Новый альянс. Дипломатическая игра в одни ворота

День клонился к закату. Вернее, он уже давно закончился, а сейчас близилась к концу его рабочая часть. Как часто случалось в последние дни, — уже за полночь. Иран, Сенат, европейцы со своей Украиной… туда же Нетаньяху. А тут ещё нефтяные цены взлетели. Плюс Гренландия. Хорошо, хоть Мадуро молчит. В голове всё смешалось в неаппетитную кашу. Не коктейль, а нечто совершенно непотребное.

«Выбросить из головы. Расслабиться. Заснуть бы… как в детстве — безмятежно».

Он сел в кресло, расслабил мышцы рук, потом ног. В голове пронеслось:

— Я спокоен, я совершенно спокоен… мои мышцы расслаблены… я всех поставлю на место...

Тепло разлилось по телу — и он провалился в сон. Усталость исчезла, стало легко. И почему-то он оказался в зале заседаний, где его уже ждали лидеры трёх европейских стран НАТО. В зале висела напряжённая тишина. Мерц, Макрон и Стармер с каменными лицами смотрели друг на друга.

Президент США Дональд Трамп, стоя у окна, резко развернулся:

— Вы серьёзно? Позиция Франции и Британии по иранскому вопросу неприемлема. Мы не можем полагаться на союзников, которые в критический момент уклоняются от обязательств. Ваши расходы на оборону — позор. Вы отказались поддержать нас в Иране? Всё взвесили? Да ваши армии — парадные оркестры! А ваша дипломатия… — он хмыкнул, глядя на Стармера, — как британский чай: с виду солидно, но давно остыла. Кому она такая нужна?

Макрон вскинул брови:

— Monsieur, у нас европейское единство. А ваши сравнения столь же изящны, как ковбойские сапоги на балу. Кстати, о стиле: говорят, ваш последний галстук вдохновлён радужным фламинго? Очень смело.

Он хотел добавить ещё, но неожиданно замолчал.

Премьер Британии сдержанно улыбнулся и, глядя на Макрона, но обращаясь к Трампу, произнёс:

— А я слышал, в вашем гольф-клубе в Мар-а-Лаго теперь проводят экскурсии и лекции по искусству… уклонения от налогов. Должно быть, очень познавательное место.

Трамп побагровел:

— Хватит! С меня довольно! Помощники! Это и есть единство НАТО? Я создам новый альянс — с Россией и Японией. Без вас. И без вашего «решающего голоса», который, кажется, уже много лет молчит. А если и говорит, то не то.

Мерц словно очнулся и тихо, почти не разжимая губ, прошептал:

— Стоит ли спешить? Давайте обсудим. Мы не против… но не можем. Сами понимаете — Украина. Там тоже нужна поддержка. Это наш проект. Бросим — всё развалится. Надо как-то осторожнее. Понимаю, два стула… но надо.

— Хватит! — рявкнул Трамп. — В эту Украину я триллионы вложил! И что? Где результат? Куда ушли деньги? А? Не слышу!

Он буркнул по-немецки, специально для Мерца: «Hor auf, ich habe es satt» — и нажал кнопку на столе.

— Секретарь, пригласите представителей России и Японии. Будем строить новый мир! А… они уже здесь? Вот как надо работать. А вы?

Через минуту в зал вошли дипломаты. Российский спокойно окинул взглядом комнату:

— Новый альянс — это правильно. Мы знали. К этому всё идёт. Так что слушайте, что будем делать. Во-первых, договоримся: никаких публичных оскорблений. Это, Трамп, не шоу, а стратегия. Нам нужен реальный результат.

Японский дипломат кивнул:

— Согласен. Предлагаю сосредоточиться на экономике. У нас — технологии, у России — ресурсы, у США — рынок и великий президент. Совместные проекты в Азии и не только принесут выгоду всем.

Трамп нахмурился:

— На счёт «великого» — правильно. Но… а санкции? Я хотел военный блок! Как это понимать?

Российский дипломат мягко улыбнулся:

— Дональд, безопасность начинается с благополучия. Сначала обеспечим рост экономики — тогда и оборона окрепнет. К тому же, — он подмигнул, — кто сказал, что экономические соглашения не могут быть грозным оружием?

Лидеры Франции, Германии и Британии переглянулись. Макрон не выдержал:

— Послушайте, это начинает звучать… разумно. Может, и мы присоединимся? С условием, что больше никаких сравнений с остывшим чаем.

Стармер добавил:

— И никаких замечаний про налоги. Мы готовы внести вклад: логистика, финансовые инструменты.

Трамп почесал затылок:

— Хм… новый альянс с участием всех? Но тогда это уже не «мой» альянс.

Российский дипломат рассмеялся:

— Зато работающий. И, заметьте, без публичных скандалов. Представьте заголовки: «Глобальное партнёрство ради стабильности». Звучит лучше, чем «Трамп обиделся на Европу», правда?

Японский дипломат добавил:

— И назовём его «Альянс четырёх морей» — Атлантического, Тихого, Северного Ледовитого и Средиземного. Символично и объединяет. Морей или океанов — не суть важно.

Трамп хлопнул в ладоши:

— Ладно, убедили. Но с условием: цвет логотипа выбираю я! И это будет альянс Трампа. Без «великого» можно.

Франция, Британия, Россия и Япония дружно рассмеялись. Немец демонстративно отвернулся и смотрел в окно.

— Идёт, — кивнул российский дипломат. — Только насчёт цвета — давайте без радужных фламинго.

В зале, где ещё минуту назад витала угроза раскола, теперь царило оживление. Лидеры, перебивая друг друга и поглядывая на Трампа, обсуждали первые проекты, а секретарь уже спешил за кофе — вместо прежних острых реплик.

---

…После слов о кофе Дональд Трамп внезапно проснулся в холодном поту. Сердце колотилось, как после марафона. Он сел на кровати, пытаясь отдышаться.

— Приснится же такое… — пробормотал он, вытирая лоб шёлковым платком с монограммой.

Во сне он, представьте себе, угрожал европейцам выходом из НАТО, если те не будут поддерживать и платить. А потом, в порыве вдохновения, предложил новый альянс — с Россией и Японией! Французский президент что-то мямлил про принципы, британец — про стратегию, немец шептал, а русский дипломат вообще начал диктовать свои условия: равноправие, прозрачность, привязка к нормам… Кошмар!

Но где Китай? Почему его нет? Что он задумал? А если… Что-то пошло не так.

Трамп потянулся к стакану с водой. Рука дрогнула. На стакане лежала записка от секретаря:

«Срочно. Европа бунтует. Испания и Италия закрыли базы. Макрон прислал ноту. Джонсон пишет в Twitter. Иран разбомбил ещё одну военную базу».

Президент поморщился, взял планшет. Заголовки заставили его икнуть:

— «Трамп ставит ультиматум НАТО: платите или защищайтесь сами!»

— «Франция и Британия готовят ответ на финансовые претензии США».

— «Эксперты: мир на пороге самого странного военного союза в истории».

— «ANT: Ближний Восток — победа с привкусом поражения».

Он застонал. Это был не сон. Это была реальность.

В дверь постучали. Секретарь зашёл с лицом человека, только что проглотившего лимон:

— Сэр, вас ждут на экстренном совещании. Французы, британцы и немцы… они не в восторге. Макрон сказал, цитирую: «Мы не банкомат». Джонсон (Стармер задержался у Карла III ) пишет статью для The Times под заголовком «Ода союзу, который мы почти потеряли». А Мерц нашёл обоснование, почему он зажимает деньги.

Трамп закрыл лицо руками:

— Я же пошутил… ну, почти. Это был риторический приём! Как можно не понять? Тупые! Как поддержать в Иране — их нет. А тут в полном составе.

Секретарь вежливо кашлянул:

— Сэр, риторика в политике имеет свойство становиться реальностью. Кстати, русские прислали ноту. Они… спрашивают, в силе ли предложение о новом формате сотрудничества? Северный морской путь, Аляска… И вообще, кто за что отвечает?

Трамп посмотрел на секретаря взглядом человека, который только что понял: его кошмар не просто сбылся, он ещё и размножается. Стремительно и неуклонно.

— Соедините меня с русскими, — вздохнул он. — И с японцами. И… принесите кофе. Крепкий. И аспирин. И, пожалуй, валерьянку.

Он встал, поправил галстук и открыл дверь кабинета. В коридоре мелькнули два силуэта в белых халатах.

«Показалось», — подумал он. К чему бы это?

— Знаете что? — бросил он через плечо. — В этом новом альянсе я первым делом введу правило: никаких ультиматумов до завтрака! Лучше — только по пятницам.

Секретарь кивнул и тихо добавил:

— И никаких снов перед важными встречами. Всякое может присниться.

За окном вставало солнце. Начинался новый день — долгий, странный и требующий действий, совершенно не похожих на предвыборные обещания.