Глава 15. Всё в порядке, папа!

     Бьяринка выжила, разумеется, хотя несколько дней пришлось проваляться в постели. Один укус нага не смертелен для другого нага, несмотря на то, что Хешкери был и старше, и сильнее.
     Хешкери выгнали из племени – за предательство. Не посмотрели на то, что он помогал отбивать Алису, поскольку он же и украл её для Лаки. Он не захотел остаться на Аргардиуме и ушёл в портал.
     В Амирка Лаки не попал. Хитрый и опытный старый воин после того, как взломал люк, ведущий в подземный ход, не высунулся сразу, а укрылся за выступом стены и выждал несколько мгновений.
     Наяша не пожелала успокоиться, попробовала убедить Алису, что гипноз был, и не от метки, а от самого Карангука. Дескать, закомплексованный, безногий наг не надеялся на нормальный брак и решил таким образом заграбастать дуру-человечку. Нагиню разоблачили, но выгнать не успели – она сама убежала…
     Алиса учила язык и добросовестно копировала шипящее произношение. Говорить вслух по-шеххарски старалась как можно больше.
     Над нею никто не хихикал, только улыбались. Чем больше она говорила, тем шире улыбались, всё шире и шире, всё шире и шире. Алиса замолкала и с любопытством ждала. Сойдутся ли, в конце концов, уголки улыбающихся губ на затылке?
     Каран свивал в кольца свой мощный чёрный хвост и подставлял девушке вместо кресла. Алиса тонула в этих кольцах и сидела, как на толстенной шине от грузовика. «Шина» мягко покачивала её, будто несла по реке в тёплых, уютных волнах.
     Соединять метки для того, чтобы телепатически разговаривать, Алисе больше не требовалось, мыслеречь давалась всё легче. Но ей просто нравилось держать Карана за руку, так же, как и пребывать в его крепких и нежных объятиях. А ему нравилось обнимать её.
     Их окружала шеххарская молодёжь и подростки, кто-то с хвостом, кто-то с ногами. Все вместе сидели в комнате у Бьяринки, она сама так захотела, а целитель разрешил. Юная змейка по большей части дремала, иногда просыпалась и поправляла Алису, поскольку та машинально норовила использовать русские конструкции фраз.
     Сегодня с утра шёл дождь. Крупные капли барабанили по круглому стеклу в сводчатом потолке, а комнату отлично согревал большой изразцовый камин. В его разверстой пасти, за торчащими клыками узорной решётки, были красиво уложены дрова, а поверх поленьев – водружён греющий кристалл, который не только наполнял воздух уютным теплом, но вдобавок изображал пляшущие язычки и даже гудение пламени.
     Алиса потянулась к столику за пирожным и охлаждённой шаей, Каран тут же передал их ей. Она приняла кувшин и блюдце в обе руки и чуть не уронила – неожиданно и резко зачесалось запястье.
     Девушка взглянула на него, вскрикнула и всё-таки разбила посуду. Один из подростков бросился подбирать осколки и вытирать лужу разлитой шаи, а Алиса в ужасе взирала на собственную руку.
     – Каран!!! Метка исчезла!
     Молодой наг перевернул свою руку ладонью вверх. Да, цветной татуировки больше не было, как никогда и не существовало – ни метки, ни руны ускорения.
     – Почему?! Что произошло? И что теперь будет?
     Алиса разрыдалась, Карангук обнял её крепче.
     – А что, по-твоему, должно быть? Мы же хотели этого. Разве в тебе что-то изменилось ко мне?
     Она подняла залитое слезами лицо, взглянула в ласковые тёмно-карие глаза. Добросовестно прислушалась к себе. Покачала головой. Этого ей показалось недостаточно, и она яростно помотала волосами из стороны в сторону так, что они облепили мокрые щёки. Нет, ничего не изменилось.
     – Тогда что же ты плачешь?
     Алиса шмыгнула носом.
     – А как же я теперь буду разговаривать?
     Каран шутливо и нежно чмокнул её в нос.
     «Меня ты отлично слышишь. Слышишь ведь?»
     «Да».
     «И Бьяринку слышишь. И Шиассу, и Каньядапа. Язык выучила. Ну, почти».
     «Почти», – подтвердил один из парней-нагов с весёлой усмешкой. – «Мне всё ясно, что ты хочешь сказать, даже когда не совсем понятно».
     Алиса с удивлением его услышала и радостно засмеялась.
     – Вот видишь? Всё хорошо, – улыбаясь, подытожил Карангук.
     Да, всё хорошо, что хорошо кончается. Точнее, когда оно хорошо продолжается.
     Примчался подросток с известием – Карана требуют к порталу, хотя сегодня не его дежурство. Дракон самолично прилетел с инспекцией, а также хочет что-то сообщить.
     – Замечательно. Вот заодно и узнаю про метки.

                ***

     Алиса сидела на пуфике и нервничала.
     Как там он добрался по мокрой, скользкой тропе?
     «Алиса, не переживай», – прошелестел в голове голос Бьяринки. – «Тропа пологая, удобная, а Каран сильный и ловкий».
     Пологая?! Удобная? «Издеваются, догадался Штирлиц». По этой тропе Алисе приходилось карабкаться чуть ли не на четвереньках. Но Каран действительно очень ловкий. Правда, это совершенно не убеждает Алису за него не волноваться.
     Наверное, надо на что-нибудь отвлечься, заняться каким-нибудь делом, а то она и сама психует, и больной сестре Карана покоя не даёт.
     Алиса посмотрела на шеххарских парней и подростков. Они не расходились, тоже ждали новостей, которые сообщит дракон. Девушка вспомнила, что обещала поставить шутливый танец «Факир и змея». Бьяринка даже подарила ей для этого красивую шкурку со своей прошлой линьки.
     Девушка выбрала факира и торговца среди подростков с ногами, которым всё равно надо тренироваться в обороте.
     Факиру нахлобучили чалму из полотенца прямо на косички с вплетёнными перьями и засунули под рубашку пухлую подушку, изображающую упитанное пузико. На обычную блок-флейту надели шар из кожаного мяча и раструб. Алиса объяснила, кто что делает, собрала реквизит, вдела ноги в Бьяринкину подростковую шкурку, прицепила погремушку к кончику хвоста. Включила на телефоне песню из кинофильма «Танцор диско». И глубоко вздохнула.
     Ну, поехали.
     Факир, выпятив пузо и задрав подбородок, важно зашёл в комнату, кивнул торговцу с мешком и принялся смотреть, что ему предлагают. Торговец стал доставать из мешка змей одну за другой – маленькую, побольше, ещё больше. Змеи были сделаны из шнуров, которыми молоденький шеххар ловко жонглировал. Они извивались у него в руках, будто живые.
     Факир каждый раз отрицательно мотал головой и бил себя кулаком в грудь. Нет, эти все слишком маленькие, не подходят. Он – самый великий мастер, ему нужна самая большая и лучшая змея. Вот такая – факир широко развёл руки в стороны.
     Торговец рассердился, топнул ногой, затем коварно улыбнулся и сделал знак. Двое парней постарше внесли большую корзину, поставили у задней стены, откинули крышку и быстро убежали.
     Алиса оттолкнулась ступнями и ползком, скользя по каменному полу,  сделала стремительный бросок вперёд из корзины. Погремушка на конце хвоста зазвенела. Факир шарахнулся.
     Глупый хвастун доигрался, ему вместо обычной змеи подсунули нагайну.
     Алиса приподнялась, изогнула тело в талии, покачалась вправо-влево, повела головой, изогнув шею, вправо-влево – осмотрелась. Сделала несколько выпадов головой, туда-сюда, будто вот-вот ужалит. «Увидела» нового владельца-пленителя, гневно зашипела. Он спрятался за креслом. Нагайна не погналась за ним, а стала громить обстановку, одновременно танцуя. Она тоже хвасталась – своей силой.
     Факир достал и поспешно преподнёс ей блюдо с мясом. Она гневно зашипела, угрожающе изогнулась, покачиваясь на хвосте, и продолжила танцевать, швыряться вещами и трясти воображаемую дверь. Факир снова спрятался за креслом.
     Подумал, выглянул, снова выбрался из укрытия и преподнёс богатое ожерелье. Нагайна презрительно фыркнула и снова зашипела. Косметика? Пфе. Не-а, не прокатит. А что тогда умиротворит грозную барышню?
     И он подарил ей цветочек, да ещё и на одно колено опустился, и руку к сердцу приложил.
     Нагайна буйствовать перестала, недоверчиво оглядела факира с головы до ног, а затем приняла цветочек и приколола к груди напротив сердца. Факир в изнеможении плюхнулся в кресло и преувеличенно выдохнул, надув щёки. Она придвинулась вплотную, обвила хвостом ножки кресла и положила голову ему на колено. Любовь побеждает всё.
     Музыка закончилась, шеххары захлопали в ладоши. Хлопки прозвучали не только в комнате, но и от входа. Алиса подняла голову.
     Во входном проёме остановились Каран и незнакомый мужчина, яркий брюнет со светло-зелёными глазами. Двуногий, но не человек – в глазах ясно различались вертикальные зрачки.
     – Браво! Кто придумал и поставил этот танец? – он говорил по-шеххарски.
     – Я, – сказала Алиса. А кто спросил-то, интересно? Неужели это и есть дракон – в человеческом облике?
     – А-а, – зеленоглазый брюнет заметно поскучнел. – Оригинально, оригинально, весьма и весьма…
     «Алиса, это лорд Таяндар, глава Бюро по делам, хм… нагов. Куратор земель Эсса-Шио, дракон. Я объясняю, потому что он сам вряд ли вспомнит о вежливости и представится тебе», – передал Каран.
     «Тот самый дракон, к которому мы собирались?»
     – Тот самый, – подтвердил Таяндар с усмешкой. – Некогда мне тут соблюдать церемонии, вы и сами отлично с представлениями справитесь. Каран, это, как я понимаю, твоя Истинная? Я уже в курсе кучи несуразностей с метками. Так вот, новости. Главная сфера в главном Храме Всех Богов – кристалл истинных пар – сломалась, из-за чего и возник этот хаос с истинными парами. Починить сферу не удалось, метки исчезли, вообще все и у всех, верховный жрец пропал. Вот такие дела на сегодняшний день.
     – Может быть, чашечку шаи? – предложил кто-то.
     Дракон отмахнулся.
     – Мне некогда, надо срочно нового инспектора искать, – и пояснил. – Мне доложили, что Лаки сбежал в портал после того, что тут устроил. И лучше пусть не возвращается, а то уже я ему устрою…
     Подросток устремился к выходу, Таяндар его перехватил.
     – Нет, звать вождя и его жену не надо. Зачем? Вы и сами всё отлично ему передадите. А я спешу, некогда ждать старика, мне не до церемоний.

                ***

     Дракон развернулся к проёму, но выйти не успел.
     Карангук внезапно с шумом рухнул на пол и скрутился в клубок, словно котёнок. Большой такой котёнок. Вот только он не свернулся, а скорчился.
     Алиса застыла, не зная, что делать. Судя по лицу Карана, выражение которого он даже не удержал, ему было очень больно, буквально до потери сознания.
     Зато, что делать, отлично знал дракон. Он быстро вернулся от выхода, склонился над бесчувственным шеххаром, тут же поднял голову и властно приказал:
     – Несите его наружу. Быстро! Тут я не смогу обернуться, чтобы затащить его на гору, тут для меня тесно. На гору ему надо немедленно, сам он не справится. Когда у взрослого режутся крылья, это опасно. Быстро, я сказал!
     И пустил волну подчинения.
     Алиса свалилась на пол, шеххары пригнулись. Кто-то ползком выбрался в коридор, кликнул взрослых.
     Взрослые шеххары появились стремительно, но не спешили следовать приказу, мрачно взирали то на лежащего соплеменника, то на дракона. И молчали.
     – Быстро, я сказал! – рявкнул разъярённый Таяндар. – Мне, чтобы спасти вашего же собрата, ещё и заставлять вас надо?!
     Волна подчинения усилилась, воздух в пещере задрожал и похолодел.
     Наги неохотно послушались, вынесли Карангука из подземных ходов.
     Таяндар обернулся драконом, схватил бесчувственного Карана, натужно взревел и взлетел. Из пещер высыпали все, кто там был, смотрели, задрав головы.
     Летящий дракон походил на орла, что поймал змею – вот-вот поднимется ещё повыше… и сбросит её из-под облаков на камни.
     Но Таяндар действительно полетел к священной горе, крепко сжимая нага всеми четырьмя лапами. Крылья дракона взмахивали тяжело, Изумрудный был далеко не самым крупным из своего клана. За ним по земле помчались все наги, окружили гору и замерли в ожидании. В первых рядах осела на хвост Шиасса, стиснув руки перед грудью.
     Алиса, спотыкаясь, торопилась следом за всеми. Она очень далеко отстала и видела, куда бежать, только по широченной, как многорядное шоссе, полосе примятой высокой травы.
     Таяндар заполз вместе с Карангуком в ту самую пещеру на отвесном склоне, положил молодого нага поближе к наиболее крупным светящимся друзам и уселся на полу, выдохнув большой клуб дыма. Теперь оставалось только ждать.
     Карангук пришёл в себя, заскрипел зубами. Но первое, о чём он спросил, было:
     – Алиса?
     – Принесу я тебе сейчас твою Алису, лежи спокойно, – раздражённо рыкнул Таяндар, с усилием отрываясь от пола.
     – А ей безопасно тут будет?
     – Безопасно-безопасно, ты же всю энергию кристаллов себе заберёшь, – проворчал дракон и поспешно выметнулся наружу.
     Долго высматривать единственную среди нагов человечку не пришлось, он спикировал, подхватил её одной лапой, предупредил:
     – Только не вопи, а то уроню! – и взмыл вверх.
     Полюбоваться видом с высоты птичьего, то есть, драконьего полёта было некогда – несколько мгновений, несколько взмахов огромными зелёными крыльями, и дракон по-пластунски заполз в пещеру возле самой вершины горы, и Алису туда же втащил. Он разжал пальцы, Алиса плюхнулась на четвереньки, подползла к Карану, уложила его голову к себе на колени. Она гладила его по волосам и боялась только слишком сильно вцепиться из-за своих эмоций.
     Карангук лежал ничком и не держался за девушку, потому что непроизвольно выпустил когти и царапал неровный пол.
     На спине у нага вспухал горб – росла вторая пара лопаток и сморщенные, сложенные, пока что зачаточные крылья. Выглядело пугающе, и походило на видео роста цветка на ускоренной перемотке. Вторая пара ключиц, точнее, сплошная дуга, как у птиц, появилась тоже.
     Было страшно даже представить, насколько это больно. Хорошо, что рост крыльев иногда приостанавливался, возникала передышка.
     – Это первый оборот такой сложный, последующие будут легче и быстрее, – объяснил дракон.
     Карангук открыл глаза, но не очень-то много видел перед собой.
     – Чего опасались шеххары? – Алиса хотела отвлечь его хоть ненадолго. – Почему они все собрались вокруг горы?
     – Они думали, что Таяндар сбросит меня с высоты. Драконы не терпят конкуренции в небе, особенно этим отличается клан Изумрудных.
     Карангук в своём теперешнем состоянии был слишком откровенным.
     – Не путай меня с моим кланом! – оскорбился Таяндар. – Я не такой!
     – Все уже убедились, что не такой, – умиротворяющее проговорила Алиса.
     Молодой шеххар прикрыл глаза и продолжал.
     – Гарпий и горгон в округе почти не осталось, вовремя сбежали в другие миры, благо кое-кто из них умеет открывать порталы…
     –…А шеххары утеряли крылья, – добавила Алиса.
     Видимо, потому и остались в живых. Если это можно назвать жизнью, в резервации-то.
     Крылья сильно увеличились в размерах, развернулись, как лепестки гигантского цветка. Как парус яхты при повороте. Пригнулась не только Алиса, но и дракон – чтобы не задело.
     А как летать с таким огромным хвостом? Он же перевесит!
     И тут дракон с Алисой увидели, что хвост сильно уменьшился и раздвоился. Вместо него появились ноги. Алиса засмеялась от радости. Как раз то, что Каран хотел – и крылья, и ноги!
     Снизу, от подножия горы, донёсся пронзительный свист – кто-то из шеххаров требовал, чтобы его тоже подняли в пещеру.
     – Кому там не терпится полетать в когтях у дракона? – заворчал Таяндар,  выглянул наружу и пояснил Алисе.
     – На телепатию способен далеко не каждый и, тем более, не всегда, к примеру, если слишком устал. Поэтому у шеххаров – и у драконов, разумеется – существует много языков для разговора в горах и не только в горах, на большом расстоянии. Кроме слов, есть язык свиста, жестов, дыма костра, барабанов, сигнальных флажков и многие другие.
     Дракон снова посмотрел вниз.
     – Сюда рвётся Толха, вот кстати. Карану немедленно нужен целитель. Зелья, что укрепляют, зелья, что упорядочивают новые энергетические каналы…
     И он слетал вниз за целителем.
     – Кроме зелий, ещё нужна куча еды, лучше всего – мяса.
     И он снова слетал вниз, приказал, чтобы притащили еду, и отнёс её наверх.
     Карангук заворочался, привстал, захрипел.
     – Дыши, Каран, дыши, шарх тебя дери! И не барахтайся! Я понимаю тебя, как никто другой. У тебя эйфория, ты сейчас как пьяный и рвёшься в небо, но лучше полежи пока, приди в себя. Твою пан-флейту ещё сюда надо, чтоб ты дышал, как следует, и для медитации, чтоб успокоился…
     Дракон в очередной раз слетал вниз, принёс флейту и подытожил.
     – В общем, сегодня я работаю шеххарским лифтом.
     Таяндар рассеянно огляделся, прикидывая, что ещё нужно принести.
     – Шарх! Какие там поиски инспектора?! Мне шеххара на крыло ставить…
     Он хохотнул себе под нос.
     – Вот кто бы мне заранее сказал такую штуку, я бы тогда умчался в небо и долго там ржал, сдувая облака нафиг. А сейчас, будто так мне и надо…
     И вдруг повёл носом.
     – Кстати, об инспекторах… Я внимания поначалу не обратил, а ведь тут не раз побывал Лаки. Запах знакомый, он почти выветрился, но тот след, что остался, можно определить однозначно…
     Таяндар умолк, взгляд его сделался отстранённым – дракон перешёл на «второе зрение».
     – С-с-скотина! – дракон вдруг яростно зашипел. – Этой пещере лучше оставаться в первозданном виде, а он её по-варварски разорял!
     – В мифриловом доме он всё время твердил про кусок скалы. Так вот на что он хотел меня обменять!
     – Тут Лаки всё правильно рассчитал, – хрипло проговорил Карангук. – За тебя я отдал бы что угодно.
     Он помолчал и с нежностью потёрся горячей щекой о её колени.
     – Алиса, у тебя где-то спрятаны крылья, а я не нашёл? Или среди предков затесался кто-то крылатый?
     Алиса в недоумении на него воззрилась. Это о чём?
     – Метки позволяли заимствовать способности друг от друга, причём быстро. Ты же теперь свободно разговариваешь из головы в голову, хотя раньше не делала этого.
     – И почему сразу – заимствовать? Ты говорил, что раньше у всех шеххаров были крылья. Вот они у тебя и появились.
     – Да, метки позволяли заимствовать, но они же и блокировали многое. А когда они исчезли…
     – Ну, если тебе так хочется связать всё со мной… Я просто очень сильно об этом мечтала – чтобы у тебя появились крылья. Рождённый ползать – взлететь способен… В общем, всё в порядке, папа!
     Алиса процитировала фразу из мультика, но Каран понял буквально и просиял.
     – Папа?! У нас будет ребёнок?
     Алиса смутилась.
     Соображать надо, где и какими цитатами разговаривать. Пришлось пересказывать мультик. Крокодил нашёл яйцо. Из яйца вылупился птенец, сходу назвал крокодила папой, и крокодил не смог его съесть. Крокодил растил птенца, другие крокодилы над ним смеялись, а когда птенец вырос в большую птицу, то научил приёмного отца летать. И вот они летят по небу бок о бок, ошарашенные крокодилы, задрав головы, смотрят снизу, и птенец говорит:
     – Всё в порядке, папа!
     Карангук разочарованно вздохнул.
     Толха вдруг засмеялся.
     – Алиса, ты не случайно так сказала. Ребёнок у вас будет – через девять месяцев. К тому же он родится с полным оборотом, и с крыльями, и с ногами.
     Алиса ошарашенно заглянула в ласковые карие глаза. Они снова засияли, и девушка радостно заулыбалась в ответ. Карангук обнял Алису, словно тонкую хрустальную вазу, и бережно прижал к себе. У него над головой пока ещё не слишком уверенно шелестели крылья.
     Мечты сбываются.