Говночист Несчастный Отброс и десять типов

В душном цеху, где воздух пропитан вонью, Говночист Несчастный Отброс сидел в углу, сгорбившись над лопатой. Он не разговаривал, не вмешивался, его не замечали. Мир шумел — крики, лязг, мат — а он оставался тенью.

Однажды в перерыве говночисты собрались посреди цеха на «собрание смысла».  Отброс наблюдал из угла, не двигаясь.

Моралист, с надменной улыбкой:

— Делать хоть что-то — уже моральная победа! Даже здесь, в дерьме. Это наш долг.

— И вообще… такая работа лучше, чем никакой. Время такое.

Экзистенциалист, покачав головой:

— Мораль — пустое. Не в лопате дело, а в том, кем ты остаёшься. Мы абсурдные существа в абсурдном мире.

— Человек больше, чем всё это.

Карьерист, поправляя несуществующий галстук и косясь на часы:

— Каждая лопата — шаг. Сначала грязь, потом офис.

— Я уже резюме разослал. Кто не видит — пусть гниёт.

Креативщик, не отрываясь от стены:

— Даже здесь можно что-то сделать. Узоры, линии… Для себя.

— Это мой выход.

Эзотерик, с закрытыми глазами, тихо:

— У каждого свой путь. Надо пройти его.

— Карма всё вернёт.

Активист, дёрнувшись:

— Терпеть нельзя! Я напишу. Везде напишу. Пусть знают.

— Они у меня ещё попляшут.

Философ, скрестив руки:

— Что такое «чистка дерьма»? Смысл зависит от взгляда.

— Для одного — унижение, для другого — процесс.

Гедонист, потягиваясь:

— Слишком сложно. Смена прошла — уже нормально.

— Выпил — и хватит.

Циник, кивнув:

— Выпил — база. И баба нужна. Любая. Не для разговоров.

Гедонист, чуть смеясь:

— Чтобы не думать.

Реалист, глядя в пол:

— Шумят… Смена идёт. Жизнь своё берёт.

Они спорили, перебивали, возвращались к одному и тому же. Каждый держался за своё.

Моралист заметил Отброса:

— Эй! Вставай. Присоединяйся! Мы научим тебя работать с душой, даже в дерьме.

Отброс не шелохнулся.

Креативщик подошёл ближе, размахивая «картиной» из грязи:

— Смотри! Красота! Давай вместе что-нибудь сделаем!

Отброс отвернулся.

Карьерист, с презрением:

— Не сиди как отброс! Строй планы, копай глубже — и выберешься.

Эзотерик предложил медитацию, активист — бороться, философ — переосмыслить.

Гедонист махнул рукой:

— Да не парься. После смены выпьешь — отпустит.

Циник, с усмешкой:

— Или вдовицу возьми. С соседнего цеха. Хахаль помер, с двумя детьми осталась. Мужика ищет. Сам понимаешь.

Реалист мельком глянул:

— Сидит и сидит. Работать всё равно придётся.

Спор утих. Говночисты разошлись по углам, довольные собой.

Отброс остался один. Встал, взял лопату и продолжил работу — без иллюзий, без счастья, без ничего.