Памяти Джалиловой Ф. Ф. Шишко, ТАС ХИСИ

Эта статья посвящена Джалиловой (Шишко) Феодосии Фёдоровне (1941? – 2023). Для нас, я имею в виду, прежде всего, – туристов и альпинистов секции ТАС ХИСИ*[1] - она была абсолютно необходима. Для каждого была необходима по-своему, чаще всего вспоминают так: «она привела меня в секцию»*[2]. В общении между собой мы называли её просто – Феня, поэтому я позволю себе оставить это имя в тексте.

 
Имеется информация, что Феодосия Федоровна являлась Почетным гражданином        г. Зеленодольска, Украина. Проверить это в данный момент не удалось, в дальнейшем следует эту информацию проверить и при подтверждении внести в соответствующую электронную энциклопедию.

 
Почему статья пишется сейчас, а не в 2023 г.? Как сформулировал ИИ (искусственный интеллект) – политические и административные факторы нашей жизни сильно изменились в последнее время. Порой проходят годы, прежде, чем информация приходит к нам.


Вот что помнят о Фене те, кого удалось найти и связаться, представлено ниже.


Блитштейн М.А. вспоминает.

После службы в Советской Армии (3 года) я поступил в Харьковский инженерно-строительный институт ( ХИСИ).


В стенах института столкнулся со знакомым парнем - Мартыненко Вадимом, с которым я учился до призыва в Армию в Харьковском химико-механическом техникуме. Там я был капитаном шахматной команды и Вадим пару раз ездил с нами на соревнования. Кроме того, один раз на внутри техникумовских соревнованиях он попросил меня сыграть за их группу по баскетболу, так как у них не хватало игрока.
Теперь, зная, что я был довольно спортивным, предложил пойти в зимний поход по Онежскому полуострову. В то время он руководил туристско-альпинистской секцией ХИСИ. Он уже был на последнем курсе института и искал, кому передать секцию. Я согласился и мне очень понравилось.


В этот поход пошли тоже новички Саша Толстоусов и Женя Жарко. В походе запомнилось: лыжи у нас были крепкие (дубовые, но как беговые, узкие). В глубоком снегу проваливались мы с рюкзаками на них до колен. Пятый участник, опытный турист Саша Фишман на широких лыжах в основном шел впереди, прокладывая лыжню вместе с Вадимом. Шли мы через тайгу. Под снегом были поваленные деревья, ветки... При падении подняться самому было очень трудно-руки не доставали до земли, а большой рюкзак и лыжи не давали перевернуться.

 Женя, к сожалению, стоял на лыжах не уверенно. Он чаще других падал. Мы с Сашей Толстоусовым подъезжали с двух сторон и поднимали рюкзак и Женю.

В средине дня Женя попросил Вадима дать ему дополнительно сухарей немного. Вадим, рассчитывая на длительное движение по ненаселенному месту, отказал-всем поровну. На 3 день пути наш маршрут совпал с новой дорогой, по которому часто ездили лесовозы.


Женя с кулаками пошел на Вадима:
-А ты жалел мне сухарика! Теперь выбрасываем?


Поход закончился хорошо и мы Саша, Женя и я стали ядром туристско-альпинистской секции ХИСИ.


Вадим с Сашей Фишманом вывесили стенд с красочными картинками похода и объявлением о приглашении желающих.


К нам пришли сразу Феня Шишко (крепкая девушка), Витя Жулидов (застенчивый парень с вопросом, кому помочь могу), Маша Зайцева (маленькая, хрупкая), Шульгин Витя...


 Феня вскоре привела с механического факультета ребят. Мы выступали на всех межгородских соревнованиях по туристскому двоеборью (полоса препятствия и спортивное ориентирование), скалолазанью, ходили 2 раза в год в походы.


 Наша секция приносила институту больше очков, чем другие, которые имели штатных тренеров (велись зачеты по институтам, другим учебным заведениям). Впереди обычно были ХПИ, Медики. Мы с Авиаинститутом и Университетом делили следующие места. (В 1963 году в Харькове насчитывалось 24 высших учебных заведения).


Во всех вылазках с соревнованиями, походах были Саша Толстоусов, Женя Жарко, Феня Шишко, Жулидов Витя, Маша Зайцева, Витя Шульгин... В нашей секции была очень теплая атмосфера. В первом походе, где я был руководителем, Саша Толстоусов штурманом, по прибытию на стоянку, я пошел назад и позвал Сашу забрать рюкзаки у девочек, которые отстали. Потом это стало нормой. Это морально очень помогало - о них заботятся. Все всегда готовы были помочь друг другу.


Феня была за Маму, курировала еду. Они с Женей у костра пели песни, зная слова. Все с удовольствием подтягивали.



Еду варили в большом казане. На вылазках иногда наша секция объединялась по еде с медиками. Был интересный случай.


На очередной вылазке в Коробовых Хуторах мы с медиками начали готовить еду совместно.
Развели костер, поставили на него большой казан и начали варить суп-кашу, другие возились с установкой палаток... Подходят к костру элегантно одетая женщина с мужчиной и смотрят за приготовлением еды.


Тут прибегают несколько девочек-медиков: «Еда скоро будет готова? - . Позовем, не мешайте». Элегантная женщина подбегает к одной из девочек: «И ты будешь это есть? Дома командуешь, а тут ...». Она пошла к своей палатке, принесла какие-то приправы. И смотрели с каким аппетитом их дочь ест суп-кашу.


После окончания института я работал по направлению в Казахстане г. Рудный, потом в посёлке Первомайский Харьковской области. Тут я руководил секцией туризма в Доме пионеров. С семьёй и группой туристят летом ходили в походы по Крыму.


 Однажды мне позвонил товарищ и сказал, что его друзья собираются в поход по Дагестану, но у них нет опытного туриста. Может я смогу с ними пойти. Супруга отпустила, и мы пошли.


 Пеший маршрут начинался в Буйнакске. Я заехал к Фене с Мирзой. Картина была ужасная. После землетрясения пятиэтажные дома зияли трещинами, заткнутыми подушками. Феня рассказывала, как они выскакивали ночью из дома при землетрясении и ждали на улице, рухнет дом или устоит.


А ещё, когда она с супругом приехала в Дагестан, приехала мама Мирзы  и привезла девушку, которая должна стать второй женой Мирзы. Одна будет готовить, вторая детьми заниматься. Феня решила уезжать и Мирза поехал с ней на Украину.


Один раз наша семья вместе с Феней прошли походом по Крыму. Феня была беременна.


 
Жулидов В.Л. и Кальная Л.И. вспоминают.

Вероятно, в последний раз мы виделись в Харькове, когда в ХИСИ традиционно встречались выпускники - это в первую субботу после 9 мая. Как обычно, фотографировались у памятника А.Н. Бекетову*[1], разговаривали.


 К нам подошли мужчины от внедорожника, оказалось – механики, и говорят, мы вас помним. А мы были строители и технологи. Так нас пригласили поехать на день-два в лагерь отдыха в Фигуровке, что на Северском Донце под Чугуевом.  (В этот момент некоторые из наших мужчин, а именно, Жулидов В.Л, слегка замялись – нужно было платить по 100 гривней с человека – примечание публикатора).


 Проблему решили наши архитекторы, Ильины Володя и Люся, которые имели и гривны и свой автомобиль. Мы сели по разным авто, а были тогда: Жулидов В.Л., Золотарёва Галя, конечно же, - Феня, Жарко (Прилуцких) Валя, Катя Кудренко ….
Приехали в кемпинг в Фигуровке, который принадлежал «Наде-капитанше», которую многие помнят по ХИСИ (Надя вышла замуж за Володю Федченко).


 Два дня были наши. У механиков был Найдёнов, Володя Федченко и …. Выступали с поздравлениями и воспоминаниями. После дружеского застолья Ильины показали мастер-класс вальса.


В студенческие годы пели много песен, у Фени одна из любимых – «…домик словно бонбоньерка, с палисадником цветущих роз…», впрочем, часто пели и «Жаннета починяла такелаж». Конечно, многое зависело от ситуации. Например, в электричке, когда появлялся контролёр, запевали «а мы  без дома, без диплома  - шайка беспризорная, эх, судьба моя судьба – ты как кошка чёрная…». Чаще всего ревизор улыбался, и всё было ОК. Если же – нет, тогда наш руководитель (обычно Миша Блитштейн) шёл в тамбур договариваться. Хорошо подходили в этой ситуации также и «iз сиром пироги – укр.».


Примерно в это же время собравшиеся в Харькове  туристы были приглашены ко мне домой. Полный восторг у них вызвал газовый счётчик, установленный под самым потолком – «как же ты снимаешь показания по газу – потолки у нас «сталинские», т.е. выше трёх метров. Смеялась и Феня.

 
Помню, как ей с трудом пришлось подниматься на 3-й этаж пешком по лестнице – лифта нет, а этажи высокие. Позже узнал, что Фене пришлось перенести не одну операцию. Как она тогда пошутила: - Дети сказали, что в сад меня больше возить не будут – дорого эвакуировать «если что», устроили грядки у дома.


Напомню, что на первых курсах в нашем расписании были предусмотрены уроки физкультуры. Не все их любили, да и тренеры-преподаватели стремились уговорить посещать спортивные секции. В этом случае студент освобождался от занятий физкультурой на уроках.


 В нашей туристско-альпинистской секции (ТАС ХИСИ) мы проводили тренировки по скалолазанию на развалинах построенного американцами ещё до войны крематория. Кирпичная кладка стен была выполнена «впустошовку», а это означало, что швы между кирпичами оставались не до конца заполненными цементным раствором, имитируя трещины в скалах. Пальцами можно было ухватиться за кирпичи, а вот на ногах особо ценились резиновые галоши. Полез и я – но до второго этажа, где Феня меня страховала, не добрался. Так Феня меня и спустила вниз, как мешок с картошкой.


 История повторилась в Харькове уже в наши дни у памятника Высоцкому, где скалодром. Теперь уже смеялись Феня с Катей Кудренко.


Они дружили, Феня и Катя, ездили отдыхать на море, и не однажды. Так, поселившись «у хозяйки», мне кажется, в Железном Порту решили сделать ремонт в хозяйской квартире.  Шпаклевали и красили столярку, в своё удовольствие.


Отдельная тема – как работалось Фене. Как-то она рассказала мне, что, окончив институт и вернувшись на своё предприятие, была определена в ПТО (производственно-технический отдел). Однако, «работа с бумагами» ей не пришлась по душе и поэтому попросилась на строительную площадку.


Был и тяжёлый, если не сказать – тяжелейший, период в её жизни. Заболел её любимый муж, Мирза - стало болеть сердце. Это был период военного противостояния на Кавказе и в Дагестане, на его родине. Лечение и лекарства стоили  дорого – пришлось брать в долг. Заработать деньги Феня решила в Москве, все мы помним, деньги вращались там. Руководила бригадой отделочников. Настал момент, когда работодатель решил прекратить сотрудничать с ней. Феня не растерялась и сама отыскала бригаде новую работу.


Феня рассказывала, что поступать в ХИСИ она приехала с красивой длиной косой, буквально – до пояса. Поселилась в общежитии, где однажды, спускаясь по лестнице, ей навстречу попался парень, который хорошо поставленным голосом (потом выяснилось, это был солист институтского хора) начал, увидев её, петь «Руса коса до пояса…».


Феня настолько смутилась, что вскорости решила отрезать косу.


Если Феня была в составе группы в походе, то завхозом была только она – без вариантов.


Нельзя сказать, что мы были одни, и не было у нас друзей или сочувствующих со стороны, не из студентов. Среди преподавателей был к.т.н. Пустынников, вёл у нас гидравлику. Когда мы дошли до уравнений с интегралами, я вздрогнул – и, напрасно. На лацкане пиджака у него был значок туриста (помните, в виде А-образной палатки). Всё было хорошо у нас с зачётом. И, более того, на гастрольном спектакле театра Моссовета «Милый лжец» (Плятт и Марецкая в гл. ролях)  мы были вместе.

 
Но ближе всех был к нам Дивинский Михаил Романович*[4]. Кабинет марксизма-ленинизма, зачёт Феня получила досрочно, т.к. впереди у неё был альплагерь и студотряд. Кстати, в постсоветские годы МР был в харьковском клубе бардовской песни им. Ю. Визбора.


Мирза, её супруг, был атлетического сложения и роста немалого. Тогда многое на Кавказе, наверное, было непривычно. Феня говорила: приезжали люди из горных аулов посмотреть не неё. Всё изменилось после землетрясения в г. Буйнакске. Феня не выдержала, забрала детей и уехала на Украину: «оставили родным всё, даже холодильник». Мирза приехал потом. Если не ошибаюсь, у Фени тогда случился первый инфаркт.

 
Известна и история, как семья Джалиловых получила отдельный коттедж. Сначала этот дом был на двух хозяев, во второй половине жил главный инженер с женой, и ещё у них была собака. Времена были «брежневские», двое партийных мужиков обратились к генсеку – так и выделили семье целый коттедж.

 
Семья Фени и Мирзы Джалиловых была большая: два сына и три дочери. Феня всегда гордилась  детьми – старший, Марат, если не ошибаюсь, работал в сфере  гражданской авиации *[5]; младший - стал известным спортсменом-олимпийцем*[6]. Мне Феня рассказывала о своём внуке, который, будучи подростком, смог побороть свой лишний вес и обрести спортивную форму.

 

Кацавель (Золотарёва) Елена вспоминает.

 Я не очень близка была с ней, всё же она была старше по возрасту, да и два курса было между нами разницы. Это Феня привела меня в секцию туристов, но до этого мы с ней занимались в лыжной секции. Как-то раз на тренировку мы пришли с ней только двое, обычно на тренировку приходили пять-шесть человек. Тренер поставил нас на километровую дистанцию, Феня шла впереди, а я шла за ней. Проезжая мимо тренера, я услышала, как его собеседник сказал - хорошо идут. Когда мы прошли свою дистанцию, тренер решил поставить нас ещё раз, на этот раз я шла впереди. Время получилось даже немного быстрее.

 
В другой раз были мы вместе в Крыму в спортивном лагере. Помню подножие какой-то горы и наш палаточный городок. Решили сходить в кино, но до Ялты было далеко, и мы доехали на троллейбусе. Зато обратно возвращаться пришлось пешком. Вот Феня и говорит: -  Давайте будем петь  «Десять негритят пошли купаться в море …». Пока дошли, мне даже надоело.

 

Скребцов Алексей:

Точно помню, песенники были только у Фени и ещё, может быть, только у Эли Фетисовой. Рано ушла она из жизни. Песенники были переписаны от руки и без них поход не тот.

[Посмотреть гл. ленту в ОК].



ПРИМЕЧАНИЯ
1. ТАС ХИСИ – туристско-альпинистская секция Харьковского инженерно-строительного института. Так называлась наша секция в 1961-68 гг., это было наше время учёбы и дружбы, которую мы сохранили до сих пор. Название нашего ВУЗа менялось: Харьковский национальный университет строительства и архитектуры (ХНУСА) (укр. Харківський національний університет будівництва та архітектури) — бывшее высшее учебное заведение Харькова. Университет прекратил существование в 2023 году из-за объединения с университетом городского хозяйства. Источник информации: электронное издание энциклопедического характера, ссылку на которое не следует приводить по условиям публикации). Говорят, это было «золотое время» туризма и альпинизма в Харькове. Возможно. Со стороны администрации (профсоюзов?) нас опекал Костя Джантемиров. Ректорами института тогда были: Н.М. Чупис и  В.П. Сачко.


2. От себя, публикатора этой статьи, могу сказать то же. И не только. Мне, например, Феня в чём-то помогла пережить трудное время: родители в то время разводились. Не дай Бог, пережить такое никому.


3. Бекетов А.Н. - знаменитый архитектор, автор многих известных зданий. Мы (строители ПГС) его во время нашей учёбы не знали, памятник появился позднее. Сам Алексей Николаевич умер в ноябре 1941 г., в оккупации. Говорят, многие провожали его в последний путь (прим. публикатора).


4. Дивинский Михаил Романович (1919-…?) – преподаватель политэкономии, вёл практические занятия, обычно в кабинете марксизма-ленинизма на втором (ректорском) этаже. Однажды прошёл с нами по Сумской области несколько дней, с гитарой, в походе «По следам партизанского отряда С.А. Ковпака». Участник ВОВ, гвардии ст. сержант, служил на бронепоезде (8 одн брп), должность – химический инструктор. Имел награды: медаль «За оборону Кавказа» (1945 г.); орден Отечественной войны I степени (1985 г.).


5. Источник: ИИ «Алиса AI» в Яндексе.


6. Руслан Мирзоевич Джалилов — украинский каноист-спринтер, участник Олимпийских игр 2004 и 2008 годов. Он родился 24 января 1982 года в Зеленодольске Днепропетровской области (источник: ИИ «Алиса AI» в Яндексе).
.