Полет драконов. Часть 2. Гамбит

* * *
На второй день похода, когда отряд пересекал леса Наллена, Смёргол заметил, что им надо на время разделиться.
-Следуй на северо-запад в сторону скал Лант-Мора, – сказал старый дракон сэру Оррину, – Встанешь на привал рядом с озером Аэллим. Если вдруг понадобимся, труби в свой рог, и мы прибудем.
-А куда вы собираетесь? – спросил рыцарь.
-На рудники гор Сарнаоро, – ответил тот, – Надо научить сэра Питера простейшим драконьим умениям – как пускать огонь и как летать.
-Я согласен, а то я чувствую себя совершенно ущербным в отряде без этих навыков, – поддержал Питер старого дракона, после чего оба отправились пешком в вышеозначенные копи. Рыцарь покачал головой и продолжил путь один.
Гномы сразу почуяли приближение драконов по запаху огня и по тому грохоту, который Смёргол сказал Питеру издавать топотом лап как предупреждение. Когда оба пришли в рудники, там было пусто. Лишь брошенные кирки, лопаты, вагонетки и мешки свидетельствовали о том, что здесь есть жизнь. Питер отметил, что цвет скалы у рудника белый, перемежающийся со светло-серым. Он дотронулся до них, и лапа окрасилась в характерный белый оттенок. «Известняк», подумал он, «Но зачем мы здесь?».
Смёргол тем временем подошёл к одной из гор, в которой был глубокий лаз, и громко крикнул туда:
-А ну-ка вылезайте, вы, бородатые коротышки! Вы знаете, зачем мы сюда пришли!
-Послушай, это действительно необходимо? – спросил его Питер.
-Мы пришли сюда учиться летать и пускать огонь, – ответил старый дракон, – Первоисточник этих умений – алмазы, а добыть их можно только у гномов на их рудниках.
-Но это же грабёж!
-Им всё равно эти алмазы без толку, гномы гораздо больше другие драгоценные камни ценят, – возразил Смёргол, – Алмазы же они просто по привычке собирают, камень и камень. А ну вылезайте, тащите сюда алмазы, Хальдарово отродье!
С последними словами алый дракон пустил в лаз струю пламени. Тут же послышалось копошение и кряхтение. Наконец, из лаза на небольшой уступ вышло четыре гнома, каждый из них нёс туго набитый мешок с поблёскивавшим внутри содержимым. Гномы аккуратно сложили мешки на край уступа.
-Теперь убирайтесь отсюда, пока мы вас не сожрали! – рявкнул Смёргол, и гномы поспешили скрыться в лазе.
-Надеюсь, ты не станешь всерьёз этого делать, – спросил Питер.
-Ты про то, что гномов есть? Нет, никогда! – ответил старый дракон, – Они жилистые и волосатые. Их останки потом из зубов замучаешься выковыривать. Теперь глотай всё и не спеши, пусть алмазы осядут в зобу.
Питер обернул языком мешки, утянул их себе в рот и сделал мощное глотательное движение.
-Странные ощущения, – заметил он.
-Никогда не держал алмазов в зобу?
-Но у меня и не было зоба. Не забывай, у людей такого органа нет.
-Алмазы прилипают к зобу и помогают перемалывать нам Белый Камень, благодаря которому мы имеем огонь, – сказал дракон и откусил большой кусок у одной из белых скал.
-Это же известняк!
-Знаю. Самое глупое название, которые люди могли придумать для этого камня. Давай ешь!
Питер также откусил приличный кусок известняка и попытался его прожевать.
-Да ты не жуй, а то зубы сотрёшь. Глотай кусками. Я же только что сказал, алмазы в зобу всё перетрут.
-Это как птицы используют песок, чтобы размолоть семена?
-Вроде того. И не говори с полным ртом!
Питер, наконец, проглотил известняк, а затем съел ещё два куска.
-Но какое отношение всё проделанное имеет к полёту? – спросил он.
-От этого у нас в брюхе образуется огонь, благодаря которому ты сможешь подняться в воздух, – ответил Смёргол и продемонстрировал ему язык пламени.
-Так, кажется, я начал понимать, – Питер принялся ходить взад-вперёд и размышлять, – Известняк богат кальцием. Кальций смешивается в желудке с соляной кислотой, в результате химической реакции освобождается водород, который делает дракона легче воздуха…Понятно, это как подъёмная сила у дирижабля!
-Чего?! – возмутился Смёргол, которому были непонятны рассуждения учёного, – У тебя внутри огонь, благодаря которому ты взлетаешь. Вот и всё, что тебе нужно знать.
-Нет, это нелогично, – возразил Питер, – Огонь же как-то должен появляться внутри меня, да и храниться где-то. Как это представить?
-Ох, разорви меня Кнеллервирм! – Смёргол начал уже раздражаться, – Ну просто представь, что он внутри тебя как камни в гномьей сокровищнице.
-А, кажется, понял! – осенило Питера. Он дунул огнём на одинокое сухое деревце, и то превратилось в уголёк. – Здорово! Так, ты объясняй, а я нарисую схему.
-Тысяча дохлых гномов! – тяжело вздохнул алый дракон, – Ладно, я это делаю ради Каролинуса. Понимаешь, внутри драконов что-то вроде полых пчелиных сот, которые окружены мышцами, костями и сухожилиями.
Питер тем временем нарисовал схематично дракона, учитывая все свои недавние наблюдения и сказанные Смёрголом слова.
-Что-то вроде этого? – указал он.
-Ну да.
-Получается, это специальные лётные полости, которые могут расширяться и сжиматься. Когда мы их расширяем, водород…э-э-э-э, извини, драконий огонь равномерно заполняет их, создаётся дополнительная подъёмная тяга, и мы взлетаем!
Одновременно с объяснениями Питер проделывал всё на себе. Услышав уже известный звук, Питер понял, что мысль была правильной. Вот только при подъёме он завис в одной точке, не поднимаясь и не спускаясь. Он махал крыльями, но никаких изменений в высоте не произошло.
-Эй, а как мне спуститься? – крикнул он.
-Выдыхай! – ответил Смёргол, – Сжимай соты!
-Да, точно! – Питер вспомнил, как это выглядело у Горбаша, – Надо сжать камеры и выпустить водород в виде огня.
-Давай уже! Делай!
Питер выплюнул струю огня, которая ударила прямо в лицо Смёрголу. Вреда она не наносила, но ощущения были не из приятных, отчего дракон яростно замахал крыльями и забил хвостом.
-Голову поверни, ты, болван! – проорал он. Тем временем у Питера кончился запал, и он неуклюже рухнул на землю.
-Но почему мы выдыхаем именно огонь?
-Потому что мы драконы, а драконы существа огнедышащие!
-Ясно, но как его зажечь?
-У нас на нёбе шип специальный есть, напёрсток Дхайи называется. Языком во рту потри его. Чувствуешь, как он торчит?
-Да, и вправду как напёрсток, – заметил Питер, который в следующее мгновение почувствовал, как во рту бьют разряды с характерным щелчком, – Ха! Это же электричество! Электричество воспламеняет водород и делает его огнём. Получается, огненное дыхание драконов и их способности к полёту можно логично объяснить и научно описать. Как всё просто! – Питер снова радовался как мальчишка, – Эх, сюда бы сейчас мою печатную машинку.
-Так, хватит рассуждать! Лучше помалкивай и ешь известняк. Огонь тебе ещё пригодится, – прекратил эту тираду Смёргол, которого непонятные слова стали раздражать ещё больше.

* * *
Как и было обговорено, Оррин ехал до озера Аэллим. Рядом с ним он нашёл небольшую лесную поляну, с которой открывался красивый вид на утёсы и предгорья Харранбара. Остановившись, он задал корму коню, после чего снял с него поклажу и принялся ставить лагерь
-Должен сказать тебе, мой друг Лансер, это самый долгий поход, который я когда-либо совершал, и самый необычный. Однако я прекрасно понимаю, что сэру Питеру необходимо освоить основные вещи, которые должен уметь дракон. Мало ли что нас ожидает впереди.
Тут конь тревожно захрапел.
-Что такое, приятель?
Конь кивнул головой, и рыцарь обратил внимание, что солнце всё быстрее и быстрее опускалось за горный хребет, и в лесу заметно прибавились сумерки.
-Понял, о чём ты, – заметил Оррин, – Ночь близится. Час, когда Оммадон может исподтишка нанести нам удар. Раз так, то надо вызвать драконов.
Он достал из своей сумки рог и громко протрубил в него. Звук эхом отозвался от Харранбара и покатился дальше по всему хребту.

Питер ещё несколько раз потренировался под присмотром Смёргола. Выдох огня получался хорошо, а вот со взлётом и посадкой выходило неважно. Гномы тем временем потихоньку вышли из пещер и принялись дальше за работу. Когда они начали ставить фонари, Питер огляделся и обратил внимание, что уже повечерело в горах, а вскоре раздался и звук рога.
-Слышишь? – Смёргол обратил его внимание, – Оррин нас зовёт. Ну что, пойдём пешком, или попробуешь свои силы в недолгом перелёте?
-Я хочу попробовать полететь, – ответил Питер.
-Тогда расширяем соты, набираем высоту.
И снова характерный звук, словно надували аэростат. Оба дракона взмыли и начали работать крыльями. Гномы, которым упражнения Питера доставили удовольствие, помахали им вослед.
-Молодец! Продолжай в том же духе, – Смёргол был доволен своим «учеником». Горы Сарнаоро оставались позади, драконы взяли курс на озеро.
Используй свои крылья, чтобы держать равновесие и изменять скорость и направление полёта, – алый дракон продолжал наставлять Питера в воздухе.
-Класс! – последнего снова охватил восторг, – Я знаю, ты не любишь моих сравнений, но я себя ощущаю как «Боинг-747». Круто! Я лечу! – Питер прибавил ходу, Смёргол старался не отставать.
Довольно быстро они достигли поляны, где одиноко стояли рыцарь и его конь. Смёргол дал команду снижаться, и оба, выпуская пламя, устремились к поляне. Увы, с приземлением у Питера, в отличие от Смёргола, гладко не получилось. Он ударился о землю, подпрыгнул и снова ударился, пропахав брюхом пару метров и выпуская при этом огонь. Наконец, он остановился.
-Должен заметить, сэр Питер, посадка вышла неважной, – сказал подошедший Оррин.
-Я в порядке, – пробормотал тот.
-В порядке? Да ты весь огонь выдохнул! – укоризненно заметил Смёргол, – Теперь до рассвета не взлетишь, пока не восстановишь запасы.
-Не думаю, что ночь – это хорошее время для полётов, – возразил рыцарь, – Лучше давайте-ка ставить лагерь. Надо достать дерево для костра.
-Ох, как мне не хватает моей золотой постели, – вздохнул алый дракон, после чего он и Питер принялись ломать деревья, которые они потом своими зубами покромсали на брёвна. Наконец, костёр был разведён (Смёргол дунул на поленья, и те взялись), Питер помог Оррину притащить две туши убитых рыцарем оленей, и все трое принялись за приготовление ужина.
По окончании трапезы алый дракон отправился ко сну и довольно скоро засопел. Питер не спешил ложиться, чтобы не бросать сэра Оррина в одиночестве. Кроме того, ему очень хотелось послушать, что может порассказывать рыцарь, благо костёр – всегда отличное место для историй.
Рыцарь закипятил себе ещё один чайник травяного чая и налил себе в кружку.
-Не желаете ли присоединиться, сэр Питер? – предложил он.
-Нет, благодарю.
-Ну да, пожалуй, Вам нужна сейчас кружка побольше, – Оррин отпил немного и посмаковал вкус и аромат чая.
-Это вообще странно говорить, но я чувствую желание съесть корову, – сказал Питер, – Целиком. С рогами, копытами и хвостом. И даже костей оставлять не собираюсь.
-Каждому своё, – заметил рыцарь, при этом немного погрустнел, смотря в кружку, – Честно говоря, сэр Питер, хочу кое-что Вам сказать, а именно, что я по-хорошему не должен испытывать к Вам какой-либо симпатии.
-Потому что предводитель отряда не Вы?
-Нет, не в этом дело. Дело в Мелисанд. Если бы Вы не стали драконом, законы рыцарства потребовали бы от меня бросить Вам вызов, и мы бы сразились с Вами.
-Надеюсь, что до этого не дойдёт, сэр Оррин, – Питер примирительно поднял лапу.
-Я люблю принцессу всем сердцем, – продолжал рыцарь, – Её чистота, грация, невинность, ум и нежность. Что лучше может вдохновлять воина на подвиги, чем его Прекрасная Дама?
-А как давно Вы её знаете?
-С тех пор, как ей исполнилось пять лет. Между прочим, нас свёл ты.
-Я?! – удивился Питер.
-Я имею в виду Горбаша. Могу рассказать, как это было, если интересно.
-А почему бы нет? – согласился Питер, – Хороший рассказ не грех послушать.
-Ну тогда внимай, – сэр Оррин немного расслабился и отхлебнул из кружки, – Это было лет двенадцать назад. Я возвращался домой из царства Оммадона, проезжал через Халланские горы, возвращаясь из очередного похода на нечисть…

* * *
ИСТОРИЯ СЭРА ОРРИНА НЕВИЛЛА СМАЙТА
"...Луга и террасы Халланских гор служили житницей для легионов Тьмы, которых использовал не только Оммадон, но и связанные с ним правители и короли, поэтому здесь облака не скрывали солнца, а небо не носило алый оттенок. Местами даже была зелёная растительность, отличная от выращиваемых злаков.
Тем не менее, и здесь нашлось место отдельным огнедышащим горам, а также грязевым лужам, в которых плескалась тёплая, а местами горячая, пузырящаяся слизеобразная жижа. Последняя обладала зачатками разума и жаждала утаскивать всё живое в свои глубины, так что стоило какому-либо животному зазеваться, как жижа ту же выкидывала свои отростки и забирала жертву в свои смертельные объятья.
Именно посреди одной из таких житниц ехал сэр Оррин, который на тот момент был много моложе. Проезжая мимо подножья одной из огнедышащих гор, он заметил грот, от которого валил пар. Там внутри лежали необыкновенно ровные камни одинаковой овальной формы. Оррин присмотрелся внимательней. «Так и есть!», мелькнула мысль, «Драконьи яйца! Очень большая кладка!» Причём ему показалось, скорлупа на некоторых пошла трещинами, словно яйца уже созрели.
Рыцарь остановил коня и спешился. Он приготовился достать пергамент и грифель, чтобы сделать зарисовку для летописи, как вдруг на бреющем полёте пронёсся огромный чёрный дракон. Это был Бриак. Приземлившись рядом с кладкой, он довольно ощерился и принялся с наслаждением поедать яйца.
Притаившегося за камнем Оррина охватил гнев. «Что же ты творишь, ящерица-переросток?», подумал он, «Ну уж нет, я тебе не позволю сожрать целое поколение».
Рыцарь выскочил из-за камня, обнажив меч, и заорал:
-А ну прекрати и убирайся отсюда! Или приготовься умереть!
Бриак повернулся к рыцарю, недовольный тем, что ему помешали полакомиться. Растопырив крылья и раскрыв пасть, он низко зарычал. Оррин бросился на дракона и принялся рубить своим булатным мечом по драконьей чешуе. Бриак отбросил его лапой как досадную муху. Рыцарь отлетел к скале, у которой стоял привязанный конь, ударился головой о камни, и всякий свет померк в его глазах..."

-Мне трудно сказать, сколько я пробыл без сознания, – увлечённо рассказывал рыцарь, – Но когда я очнулся, Бриак уже практически закончил свою трапезу. Оставалась лишь пара яиц. Здравым смыслом я понимал, что это глупо – умирать из-за пары яиц, но я уже не хотел отступать. Законы рыцарства, честь. Думаю, сами прекрасно понимаете.

"...Оррин вскочил на коня и, навострив своё трезубое копьё, снова бросился на Бриака. Дракон в это время сожрал предпоследнее яйцо и, поняв, что ему опять мешают насладиться едой, решил твёрдо не спускать это рыцарю с рук. Оррин замахнулся копьём и уже опускал удар на дракона, как тот схватил наконечник копья зубами и, выдернув седока из седла, подбросил его вверх.
Оррин взлетел метров на десять, затем стал стремительно падать вниз. Бриак разинул пасть, готовясь проглотить рыцаря, но тот ухватился за рог на носу дракона. Щёлкнули челюсти, и рука Оррина оказалась зажатой в пасти Бриака. Откусить её у него не получалось, гномьи доспехи не давали ему этого сделать, да и рыцарь сжал снизу челюсть ногами, не давая жевать. Тогда Бриак решил пойти другим путём. Он расширил соты и взлетел со своей добычей.
Дракон кружил над местом, взмывая вверх, падая камнем вниз, в общем, делая всё, чтобы стряхнуть Оррина, чтобы он разбился, упав на скалы. В какой-то момент рыцарь высвободил зажатую левую руку, и дракон принялся трясти головой, но воин держался за рог крепко. Бриак попробовал дыхнуть огнём, но Оррин снова зажал ему пасть ногами. Брюхо дракона раздувалось от образуемого после трапезы огня, который он не мог выдохнуть.
Тут рыцарю в голову пришла безумная идея. Он снял с пояса перчатку правой руки и засунул её дракону в пасть. В тот момент, когда она коснулась напёрстка Дхайи, пошли разряды молний, а затем в брюхе дракона громко ухнуло. Бриак не мог больше сдерживать огонь, и рыцарь это понимал, так что он оттолкнулся от пасти и полетел вниз. Бриак камнем направился следом, выдыхая весь накопившийся огонь.
Рыцарь готовился разбиться, но по счастью они летели над грязевыми лужами. Жижа поймала его своим отростками и попыталась утащить, но Оррин достал кинжал и, обрубив несколько щупалец, дал понять, что с ним лучше дела не иметь. Та отступила, а рыцарь просто плюхнулся в грязь.
Бриаку повезло меньше. Он с грохотом упал на мелководье лужи, сломал оба крыла, пропорол брюхо в нескольких местах и, резко выдохнув остатки накопившегося огня, повалился, еле дыша. Жижа даже не пыталась подступиться к нему после такого..."

-Я поначалу решил, что убил его. Но быстро выяснилось, что я выдавал желаемое за действительное. Бриак остался жив, но, как мне говорили, он лет семь потом залечивал свои раны. Для дракона это немалый срок. Мы, конечно, с ним не пересекались более, но я точно знаю, что он меня ненавидит за эту битву. Зато я спас яйцо.

"...Выбравшись из лужи, заляпанный грязью Оррин медленно пошёл к остаткам кладки. К счастью, яйцо было цело, более того, оно тряслось, вся скорлупа пошла трещинами. Рыцарь с удивлением глядел на чудо рождения дракона. Первыми скорлупу сверху пробили четыре маленькие лапки, которые тут же зашевелились, стараясь встать на землю. Следом из яйца показался зелёный хвостик, а там появилась и головка. Это был зелёный дракончик с тянущимися вдоль головы усиками, походившими на рога. Он топнул лапками, и остатки скорлупы ссыпались с его тельца как листья с дерева. Оррин с улыбкой взял дракончика на руки, тот радостно помахал крылышками и попытался изобразить огненное дыхание, но в результате получился лишь жалкий огонёк, который слегка обжёг рыцарю щёку..."

-Такой милый малыш на свет появился. Конечно же, беспомощный, как и все малыши. Я назвал его Горбаш, в честь битвы. Во-первых, она была жестокой, – на Старшей Речи это звучит как «горр», – а во-вторых, мне крепко досталось, я был в грязи и помятым, слово «баш» из Старшей Речи было тут как нельзя кстати. Вот так и получилось имя Горбаш. Чуть позже, когда я был в Лесах Кронга, я навестил моего старого друга Каролинуса и узнал, что у него появилась приёмная дочь, Мелисанд. Я подарил дракончика ей. Видели бы Вы, сэр Питер, сколько у неё радости было! Да и Горбаш признал девочку как родную. Языком, помню, принялся её облизывать. Старый Смёргол тогда сказал, что станет ему дядей и обучит его всему, что касается драконьей жизни. Я тогда поклялся, что буду любить Мелисанд и свяжу свою жизнь с ней. Разумеется, когда она вырастет.
При последних словах рыцарь снова помрачнел.
-Эх, наивные мечты старого вояки вроде меня…Мог бы и предположить, что она выберет для себя более достойного, более молодого.
-Да, она выбрала меня, как и я её, – Питер ощущал себя очень неловко, – Ведь я писал правила игры с прицелом, что…В общем, мне жаль, что так получилось.
-Нет, нет, ты не извиняйся приятель, – тон рыцаря был примирительным, – Всё вышло правильно. Я даже рад, что она будет с тобой.

* * *
Каролинус следил за продвижением отряда в своём хрустальном шаре. В момент, когда он отслеживал их на ночной стоянке у озера Аэллим, шар внезапно погас. Колдун попробовал несколько заклинаний в сочетании с магическими пассами, но ничего не получалось.
-Проклятье! – Каролинус был в отчаянии, – Неужели вся моя магическая сила исчезла?
-Отец, тебе надо просто отдохнуть, – сказала Мелисанд.
-Дело не в этом, – покачал головой колдун, – Перед тем, как изображение погасло, я словно что-то услышал.
-Что же?
-Странный звук, похожий на стрекот. Он глушил мою магию. Мне кажется, что я даже узнал, кто его издаёт. Конечно, невозможно, чтобы звук принадлежал этим существам, тем более, что в моих владениях их не может быть. В то же время от Оммадона можно ожидать чего угодно.
Тут он начал трясти шар.
-Ну давай же, покажи мне отряд, разрази тебя Дхайа!
Тут изображение ярко засветилось, и в нём отразился Ло Те Чжао.
-Приветствую тебя, брат Каролинус! – сказал он
-Великая Древность, моя магия не исчезла, – с облегчением выдохнул зелёный колдун.
-Я говорю с тобой, используя свою силу, – возразил золотой колдун, – Её надолго не хватит, так что позволь мне быть кратким. У Мелисанд есть дар видеть и близко и далеко.
С последним словом шар снова погас.
-Да, это так, но…, – Каролинус попытался возразить, но тут вмешалась принцесса.
-Отец, позволь мне попробовать, – сказала она.
-Что ж, дитя моё, тогда закрой глаза, – колдун взял её за руки и посадил на свой стул, – Сосредоточься и дыши ровнее. Ты видишь леса Наллена близ озера Аэллим, – голос колдуна стал монотонным, – Ты видишь наш отряд, устроившийся на ночлег. Наших защитников мира магии.
-Да, я вижу их, – Мелисанд открыла глаза. Кабинет Каролинуса и их дом исчезли, она стояла посреди ночного леса и видела костёр, у которого находились рыцарь и два дракона, – Смёргол спит, сэр Оррин и сэр Питер разговаривают.
Тут она схватилась за уши. Для Каролинуса она всё так же сидела с закрытыми глазами.
-Отец…, – задрожала принцесса, – Я слышу этот звук. Он ужасен!

Рыцарь подложил себе под голову седло, постелил попону и накрылся походным одеялом.
-Ну что ж, – сказал он, – я предлагаю последовать примеру нашего старшего товарища, – он указал на алого дракона, – Пора отправляться ко сну. Послезавтра мы подойдём к южной границе царства Оммадона.
Питер же в это время беспокойно осматривался по сторонам.
-Вы это слышите, сэр Оррин? – сказал он, – Странный звук. Похоже на насекомых.
Тот прислушался и махнул рукой.
-Не обращай внимания, – ответил он, – Цикады, наверное.
-Если бы, – заметил дракон, – Звук словно в голову проникает, и голова начинает потихоньку болеть.
Тут прислушался и рыцарь.
-И вправду, очень шумно. Я бы даже сказал, раздражает, – тут его осенила догадка, от ужаса у него расширились глаза, – Нет…не может быть! Они же встречаются только на побережье!
-Что? – громко крикнул Питер.
-Я говорю, они только на берегу моря живут!
-А что ты на меня разорался?! – Питер начал злиться.
-Ты, ящерица-переросток! Никогда что ли не слышал о Песчаных Мракрах? – рыцарь тоже перешёл на злой тон.
-Банка консервная! – Питер не отставал, – Думаешь, на тебе доспехи, так я тебя не выковыряю оттуда?
В этот момент стрекот усилился, и в момент усиления к Оррину вернулся здравый смысл.
-Питер, остановись! Этот звук сводит с ума. Приди в себя! Его издают Песчаные Мракры. Постарайся понять это!
В ответ Питер глухо зарычал и пошёл на рыцаря. Тот стал пятиться и на всякий случай приготовил меч.
-Прекратите, сэр Питер! Услышьте меня!– рыцарь продолжал кричать, и его голос немного заглушил стрекот в его собственной голове, – Этот звук издают Песчаные Мракры. Эти тупые твари нападают сотнями! Они издают звук, который сводит с ума и доводит до смерти всё живое вокруг них. Твой ум просто испаряется, не выдерживая этих пыток!
Тут Питер сделал рывок, рыцарь увернулся и нанёс мечом по носу дракона удар плашмя, отчего тот затряс головой и отошёл от стрекота.
-Я сделал это, чтобы ты пришёл в себя, – продолжал Оррин, – Скорее улетай, пока не поздно!
-Я не могу, я же потерял свой огонь при моей неудачной посадке, – Питер замотал головой. Тут его глаза расширились и словно остекленели, – Смотри, Оррин! Я их вижу!
Рыцарь оглянулся, и понял, что его догадка подтвердилась. Вокруг ночного лагеря тут и там стояли крысоподобные коричневые существа ростом по пояс. Они сидели с раскрытыми пастями, расставив лапки подобно грызунам. Сквозь складки на больших носах со стрекотом вырывался воздух, в такт звуку тряслись остроконечные уши и дрожали идущие от переносицы усики. Ярко-жёлтые глаза хищно светились в темноте. Последние были видны даже там, куда не доходил свет костра. Питер и сэр Оррин в ужасе оглянулись, их было очень много, до самых утёсов и предгорий. Как специально стрекот усилился.
-ДУМАЙ О ЧЁМ-НИБУДЬ! – что есть силы заорал рыцарь, – ПОЙ ПЕСНИ! ЧИТАЙ СТИХИ! ТОЛЬКО НЕ ДАЙ СВЕСТИ ТЕБЯ С УМА И ИСПАРИТЬ ЕГО!
Оррин сам с криком покатился на землю, выпустив меч. Он запел старую песню, даже правильнее сказать, выкрикивал строки из неё. Стрекот же снова и снова настигал голову, рыцарь просто катался по земле от боли.
-Я иду из Алабамы с моим банджо на….А-А-А-А! – Питер зажал уши лапами и тоже кричал слова песни, – Я…Я иду в Луизиану, чтоб любимую…чтоб любимую…А-а-а-а, нет!
Дракон повалился на землю, всё также зажимая уши.
-Помогите! Помогите мне! В ночь отъезда дождь прошёл, но утро…утро…Не-е-е-ет!

Принцессу Мелисанд всю трясло. Она всё так же закрывала руками уши и отчаянно трясла головой.
-Мелисанд! – Каролинус пытался докричаться до неё.
-Шум! – кричала она, – Этот звук! Я не могу! Я не выдержу!
-Мелисанд, – колдун начал трясти девушку, – Приди в себя! Успокойся!
Он резко поднял её на ноги, стул полетел прочь. Тут глаза Мелисанд открылись, в них полыхал гнев.
-Это ты виноват! – Она ткнула в колдуна рукой и принялась наступать на него, – Ты убил моих отца и мать! Ты обвинил в этом тёмные силы! Ты чудовище! Ты…, – тут она лишилась чувств и упала в руки Каролинуса.
-Мелисанд! – воскликнул колдун, но она не реагировала. Он сотворил чары Левитации и отнёс принцессу в её комнату. Положив её на кровать, колдун зажёг свечу и, взяв Мелисанд за руку, попробовал вывести её из транса, но ничего не вышло.
-Бедное дитя моё! Как я такое допустил! – сетовал колдун, – Стрекотание Песчаных Мракров в сочетании с чарами Оммадона повергли тебя в состояние сна, подобного смерти. Очнёшься ли ты когда-нибудь, девочка моя? Или твой сон отныне будет вечным?
Не находя ответа на свои вопросы, колдун припал к руке принцессы и бессильно зарыдал.

* * *
Оммадон кружил на Бриаке над лагерем отряда Каролинуса. Ему хорошо было видно, как дракон и рыцарь катались по земле и пытались перекричать стрекот Песчаных Мракров. Довольный проделанной работой он захохотал.
-Великолепно! – воскликнул он, – Что теперь ты будешь делать, Каролинус?
Тут он почувствовал, как в лагерь словно проникает какой-то луч силы. Красный колдун внимательно присмотрелся и увидел, что он ведёт к дому зелёного собрата, к его приёмной дочери.
-Ага, ты решил привлечь принцессу! – заметил он, – Ну тогда пусть она получит от меня подарок в виде заклятья Спящей Девы!
Он вплёл свои тёмные чары в стрекот Песчаных Мракров и направил звук точно в луч силы. После этого он дал Бриаку команду возвращаться обратно в родную обитель.
Тем временем Питер и сэр Оррин беспомощно кричали, пытаясь в промежутках выкрикивать строки песен. В какой-то момент среди стрекота Питер услышал громкий вой, а затем ему показалось, как среди теней мелькнула большая чёрно-белая тень, походившая на крупного чёрного волка с серебристой грудкой и такого же окраса головой. «Да как волк может выдержать этот звук?», мелькнула мысль у него в голове, которая тут же потонула в смеси стрекота и его собственных криков.
Волк же спешил, ведомый охотничьим инстинктом, к возвышавшемуся недалеко от лагеря утёсу, на котором Песчаных Мракров было больше всего. Заметив волка, они застрекотали сильнее, но видя, что он не реагирует на это, попытались броситься на него. Зверь лишь громко щёлкал зубами и махал лапами на своём пути, раскидывая их. Наконец, он увидел свою цель – на самой вершине утёса сидела королева Мракров, самая крупная особь, у которой на голове в отличие от остальных была шевелюра из седых волос. Та приготовилась дать ему отпор и застрекотала громче всех. Слишком поздно королева поняла свою ошибку – волк накинулся на неё, и оба полетели с утёса вниз. Она была мертва ещё до приземления – волк вцепился ей в горло и одним махом перегрыз его.
Увидев, что их королевы больше нет, а над её поверженным телом стоит волк, громко возвещающий воем о своей победе, Мракры в ужасе стали разбегаться во все стороны.
Питер медленно убрал лапы от ушей, Оррин тоже перестал кататься и убрал руки от головы. Эти ужасные звуки закончились, а существа исчезли. Нигде больше не было видно мерцающих глаз.
-Что…что произошло? – устало спросил дракон.
-Они…ушли, – медленно ответил рыцарь, – Не понимаю как…, но они ушли.
-Слава Богу! – выдохнул Питер и повалился спать там же где и лежал. Сэр Оррин из последних сил подтянул к себе седло под голову и тоже заснул.
Остаток ночи прошёл спокойно. Лишь когда слегка забрезжил рассвет, оба услышали где-то рядом громкий вой. Оррин тут же вскочил и вытащил наизготовку меч.
Из-за кустов показался тот самый волк, которого видел Питер. «Значит не показалось», подумал он, «Но всё же как он выдержал?»
Волк снова завыл, но на этот раз вой был в тоне на порядок ниже.
-А ну стой! – Оррин выставил вперёд меч, – Ближе не подходи!
-И это вместо благодарности? – прохрипел волк, а затем посмотрел на дракона, – Горбаш, старый друг, ты выглядишь так, словно привидение увидел.
Он хрипло рассмеялся.
-Отчасти, конечно так и было.
-Друг? – подозрительно протянул рыцарь, – Что-то я тебя не помню среди друзей Горбаша.
-Немудрено, Оррин, – заметил тот, – Сложилось так, что я редкий гость в доме Каролинуса, но частый там, где живут драконы. Потому-то ты обо мне и не знаешь, зато я всё знаю о тебе, особенно то, что тебе Горбаш жизнью обязан.
Он снова рассмеялся.
-Кто тут так хрипло и громко хохочет? – заворчал Смёргол, потихоньку просыпаясь, – Ну и ночь, разорви меня Кнеллервирм! Всё время что-то шуршало, трещало. Без моей золотой постели это было просто…
Тут его взгляд упал на волка.
-Аараг, старина! – воскликнул старый дракон, – А я-то думал, ты погиб!
-Ты его знаешь? – спросил Питер.
-Ну конечно! Это Аараг, Друг Драконов и хороший друг Каролинуса.
-Ну раз ты друг Каролинуса, значит, ты и мой друг, – сказал рыцарь и убрал меч в ножны.
-Он тебе как старший брат, – продолжал Смёргол.
-Мне? – Питер тряс головой, окончательно запутавшись.
-Что такое, Горбаш? – спросил Аараг, – Песчаные Мракры всё же отняли у тебя разум, а вместе с ним и память?
-Песчаные Мракры? Здесь? – удивился старый дракон и засмеялся, – Что за ерунда! Они только на морском побережье встречаются.
-Ну ты даёшь, Смёргол! Как всегда, всё проспал! – захохотал волк в свою очередь, – Главное, когда ты имеешь дело с Песчаными Мракрами, – это добраться до их королевы. Лишившись её воли, они сами по себе ничего не стоят и просто разбегаются.
-Ладно, вот только как быть с тобой? – спросил Смёргол, – Ты же должен быть на дне океана Нальданен. Если мне правильно рассказывали сородичи, тебя незадолго до нашего похода утащил гигантский спрут.
-Всё верно, – согласился волк, – Я очнулся под водой. Должен признать, мне крупно повезло, что он меня не сразу сожрал, а просто бросил недалеко от своей коряги…

"...-Встань, храбрый Аараг! Оживи!
Пронзительный голос, а затем непонятно откуда взявшиеся силы заставили волка зашевелиться и открыть глаза. К его удивлению, он был в царстве водных жителей, но не испытывал никаких неудобств, связанных с пребыванием не в своей стихии.
-Кто ты? – спросил волк.
-Я Соляриус, синий колдун, повелитель водных глубин, горных вершин и высочайших звёзд!
-Я что, жив? Но как?
-Нет, ты утонул, утащен спрутом, – покачал головой волшебник, – Но по счастью, огонёк жизни не полностью покинул тебя. Я могу снова разжечь его и вдохнуть в тебя жизнь.
-Что же ты попросишь за это?
-Ты должен помочь отряду Каролинуса, в котором твои ближайшие друзья среди драконов – Смёргол и Горбаш.
При звуке двух имён волк, насколько позволила ему вода, вскочил на лапы.
-Что им грозит?
-Я предвижу, что Оммадон хочет наслать на них Песчаных Мракров. Остановить их можно, только убив их королеву.
-Вдохни в меня жизнь, и я выполню твоё поручение.
-Не всё так просто. Ни одно живое существо не способно выдержать стрекот Мракров, даже ты. А потому ты должен выполнить его в твоём нынешнем состоянии. Когда ты справишься, ты снова получишь Дар Жизни. Беги в сторону озера Аэллим!
После этого Соляриус прочитал заклинание, от которого воды океана Нальданен забурлили и выкинули волка на берег. Отряхнув с себя остатки воды, волк изо всех сил побежал туда, куда указал синий колдун..."

-Это была честная сделка. Как только я убил королеву Песчаных Мракров, я ощутил, что все мои раны зажили, и я снова дышу. Как Соляриус и обещал, он сделал мне Дар Жизни, – закончил Аараг и снова хрипло захохотал, – К слову, Горбаш, в какое дело вы трое впутались?
-Аараг, я должен тебе объяснить…, – начал было Питер.
-Потом объяснишь, – Оррин уже нагревал чайник на костре, который ему помог развести Смёргол, – Сейчас надо позавтракать, а затем мы дальше отправимся в путь, в Царство Красной Смерти Киркхейм. За красной короной Оммадона!

* * *
После завтрака пополнившийся отряд тронулся в путь, точнее говоря, пролетел вдоль южной стороны горного хребта Харранбар. Смёргол понёс в лапах сэра Оррина и его коня, а Питер взял Аарага. Дувший с Великих Степей ветер как будто способствовал им, добавляя сил в крылья и ускоряя их путь, так что к вечеру они достигли лесных предгорий хребта Цвергонд, где и решили заночевать.
На следующее утро путники двинулись пешком. Проходя по лесу, сквозь который местами виднелись пологие горные вершины со скальными выходами, Питер на мгновение поднял голову, и ему показалось, что среди деревьев кто-то передвигается следом за отрядом. Более того, подаёт кому-то знаки – что-то блеснуло на солнце, походившее на клинок. Но он решил пока не придавать этому значения.
Тут недалеко, где-то в стороне утёсов послышался волчий вой. Аараг тут же навострил уши.
-Здесь твои родичи? – спросил Питер.
-Это самка воет, – ответил волк, – И, судя по тону воя, её детёнышам угрожает опасность. Ждите здесь!
Он побежал в сторону возвышавшихся недалеко скал. В этот момент к Питеру подошёл слегка запыхавшийся Смёргол.
-Он когда-то семью потерял, – сказал старый дракон про волка, – С тех пор для него дело принципа помогать самкам сородичей. И как бы цинично это не звучало сейчас, это прекрасная возможность отдохнуть. Не очень люблю подолгу передвигаться пешком.
Тут послышалось лёгкое шуршание, а в следующее мгновение драконов опутала огромная и плотная сеть, в каждую ячейку которой был вплетён алый цветок, походивший на розу.
-Что это за цветы? – удивлённо спросил Питер, пытаясь выпутаться.
-Это Драконья Роза, – Смёргол яростно затрепыхался, – Нас поймали в ловушку. Скорее! Надо выбираться, пока запах цветов не погрузил нас в сон!
Оррин увидел, в какой переплёт попали спутники, и поспешил им на помощь, но его тут же окружили эльфы-полурослики, с которыми ему пришлось вступить в бой.
-Задержи дыхание! – старый дракон уже закашливался, – Не дыши!
-Боже, какой дурманящий запах! – Питер изо всех сил старался не закрывать глаза. Движения обоих драконов становились всё более вялыми. Первым упал Смёргол, Питер ещё держался. Ему было видно, как их окружили небольшого роста остроухие человечки, как он их про себя назвал.
-Нет, держись! – говорил он сам себе, – Не вздумай заснуть!
Наконец, силы покинули его, и он тоже упал рядом со старым драконом.
Аараг в это время осматривал и обнюхивал окрестности скал, откуда шёл вой, но никого не находил.
-Странно, – проворчал он, – ни одного волка на лигу вокруг не вижу и даже не чую.
Тут сверху загрохотало. Волк поднял голову и в ужасе увидел, как с настила-ловушки на него полетела груда камней. Рядом с настилом стоял эльф-полурослик с клинком наготове. Аараг едва успел прижаться к скальной стене, но камни полностью закрыли ему путь на волю.
Сэру Оррину тоже приходилось несладко, маленькие воины умело теснили его. Он не хотел их убивать, рубя мечом наконечники их копий, но они не оставляли ему выбора. «Ну ладно, если вы сейчас не угомонитесь», подумал он, «Придётся преподать вам урок покрепче».
Тут откуда-то из леса целым роем полетели стрелы, которые выхватывали эльфов-полуросликов из боя за одежду и пригвождали их к деревьям. Последним был выведен из строя предводитель в бордовом одеянии, который оторопел от ужаса, что с его отрядом так моментально расправились.
Прибежавший обратно к спутникам Аараг, который сумел пробиться сквозь завал, усмехнулся, глядя на незадачливых бойцов, и похвально кивнул головой, оценивая меткость стрелка.
-Кто бы ни был этот лучник, благослови его Великая Вейде-хранительница! – прохрипел он, – Он явно мастер.
-Несомненно, – согласился Оррин, – Надеюсь, что он на нашей стороне.
-Да вон он идёт, гляди, – волк кивнул куда-то за рыцарем. Тот оглянулся и увидел, как к ним выходит изящная фигура. Стрелок был одет в обычную окрашенную в лесной цвет одежду и, очевидно, не носил никакой брони.
-Прекрасная работа! – сказал рыцарь, снимая свой шлем, – Я хоть и не умелый стрелок, но кое-что понимаю в этом, а потому снимаю шлем и склоняюсь перед твоим мастерством, воин.
-А я склоняюсь перед Вами, сэр Оррин, – голос стрелка прозвучал низко, но не по-мужски, после чего он снял шапку, и с головы до пояса заструился водопад ярко-рыжих волос. От изумления рыцарь выронил шлем.
-Клянусь всем святым! Да это же женщина!
-Я Даниэль Пеннирвен, сэр Оррин!
-Вы меня знаете? – тот был потрясен.
-Отец много рассказывал мне о Вас и о Ваших подвигах. Вы всегда были моим героем.
-Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, – хрипло усмехнулся Аараг.
-Замолчи! – прошипел рыцарь, – Рыцарям не каждый день такое говорят.
Аараг пожал плечами и ничего не ответил.
-Простите эльфов-полуросликов, – сказала лучница, – Когда надо и когда не надо, они большие разбойники и любители подлянок. Но всё-таки они изначально добродушные создания.
Тут она подошла к висевшему предводителю.
-А это Джайлз Тальпель, лидер этих маленьких разбойников. Стыдился бы, на кого нападаешь! – последние слова с ноткой праведного гнева были направлены мальцу. Тот лишь сжался в комочек.
-Нас драконы с толку сбили, – ответил тот, – Из-за них мы посчитали, что отряд связан с Оммадоном. Они тут несколько дней назад по его указке нашу долину разорили.
Даниэль вынула из ствола стрелу, и Джайлз мягко упал на землю.
-От имени своего народа приношу тысячу извинений, сэр Оррин, – сказал эльф-полурослик, когда встал на ноги, – Если бы мы знали, что Каролинус замыслил поход против Оммадона, мы бы так не поступили. К несчастью, наши земли довольно близко к владениям красного колдуна, и он отрезал нас от всякой магической связи.
-Да ладно, малыш, я уже тебя и твой народ простил, – примирительно сказал рыцарь, – Последние дни у нас у всех непростые, а наши распри только что и на потеху Оммадону.
-Ты лучше-ка сними с деревьев своих собратьев и драконов освободи, да поживее! – Даниэль склонилась к эльфу и в качестве подбадривания поцеловала его в лоб. Тот, не веря своему счастью, побежал выполнять поручение лучницы. Та тем временем обратилась к Оррину.
-Какова бы ни была цель Вашего похода, я почту за честь присоединиться к Вам.
-Ну…это…несколько необычно…, – рыцарь замялся и покраснел, – Но…я сочту за честь…я бы даже сказал, буду очень рад Вашей компании.
-Уверяю Вас, моё мастерство и мой лук послужат на пользу делу.
Рыцарь по-детски обрадовался, но, увидев насмешливую морду Аарака, снова принял серьёзный вид и ещё больше покраснел. Когда драконы были освобождены из сетей и разбужены, отряд снова приготовился двинуться в путь, как вдруг от эльфов-полуросликов к ним вышел Джайлз. Он встал на одно колено, вынул свой небольшой кинжал, который по его размерам был как хороший меч, воткнул его в землю.
-Сэр Оррин Невилл Смайт, я прошу принять мою клятву верности. Оммадон причинил моему народу боль и страдания, и я хочу воздать ему за это. А потому я пойду с Вами и Вашим отрядом и буду верен всем и каждому до конца.
-Встань, малыш! – снисходительно улыбнулся рыцарь, – Я принимаю твою клятву, и мы с радостью объявляем тебя членом нашего отряда.
После этого шестеро странников, – два дракона, один из которых имел душу и разум человека двадцатого века; лучница, рыцарь, волк и эльф-полурослик, – продолжили свой далёкий и опасный путь.

* * *
Отряд целый день продвигался по долине между скалами Лант-Мора и горной цепью Казаллак-Андым. Ближе к вечеру они поднялись на небольшую возвышенность. Под ними в долине лежал густой мёртвый лес, на горизонте маячил небольшой проход среди холодных гор Крейд-Моора. Но даже среди этой безжизненности нашлось место следам цивилизации.
-Похоже на постоялый двор, – Даниэль указала на строение непосредственно под ними. Оно представляло собой двухэтажный домик-крепость, в каждой из стен которой были окна. Из трубы фасадной части домика шёл небольшой дымок.
-Таверна «Проклятый путь», – ответил Оррин, – Это последний оплот цивилизации на пути в Царство Красной Смерти Киркхейм.
-Всё, что там дальше, за той северной стеной, уже владения Оммадона, – кивнул Смёргол в сторону горизонта за проходом, где, в отличие от ясного закатного неба над путниками, нависали густые, насыщенные алым цветом тучи. В последних изредка поблёскивали молнии. Словно в доказательство слов старого дракона в их сторону оттуда дунул ледяной ветер.
Питер осматривал стену на горизонте и обратил внимание, что среди извивающихся в тумане стен возвышаются две многоярусные башни с остроконечными крышами и рядом боковых башен, формирующие подкову.
-А там что? – указал он, – Словно замок какой-то.
-Да, это замок Гормли, – ответил старый дракон, – пограничная застава и одновременно место сбора пошлины за проход в царство Оммадона. А охранник, он же владелец замка, – гигантский огр.
-Огр из Гормли, – прохрипел Аараг, – Наслышан о нём. Им детёнышей всегда пугают.
-И есть за что. Огромный трёхглазый великан размером больше нашего дома, – словно для доказательства Смёргол развёл крыльями, – Ест всё подряд, ничем не гнушается.
-К слову о еде, – прервал их Оррин, – Перед тем, как мы вступим в Царство Киркхейм, хороший перекус, запас провизией и ночлег нам не помешают.
Он дал команду спускаться вниз, и спутники последовали за ним.
Когда отряд пришёл в гостиницу, Оррин отвёл Аарага и Лансера в стойло во внутреннем дворике, где обоим тут же задали корм и воду. Драконам хозяин таверны открыл погреб, а рыцарь с лучницей и эльфом устроились внутри за столом. Хозяин тут же подал гостям горячее жаркое и медовуху, Джайлз предпочёл овощное меню. Пока они поглощали пищу, внимание рыцаря привлекла четвёрка сидевших за столом неподалёку странных путников в одеждах, похожих на монашеские. От него не ускользнуло, что они тоже поглощали пищу, но та как будто испарялась. Впрочем, из-за усталости, тепла в таверне и выпитой медовухи рыцарь не исключил, что ему это могло показаться. В любом случае, настроения эти соседи ему не прибавляли.
-Хозяин! Хозяин, подойди-ка сюда! – крикнул рыцарь.
Лорбир Граунд, хозяин таверны, низенький пухловатый человек, поспешил к нему.
-К Вашим услугам, сэр Оррин, – с улыбкой сказал он.
-Как там мои друзья-драконы?
-Сейчас пойду и взгляну. Должен сказать, обычно я не пускаю драконов к себе в погреба, но для Вас всегда готов сделать...
Рыцарь не дал ему закончить, прижав к себе. Улыбка у Лорбира тут же испарилась.
-Ты лучше скажи мне, – тихо зашептал ему рыцарь, – кто эти мрачные типы, которые тут воздух отравляют?
Он кивнул на сидевшую четвёрку.
-Это купцы из страны Оммадона, – прошептал Лорбир.
-ТЫ ПУСКАЕШЬ К СЕБЕ ТВАРЕЙ ИЗ СТРАНЫ ОММАДОНА?! – в гневе вскочил рыцарь. В ответ на его возмущение четверо соседей вскочили из-за стола, и все увидели, что под капюшоном не было лиц, сверкали лишь красные глаза без зрачков.
-Тише, прошу Вас, – хозяин впился в руку рыцаря, – Моя таверна стоит на границе двух миров, так что я не могу занимать чью-либо сторону. Все мне исправно платят за еду и ночлег и всегда довольны моим обслуживанием.
-Но они мне не по нутру!
-Прошу, сэр Оррин, умерьте свой пыл, – Даниэль тоже взяла его за руку и принялась гладить, – Не стоят они того, поверьте. Поберегите силы для предстоящей битвы.
-Она права, сэр Оррин, – согласился Джайлз, – Не нужно сейчас размахивать мечом.
Раздосадованный рыцарь сел обратно за стол, а Даниэль снова принялась его успокаивать.
-Я пойду, драконов внизу проведаю, – сказал Лорбир и ушёл. Оррин ещё немного глотнул медовухи и со злобой посмотрел в сторону купцов, которые поспешили выйти во двор.
-Я узнал этого рыцаря, – заговорил первый, – это тот самый сэр Оррин, из-за которого Бриак долго залечивал свои раны.
-Да, и на них наш повелитель насылал Песчаных Мракров пару дней назад, – поддержал второй.
-Судя по всему, они выжили и теперь идут в наш родной край, – сказал третий.
-Тогда спешим к Оммадону! – закончил четвёртый, – Мы обязаны предупредить нашего повелителя об угрозе!
-К Оммадону! – согласились оставшиеся трое, и их глаза при этом ярко заблестели. Оседлав своих призрачных коней, купцы покинули таверну.

* * *
Смёргол и Питер устроили в погребе пир и одновременно настоящий бардак, добравшись до всего съестного, что там было, не говоря уже о медовухе и вине. Последние были выпиты в таком количестве, что оба дракона захмелели.
-Ещё вина? – Смёргол протянул бочку Питеру.
-Вина? Нет! – ответил тот и захохотал. Старый дракон поддержал его.
-Ну, строго говоря, мы с тобой больше медовухи выпили, чем вина, которая, кстати, очень хорошая.
Он отбросил пустую бочку.
-Да, Питер, можно ещё разок ту песню спеть, что ты пел?
-Я иду в Луизиану с моим банджо на спине…, – затянул учёный.
-О, Сюзанна, не плачь, не плачь по мне! – подхватил Смёргол, после чего оба обнялись как старые приятели и затянули песню вдвоём. Именно в таком виде их застал Лорбир. Увидев учинённый драконами разгром, он от ужаса схватился за голову.
-Я разорён! – завопил он и изо всех сил побежал наверх.
Тем временем наверху трапеза подходила к концу. Джайлз даже успел заснуть рядом со своей тарелкой, а сэр Оррин и Даниэль предались беседе.
-Как так сложилось, что Вы до сих пор не нашли себе спутницу? – спросила лучница.
-Честно говоря, сам не знаю, – ответил рыцарь, подавив зевок, – Всё был в походах да в путешествиях, совершал подвиги, побеждал всякую нечисть. Вот клянусь, этот поход будет моим последним. После этого завяжу, уеду к себе в родовое гнездо, буду заниматься землёй, а там, глядишь, кого-нибудь присмотрю для себя и женюсь.
-Х-мм…, – загадочно улыбнулась лучница, – А что если кто-то уже присмотрел Вас?
При этих словах рыцарь удивился.
-Я ведь не просто так сказала, что Вы были моим героем, – продолжила девушка, – Я всегда равнялась на Вас. Моё умение стрелять из лука – это лишь робкая попытка хотя бы чуть-чуть встать вровень с Вами. Я даже приняла своего рода обет, что мой избранник будет если не Вы, то кто-либо такой же силы, благородства и стати, как Вы.
-Ах, Даниэль…, – сказал Оррин, взглянул в её голубые глаза и вдруг понял, как он был смешон со своим обетом, который он дал по поводу принцессы Мелисанд. Вот она, его истинная избранница. Женщина-воительница, храбрая, меткая. Чего ещё желать? Он положил свою ладонь на её, она благодарно посмотрела на него.
-Ты даже не представляешь, как долго я этого ждала, – тихо сказала она.
В этот момент к ним прибежал хозяин таверны.
-Эти драконы…, – отдышавшись, заголосил он, – Они сожрали сто окороков, шестьдесят голов сыра и выпили около тридцати бочонков моей самой лучшей медовухи и лучшего вина.
-Успокойся, тебе заплатят, – философски заметил рыцарь, – Разве ты не слышал, что у драконов много золота?
-Надеюсь, что оно у них с собой, – Лорбир уже хотел ликовать.
-Тебе позже заплатят за все убытки, – остудил его пыл Оррин. Хозяин таверны тут же снова погрустнел.
-Очень жаль, – заметил он, – А между прочим, мой отец говорил никогда не давать драконам в долг.
-Тихо, – сказал рыцарь, – Сейчас уже поздно плакать. Если тебя это успокоит, я выступлю гарантом, что драконы всё возместят. А чтобы ты не сомневался…
Он достал из своей сумы увесистый кошель и поставил на стол.
-Здесь двести золотых, можешь проверить.
Лорбир развязал кошель, перебрал монеты своей рукой, одну вытащил, попробовал на зуб, после чего удовлетворённо завязал кошель обратно. Тут рыцарь глубоко зевнул.
-Ох, поздно уже, – заметил он, – Пора ко сну, завтра очень трудный день.
-Ваши комнаты уже готовы, – услужливо произнёс хозяин таверны, – Идёмте, я Вас провожу.
Рыцарь встал и уже приготовился идти, когда Даниэль взяла его за руку.
-Возможно, что эта ночь будет последней для нас, – сказала она. Оррин улыбнулся сквозь усы и понимающе кивнул. Даниэль поднялась, чтобы пройти следом, тут же прибежал Лорбир со свечой в руке.
-Я готов!
-Тогда идём, – сказал рыцарь. Тут хозяин таверны оглянулся на спящего Джайлза.
-А что с ним?
-Оставь его, – был ответ, – Пусть отдыхает так. Если проснётся посреди ночи, он знает, куда идти.
Вскоре во всей таверне наступила тишина. Даниэль и Оррин ушли в свою комнату, драконы заснули в погребе, а в стойле Лансер с Аарагом также отправились в страну грёз.

Мелисанд, хотя и погрузилась в сон, подобный смерти, всё же продолжала видеть происходящее с отрядом и рассказывала это своему отцу. Сидевший рядом Каролинус внимательно слушал её и записывал всё, что она говорила. В промежутках он успевал связываться с Соляриусом и Ло Те Чжао, обсуждая, как вывести Мелисанд из её состояния и предлагая различные контрзаклятия.
-Тут ничего не поможет, – покачал головой золотой колдун, – Нужна более могущественная сила для её пробуждения.
-Только с завершением похода она пробудится, – поддерживал своего брата синий колдун, – Лишь сняв корону Оммадона, ты сможешь прекратить действие чар.
Тем временем принцесса продолжала вещать о том, как путники достигли таверны «Проклятый путь» и устроились на ночлег. Каролинусу не нравилось, что отряд решил провести ночь недалеко от замка Гормли, но надеялся, что худшего не случится.
Тут Мелисанд резко открыла глаза, уставившись в одну точку в потолке, и с криком вскочила на кровати, похоронив его надежды.
-Что такое, дитя моё? – колдун взял её за руки, – Что ты видишь?
-К ним приближается какое-то огромное существо, – говорила принцесса в ужасе, – Оно страшное, с гигантскими руками! У него три глаза, два из которых безумно горят алым пламенем!
-О, нет! – схватился за голову Каролинус, – Оммадон послал на них Огра из Гормли!
Он откинулся на своём стуле, понимая, что никак не может предупредить путников о грозящей беде.

* * *
Утром Питер и Смёргол проснулись с головной болью. По счастью, в погребе отыскалось место, где был забор колодезной воды. Приведя себя в чувство, они тут же поели окороков и сыра, а затем полезли наверх, но наткнулись вместо дверей на завал. Когда они пробились сквозь него, то Питер, оглядевшись, понял, что не узнаёт, где они.
-Смёргол, смотри! – сказал он, – Что за…?
Старый дракон осмотрелся, и увиденное тут же смело остатки сна и похмелья. И было отчего – вместо таверны вокруг были сплошные руины.
-Ну и разгром, – заметил он.
-Это что, мы с тобой устроили?
-Я что-то не припоминаю, чтобы мы так буянили, – задумался Смёргол, – Но даже если это действительно мы, не спеши брать вину на себя.
Тут Питер заметил лежащее среди руин маленькое пухлое тело.
-Смотри. Да это же хозяин таверны. Убит. Господи, какой ужас!
Смёргол втянул воздух ноздрями и резко выдохнул.
-Я чую запах огра.
-Помогите! Сюда! – послышался откуда-то голос. Драконы быстро нашли его источник – валявшийся среди камней огромный котёл. Питер быстро снял крышку, внутри в супе плавал эльф-полурослик.
-Джайлз, ты как, цел?
-Да практически сварился, – ответил тот, – но лучше уж быть сваренным в супе, чем в желудке у этого чудовища.
-Но что случилось?
-Чуть позже. Надо найти Лансера и Аарага.
Волка они нашли, заваленного под обломками одной из стен. Тот тяжело дышал, на его шкуре остался синяк от удара. Джайлз принялся оказывать ему помощь, а Смёргол и Питер тем временем отыскали в лесу коня Оррина, а потом собрали все пожитки путников.
-Так что произошло? – повторил свой вопрос Питер.
-Я спал внизу, когда услышал грохот от топота, разбудивший меня, – принялся рассказывать Джайлз, – Следом был удар в стену, от которого с потолка посыпались все балки и камни. Выбежав во двор, я увидел, что это был Огр из Гормли. Он пробил кулаком стену комнаты, где спали сэр Оррин и Даниэль, схватил обоих и сунул к себе в мешок. Аараг накинулся на него, но тот пинком послал волка в стену. После этого огр убил выбежавшего на шум хозяина таверны, разгромил тут всё и спугнул Лансера. В какой-то момент он оглянулся вокруг и чуть не заметил меня. Я едва успел прыгнуть в котёл. Оттуда я уже увидел, как он ушёл и забрал наших друзей.
-Но куда?
-Понятно, куда. В темницы замка Гормли, – ответил Смёргол, – Он будет держать пленников там, пока Оммадон не решит, что с ними делать.
-О, Боже! – воскликнул Питер, – От меня в этом походе никакого толку. Не смог противостоять Песчаным Мракрам, не избежал ловушки эльфов-полуросликов, проспал нападение огра.
-Полно сожалеть об этом, Питер, – возразил старый дракон, – Сейчас у тебя есть шанс всё исправить.
-Каким же образом?
-Ты должен сразиться с Огром из Гормли и победить его.
При этих словах Джайлз, продолжавший лечить Аарага, с ужасом посмотрел на драконов. Когда волк пришёл в себя, ему рассказали о случившемся и том, что предстоит сделать. Он покачал головой, но ничего не сказал. Затем все четверо в горестном молчании похоронили хозяина таверны и тронулись в путь.
По дороге Смёргол принялся наставлять Питера перед предстоящим боем.
-Позволь мне рассказать немного о том, как устроены огры. Готов слушать?
-Да.
-Во-первых, начнём с костей. Они у огров весьма прочные и толстые. Особенно это касается рук и ног, поэтому даже не пытайся его кусать, это бесполезно. Во-вторых, их плоть совершенно не горит, поэтому не трать свой огонь впустую.
Ехавший на Лансере Джайлз слушал эти наставления и грустно качал головой, не представляя, как они справятся с постигшей отряд бедой.
-Жаль, что это не настольная игра, – заметил Питер, – потому что будь это так, и случись такая ситуация, я бы просто засунул игру обратно в коробку и поставил бы её на полку
Тут он спохватился.
-Извини, Смёргол, продолжай, пожалуйста!
В таких наставлениях отряд прошёл половину пути. Где-то ближе к замку Аараг попросился отдохнуть – в теле всё ещё отдавалась боль от нанесённого огром удара ногой, да и исцеляющая магия Джайлза должна была завершить своё дело, так что путь продолжили трое.
-Итак, подытожим, – говорил Питер, – Надо свалить его на скалы, по возможности, головой. Как вариант, попробовать перегрызть ему горло или разорвать брюхо. И при всём при этом не дать себя свалить или схватить. Я ничего не забыл?
-Нет, ничего, – ответил Смёргол, – Знаешь, если бы не годы, я бы сам вступил в бой против него.
-Я понимаю.
-Ты что? – возмутился старый дракон, – Хочешь сказать, что я так старо выгляжу?
-Да нет! – возразил Питер, – Я бы даже и не подумал о том, что ты уже в почтенном возрасте.
-Тогда не говори никому, в чём я тебе только что признался.
Тут путники заметили, что лес закончился. Вместо него слева и справа пошли скальные выступы, среди которых блестели острые заточенные каменные шпили, а впереди возникло рукотворное препятствие.
-Ну вот и пришли, – сказал Смёргол, – Это замок Гормли.
Питер внимательно всмотрелся. На классический замок строение не очень походило. Упиравшиеся в скалы толстые стены сходились в центре, где стояли две виденные Питером ранее изогнутые башни, соединённые в виде подковы двухъярусными переходами. Крепкие ворота из железного дерева были наглухо закрыты, преграждая путь. Если приложить воображение, то замок выглядел как оскалившееся рогатое чудовище.
В окнах башен и на бойницах было пусто, никто не встречал чужаков. Очевидно, Оммадон не без основания полагал, что одного огра достаточно, чтобы защитить границу его царства от посягательств желающих вторгнуться.
-Монументально! – сказал Питер и присвистнул.
-Не свисти! – заметил Смёргол, потом повернулся к эльфу, – Ты давай пока в лесу спрячься. Лошадь понадобится, когда друзей освободим. И найди Аарага.
Тот кивнул и ускакал на коне обратно в чащу. Проводив его взглядов, Смёргол повернулся к Питеру.
-А теперь позови его. Брось ему вызов!
-А как его зовут? – Питер немного растерялся.
-Да какая разница, огр есть огр! «Эй ты!» в данном случае вполне подходит.
-Эй, ты, чудище! – учёный добавил немного от себя, рявкнув в сторону ворот, – Выходи и сразись со мной!
В ответ послышались громкие шаги, и на краю самого верхнего перехода показалась огромная тень. Огр принял вызов.

* * *
Что это было за чудовище! Питер даже вздрогнул, не понимая до конца, то ли от страха, то ли от отвращения. Огромное коренастое бочкообразное туловище, одетое в латаную рогожу, крепкие здоровые руки и такие же ноги. И хотя вместо правой ноги был деревянный протез, монстр держался уверенно. Огромную голову украшали острые уши, маленькие рожки, копна свисавших сзади до пояса чёрных волос, массивные губы, здоровый нос и три глаза – два на обычном месте, причём левый закрывала бородавка, и третий на лбу. В правой руке огр держал массивную булаву. С полным ненависти взглядом он посмотрел на прибывших к заставе незваных гостей.
-Давай парень! – крикнул Смёргол, – Вперёд! В бой!
Питер набрал высоту, старый дракон последовал за ним. Оба поднялись, кружа над огром. Тот поигрывал булавой, спокойно ожидая противников. Тут на него бросился зелёный дракон, алый остался в стороне. Выждав, когда враг приблизится, огр махнул булавой, но не попал, а Питер потерял равновесие и рухнул на противоположный край перехода. Монстр быстро развернулся и швырнул свою булаву в дракона. Тот увернулся, а булава вместо тела превратила в крошево бойницу и полетела вниз. Питер снова поднялся в воздух и набросился на противника, но тот, поймав момент, нанёс удар кулаком, и снова учёный упал на стену. Огр довольно осклабился.
«Давай, надо собраться», убеждал Питер самого себя, медленно поднимаясь на лапы, «Ударить его в брюхо со всей скорости и свалить со стены на скалы. Ну давай же, вставай!»
Следившему за схваткой Смёрголу было видно, как зелёный дракон поднялся и, не выказывая намерения взлететь, понёсся на огра подобно быку на тряпку.
-Тысяча дохлых гномов! – воскликнул он, – Ты что делаешь, дурень?!
Огр же, нисколько не боясь, спокойно стоял и ждал нападения. Как и следовало ожидать, у Питера ничего не вышло. Ударившись об огра, как об стену, он упал, а противник спокойно сграбастал его в свои объятья и начал медленно сдавливать свою жертву.
-Ох, разорви меня Кнеллервирм! – Смёргол был в ужасе, – Ты дал ему схватить себя. Я же предупреждал!
Пытаясь выбраться из удушающих объятий, Питер дунул огнём огру прямо в лицо, совершенно забыв полученные наставления. Тот лишь закрыл глаза и стал ещё сильнее сжимать тиски. Зелёный дракон быстро выдохся и начал терять сознание.
-Ну всё, это проигрыш, – Смёргол понял, что больше не может оставаться в стороне от поединка. Юнца, а вместе с ним и Горбаша, его приёмыша, надо было спасать. Он устремился к месту поединка.
-Эй ты, тварь! Отпусти мальчишку!
Огр отбросил в сторону зелёного дракона и приготовился встретить врага тем же ударом, что он проделал ранее против Питера, однако новый противник оказался хитрее. Смёргол увернулся и, обвив хвостом руку монстра, потащил его к краю стены. В последний момент огр успел зацепиться второй рукой за бойницу. Началось классическое перетягивание каната, кто кого, – огр тянул дракона в сторону стены, а тот в свою очередь пытался стащить противника вниз. Тут громко грянул гром, сверкнули молнии, и закапал дождь. Огр яростно взревел.
-Что такое? – воскликнул старый дракон, – Это Оммадон тебе что-то шепнул? Думаешь, он тебе поможет?
Помогать, конечно, красный колдун не спешил, но Смёргол чувствовал, что проигрывает перетягивание. Огр медленно но верно одерживал верх. В какое-то мгновенье алый дракон дал передышку крыльям, и тут огр резко потянул и швырнул его в противоположный край стены. От удара Смёргол почувствовал боль в левой половине груди. Не обращая на неё внимания, дракон быстро взмыл, опередив резко рванувшего к нему огра и ударив ему шипастым хвостом по глазам. Монстр в немом крике боли схватился руками за лицо и замотал головой, шаг за шагом отступая к краю стены. Смёргол налетел на него и изо всех сил толкнул, так что огр полетел головой вниз прямо на острые как меч каменные шпили окружавших стены замка скал.
Отметив, что с чудовищем было покончено, алый дракон начал приземляться. В этот момент боль в груди стала столь резкой, что он просто рухнул на стену. Пришедший в себя после объятий Питер, который видел финал поединка, медленно подошёл к нему.
-С…С…Смёргол? – произнёс он, – Как ты?
-Этот…обходной…трюк, – слова давались дракону тяжело, – Я…забыл о нём…рассказать… Но он…таких сил требует…не для моего…возраста…Да и этот удар …об стену…
-Тише, не говори много. Лежи спокойно, друг.
-Такое ощущение, … словно … что-то … оборвалось внутри… где-то у сердца…, – тут Смёргол поднял голову в сторону Питера, – Но…как я его сбросил, а?
-Да, ты молодец, ты здорово с ним расправился, – ответил тот. Старый дракон довольно захохотал.
-Какой…достойный конец…для моей…славной…и долгой…жизни, – с последним словом Смёргол положил голову на каменный пол, закрыл глаза и затих. Словно траур по почившему, капавший до этого дождь зарядил сильнее. Питер с грустью и болью вздохнул, затем похлопал старого дракона по спине.
-Покойся с миром, наставник, – тихо произнёс он, после чего побежал искать заточённых друзей.
Когда пленники были освобождены, а Джайлз и Аараг прибыли из леса, Питер спустил тело Смёргола со стены, и путники предали алого дракона земле возле замка Гормли – места, где он принял свой последний бой и встретил героическую смерть. В горестном молчании отряд перешёл границу и вступил во владения красного колдуна. А в это время где-то далеко в своём доме зелёный колдун, слушая рассказ принцессы о продвижении отряда, оплакивал своего старого друга, которого он больше никогда не увидит.