Так умирает брак

Меня зовут Марк. Наш брак с Жанной был добрый четыре года. А потом что-то  случилось. Жанна стала пртьята свой телефон, поздно возвращаться и наше общение по вечерам почти прекратилось. Я сначала не спрашивал, что происходит. Потому, что современные женщины часто нуждаются в своём пространстве, в котором мужчинам делать нечего. Скандалов не было. Кто её собеседники я не интересовался. Одно было ясно, ей надоели семейные отношения. Как то я не выдержал и спросил:
- Дорогая, что происходит, мы уже давно не общаемся, а просто живём рядом.
- Марк, мы взрослые люди. Какое тебе дело? Что ты хочешь услышать?
- Извини, я уже ничего не хочу от тебя.
      Я не стал собирать материалы об измене, нанимать частного детектива и строить планы по разделу имущества. Это была её квартира, а не моя. Претендовать на что-то я не хотел. Это унижение мужского достоинства. Наши банковские счета были разные и делить нечего. Я выбрал другой путь. Стал жить своей жизнью, встречать с друзьями, ходить на концерты и выставки. Меня Жанна просто выкинула из поля своего зрения. Я стал приходить позже домой, или после ужина уходил гулять с друзьями в бар.  Где иногда играл свои баллады, точнее стихи на блюзы. Новый Орлеан это город блюзов и музыки соул.

Каждую ночь я мечтаю о тебе.
Разговариваю со стенами своей квартиры.
Мне кажется, что они мне сочувствуют.
Твоя тень всё ещё спит в моей кровати.
Но любовь не ушла, так как не была выссказана вслух.
Дорогая, мне надоело по тебе скучать.
Я устал ждать неправдивого рассказа.
Мои ночи стали длинными
И тишина меня пронзает, как кинжал
Любовь, это обещания.
Я их не слышал от тебя.
Я не могу эту горечь постоянно держать в душе.
Я устал от таких отношений,
Которые ни к чему не ведут.
Я устал.

Ко мне подошла солистка Тара, красивая мулатка с острова Джамайка.
- Марк, давай вместе будем петь. Меня давно бросил Дик. Меня твои песни трогают за самоё больное место. Может у нас позже получится репертуят веселей.
- Я рад, Тара, что ты меня поняла. Давй пой свой куплет, а я буду играть.

Не скучай, дорогой,
Давай разделим нашу боль.
Вдвоём её преодолеть легче.
Прислушайся, как по радио играют песни,
Которые мы слышали раньше и даже напевали.
Давай сложим  свои песни
И будем петь их своим друзьям.
Наши души больше не будут обжигать слёзы по ночам.
И наши призраки прошлой любви перестануть нас тревожить.
Я стану твоей тенью по луной и дома.
Мы будем неразлучны на улице и на сцене.

  Посетителям понравился такой дуэт и оно ей начали аплодировать. Тара рукой предложила петь мне и я улыбнулся гостям.

Дорогая, мы будем вместе молиться небу,
Которое снова стало голубым.
Каждое твоё слово удаляет меня от прошлого.
У меня уже нет боли, благодаря тебе.
Сегодня мородит вечером дождь,
Давай будем танцевать под  дождём
И он смоет нашу прежнюю горечь.
Нам не надо ни по ком скучать.
Будет новая любовь и она станет доброй.

Я закончил играть. Посетители бара нам похлопали от души. Я поблагодарил Тару и обнял. Тара улыбнулась, посмотрела в мои глаза и наши губы соединились в первый раз.
     Так прошло три месяца, мы с Жанной не ругались, но по дому я ничего не делал, а свою постель и личное бельё сдавал в прачечную. Продукты тоже перестал покупать и перестал убирать квартиру. Спал я в гостевой комнате, там и следил за чистотой. А бывало, что по 2-3 дня не приходил ночевать, а оставался у Тары. Однажды Жанна меня спросила:
- Что происходит с тобой? Ты совсем не живёшь дома.
   Я ответил ей её же словами:
- Жанна, мы взрослые люди. Какое тебе дело?
- Я твоя жена!
- Не смеши меня. Когда была последняя близость? Ты помнишь?
Жанна задумалась
- Ты первая закрыла наши отношения. Не мешай мне жить так, как я хочу.
- Кому нужны твои песенки в баре? Это смешно.
- Не таким как ты. Пока, мне надо идти.
   И я ушёл. У меня не было угрызения совести, не было жажды мести. Жанна стала мне чужая, я просто платил за совместное проживание. Прошло ещё несколько недель и Жанна опять завела разговор:
- Может ты с кем-нибудь встречаешься?
- Когда ты прятала свой текефон от меня, я тебя об этом спрашивал?
- Нет.
- Ну ты и ты не суй свой нос в мои дела. Мы взрослые люди. Не нравится, подавай на развод. Я подпишу любые бумаги и уйду, а ты оставайся здесь с тем, кому пишешь.
     Жанна промолчала. Мне она уже была не нужна. И я ей уже был не нужен. Моё место в её жизни кто-то занял, а кто меня не интересовало. Жанна опять завела разговор:
- Я рассталась с Джереми.
Джереми был “другом её детства”, так мне было сказано довольно давно, ещё до того, как я начал свою жизнь по новой.
- Это твоя прихоть, можешь найти кого-нибудь другого, а на меня не рассчитывай.
- Ты это серьёзно?
Я опять ответил её же словами:
- Жанна, какое твоё дело? Ты помнишь, это твои слова. Ты сама так вела себя. Ты выкинула меня из своей жизни, отодвинула на задний план, как домработницу, как прачку.
- Мы можем начать всё сначала. Можем сходить к психологу.
- Мне это не надо.
- Ты хочешь меня оставить?
- Боже, ха, ха да ты меня первого оставила год назад. Ты забыла? А я помню. Готовь бумаги на развод по обоюдному согласию. Я ничего платить не собираюсь, меня и такая жизнь устраивает, за квартиру я плачу и своё бельё сдаю в прачечную. Ты должна была заметить, что даже кофе по утрам я не пью в этой квартире.
Я прошёл в гостевую комнату и лёг спать. Заснул быстро, так как сам разговор меня не тревожил. Не было любви, не было ревности, никаких планов не имел на её счёт и хотел, что бы она меня оставила в покое.