Глава 15. Цирк уехал, а клоуны остались

Было уже десять часов утра, и мы успели принять нехилый мужской завтрак, насладившись обильным разнообразием чревоугодия. Я не буду перечислять, что у нас щеголяло на большом семейном столе, чтобы не провоцировать уважаемых читателей на штурм желудочно-кишечного тракта, - вдруг уже наступил поздний вечер, а вы каждый день стоите у зеркала и хмурите брови, презрительно глядя на свои живописные бока, похожие на пышные песчаные барханы. Чтобы как-то успокоить, искренне признаюсь – чёрной икры не было. Всего лишь ели гречневую кашу, варёные яйца, хлеб, сыр, масло, и всё это запивали вкусным зелёным чаем. А, да, всё-таки ещё вдогонку сверху положили по кусочку сала с чесночком, да заели бананами и апельсинами. Это Николай меня соблазнил, сказал, что сало приготовлено по особому рецепту, а уж вкусное какое, - язык проглотишь!..

Спать не хотелось. Мы находились в каком-то необычайно возбуждённом состоянии.

- Нужно подняться в рубку, - сказал Николай, - и посмотреть, скучает ли ещё у дороги машина архаровцев!

- Чоповцев что ли? – переспросил я.

- Ну да! – подтвердил Николай и усмехнулся.

- А почему ты их называешь архаровцами?.. Слово какое-то странное… Я где-то его слышал… Похоже, что-то подобное встречал ещё в школьной программе обучения…

- Слово «архаровцы» пошло как прозвище ещё при царской России и образовано от фамилии Московского губернатора и обер-полицмейстера Николая Архарова, - сказал Николай и гордо добавил. - Мой тёзка! Я же последнее время интересовался историей! Даже было желание закончить юридические курсы, когда увлёкся своим делом и стали доставать всякого рода чиновники из администрации и государственных служб… Так вот, ещё при Екатерине второй Архаров был назначен обер-полицмейстером Москвы. Об умении Архарова распутывать самые сложные дела ходили легенды еще при его жизни. За помощью к нему не раз обращалась и сама императрица. Когда из Зимнего дворца была украдена икона, то Архаров на поиски её затратил меньше недели. Вот такой он был гениальный сыщик в то время!.. Это же Николай Архаров в своё время разработал систему самых жестких, а порой и жестоких мер по уменьшению преступности в Москве. Кстати, многим москвичам поведение и методы Архарова пришлись не по душе, а потому обер-полицмейстер снискал среди горожан не слишком добрую славу. Поэтому негативное отношение жителей Москвы к Николаю Архарову распространилось и на его подчиненных. Благодаря этому московских полицейских и стали называть «архаровцами». Ну как? Теперь понятно?

- Брат, тебе нужно идти работать в школу! Ты уже готовый самый настоящий учитель! Видит Бог – это твоё призвание! – искренне и с большим удовольствием сказал я. – У тебя довольно интересные познания! Главное, говоришь очень убедительно и доходчиво! Даже я понял!

Николай по-доброму рассмеялся. Было видно, что ему мои слова очень понравились. Я на самом деле не льстил и вполне искренне говорил правду, и одну только правду. Вот умеет же человек объяснять и доносить, что даже твёрдолобые, вроде меня, всё понимают. А попробуй только скажи, что не понял! Такой и в пятак может дать! Шутка!..

Николай отправился на второй этаж и через чердак дома выбрался к рубке. По металлическому трапу поднялся на верх и открыл люк. Я прихватил морской бинокль и осторожно залез следом за ним.

- Всё, братишка, наши архаровцы уже доложили, что мы на месте! – сказал Николай и усмехнулся. – Машины нет! Значит процесс пошёл… Я думаю, что за нашим домом наблюдают с другой позиции. Ребятишки уже готовы к экзекуции, так сказать. Часика через два-три будем принимать наших дорогих долгожданных гостей…

- Брат, дай я позырю в бинокль, может, что и замечу подозрительное! – сказал я, съедаемый любопытством.

- Смотри-смотри, братишка! Ты же у нас доктор Сансон! – прикололся Николай, уступая мне место. – Даже не сомневайся, оперативная группа во главе со следователем по особо важным делам уже несётся на воронках к нашему дому, ведь мой адрес им хорошо знаком…

- Не понял! Они что, уже были здесь? – спросил я.

- Были, родимые! – подтвердил Николай. – Два месяца назад убили местного депутата. Это убийство произошло буквально через пару недель после моего конфликта с ним. Я был в числе подозреваемых. Ко мне приходили с обыском и полдня проискали предметы преступления, но так ничего и не нашли. Похоже, у них нарисовался «висяк» или, как ещё говорят, «глухарь», то есть безнадёжное дело. Сложность в том, что это дело находится под контролем у высокопоставленных лиц, поэтому его никак не могут закрыть, вот и пытаются всякими способами повесить на кого-нибудь. Я очень удобная кандидатура в этом случае. Дело то серьёзное, - не каждый день убивают народных избранников, тем более такое преступление считается большим политическим грехом…

Я занял наблюдательный пост и заскользил окулярами бинокля вдоль и вокруг всех объектов, расположенных на обширной и далеко доступной для изучения территории. Не заметив ничего подозрительного, я спустился вниз.

Николай сидел у себя в кабинете и просматривал какие-то брошюры.

- Что, брат, смотришь? - спросил я.

- Да вот, освежаю в памяти юридические знания, - задумчиво сказал Николай, - здесь сказано, что статьёй 182 Уголовно-процессуального кодекса регламентированы основания и порядок производства обыска. Так вот, слушай: «Основанием для производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела». Мне интересно, что они скажут в этот раз, если обыск уже был, и они ничего не нашли. Ведь здесь чёрным по белому сказано, что основанием для обыска является наличие достаточных данных… Как-то всё не логично получается с их стороны… Получается, когда первый раз делали обыск, было достаточно данных, но ничего не нашли. А теперь под каким соусом будет повторный обыск? Они же на прямую не скажут мне, что нож убийцы подбросили тебе туда-то. Я что, полный идиот, чтобы этот нож хранить у себя, если бы я был действительно убийцей? Кто только работает в этих органах? Они, кроме, как что-нибудь подбросить, чтобы посадить невинного человека, ни на что не способны!..

- Да, брат, ты прав! – согласился я. – У нас и в Сибири такая же канитель! Ладно, не буду отвлекать тебя, пройдусь пока по территории.

- Давай, братишка! А я немного полистаю юридические буквари, освежу в своей голове знания!..

Я вышел во двор и подошёл к наваленной горке чурок, предназначенных для рубки на дрова. Дрова были нужны для растопки котла в случае отсутствия газа и являлись резервным топливом. Найдя колун, я принялся с радостным вскриком расщеплять чурки. Ещё вчера я задумал заняться этим полезным физическим упражнением, когда впервые увидел высокую кучу поленьев. Порубленные дрова я аккуратно складывал под навес дровницы.

Я был так увлечён своим занятием, что не услышал шум подъехавших машин. Через минуту стали усиленно стучать по металлическим воротам. Прекратив рубку поленьев, я не спеша приблизился к месту шума.

- Какого хрена ломаете ворота?! Постучите лучше себе по голове! – нарочито зло выкрикнул я. – Кого там принесло? Наши все дома!

- Открывайте! Полиция! – прозвучал безразличный холодный голос за забором.

- Ждите! Я сейчас приглашу хозяина! – сдержанно сказал я. – Будете с ним разговаривать!..

Незваные гости были явно недовольны моей реакцией на их требование, но вынуждены замолчать, согласившись на терпеливое ожидание.

Николай услышал шум и сразу всё понял. Он спокойно вышел из дома и вразвалочку направился к воротам.

Николай медленно открыл калитку и увидел знакомого следователя с группой мрачных озабоченных людей. Следователь сразу же сунул в нос бумажку с печатью и подписями.

- Вот постановление на обыск! – важно сказал он, пытаясь войти.

- Минутку, полковник! – остановил его Николай. – Вы же месяц назад уже всё обшмонали, что только можно было!

- Спокойно, гражданин Маслов! – перехватил инициативу следователь. – Читайте, что написано в постановлении! – и он ткнул пальцем. – Ну?.. Теперь всё понятно?.. Неделю назад произошла авария в районе остановки улицы Дмитрия Ульянова. На пешеходном переходе была сбита беременная женщина. По опросу очевидцев женщина была сбита темным УАЗом 469 модели. Водитель с места происшествия скрылся. По всем описаниям, гражданин Маслов, та машина похожа на вашу.

- Странное дело! – удивился Николай. – Я в том районе сроду никогда не бывал! Я на своём джипе в основном по Северной стороне и езжу.

- Тогда у вас нет никаких оснований для беспокойства! – усмехаясь, сказал следователь. – Мы только осмотрим машину. Если будут какие-нибудь замечания, составим протокол. Вот и все дела!..

Николай впустил группу во двор, и следователь поочерёдно всех представил. Были два оперативника и два понятых.

- Полковник, всё-таки как-то странно, ведь всего лишь произошло ДТП, а вы, являясь следователем по особо важным делам, вдруг приезжаете из-за такого пустячного рядового дела? – поинтересовался Николай.

- Да ничего странного! – успокоил следователь. – Все оказались заняты, и каждый работает с выездом на своих объектах. А тут нужно срочно собрать всю информацию по всем выявленным похожим машинам. Тем более я уже у вас был.

- Ладно, убедили! – согласился Николай. – Раз надо, значит, надо! Постановление показали, понятые есть, вполне на законных основаниях можно приступать к осмотру. От меня что-то нужно?

- Давайте пройдём к вашей машине! Мы сначала её осмотрим снаружи, а потом вы откроите машину и покажите всё содержимое внутри. Вот таков наш план! – уверенно сказал следователь. – Так, понятые, прошу не отставать и не отвлекаться, и внимательно следите за всеми действиями!..

Вся группа подошла к машине. Оперативники принялись внимательно осматривать передний бампер, капот, фары, поглаживая пальцами ту или иную деталь. Они, казалось, обращали внимание на каждую царапину и вмятину, но их было ничтожно мало, и они для следствия не представляли никакого интереса. Стороны и заднюю часть машины они осмотрели чисто формально и без всякого рвения. Понятые явно скучали, нехотя блуждая безразличным взглядом за всеми действиями оперативников.

Наконец, следователь не выдержал и попросил Николая открыть багажник.

- Пожалуйста, смотрите! – сказал Николай и откинул заднюю дверь.

Следователь заглянул в багажник, а тот был заполнен до отказа всякими вещами и предметами. Чего там только не было! Если сказать одним словом, то сам чёрт ногу сломит!

- Так, гражданин Маслов! – обратился следователь к Николаю. – Доставайте по одному предмету и складывайте на землю рядом, а мы будем записывать наименование каждого предмета.

- Полковник, так у меня здесь в багажнике, как в хозяйственной лавке, - устанете писать! – сказал Николай.

- Ничего! Нас тоже много! Справимся! – невозмутимо парировал следователь.

Николай почесал затылок, посмотрел на меня и усмехнулся. Первым делом он вытащил из багажника брезентовую накидку и аккуратно расстелил её на землю.

- Так, брезентовая накидка, - сказал следователь и записал себе в блокнот, - предмет номер один. Автомобильная аптечка, - номер два, домкрат и баллонный ключ…

- Полковник, а открывать будем аптечку, там же много всяких медицинских предметов? – пошутил Николай с серьёзным видом.

- Нет, не будем! – отрезал следователь.

- А ящик с инструментом?

- А в нём есть колющие-режущие предметы?

- Да, нет! Только маленький топорик! – сказал Николай.

- А ну-ка, покажи! Ладно, запишем ящик инструментов…

Боже мой, я бы только из-за этих занудных действий никогда бы в жизни не согласился работать следователем! Трудно поверить, но они записали более ста предметов только из багажника. Я даже вначале все их перечислил, и эти предметы у меня заняли почти семь страниц. Вот бы весело было читать! Но в последний момент проявил снисхождение и жалость. Ладно, думаю, пусть меня лучше считают болтуном, чем так издеваться над многоуважаемыми читателями.

- Так, багажник мы закончили! – тяжело вздохнув, сказал следователь. – Получилось сто семь предметов! Слушай, Маслов, каково рожна ты столько всякого говна возишь? – искренне возмутился полковник.

- На всякий случай! – невозмутимо ответил Николай. – А вдруг пригодится!

- Вдруг бывает только пук! – и полковник засмеялся. – Ладно, переходим к осмотру салона. Так, понятые, проснулись, сейчас будет самое интересное – переходим к салону. Гражданин Маслов, открывай двери салона!

- Пожалуйста! – и Николай открыл двери салона. – Так, понятые, следите внимательно за всеми оперативниками, особенно за их руками, чтобы не было противоправных действий! – обратился он к понятым.

- Так, гражданин Маслов, доставай по очереди все предметы! – скомандовал следователь, а мы будем фиксировать…

В салоне предметов было значительно меньше. Следователь, активно сверкая бегающими глазками, незаметно посматривал под водительское сиденье и заметно веселел.

- Так! Что у нас ещё имеется в салоне? – хитро улыбаясь, спросил следователь.

- Да всё, вроде! – неуверенно сказал Николай.

- Как всё! – взорвался следователь. – А что за тёмный пакет лежит под водительским сидением?

- Где? А-а-а, точно! Как-то залетел, я и не заметил! – искренне удивился Николай своей невнимательности.

- Так, понятые! Быстро все подошли ко мне и внимательно смотрим! – радостно заверещал следователь. – Гражданин Маслов, доставай тёмный пакет!

- Есть, полковник! – чётко по-военному ответил Николай. – Достал! Вот он!

- Так, понятые, внимательно следим за всеми дальнейшими действиями! Следим, я сказал! Какого хрена зеваете! – не выдержал следователь от сильного перенапряжения. – Гражданин Маслов, открывай пакет и доставай из него поочерёдно всё содержимое, а мы будем внимательно смотреть и записывать!..

Николай спокойно открыл пакет и заглянул в него.

- И чё? Вот это всё доставать? – удивлённо спросил он.

- А я что, не по-русски что ли сказал? Всё доставать, только поочерёдно! – раздражаясь, отчаянно закричал следователь. – Понятые, не спать! Все смотрите очень внимательно!

- Хорошо! – сказал Николай, засунул руку в пакет и вытащил из него кожуру от банана. – Банан, съеденный! Точнее кожура от него! – спокойно констатировал он.

- Как банан? – закричал следователь. – Давай дальше! Дальше, сказал! Что тянешь?

Николай ещё достал кожуру от банана и бросил рядом на землю с первой кожурой.

- Так, здесь ещё есть кожура от апельсинов, потом скорлупа от варёных яиц, какие-то огрызки и салфетки, и ещё какие-то порченные яблоки, огурцы и помидоры…

Николай вывалил всё содержимое прямо на кожуру от бананов и потряс пустым пакетом перед расширенными глазами удивлённого следователя.

- Как? И это всё? – закричал он. – больше ничего в салоне нет?

- Так точно, полковник!

- Откати все сиденья!

- Есть!

Полковник не выдержал и сам лично залез в салон. Мы с Николаем переглядывались и откровенно улыбались.

- Так, понятые, не спите, внимательно смотрите за действиями следователя, особенно за его руками! – открыто издевался Николай, еле скрывая улыбку.

- Веселись, веселись! Ещё не вечер! – зло сказал следователь и вылез из машины. – Всё, отбой! Едем в контору!

- Полковник, а протокол будете составлять?

- Придёт время, - составлю!..

Машины уехали так же быстро, как и приехали. Николай закрыл за ними калитку и подошёл ко мне.

- Братишка, я не понял! Когда ты успел все объедки запихать в пакет и засунуть под водительское сиденье?

- Брат, пока ты повторял законы, я проявлял находчивость и утончённое чувство юмора. Мусор он и есть мусор!

Мы крепко обнялись и начали безумно хохотать, словно на нас одновременно напал гомерический приступ смеха. На душе было так легко и весело, что захотелось орать, свистеть, да просто вопить благим матом во весь голос и во всю мощь своей грудной клетки. Мы ликовали и радовались нашей первой победе над безжалостной, жестокой и подлой системой.