Русский писатель

...Стою на берегу Авачинской бухты. Ветер такой, что мысли выдувает из головы вместе с остатками столичного снобизма. Перед глазами — не лазурная гладь с белыми яхтами, а седой, вздыбленный Тихий океан. Он не шепчет комплименты, он рычит, как старый боцман.

Вместо променада по Английской набережной в Ницце — прыжки по черному вулканическому песку. Сапоги вязнут, дорогое кашемировое пальто впитало запах соленой мороси и жареной корюшки.

И тут из тумана, словно галлюцинация, выходит медведь. Огромный, как платяной шкаф, обросший густым бурым мехом. Он не бежит на меня, он просто садится на корточки в десяти метрах и смотрит. В его глазах — вся мудрость мира и легкое недоумение: мол, что ты тут забыл, интеллигент в пятом поколении?

Я медленно достаю блокнот. Пальцы не слушаются от холода. Хотел записать что-то пафосное про "дыхание вечности", а вышло только: "Ницца — это декорация. Камчатка — это сценарий".

Медведь шумно вздохнул, почесал за ухом и побрел к воде, игнорируя мою банку сгущенки. Ему не нужны мои взятки, ему плевать на мои политические взгляды и визовые проблемы. Он здесь хозяин, а я — просто случайный зритель в первом ряду грандиозного спектакля стихии.

И знаете что? Дышится тут и правда иначе. В Ницце ты пьешь розовое вино и кажешься себе значимым. На Камчатке ты пьешь ледяной воздух и понимаешь, что ты — песчинка. Но зато какая свободная песчинка!

Безопасней ли тут? Физически — вряд ли. Но для души — определенно. Здесь нет фальши, только соль, гранит и безмолвие океана. Пожалуй, именно так и должен выглядеть настоящий творческий отпуск русского писателя: между медведем и вечностью