Пурпурный туман и порождения тьмы Глава 23

   Оникс расхаживал по кабинету и напряженно размышлял, ему не давали покоя несколько сложных задач. Один из его ближайших помощников находится при смерти, а второй, Давид, оказался предателем. Это он организовал фактическое убийство Оксандра, а потом захотел уничтожить и своего учителя.

   — Гордыня и непомерные амбиции, — с горечью подумал Оникс. — К сожалению, в мире это встречается не так уж редко. Казалось бы, подожди еще несколько лет, и ты займешь мое место по праву. Но нет, подавай все сразу и сейчас.

   Его мысли переключились на пурпурный туман. Несмотря на многочисленное превосходство противника, Кромбергу удалось выиграть первое сражение. Помогло то, что у противника не было грамотного стратега, и при нападении враги наделали много ошибок. Не учли слабых мест обороняющихся, не дождались подхода самого тумана, да и многое другое. Подкрепление из Златина подоспело очень вовремя, да и отличился отряд Рдейского. Появившиеся магические способности Егора все больше удивляли старшего мага Кромберга. Кольцо Змея действительно оказалось великим артефактом. Не зря даже Аркагон, могущественный колдун, предводитель всей черной Унии, несколько веков гонялся за этой уникальной вещью. Страшно подумать, если бы ему это удалось. Перед глазами вставали яркие картины горящих деревень, уничтоженных посевов и бесчисленных трупов, когда Уния захотела уничтожить Светлый Круг.

   Итак, первый бой выигран, но впереди предстоят еще более сложные битвы. Враг, учтя прошлую ошибку, накапливает силы. Вернувшись из поездки, Егор сообщил, что со всей округи к лагерю нежити двигаются порождения черной магии. Туману как-то удалось подчинить монстров, а в большом количестве эти твари представляют серьезную опасность. Также адептами Клана продолжается подъем покойников на кладбищах, и скоро враг скомпенсирует свои потери в битве под Кромбергом. Да еще к нападению подключится туман со всей своей мощью.

   — Что люди смогут противопоставить надвигающейся угрозе? — размышлял он. — Придется использовать все резервы, и даже подключать старших учеников из его школы. В эти дни следует плотно заняться обучением их боевым заклинаниям, отложив пока все остальное. Надо также потренировать взаимодействие среди магов, так как очень хорошо показал себя удар единым кулаком, который пробивал практически любой щит.
 
   — Сегодня же отработкой и займусь, — решил Оникс.— Ну этого мало, надо еще подкрепление. Бойцы из Златина еще прибудут, а вот появятся ли оттуда волшебники? Во время их недавней связи, Трифон, их старший Светлого Круга, сказал, что местным магам потребуется демонстрация силы. Они готовы пойти за человеком, но лишь за тем, кого признают авторитетом. Значит, необходима поездка Егора в Златин. Попытка не пытка, а в случае успеха объединенные силы людей удвоятся. Весомой была бы помощь из Азгардона, но выработать какие-то общие принципы взаимодействия с ним пока не удалась.

   — Добрались ли переговорщики до города? От выбора Азгардона многое зависит. Вопросы, вопросы и все надо решать быстро.

   Маг взял со стола четки и стал перебирать. Это были его любимые, из черного матового камня. Бусинки помогали ему сосредоточиться и казались на ощупь слегка тепловатыми. Из чего они сделаны, он не знал. Очень давно их  подарил его наставник, когда Оникс с отличием окончил школу магии.
 
   Волшебник присел в кресло и задумался о просьбе Анфисы. Он уже поставил крест на своем умирающем помощнике, но на его удивление, совместное лечение знахарки и оракула принесло свои плоды. Из иссушенной мумии Оксандр постепенно превращался в подобие человека. День, два и можно будет попробовать побороться сначала за душу, а потом за возврат сознания. Анфиса говорила, что ее знаний не хватает, и просила помочь. Знать бы еще как это сделать? И где эту душу искать? Присоединился к ее просьбе и Егор, который сильно надеялся, что с помощью Оксандра удастся создать смертельное оружие против пурпурной напасти.

   Оникс подумал: «А вдруг на этот раз повезет, и что-то удастся увидеть в Книге Заклинаний?»

   Он тяжело поднялся, подошел к висевшему на стене квадратному зеркалу, обрамленному узором из бронзовых завитушек, и прочитал замысловатое заклинание. Поверхность стекла потемнела и превратилась в металлическую дверцу. Вся изюминка тайника была в том, что если бы зеркало просто отодвинули, то за ним была бы обычная каменная стена. Маг приложил свой перстень в едва заметное углубление на металле. Что-то щелкнуло, и дверца открылась, обнажив небольшой проем. Оникс бережно достал оттуда тяжелую Книгу Заклинаний и положил на стол. Обладание фолиантом значительно повысило его статус как старшего мага, и несмотря на опасность ее хранения, он надеялся, что Варяг навсегда оставит ему этот раритет.
По обложке, забранной в серебристый металл, пробегали красно-желтые сполохи, и он не был уверен, что это отблески от свечей на столе, а не проявление магии самой книги. Волшебник с благоговением открыл обложку и не поверил своим глазам. Как обычно, он ожидал увидеть перед собой действенно чистые листы, а тут неожиданно по странице побежала витиеватая строчка, затем появилась другая, третья. Будто прямо сейчас кто-то невидимый заполнял страницу. Он зачарованно смотрел на происходящее чудо. Когда оказались заполнены три листа, то все закончилось. Как и в предыдущий раз шрифт был совершенно непонятен.
 
   — Дальше я знаю, что делать, — обрадованно произнес маг, и вскоре он уже читал откровение Книги.

   Довольный результатами, он поспешил в дом Варяга, где его ждали Егор с женой, Анфиса и Хельга.

   — Книга рассказала, — начал Оникс, — что душа Оксандра сейчас находиться в потустороннем мире, в краю демонов. Вытащить ее оттуда довольно сложно, но возможно. Но ничего бесплатного не бывает и придется платить равнозначную цену, в обмен мир демонов потребует другую душу.

   — Я готова, — вставая, сказала Хельга.

   — Сядь, не торопись, — остановил ее маг, — Твоя помощь пока не требуется. Я посчитал, что будет правильным, если заплатит виновник всех наших несчастий, тот, кто отдал на растерзание твоего мужа, а именно Давид. Возражений нет?

   — Правильно! – поддержал Егор, и остальные с ним согласились.

   — Для проведения ритуала нам потребуется пентаграмма, в вершинах которой должны находится пять волшебников. Может происходить все что угодно, но вы не должны сходить с места. Нас здесь как раз пятеро. Ты справишься Хельга?

   — Да, — твердо поджав губы, заявила женщина.

   — Для всяких серьезных экспериментов у нас под зданием школы как раз есть подходящий каменный подвал. Там и проведем обряд, собираемся через два часа.
 
   Чадящие факелы освещали просторное мрачное помещение. Светильники были воткнуты в бронзовые держатели, которые напомнили Егору химер, виденных им как-то на башнях собора Парижской Богоматери.  От каменных стен веяло холодом. Рисунок на полу был довольно сложный. В центре виднелся большой круг, в который вписали пентаграмму. Внутри нее находилась еще одна окружность, с размещенным внутри квадратом. Здесь же рядом были носилки с людьми. С левой стороны лежал неподвижный Оксандр, с правой Давид, который тоже не подавал признаков жизни.

   — Я дал ему приготовленное Анфисой снотворное, — пояснил Оникс, — хотя он и враг, но пускай переход не будет таким болезненным.

   Старший маг раздал защитные кольца и зажженные свечи. Он еще раз вопросительно взглянул на Хельгу, та была бледна, но выглядела решительно.

   — Я справлюсь! — повторила она.

   Присутствующие заняли места в вершинах пентаграммы.

   — Чтобы не случилось, ни в коем случае не покидать свои места. Когда можно будет двигаться, я разрешу, — скомандовал Оникс.

   В руках, кроме свечи, он держал переписанный из книги текст. Оглядев всех вокруг и проверив еще раз схему рисунка, волшебник начал медленно читать заклинание вызова. Воздух в помещении начал ощутимо сгущаться. Он обрел такую плотность, что стало трудно дышать. Жара нарастала. Из центра пентаграммы потянулся дымок и запахло серой. Напряжение все увеличивалось, казалось, что сейчас произойдет что-то непоправимо-страшное. Старший маг бросил взгляд на своих помощников: Варяг был серьезен и сосредоточен, Хельга,  переживая за своего мужа, с тревогой наблюдала за происходящим, Анфиса с внучкой напряженно ждали дальнейшего развития событий.

   Волшебник, набрав в грудь побольше воздуха, продолжил нараспев чтение. Через некоторое время гулко полыхнуло, и дымок в центре сменился широким столбом желтого света, бьющего вверх. В этом потоке родился небольшой, напоминающий то ли кляксу, то ли моллюска, сгусток ярко-желтого пламени. Поднявшись метра на два, он превратился в монстра, с туловищем человека и головой крокодила. От фигуры исходили волны чего-то нечеловеческого, вызывающего ужас. Увидев призвавшего, чудовище рванулось к нему, но, уткнувшись в защитный круг, заскрежетало от ярости и остановилось. Хельга от неожиданности вскрикнула, все остальные, подобрались и напряженно наблюдали за происходящим.

   — Зачем ты меня вызвал, ничтожный?

   — Хочу предложить тебе выгодную сделку. Отдай нам душу одного человека, взамен получишь другую.

   — Так в чем же будет заключаться моя выгода?

   — Взамен светлой души, ты получишь черную, обремененную многочисленными предательствами, лживостью, корыстолюбием и другими гнусными пороками.

   Демон задумался.

   — После этого ты отпустишь меня? – спросил он.

   — Да.

   — Сделка принята.

   Потустороннее существо развело руки в стороны. Неожиданно что-то взвыло, словно ветер застонал в трубе. Из столба бьющего света отделилось светлое вытянутое облачко и медленно вошло в Оксандра. Тот вдруг громко вздохнул, и это было так неожиданно, что женщины вздрогнули. В этот же момент из Давида к демону потянулась черная жирная медуза. Несмотря на большую дозу снотворного, лицо предателя страшно исказилось, и он жутко закричал. Но вскоре крики затихли, прозрачное голубое пламя охватило тело бывшего мага и стало пожирать его. Через несколько минут все было закончено. И тотчас же, вместе с столбом света, исчез демон. В подземелье стало тихо. После прочтения запирающих  заклинаний Оникс вытер пот со лба и устало махнул рукой, разрешая двигаться.

   Хельга бросилась к мужу и обняла его. Оксандр открыл глаза, в них не проглядывалась еще какая-то осмысленность, но это уже не было растение, а живой человек.

   — Это было так страшно. Не хотела бы подобное пережить еще раз, — сказала Олеся и прижалась к Егору.
                ***
   На утро следующего дня Анфиса угостила Оникса и Никодима одуряюще пахнущим чаем на травках.

   — Похоже нам удается по кусочкам собирать Оксандра, — сказал волшебник, — Плоть восстанавливается, душу удалось вернуть. Остался рассудок, а то мой помощник сейчас как малолетнее дитя. Егор говорил, — маг взглянул на старую волшебницу, — что ты в этом разбираешься и ранее помогла ему с Олесей.

   — Было дело, — не стала отказываться та. — Пускай маг окрепнет хотя бы немного и займемся. Это тоже все достаточно сложно и тяжело, и я побаиваюсь, чтобы его душа в поиске своего разума, не потерялась в астральных мирах. Хорошо, что Хельга, видя результаты, воспрянула духом. Ее сознание станет хорошим маячком для исцеления больного.

   — Да, она на глазах помолодела, но и времени у нас не очень много. Надо все успеть, пока туман не нанес решающий удар, — волшебник продолжил, — Егору удалось захватить двух навей. Сейчас они посажены в крепкие клетки и за ними приглядывает дежурный маг. Один из пурпурных — это бывший мирный житель, он менее беспокойный, а второй, поднятый из могилы, сильно буйный и бросается на все живое. Это хороший материал для изучения. Мы надеемся, что превращение бывшего человека в пурпурную нелюдь обратимо, и для этого привлек преподавателей школы и разбираемся в старых записях Оксандра. Может, что-то путное и удастся найти. А Варяг уже уехал?

   — Да, с раннего утра с Олесей отправился в Златин, — ответила Анфиса. — Представляешь, этот разбойник, насоветовал мне с Никодимом пойти к оракулу, и с его помощью сделать омолаживание с помощью переливания какой-то такой плазмы. Говорит, что лет пять-десять можно будет скинуть. Слыхом не слышала о таком.  И хочется, и боязно. Сначала сама поговорю с оракулом, да и Никодим пообещал первым попробовать.  Ты, конечно же, не передумал? – сказала она, в упор глядя на старика.

Тот только обреченно крякнул и промолчал.