Глава 10. Николай Маслов

На участке Николая росли разные виды винограда. Большую часть площади виноградников занимали такие сорта, как ркацители, алиготе, мускат, шардоне, рислинг и каберне, из которых получались замечательные игристые и столовые вина. Николай знал и понимал, что качество винограда и производимого из него вина во многом зависит от сорта.

Он быстро изучил процесс созревания винограда, усвоив такие понятия, как физиологическая зрелость и техническая зрелость. Виноград становится зрелым физиологически тогда, когда завершаются основные процессы роста и накопления питательных веществ в ягодах, семена созревают и приобретают коричневую окраску. Техническая зрелость наступает, когда виноград пригоден для потребления в свежем виде и уже возможны приготовления определенных видов продукции.

Николай научился определять физиологическую зрелость винограда по содержанию сахара в ягодах винограда. Этот момент зрелости наступает тогда, когда сахар достигает максимальной величины и остаётся в течение двух-трёх дней на одном и том же уровне или повышается незначительно. При этом кислотность также мало изменяется. Техническая зрелость винограда наступает чуть позже физиологической. Он до того сросся с виноградом, что стал разговаривать с каждой лозой, как с живым существом, лаская виноградные кисти добрым словом и тёплым заботливым взглядом.

Николай собирал последнюю часть урожая со своих виноградников, когда вдали появился большой чёрный джип, оставляющий за собой огромное серое облако пыли. Джип остановился около участка в том месте, где трудился Николай. Николай решил не обращать на него внимания и продолжал заниматься виноградом. Джип постоял несколько минут, потом хлопнул дверьми, и Николай увидел направляющихся к нему троих людей. Они в тёмных костюмах были похожи друг на друга, как близнецы. Квадратные, крепкие и уверенные.

- Здорово, мужик! – сказал один из них, когда они оказались рядом.

- Здравия желаю, добрые люди! – поприветствовал их Николай.

- Кхе! – усмехнулся тот. – Это мы то добрые? Кхе! Посмотрите на этого красавца! Совсем оборзел! Ты в прошлый раз сломал челюсть нашему товарищу, думаешь мы забыли?

- Так он был не добрый и сам первый на меня с кулаками полез, а я всего лишь защищался! – спокойно и уверенно ответил Николай.

- Уважаемый, неужели ты ещё не понял, что в этой жизни ты никто и звать тебя никак! К тебе культурно обращались, даже предлагали деньги, и довольно немалые. Ты бы на них мог купить приличную машину, а то ездишь на какой-то развалюхе.

- Меня всё устраивает! Главное, чтобы никто не мешал трудиться!

- Нет, я вижу ты не догоняешь! Мы приехали из-за тебя из самой столицы нашей славной Родины. Ведь к тебе серьёзные люди обращаются.

- А я их не вижу! – перебил Николай. – Передо мной скачут какие-то приблатнённые холуи!

- Ну ты борзо-ой! К тебе обращаются законные представители хозяев жизни! Пока, заметь, по-хорошему!

- Парни, какой может быть разговор и о чём? Это моя земля, и это мой участок! Я здесь родился. Здесь трудились мой дед и мой отец. И вся эта земля полита кровью и потом моего Рода. Поэтому, какие могут быть разговоры? Свободны! Я больше вас не задерживаю! Некогда мне с вами болтать – нужно виноград убирать!

- Ах ты, сука! Совсем оборзел! Ты что, берега попутал?

Говорящий распахнул пиджак и выхватил из кобуры пистолет.

- Я сейчас тебя пристрелю, и закопаем тебя тут же под виноградниками! Представляешь, какое будет классное удобрение! Вот уж тогда виноград попрёт…

Он не успел договорить, как пистолет оказался в руках у Николая. Получив резкий и точный удар в печень, говорящий опрокинулся на землю и скорчился от боли.

- Нужно снимать с предохранителя и засылать патрон, когда направляешь пистолет! Чмо болтливое! – презрительно заметил Николай. – Вот так это делается! – и он передёрнул затвор. – А теперь взяли это чучело и понесли обратно в машину! На всё даю вам минуту, и чтобы духа вашего здесь не было! А то всех перестреляю и преподнесу всё, как вынужденная самооборона! Время пошло!

Николай для пущей убедительности выстрелил в воздух и направил пистолет на близнецов. Те подпрыгнули, подхватили корчащегося от боли «дипломата» и затрусили к машине. Вскоре джип исчез, оставив после себя позорное облако пыли.

- Достали эти обалдуи! – выругался вслух Николай. –Хорошо хоть своих вместе с дядькой отправил к родственникам в Краснодарский край. Одному проще будет отбиваться. Вот и боевые трофеи появились, будто и не оставлял службу…

Николай вынул магазин из пистолета и передёрнул затвор. Вылетевший патрон ловко поймал налету и заправил обратно в магазин. Потом отработанным щелчком вернул магазин в пистолет и поставил его на предохранитель.

Что творится, думал Николай, белые приходят – грабят, красные появляются – грабят. Не дают жить простым труженикам. Ничего не меняется. Но нет уж, я свою землю никому не отдам! Буду защищать до последней капли крови! У меня все документы на эту землю оформлены юридически грамотно. Закон на моей стороне.

В случае чего, вы, неугомонные, узнаете от меня, что такое крупнокалиберный пулемёт «Корд». Николай любил это оружие. Он в годы былой службы много километров пробегал с ним по сопкам и крутым берегам Чёрного моря.

Этот крупнокалиберный пулемёт с ленточным питанием в количестве пятидесяти патронов и калибром 12,7х108 мм предназначен для борьбы с легкобронированными целями и огневыми средствами, а также для уничтожения живой силы противника на расстоянии до двух километров, даже может поражать воздушные цели на наклонных дальностях до полтора километра.

Данный пулемёт попал под списания по ряду, вроде как, серьёзных дефектов. После окончания проверки и уничтожения списанного оружия согласно приложенному списку, комиссия пропажи не заметила. Кстати, в той комиссии числился и сам Маслов. Впрочем, в то смутное время много что было списано и не замечено. История о том умалчивает. Только Николай каким-то образом умудрился перепрятать своего любимца в надёжное место.

Закончив собирать виноград, он медленно обошёл весь участок, внимательно осматривая каждую лозу. «Да, на тот год мне нужно приобрести новый секатор, этот совсем перестал резать, больше мнёт обрезы и заедает, - подумал Николай, заканчивая обход, - винограду это не нравится».

Он подошёл к последнему недавно посаженному кусту и заботливо расправил запутавшиеся рукава.

- Ладно, мои хорошие, отдыхайте! – сказал он вслух. – Мне пора отправляться домой, чтобы успеть разобраться с последним собранным урожаем.

Николай подошёл к своему старенькому уазику и попинал по колёсам. В просторном багажнике стояли деревянные ящики и большая бадья. В них раздельно в соответствии с предназначением находился определённого сорта виноград. Он закрыл багажник и сел в машину. Двигатель завёлся с пол-оборота.

- Видишь ли, им моя машина не понравилась! – усмехнулся Николай. – Лучше моего уазика нет машины! Она служила верой и правдой моему отцу и мне ещё послужит! Вот бандерлоги! Ни хрена не разбираются в технике! С моей машиной может сравниться только бэтээр! Кстати, хорошая идея, к моему крупнокалиберному пулемёту, ох, как бы он подошёл! Тогда бы меня точно никто не одолел! Да, на джипе то были московские номера. Эти ребята будут посерьёзней, с местной шантрапой не сравнить. Бог с ними! Где уж наша не пропадала!..

Николай довольно заулыбался и, медленно набирая скорость, покатил домой.

Просторный дом с пристройками стоял на дальней Северной стороне Севастополя. Двухэтажный дом, окружённый высоким забором, возвышался на обрыве около моря, и в хороший шторм всегда доносился убаюкивающий шум прибоя. Окружающая обстановка радовала глаз, дышалось легко и свободно. Николай любил это место. Здесь же по соседству жила и его будущая жена. Родители Николая умерли. Остался жив только старший брат матери, он то и помогал выращивать виноград, делясь своим богатым опытом, так как всю жизнь проработал виноделом. После свадьбы Николай объединил два соседских участка в один. Он укрепил родительский дом, расширил его и надстроил второй этаж. Дом родителей жены перепланировал и переделал. Получились хорошие дополнительные помещения для переработки и хранения виноградной продукции. Вся общая территория заняла более двадцати соток прибрежной земли.

Скоро уже будет три года, как Николай оставил службу и занялся с подачи дяди выращиванием винограда. Он быстро освоил все тонкости, наладив переработку и производство виноградной продукции. Николаю понравился этот созидательный творческий процесс. Он вошёл во вкус производителя и строил грандиозные планы, кроме вина думал делать вкусные соки и высококачественный изюм, даже мечтал наладить производство виноградного варения. Это были планы на будущее. Но наступило смутное непростое время. Крым стал яблоком раздора. Появились новые хозяева, с ними мутные подозрительные личности, и началась новая делёжка сладкого пирога.

«Эх, как мне не хватает надёжных друзей! – каждый раз думал Николай. – Вот Санька Круглов, к примеру! Ведь сколько раз ещё на службе говорил ему о совместной предпринимательской деятельности. Он, вроде бы, и соглашался. Говорил, мол, только напиши, как уйдёшь на гражданку и начнёшь своё дело, сразу примчусь. Тем более и Крым ему нравился. А вот нет, пропал, как в воду канул. Я уж и письма ему писал. Хотя, наверное, мог раз сто место жительства поменять. Интересно, как он там поживает, хоть бы объявился что ли!»

Николай вспомнил, как они с диверсионной группой выполняли сложную «боевую» задачу по подрыву «вражеского» корабля.

Тогда для доставки отряда в район выполнения боевой задачи была использована подводная лодка, и группа боевых пловцов покидала подводную лодку через торпедный аппарат.

Диаметр торпедного аппарата 53 сантиметра. Он представлял собой узкую трубу длиной восемь метров, куда боевой пловец, находясь в полном боевом снаряжении, буквально заползал вовнутрь. Тогда Николай и Александр работали в паре. Перед входом каждому вкладывали в руку металлическое кольцо, необходимое для связи с теми, кто находился в отсеке и обеспечивал выход. Терять эту «железку» никак нельзя. Бросить ее можно только при выходе из лодки, выплывая в море. Когда выходящие расположились в трубе и включились в дыхательные аппараты, за ними закрыли заднюю крышку торпедного аппарата. В тот момент было очень важно иметь надёжного боевого напарника. Наступала абсолютная темнота и такая тишина, что слышно было, как усиленно колотилось сердце.

После закрытия задней крышки выпускающий один раз ударил молотком по аппарату, проверяя готовность. В ответ из торпедного аппарата прозвучало два удара согласно количеству, находящихся внутри: первый- «готов!», второй - «готов!». Дальше выпускающий сделал два удара, предупреждая, что торпедный аппарат будет заполняться водой. В ответ каждый ответил по два удара, сообщая о своей готовности к заполнению. С этого момента наступала самая острая часть в выполнении боевой задачи, требующая от каждого боевого пловца высоких морально-психологических качеств.

Находясь в полной темноте, они чувствовали через гидрокостюмы, как торпедный аппарат заполнялся холодной водой, и давление повышалось и выравнивалось с наружным забортным давлением, равным глубине погружения подводной лодки. Очень важно в этот момент быть спокойным и уверенным в своём товарище.

Слышался шум заполняемой воды, повышающееся давление распирало всё тело, а работающий дыхательный аппарат в полной темноте и ограниченном пространстве звучал, как зловещее дыхание морского чудовища. В этот момент оставалось только молиться, чтобы дыхательный аппарат не подвел. В случае чего деваться было бы некуда.
Когда торпедный аппарат заполнился водой, и давление в нем уравнялось с забортным, открылась передняя крышка торпедного аппарата, и в трубу проникло немного света. Глубина была относительно небольшая, где-то около сорока метров, и свет пробивался через толщу воды. Прозвучало три удара, означающих «начать выход!». Каждый ответил по три удара и приступил к выходу в море.
Здесь уже ползти было не нужно: аккуратно отталкиваясь одной ногой от верхней стенки торпедного аппарата, боевые пловцы выплыли в море и направились в обозначенный район для выполнения «боевой» задачи…

Совместная служба с Александром Кругловым дала возможность разглядеть в нём настоящий мужской характер и редкую надёжность. Особенно Николая подкупали в нём порядочность и умение не паниковать. Александр контролировал гнев и стресс и сохранял душевное равновесие даже в самых трудных ситуациях. А после осеннего марафонского заплыва с Северной стороны на Графскую пристань при выполнении дружеского «важного поручения» для невесты Гали, Николай стал считать Александра своим младшим братом. Он тогда во имя друга проявил решительность и совершил настоящий мужественный поступок. Поэтому на свадьбе Николая с Галей выбор, кому быть свидетелем, пал именно на Александра Круглова.

Николай, очнувшись от воспоминаний, вышел во двор дома, чтобы сделать обход своих владений. На улице уже темнело. С моря дул прохладный ветерок и доносился лёгкий шум прибоя. Горящий тёмно-оранжевый горизонт постепенно прятал заходящее солнце. В свои права вступала тёплая крымская осенняя ночь.