Эпистолия Графоману

Слушай сюда, дорогой графоман. Да да, ты самый. Тот, кто пишет по пять постов в день, а потом обижается, что их никто не читает. Тот, кто считает, что «я люблю тебя, как роза любит росу» — это уже поэзия, достойная вечности. Тот, кто на любую критику отвечает: «Вы просто не доросли до моего уровня».

Давай разберёмся, кто ты есть на самом деле. Не «непризнанный гений», не «писатель нового поколения», а просто человек, который путает желание писать с умением писать. И не просто пишет — а заваливает этим весь интернет, как будто у нас тут не информационное пространство, а свалка словесного мусора.

Ты знаешь, что отличает тебя от Пушкина? Не количество знаков. И даже не количество подписчиков. А то, что Пушкин думал, прежде чем писать. А ты — нет. Ты открываешь рот (точнее, клавиатуру) и выпускаешь поток сознания. И называешь это творчеством.

Посмотри на свои тексты. Ну ка, честно: сколько в них штампов? «Свет во мгле», «сердце бьётся часто часто», «ветер шепчет», «листья кружатся в танце»… Да ты не пишешь — ты собираешь конструктор из готовых деталей! И гордо называешь это искусством.

А твои философские посты? «В наше время, когда мир рушится…» — и дальше пять абзацев общих фраз без единой мысли. Ты не размышляешь — ты имитируешь размышление. Ты не делишься идеями — ты пересказываешь чужие штампы, которые нашёл в интернете. И ещё ждёшь, чтобы тебя за это похвалили.

Ты обижаешься, что тебя не публикуют в журналах? А ты попробуй прочитать свой текст глазами читателя. Вот он открывает твой пост и видит:
Он шёл по улице, и сердце его билось часто часто. Он думал о ней, о её глазах, о её улыбке, о том, как она смеётся…

И читатель зевает. Потому что он это уже сто раз читал. У другого графомана. И у третьего. И у четвёртого. Вы все одинаковые, как солдатики.

Сравним с Лермонтовым:

Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники…

Три строки — а сколько образов, настроения, судьбы!

А ты за абзац не можешь дать читателю ничего, кроме повторов и общих слов. Но зато у тебя пять восклицательных знаков для убедительности — это, конечно, сразу делает текст гениальным.

А твоя любовная лирика?

Я люблю тебя, как роза любит росу,
Как рассвет встречает утреннюю звезду.
Ты — мой свет во мгле, ты — мой маяк в бурю,
Без тебя я словно птица без крыла.

Роза, кстати, ничего не любит — она растение. И роса ей безразлична. Но ты этого не замечаешь, потому что занят важным делом: ты создаёшь «искусство».

А теперь — самое главное.

Ты думаешь, что ты творец? Нет. Ты — потребитель.

Ты потребляешь слова, штампы, эмоции — и выдаёшь их обратно в чуть изменённом виде. Ты не создаёшь новое — ты перемалываешь старое. Ты не открываешь миру ничего — ты засоряешь его своими повторами.

Ты гордишься количеством написанного? А кто- то гордится количеством съеденного фастфуда. Результат примерно тот же: и то, и другое вредно для здоровья. Твоего и информационного пространства.

Ты ждёшь признания?

Но признание приходит к тем, кто работает над текстом, кто ищет точные слова, кто думает о читателе. А ты думаешь только о себе. О том, как бы вылить побольше слов в интернет и получить побольше лайков.

Твои тексты — это не мосты между душами. Это плоты из пустых фраз, которые тонут, не успев отплыть от берега. Ты не общаешься с читателем — ты кричишь в пустоту, надеясь, что кто то услышит и похвалит.

И вот что самое печальное: ты мог бы научиться писать лучше. Мог бы читать классику, анализировать, работать над стилем. Но ты не хочешь. Тебе важнее писать много и часто, чем писать хорошо. Тебе важнее количество лайков, чем качество текста.

Так что, дорогой графоман, задумайся.

Может, пора перестать гордиться тем, что ты «много пишешь», и начать гордиться тем, что ты пишешь хорошо? Может, стоит отложить кнопку «опубликовать» на сутки и спросить себя: «А нужно ли это кому то, кроме меня?»

Или ты так и будешь продолжать засорять мир своими словесными отходами, искренне веря, что это и есть творчество? Выбор за тобой. Но если ты прочтёшь эти строки и не почувствуешь стыда — значит, ты потерян для литературы окончательно.

Вадим Генрихович Евдокимов