Монетка на удачу

Всплеск. По поверхности воды спешно побежали характерные круги и так же спешно рассеялись. Руки владелицы на грани необходимого ухода: кожа на костяшках шелушится, появляются мелкие заусенцы. Еще одна монетка сорвалась вниз, – номинал какой-то совсем жалкий. Чтобы не совсем обидно было.

- Луна сегодня красивая.

Меланхолично произнесла другая девушка, рассеянным и пустым взглядом цепляясь за плывущие по ночному небу облака. Она лежала на небольшой скамейке, согнув одну ногу в колене, пока ее подруга бросала монетки в колодец неподалеку. Ей надоело цепляться взглядом за Эни, ведь она знала, что та только выглядит задумчивой. На самом деле, в ее голове ни одной дельной мысли. Ровно как и в ее голове.

- Хочу на озеро. Пойдем?

- Угу, - почти нечленораздельно ответила ангел, - Дашь еще пару минут?

- Эвелин, - легкая пауза, и шатенка повернулась вполоборота, оставив колодец без внимания, - Все хорошо?

- Погоди. Сейчас пойдем сорить деньгами в озеро.

Миниатюрная богиня вздохнула, и, оторвав ладони от борта колодца, подошла к скамейке и села у ног своей подруги. Со стороны это выглядело очень вымученно. В жизни Эвелин, наконец, все, как будто бы, наладилось: она вновь нашла их с Алексом, переехала. Работа, мужчина, зачаток простого женского счастья и так далее по списку. Но что-то было не так. Эния видела, что с ней что-то не так. Ей было тяжело и одновременно просто задавать вопрос: «Ты точно не врешь?». Кажется, она уже неоднократно его задавала. Повторяться и надоедать не нравилось.

- Кажется, я в воде видела силуэт. Ну, или отражение. – невзначай начала девушка, устремив взгляд в какую-то одну точку. Начала разговор с отвлеченной темы – легкий первый шаг, если не хочешь брать на себя ответственность. Часто так делала.

- Норны не показываются в мире людей. Да и... – легкая усмешка промелькнула на губах лежащей. Ленивая такая. – не в таком стареньком колодце. – она охотно поддержала разговор на отвлеченную тему. Тоже хороший прием, если не хватает сил начать говорить о чем-то важном.

Они молчали еще пару минут. Слишком хорошо друг друга знали: комфортно молчать, комфортно ничего не делать, комфортно медлить. Доверие, выстраиваемое годами и общими пережитыми бедами. Да и пристало ли высшим существам вслух говорить о приземленных переживаниях? Именно поэтому бог и ангел не терзали такую приятную тишину. Она словно обволакивала все, что попадалось ей здесь на пути.

- Дашь одну? Мне кажется, я что-то делаю не так.

- Я брошу за тебя. Знаю, что ты не хочешь вставать. – Эни поднялась, опираясь ладонями на колени, - Мне нравится твоя стрижка, хоть и не могу привыкнуть. Будешь отращивать?

Ангелесса аккуратно коснулась пряди волнистых волос, едва достававшей ей до плеча. После лечебницы ей не хватало желания и сил вновь отрастить копну, что была до нее. Улыбнулась краешком губ. Поблагодарила. Не только за комплимент, но и за понимание.

- Возможно. Спасибо.

Богиня вновь опустила голову, не в силах оторвать взгляд от бликов и переливов водной глади в колодце. Ночь была светлая, мягкая. Ей казалось, что вот-вот, еще совсем чуть-чуть - и она утонет. «Ну почти, я почти…». Девушка ловила себя на мысли, что и не противилась бы. Каждой монеткой словно возвращала себя в реальность. Здесь в ней еще нуждались, но речь шла не о смерти. Само ее естество, как ей казалось, словно ускользало. Ленивыми, вялыми движениями она его удерживала. Почему-то. «Наверное, это все потому, что я Бог. Насколько же людям проще». От таких мыслей было сложно избавиться, хоть они и не сильно досаждали. Так… Просто шум на фоне. Разговор внутри ведь никогда не затихает.

И снаружи, на самом деле. Эви все же тихонечко что-то ей рассказывала после их краткого обмена фраз в духе «Ты точно не против же, да?», «Да нет, нет. Все в порядке». Она подозревала, что подруга не может заставить себя осознать, что ее жизнь, наконец, в порядке. Как солдат, пытающийся привыкнуть к штатским тряпкам вместо формы. Порой, во время таких разговоров Лу пыталась мельком представить, как Эвелин млеет от простой заботы и ласки по вечерам, когда ее мужчина возвращается с очередной рабочей встречи. Как он ее касается. Как он ее целует. Как она держится за каждый миг, когда они рядом. Ловит каждый вздох и каждую улыбку. Ей повезло с Алексом. Повезло быть любимой.

Девушка не завидовала, хотя и ловила «за хвост» свои воспоминания и ощущения так же мягко, как и отпускала их. Они казались ей какими-то очень тусклыми, безумно быстро выцветающими. Вот здесь, у уха, Майкл оставлял поцелуи. Часто настойчивые; резко вдыхая, переводил поцелуи в укусы. Но иногда он был и нежным. Коснулась невзначай этого места. По утрам они вдвоем часто сидели на краю кровати, лениво  поднимая на плечо сползшую рубашку и притворяясь, что хотят идти на работу в Цитадель. Возможно, он и не притворялся, но редко торопил ее. Особенно красиво было, когда за окном было пасмурно. Были и другие воспоминания. Такие, которые заставляли чувствовать себя приятно. Эни до сих пор удивлялась, что не скучает по всему этому, не тоскует, не грустит. Она тоже в свое время держалась за каждую минутку, когда они были вместе. В моменты проблеска мудрости благодарила какие-то неведомые ей силы за то, что одиночество дается ей просто. Без боли. Ведь однажды попробовав, без любви после жить уже тяжело. Пришла к мысли, что, возможно, ей все это и не нужно. Не просто заставила себя в это уверовать, а действительно поняла это. Таким образом, пользовалась правом «приласкать» свою память время от времени без всяких ограничений.

- Я ведь тогда потеряла ребенка.

Эта фраза резко «оживила» богиню. Она вновь сорвалась с места и просто молча села рядом. Полезла в рюкзак, достала банку. Хлопок, - и открылась. «Пей». Глоток. Снова «Пей». Еще несколько чередований. По щекам Эвелин текли беззвучные слезы. Эни не могла представить, каково это – оказаться в состоянии надежды, состоянии страха, состоянии облегчения, состоянии разочарования и утраты. И все это – из-за ребенка. Она знала многое о том, что Эвелин прошла вместе с Роем и из-за него. Знала, что сбежал. Бросил ее, но не знала, что уже не одну ее. Выкидыш. Энии всегда казалось, что подруге нравится быть свободной, но не казалось, что это, возможно, был тогда ее шанс спасти себя и найти хоть какой-то смысл. В любом случае, за неё она подумать не могла, а значит, нет особого смысла копаться в этом. Но все это было жестоко.

- Это был край. Я и так тогда часто рвалась к любой веревке, – ответила ангелесса, уже когда слезы высохли. - Может, я бы и нашла возможность покончить со всем этим, - на последнем слове она как бы провела в воздухе руками вдоль своего тела.

«Хорошо, что Фрай нашел ее. За это я ему благодарна». - думала шатенка о том, как их рыжий знакомый умел точно «подбирать время».

«Я плохо поддерживать умею», - думала Эни, молча обнимая подругу, когда разговор сошел на нет. Когда Эвелин время от времени поднимала взгляд, то он выражал «Спасибо, Лу. Все именно так, как надо». Значит, она все делала правильно. Так хотелось, чтобы близкий человек, работая над своей жизнью и над своими отношениями, работал не до истощения. Лу помогала подруге вспомнить все то, от чего она сама уже отвыкла, и, кажется, почти забыла. Своего рода парадокс.
Ей нравились такие их разговоры, такие их встречи. В них было так много. Грамма этого тепла хватало, чтобы согреть душу, и продержаться на этом тепле до следующей такой встречи. Каждая поддерживала другую как могла и как умела. Так старались не быть бестолковыми. В этом усердии такое счастье.

До озера решили не идти. Эвелин задремала. Бросая на черное крыло быстрые взгляды, Эн понимала, что брать с собой что-то вроде пледа нет смысла, ведь Ви-Ви хорошо справляется и без него. Подпирая рукой подбородок, девушка бросала еще одну монетку на дно колодца. Последние пару раз отразив лунный свет, та скрылась в воде. Монетка за их счастье. Может, этого им и хватило бы, чтобы на самом деле обрести его в полной мере. Легкий ночной туман не рассеивался, а прятал их силуэты. Очень аккуратно. Наплывал без спешки.

...
Текст от: 22.08.2025