриус, сидя в своей башне рядом с Лунэрианом. Последний грустно качал головой, – Поскольку требуется, чтобы в поход отправились трое, а об участии Мелисанд не может быть и речи, я с тяжёлым сердцем направил вместе с ними старого Смёргола. Я знаю, что он уже не так силён, но надеюсь, что по пути отряд встретит других союзников в своей миссии…

Оммадон всматривался в гладь Всевидящего Колодца и читал текст письма в руках у Соляриуса. Бриак находился рядом, но немного в стороне. Он получил хорошую трёпку за невыполнение своей миссии, и красный колдун не спешил его прощать.
-Старый дракон научит Питера особенностям его новой сущности…, – прочитал он и понял, что не может сдерживать свой смех, – Поверить не могу…, – новый приступ смеха, – дракон…который ничего не умеет…который не знает, как быть драконом…
Оммадон хохотал до слёз. Бриак, который слушал, что произошло после того, как он улетел, тоже рассмеялся и даже выпустил от восторга струю пламени. Кончив хохотать, колдун подманил дракона к себе и похлопал его ладонью по морде.
-Ты прощён, мой друг, – сказал он, – В конце концов, получилось даже лучше, чем я рассчитывал. А теперь, что ты скажешь на то, чтобы помешать нашим гостям прийти к нам?
Бриак довольно ощерился на эти слова.
-Другого я и не ждал. Тогда проведаем этот отряд, но прежде слетаем до берегов океана Нальданен. Надо кое-кого попросить помочь.