Ловушка для горничной. Часть 2

Анжелика не видела, как Лаура, оставшись одна в зале, провела рукой по каменному лицу своей копии.
— Глупая и добрая  девчонка, — прошептала она, и в её  голосе не было и следа прежней печали, —  доброта и отказ от ожерелья не спасут тебя. Конечно же  ты мечтаешь стать богатой и красивой,  на этом я тебя и поймала. В моем мире никто ничего просто так не делает — художники будут тебя рисовать.  Они умеют искусно исправлять огрехи во внешности, но эти исправления останутся лишь тогда, когда ты устоишь от соблазна, но, думаю, что я уже сегодня заполучу твою душу, а если нет, то  у меня в запасе ещё будет две ночи.
Она усмехнулась, и в этой усмешке было что-то зловещее. Красавица поправила волосы, потом  подошла к зеркалу и долго смотрела на своё отражение.
 "Скорей бы стать  живой, а  не фантомом из мира грез",— подумала она и  грациозной походкой прошлась по залу, разминая затекшие ноги, а потом направилась к входной двери...

***

Анжелика открыла глаза на площади, вымощенной серым камнем. Вокруг возвышались замки — с башнями, шпилями, витражами. Был солнечный день и тёплый ветерок колыхал  серебристую листву на деревьях — она  переливалась и тихо звенела, словно тысяча крошечных колокольчиков.

Возле замков приютились небольшие кафетерии. Прямо на площади, под кружевными зонтиками, за столиками, сидели люди и пили кофе. Пахло свежей выпечкой, корицей и чем-то ещё  сладким, неуловимым, как воспоминание о давно забытом празднике. Звучала очень трогательная, но  незнакомая мелодия.

В центре площади бил фонтан. Вода в нём была прозрачной, но когда солнце попадало на струи, они переливались всеми оттенками  радуги. Вокруг фонтана толпилась молодежь: парни и девушки в лёгких, струящихся одеждах, все красивые, все улыбчивые, но  все с каким-то особенным, странным сиянием в глазах.
И было много художников с мольбертами. Они рисовали замки,  видневшееся за ними синее море,  девушек,  парней и редко людей среднего возраста.

Анжелика прошлась по площади, вдыхая тёплый воздух. Она чувствовала себя странно и ей казалось, что она здесь уже была, но когда — она не помнила.

— Ты здесь впервые? — раздался голос у неё за спиной.

Анжелика обернулась. Перед ней стоял молодой человек: высокий, светловолосый, с глазами цвета морской волны. На нём была серая рубашка и синие джинсы, а на плече висел мольберт.

— Да, — кивнула Анжелика.

— Я так и понял, — улыбнулся он, — у тебя  взгляд какой-то потерянный и одновременно  восторженный,  так смотрят только те, кто  открыл для себя   дверь в новый мир.

Он протянул руку:

— Меня зовут Артур.

— Анжелика, — ответила девушка.

— Какое красивое имя! — восторженно воскликнул он, — пойдем, выпьем по чашечке кофе, он здесь необыкновенный — просто появляется на столиках и исчезает, если его не выпить.

— Как в сказке? — удивилась девушка.

— Именно, — кивнул Артур, — здесь всё, как в сказке, и платить ни за что не надо.

Они сели за столик у фонтана и  вдруг перед ними  появились две чашечки кофе и тарелка с круассанами, источающими аромат ванили.

— Пей, не бойся! — подмигнул ей Артур.

Анжелика взяла чашечку и поднесла к губам. Кофе пах восхитительно и  ей очень захотелось его выпить, но в этот момент внутри неё что-то ёкнуло — интуиция подсказала: "Бесплатный сыр бывает только в мышеловке".
Она улыбнулась, поставила чашечку на стол и вежливо сказала:
— Спасибо, но  я не хочу пить.
Артур удивленно поднял брови:

— Совсем не хочешь? — в его голосе промелькнуло что-то похожее на разочарование, — хорошо, но  тогда  можно, я нарисую твой портрет?

— Мой портрет?—  в свою очередь удивилась девушка, и тревога закралась в её душу.

—Ты мне понравилась и я хочу  сделать тебя ещё прекрасней,  — завораживающим голосом пояснил Артур, щурясь на солнце, — я художник, а все художники здесь,  если кого-то   рисуют, то вплетают в  его  образ что-то новое: черты, оттенки, краски... и этот кто-то  меняется к лучшему,  становится красивее.

Анжелика смотрела на молодого импозантного  художника, и ей что-то не верилось, что она — невзрачная, в одежде горничной — могла заинтересовать его. Вокруг крутились прекрасные незнакомки в модных платьях и с шикарными прическами, и девушка уже мысленно  ругала себя за то, что так опрометчиво познакомилась с первым встречным в чужом мире.

— Не надо меня рисовать! — решительно сказала она.

Артур нахмурился, но  быстро взял себя в руки.

— Время здесь летит стремительно, — сказал он, вставая, — тогда  я хотя бы  покажу тебе море.

От такого предложения Анжелика  не могла отказаться, потому что никогда не видела моря. Они пошли, и Анжелика заметила, что  Артур постоянно на неё поглядывает, как будто оценивает.

Море было не далеко. Стоило уйти с площади и миновать один из замков, как оно показалось:  спокойное, синее, бесконечное.

Анжелика подошла к прибою.  Ей захотелось войти в воду, окунуться, почувствовать, как море обнимет её. Но опять  внутренний голос остановил её.

— Нравится? — спросил Артур. Он стоял чуть поодаль и устанавливал мольберт.

— Очень, — ответила Анжелика, озираясь, — я никогда не видела моря, потому что  в моём мире у меня не было такой возможности.

При этом она  заметила, что все, кто находились на пляже, не купались, не загорали, а только  позировали художникам,  и когда Артур спросил её:

— Неужели ты и здесь откажешься от моего рисунка?

Анжелика ответила:
— Рисуй, — потому что  она вспомнила, что этот рисунок будет подарком от Лауры.

 Артур начал рисовать.  Девушка смотрела на замки вдали, на гуляющих  людей и чувствовала какое-то беспокойство — слишком всё  здесь было чудесно, действительно, как  в сказке, и  слишком навязчив был этот художник.

— Готово! — объявил Артур через некоторое время.

Анжелика  подбежала к мольберту, взглянула  на холст  и удивилась — лист был девственно чист, ни одной линии, ни одного штриха.

— Но... здесь ничего нет, — растерянно воскликнула она.

— Конечно, нет, — Артур рассмеялся,  — в этом мире всё, что рисуют на холсте, сразу переносится на того, кого рисуешь. Я нарисовал тебя, добавив что-то новое, ты  уже это чувствуешь, и можешь в зеркале увидеть свой новый образ.

И это было правдой — девушка   вдруг почувствовала  себя иначе, бодро, уверенно...

— Спасибо, — тихо сказала она, ещё плохо понимая, что на самом деле происходит.

— Не благодари, — ответил Артур, и в его голосе появилась странная настойчивость, —  нарисуй  теперь меня — убери с меня все лишнее и дополни мой образ тем, что тебе нравится.

Он протянул ей карандаш:

— Смелей!

Парень был красив и улыбчив, и  трудно было ему отказать, в  его глазах светилась надежда...

— Но я не умею рисовать, — растерянно ответила девушка.

— Этот карандаш  волшебный, — прошептал Артур, и в его голосе звучала мольба, — тебе нужно только дотронуться им до листа. Ты такая необыкновенная и мне  будет дорог  твой подарок.

 Анжелика почувствовала, как её рука уже  сама тянется к карандашу. Ей так захотелось выполнить его просьбу,  ведь он нарисовал и улучшил её, но что-то останавливало — ей вспомнилось безразличие к ней тех,  кто окружал девушку в её мире, обидные слова вслед, презрительные взгляды, пренебрежительное отношение и  она подсознательно уловила фальшь во всем происходящим в этот момент.

— Нет, — сказала она твердо, хотя сердце её колотилось, — прости, Артур, но  я не могу.

И она быстро, почти бегом, пошла  прочь. За её спиной слышались   крики  художника — злые и требовательные:

— Вернись! Вернись!

Но Анжелика не оборачивалась. Она побежала, не разбирая дороги, и мир вокруг неё вдруг дрогнул — краски поблекли, исчезли: море, замки, площадь, фонтан.

Она потеряла сознание, а когда  открыла глаза, то  увидела, что стоит в мраморном портале, а перед ней стояла улыбающаяся Лаура, но в её  глазах девушка  заметила что-то новое, холодное, нетерпеливое.

— Анжелика! — воскликнула красавица, и голос её звучал приторно-сладко, — спасибо тебе,  но  в эту ночь  я не смогла найти своего друга, потому что он сменил адрес.  Не сможешь ли ты ещё раз заменить меня?

Горничная  посмотрела на Лауру  и  тут же вспомнила  требование  художника — вернуться, а ей совсем  не хотелось  туда возвращаться, ведь она почувствовала, что в том мире что-то не так,   но, что именно — она понять  не смогла.

— А вы узнали его новый  адрес? — машинально спросила девушка.

— Конечно, — Лаура тяжело  вздохнула, —  пришлось потратить на это всю ночь, — и  в этих словах  было столько печали, что Анжелике снова стало её жаль, а красавица продолжала, — я так надеялась, но не получилось. Пожалуйста, помоги мне ещё раз,  всего одну ночь,  я уверена, что найду его.

Анжелика колебалась. В голове звучало предостережение: " Не соглашайся! Что-то здесь не так!"

Лаура вглянула на девушку изучающее и неожиданно спросила:

— Тебя кто-то обидел в моем мире? Ты я вижу, как будто боишься чего-то или кого-то.

Вопросы ожившей статуи застигли девушку врасплох и она, засмущавшись, скороговоркой ответила:

—Нет..нет. Все хорошо, я помогу.

— Спасибо, — прошептала красавица,  — ты даже не представляешь, как много это для меня значит, она отвернулась и девушка не увидела,  как Лаура ухмыльнулась и в этой ухмылке промелькнуло что-то зловещее.

Анжелика  пошла к выходу. По пути она увидела себя в зеркале,  вмурованном в одну из стен.  Её отражение показалось  стройней, лицо  миловидней, глаза  выразительней,  а  носик тоже  уже не был таким курносым.

Она улыбнулась и обрадовалась, что Лаура её не обманула — во  внешности девушки действительно многое  изменилось в лучшую сторону, а значит она правильно сделала, что согласилась ещё раз помочь ей.

В коридоре Анжелика  столкнулась с Валентиной, которая уже начинала утреннюю уборку.

—  Ты что здесь с утра делаешь? — всплеснула руками старшая горничная.

— Проверила, всё ли в порядке со статуей, — улыбнулась девушка, — вы же знаете нашу  хозяйку.

— Ну-ну, — Валентина подошла поближе, всматриваясь в лицо девушки, —  а  что это ты сегодня  глаза подкрасила,  и нос у тебя  будто другой стал?

Анжелика рассмеялась:

— Просто я расту, Валентина Ивановна, вы ж на меня никогда внимания не обращали, у моего дедушки такой же нос  был.

Они засмеялись вместе, и Валентина, покачав головой, отправилась дальше по коридору, бормоча себе под нос что-то о молодежи, которая меняется прямо на глазах.

Анжелика побежала дальше и она  не знала, что Лаура очень разозлилась, увидев горничную, преображенную в лучшую сторону — это означало, что девушка устояла перед соблазном. 
Теперь мраморной красавице не только не досталась  душа Анжелики, но  она потеряла часть своей жизненной силы. Однако Лаура не хотела ещё отпускать жертву.
Анжелика, конечно,  не услышала, как красавица,  оставшись одна в зале, прошептала:
— В следующую ночь эта дурочка обязательно возьмет  хоть что-нибудь, потому что все берут рано или поздно...
А за окном занимался рассвет, первый из тех, что Анжелика могла уже не увидеть.

***
Анжелика! — мать шла ей навстречу, — почему сегодня пропустила завтрак? — она   бросила на дочь быстрый взгляд, — что проспала?
— Да, мам.
— Нужно заводить будильник, а то  Алиса   вчера у  меня  спрашивала, почему ты такая нерасторопная? — женщина прищурилась, всматриваясь в лицо дочери, — ну..ну,  а подкраситься успела, вот и правильно, тебе идет.
Анжелика растерялась — первый раз в голосе матери не было обычной насмешки и это ещё больше подняло девушке настроение.
— Хорошо, мам. Я буду расторопней, — крикнула она уже на бегу, торопясь за пылесосом.