Добивают апшеронские дачи

Пишу эти строки не с верой в лучшее (вера давно впала в кому) и не с надеждой, которая испускает дух, а из возмущения, набирающего обороты и переходящего в ярость. Предполагаю, что вы не дочитаете до конца и, тем более, не решите проблему.
Господь Бог создал человека из сырой земли, и, в конечном счёте, как писал Максим Горький в «Песне о Соколе»: «Летай или ползай — конец известен: всё в землю лягут, всё прахом будет».
У всех нас есть непререкаемое обязательство перед землёй — защищать её и разумно пользоваться её благами, не оставаясь равнодушными к её судьбе.
На рубеже веков нужда заставила многих — и пожилых, и молодых коренных дачников бакинского пригорода Кюрдаханы (как местных, так и пришлых) — халатно относиться к участкам, доставшимся им в наследство от прадедов. Люди массово и кощунственно стали продавать песок со своих участков: кто вёдрами, кто машинами — за гроши, лишь бы заработать на хлеб насущный. Иные работали по ночам, при лунном свете, наполняя лопатами борта «ЗИЛов» и «КамАЗов». Государство в целом закрывало на это глаза — хорошо налаженная система коррупции позволяла всем оставаться довольными.
И без того уязвимая экосистема Апшеронского полуострова получала удар за ударом. Со временем равнодушные дачники стали продавать за бесценок и сами обедневшие участки.
А ведь когда-то на этой земле, пусть и не отличавшейся буйной растительностью, испокон веков росли легендарные сорта винограда ахшаны, гарашаны, кишмиш, агадаи, аскари, сиркеи, а также жёлтый и белый инжир.
К счастью, осталась горстка патриотов — те самые дачники, которые сохранили древние традиции садоводства. Уход за родной землёй стал для некоторых пожилых бакинцев смыслом жизни. Голод не смог оторвать их от наследства, доставшегося от отцов. В лютый холод, подставляя лицо ветру, они приезжали на дачи из шумного тёплого города на старой советской электричке.
Сегодня дорожная инфраструктура кюрдаханских дач несколько улучшилась. Однако…
Последние два года наши дачи потрясает новая беда. Как быть с поговоркой: «Если гора не идёт к Магомету, то Магомет идёт к горе»? В нашем случае гора сама пришла к Магомету. Кто не мечтает побывать в Венеции? Венеция «пришла» в Баку, на некогда безводные земли Апшерона. Грунтовые воды затапливают участки тех самых малоимущих дачников, привязанных к родным местам.
Если в вашем сердце есть хоть искра сострадания — разожгите её в пламя. Судите справедливо, дорогой читатель, пусть ваш приговор и не имеет юридической силы. Коренным жителям давно запрещено приватизировать участки. Стоит хозяину начать строить — тут же появляются чиновники из Исполнительной власти Сабунчинского района и муниципалитета Кюрдаханы: «Нельзя. Спутники из космоса наблюдают», — заявляют они.
Как ни странно, космос оказывается бессилен перед высокопоставленными чиновниками, поп-звёздами и прочими знаменитостями, не имеющими бакинского происхождения, но скупившими земли у продажных владельцев. Мы все — азербайджанцы, и я люблю свою нацию. Но почему пришлые люди предъявляют купчие — официальные выписки из реестра? Новые соседи строят роскошные дома с бассейнами, а затем откачивают воду на наши сады и дворы. Складывается впечатление, что это делается намеренно — чтобы вытеснить с родной земли последних «могикан», вынудить их бросить затопленные участки.
Когда есть деньги и власть — часто отсутствует совесть. Заброшенные земли скупались за бесценок, а затем перепродавались за баснословные суммы. Задумайтесь: с какой целью сотрудник МЧС может отдавать распоряжения заливать участки бедняков сточной водой, откачанной с территорий богачей?
Я ни у кого не прошу ни новой квартиры, ни денежной компенсации — даже несмотря на то, что являюсь инвалидом первой группы по зрению. Этот тяжёлый недуг — моя доля, дарованная Всевышним. Хвала Ему. Возможно, к лучшему, что я не вижу воочию всего масштаба бедствия, сотворённого руками чиновников. Во мне говорит совесть.
На этой земле я до сих пор ощущаю краски и запахи детства. Тогда я немного видела и помню пушистые смоковницы и шелковицы, извивающиеся лозы. Память хранит рассказы о том, как люди доверяли друг другу гектары земли: уезжали в город осенью, а кюрдаханские садовники обрабатывали участки — обрезали деревья, перекапывали землю, пололи сорняки. Никто не возводил высоких каменных заборов — участки разделяли лишь низкие межи из колючек и тростника, чтобы сдерживать песчаные ветры.
Тогда никто не мог представить, что сотрудник Министерства по чрезвычайным ситуациям сам станет причиной чрезвычайной ситуации. Сегодня мой участок затоплен водой, поступающей с владений богатых соседей, расположенных более чем в двухстах метрах.
Я довольна своей небольшой пенсией и не жалуюсь, что не могу путешествовать, например, в Турцию. Мой скромный земной рай для меня — и Антальей, и Бодрумом. Теперь он стал и «Венецией».
Прошу руководство МЧС не наказывать рядовых квалифицированных исполнителей, затопивших наши дачи. Уйдут они — придут другие, и вода поднимется ещё выше. Лучше отдайте распоряжение оставлять эту воду на участков алчных владельцев роскошных вилл. Они должны были задуматься, к чему приведёт строительство на землях без канализации и необходимых коммуникаций.
                Айгюн Тагиева.