Радист

  - Не хочешь поехать со мной в горы через пару недель? У нас там домик для лыжников. Зимой толпа народу, а летом, практически, никто там не бывает, хотя там очень красиво...

  Вдруг среди полного молчания, слегка затянувшегося, прозвучал вопрос.

Девушка с удивлением повернула голову к, рядом сидящему, парню.

Он выжидательно смотрел
прямо в её улыбающиеся глаза.

   
    Это был совсем неожиданный вопрос после всего нескольких свиданий, и она не сразу нашлась, что ответить.


   Лавочка , на которой они сидели, в свете лучей заходящего солнца стала от этих слов уютнейшим местом.


      Противоположный берег набережной и растущие там огромные липы, уже понемногу погружались в вечер.
Их же берег, с аллеей цветущих каштанов, ещё купался в теплых лучах майского светила, и над водами ленивой реки в последних попытках "поймать ужин" стремительно летали большие стрекозы. Полёт их завораживал, рассказ парня о дороге к домику, о горной природе звучал, как сказка , город понемногу затихал и зажигался фонарями...

   В этой атмосфере девушке всё больше хотелось сказать:"Да, конечно, поеду!", если бы не бесчисленное количество "НО", которое не позволяло ей с уверенностью согласиться.


   С реки потянуло прохладной сыростью, и девушка, одетая в легкий костюм, слегка поёжилась от холода и спрятала руки в карманы. Никому из них ещё не хотелось покидать набережную, но она, зная, что её утреннюю смену никто не отменял, произнесла:" Мне пора.."

- А знаешь, - и провожая взглядом последнюю стрекозу, - в Японии верят, что они переносят души умерших. Необычно, правда?, - добавила.

- Побудь со мной ещё немного.. Мне так хочется тебе столько рассказать, - тихо, словно выдох, произнес парень и нежно обнял.

- Первый раз..Приятно.., - подумала девушка.


Это было как нельзя кстати.
Холод уже пробрался под тоненькую ткань её одежды, и это приятное тепло его объятий вызвало у неё улыбку.
Руки её проскользнули под его пиджак и мгновенно согрелись.

 Так они и стояли в свете уличного фонаря и тихого шума реки. Дыхание их было спокойным и ровным.
Ласковым движением руки он слегка прижал её голову к своей груди, и она отчётливо услышала звук сердца.
Только по его стремительному стуку стало понятно, как он волнуется.


- Пойдём. Ты замёрзла, - и его большой теплый пиджак лег на её плечи,  так ласково укутав  уютом тело , что девушка с лёгкостью согласилась.

- Да, пойдём...


   И они медленно пошли вдоль темной реки.
Каштановая часть набережной плавно через старый пешеходный мост, освещенный гирляндами разноцветных лампочек, перетекла в ясеневую.

Деревья, как огромные великаны, стоящие на карауле вдоль реки, шумели прошлогодними гроздьями семян, каким-то чудом ещё не опавших.
Вечер спешил стать ночью.
И контуры тел , сидящих пар на некоторых лавочках, только угадывались в слабом свете одиноких фонарей.


У обоих не было никакого желания расставаться в этот вечер.
В их настроении была одинаковая созвучность.

Но как это сказать..?

Первой сделала попытку девушка и пошутила, подтягивая при этом длинные рукава его пиджака.


- Скажи, ты не обидишься, если я сегодня не верну тебе твой теплый пиджак? У меня стойкое ощущение, что это именно мой размер, фасон и цвет. И, вообще, мне он подходит больше, чем тебе.

- Я никогда не обижаюсь, но тогда у меня только один выход - насилие. Отберу его у тебя завтра утром после нашего завтрака,- ловко отшутился парень.

И оба рассмеялись.

- А если серьёзно? Как доверять тому, о ком почти ничего не знаешь? - уже у двери его дома спросила девушка, слегка засомневавшись в своем решении.

- Верь тому, что знаешь наверняка. Своим чувствам, например..- услышала в ответ и вошла в открывшуюся дверь.





    Странное свидание, странный вечер, странная ночь...



   Старый тихий дом с высокими потолками словно сегодня ждал их обоих. Девушка мгновенно почувствовала себя как дома, а парень перестал волноваться. В гостиной не пришлось включать лампы. Сквозь высокие окна проникал мягкий свет уличных фонарей, создавая необычную атмосферу уюта, в которой лился рассказом поток воспоминаний и мыслей молодого человека.

    Девушка удобно устроилась в царском кресле и внимательно слушала.
В какой момент его рассказа о своём увлечении радиолюбителя, о технических тонкостях дела, о своей большой любви к "Красавице", как он называл свою радиостанцию, и восторженных историй о соревнованиях в эфире уснула, она не заметила.
 

   Только на какой-то момент открыла глаза, когда ее тело с кресла переместилось на большой диван, под голову нежно уложили большую подушку и укрыли теплым тяжёлым одеялом.

Где-то вдалеке слышался размеренный красивый голос парня, ведущего трансляцию по радио, под звуки которого сладко и крепко засыпалось.

Под эти же звуки, когда вместо лучей фонаря, проникавших вчера вечером в окно с улицы, век девушки коснулись лучи утреннего солнца, она и проснулась.

Сладкая усталость от сна улетучилась, когда она повернула голову в сторону окна, и к её щеке прикоснулись лепестки пиона, лежащего на подушке.

Почувствовав его нежный аромат, закрыла от удовольствия глаза с мыслью: "Как романтично.. Ещё пять минут сна в этой сказке.." И снова провалилась в сон.


- С добрым утром! Просыпайся. Послушай, помнишь тех стрекоз на реке, которыми мы любовались ? - разбудил её снова  милый голос.
И она увидела его улыбающиеся глаза.

- Пока ты спала, я вел трансляцию, и один англичанин сказал, что их самки притворяются мертвыми, чтобы не общаться с самцами, - хитро заулыбался, довольный своей шуткой.

- Что?! Воспитанные англичане называют своих женщин притворяющимися самками,- открыв удивлённо глаза спросонья, но абсолютно серьёзно без тени, так ожидаемой им, улыбки отреагировала девушка.

Хотя шутка её здорово рассмешила.

- Ах, ты не поняла..., - с досадой отреагировал парень.
- Тогда я ухожу к своей "Красавице", - решил её уколоть сарказмом, который вчера так ее нервировал и пошел в сторону комнаты, где стояла радиостанция.


Она уже улыбалась и шутке и сарказму, думая, что он не видит.

Он улыбался тоже, наблюдая за её отражением в книжной витрине.


Было ли это на самом деле?


Кто знает....


Память... Она уже подводит...





Но иногда, просыпаясь среди ночи в оглушительной тишине, ей отчётливо слышатся его позывные

- CQ, CQ, CQ это UА5ТТX... Mayday, mayday, mayday...

- CQ, CQ, CQ , это UА5ТТX... eighty eight, eighty eight, eighty eight (88)...



Возможно эти, а возможно другие...



Ухо человека, не владеющего английским, в шуме передатчика вряд-ли уловит разницу между mayday и eighty eight...



Так, что всё таки звучало..?


Призыв о помощи в ритмичном стуке его сердца, что слышит её сердце или пожелание в нежном звуке его голоса ?









               Примечания


Mayday (произносится «мэй-дэй») — международный сигнал бедствия в радиотелефоннойи(голосовой) связи, аналогичный сигналу SOS в радиотелеграфной связи (с использованием азбуки Морзе). Он используется в ситуациях, которые представляют непосредственную угрозу для жизни людей.

88 — любовь и поцелуй (произносится eighty eight.
В шутку передают оператору-женщине) - радиожаргон

CQ (вероятно, от seek you) — вызываю всех. При работе телефоном произносится «си-кью».

Радиожаргон — многочисленные кодовые выражения, используемые в служебной и любительской радиосвязи для экономии времени