Иверский женский монастырь символ эпох

Из книги  "Воин Христов:Архимандрит Модест (Потапов)"

В 1991 году постановлением Священного Синода Русской Православной Церкви в Ростове-на-Дону был учреждён Свято-Иверский женский монастырь, на месте обители, которая здесь существовала до Октябрьской революции. За годы Советской власти от величественного монастыря с ухоженным садом и прудом остался только поросший бурьяном пустырь, захламленный разным мусором и отходами – как красноречивый символ духовного состояния обманутого народа.
В поисках духовника, который смог бы возродить не только стены, но и монашескую молитву, митрополит Ростовский Владимир остановился на личности архимандрита Модеста (Потапова), которого почитал как благодатного старца и опытного духовника. Он часто любил приезжать в Новочеркасский собор, особенно во дни Великого поста, чтобы вместе помолиться с отцом Модестом, а также вспомнить удивительных Глинских старцев. О высоте духовной жизни батюшки Модеста митрополит свидетельствовал:
«Только молитва к Господу была единственным желание его чистого сердца. Поэтому Господь через него и изливал так щедро свою благодать на народ Божий».
Почти три года прослужил батюшка у Иверской Божией Матери. Буквально на пустом месте вырос храм и сестринский корпус. Но главное, что обрёл монастырь за это время, - духовное устроение, тот особо духовный вектор, направленный на внутреннее делание и связующий молодую обитель с великими традициями Глинского монашества. За годы его духовничества монастырь стал тем, чем и должен быть – центром духовной жизни Ростова.
В 1994 году по благословению Ростовского архиепископа Пантелеимона архимандрит Модест был назначен настоятелем только что открывшегося Старочеркасского мужского монастыря. И в этом был особый промысел Божий, который всегда поставлял крепкого в бране Воина Христового в самое трудное место, на передовую духовной войны за души человеческие. Кто знает, звали бы сегодня сердца к небесам колокола Старочеркасского монастыря, если бы не молитвенный подвиг благодатного Старца?!
Но до конца своих дней отец Модест оставался духовником Иверской обители, окормляя сестёр, совершая монашеские постриги. И эти постриги навсегда остались в памяти монахинь, как незабываемое торжество и праздник: «Сегодня ангельского чина прибавилось», - радостно говорил после каждого пострига Старец, и на глазах его блестели слёзы умиления.
«Горели свечи – весь храм был в свечах. Батюшка, торжественный и величественный, совершал постриг, и, казалось, весь ушёл в молитву. Чудно пели сёстры.
Я немного опоздала, зашла в храм, когда уже постриг начался, и стала около дверей – весь храм был переполнен народом. И вдруг через некоторое время подходит ко мне матушка и говорит: «Батюшка велел вам передать, чтобы вы сели, потому что он переживает, как бы вы от усталости не потеряли сознание» (р. Б. Лариса, Ростов-на-Дону).
Что сказать?
Через весь храм – густой мрак – мерцание свеч, головы молящихся – среди торжества службы старец увидел вошедшего человека и мгновенно прочувствовал его состояние. Сердце батюшки от постоянного навыка любви обладало непроизвольной способностью фокусироваться на человеческой боли.