Политика. Теперь и в СВ

               
Из серии «Сушеная вобла».

   В кои-то веки четверо наших друзей собрались в «СВ» (Сушеная Вобла) одновременно. Июньский вечер был не по-летнему прохладным, моросящий мелкий дождик косил под осень, поэтому к пенному отношение было соответствующее - без признаков энтузиазма.

   - Учитывая сложившуюся обстановку, предлагаю провести учебные маневры по подготовке к предстоящей в ближайшие 4 месяца встрече с осенью, - заявил ни разу не военный Прищепка, явно позаимствовав армейский стиль из СМИ.

   Присутствующие не сразу оценили юмор, но поддержали инициативу. Юбер, правда, заявил, что погода его полностью устраивает. А от сорокоградусной жары, да что там от жары, от одной мысли о таком пекле его бросает в дрожь. И, конкретизируя мысль Прищепки, предложил:

   - Есть хороший повод вспомнить о замечательном человеке, судьба которого сложилась трагически: он был предан руководством своей страны за то, что был патриотом и не склонился перед врагом. Я говорю о Драголюбе Милановиче, бывшем руководителе югославского телевидения. Совсем недавно, 17 июня, ему исполнилось 77 лет. Десять из них он провел в заключении.
 
   Прищепка перебил Юбера:

   - А так это его американцы, разбомбив телецентр, потом за это и осудили?

   - Хуже, гораздо хуже. Посадили его в тюрьму сами сербы, сделав из него классического козла отпущения, переложив на него вину за гибель 16 сотрудников телевидения, убитых американцами при бомбежке здания центрального югославского телевидения. И не реабилитировали его до сих пор.

   - Но он все-таки остался жив в отличие от Милошевича, - перебил Юбера Прищепка. – Кстати,  ты считаешь, Милошевича убили или он умер из-за болезни?

   - А сам поразмышляй, – подключился к разговору Бывалый. - Из без малого двух сотен подследственных Гаагского трибунала, содержавшихся в заключении, не дожили до приговора 19. Я хорошо помню, как в 90-х сначала в западных СМИ, а затем и у нас проводилась компания по дискредитации нашей, как утверждали «зверской», правоохранительной системы.

   В первых рядах под флагом Солженицина действовали не только журналисты, но и различные европейские комитеты и комиссии, образованные для расследования «ужасов» в местах лишения свободы в СССР, а затем и в России.  Каждый случай смерти заключенного преподносился, как политически мотивированное убийство. А мы практически и не отбивались от этих нападок.

   Конечно, в зонах и СИЗО, как и на свободе, люди умирают. У нас они составляют примерно один процент. А  в «комфортных» камерах Гаагского трибунала  не дожили до вынесения приговора десять процентов. Чуете разницу? И никакой истерики супердемократы и либералы по такому поводу в медиапространстве не поднимали.
 
   А Милошевич не дожил до вынесения решения по итогам трех лет судебного следствия три дня. Он готовился выступить с разоблачениями подставных свидетелей, доказать лживость их показаний.  Примером для него был Георгий Димитров, сумевший добиться оправдания Компартии и себя по обвинению в поджоге рейхстага. Но то, что было возможным в 1933 году в Германии, одурманенной фашистской идеологией, в наше время при так называемой демократии стало недопустимым. Ведь тогда пришлось бы привлечь к уголовной ответственности тех, кто без объявления войны и без санкций ООН бомбил Югославию, убивая сотни мирных граждан, разрушая мосты и вокзалы, жилые дома и даже  посольство КНР.

   - И как же его смогли убить? В марте 2026 года исполнится 20 лет со дня его смерти. Обычно за такой срок кто-либо из исполнителей преступления
проговаривается и раскрывает его детали. Ведь все тайное становится явным, - вступил в разговор молчавший до сих пор ПеПе.

   - Милошевич страдал от гипертонии высокой степени, у него было больное сердце. Необходимого лечения не проводилось. Но зато три года он вынужден был чуть ли не каждый день на суде слушать клевету и ложь в свой адрес. А возражать и разоблачать этих, якобы свидетелей, ему было запрещено. Можно было только молчать. Тут и самый здоровый человек от гнева и возмущения заработал бы инфаркт или инсульт. Но если, несмотря на все это, он все-таки держится, достаточно не дать ему поспать несколько ночей подряд, и все – сердце не выдержит. Надзиратели не будут считать себя убийцами – ведь они добросовестно выполняли приказ проверять подсудимого каждые 15-20 минут, круглосуточно проводить обыски в камере и т.п. Тюремщики делали привычную, рутинную работу. И никакой вины они не чувствуют. Так что им и рассказывать даже через двадцать лет не о чем.

   - Стоп, стоп, стоп! – перебил Бывалого Юбер. – Еще немного и у нас будет ток шоу на Первом канале. А я не просто так рассказал вам о Драголюбе Милановиче. Мне поступило предложение принять участие в одном проекте по разоблачению «образцовой западной демократии». Хотел с вами посоветоваться, стоит ли соглашаться.

   - Можешь дальше и не рассказывать, - в свою очередь перебил Юбера Бывалый, - не стоит. Все, кто понимает, что нам преподносят глянцевую фальшивую рекламу о существовании демократии на Западе, не нуждаются в дополнительных доказательствах. А те, кого уже обвели вокруг пальца, в первую очередь, молодежь, телевидение не смотрят, газет не читают, радио не слушают, в интернете пользуются очень узким сегментом информационного поля, и любые попытки посторонних вклиниться в их среду считают пропагандой и покушением на их свободу.

   - Вот тот самый случай, когда приходится выслушивать неприятную правду. Однако нет плотины, через которую не просачивалась бы вода, а уж в информационном поле всегда найдется незакрытое окно или хотя бы форточка.

   Идея заключается в издании красочных настенных календарей с изображениями жертв так называемой демократии, а в другой серии - монархов, возглавляющих сегодня европейские страны. Постеры и настенные календари пока еще достаточно популярны у молодежи. Вот с их помощью можно попытаться достучаться до поколения зумеров.

   Не раз и не два приходилось слушать утверждение, что граждане России до сих пор не могут воспринять идеи свободы и демократии, потому, что глубоко в подсознании на генетическом уровне мы остаемся рабами. А когда разъясняешь, что как раз в России рабства не было, в отличие от Англии, Франции, Испании, Италии и далее по списку, слышишь в ответ, что в Европе сотни лет процветает демократия, а нам она недоступна для понимания. И совершенно бесполезно объяснять, что самодержавие, при котором они живут,  это антоним демократии, а они живут, обвиняют нас в тоталитаризме, будучи не гражданами, а подданными.  Это было бы смешно, если бы не было печально. Подданные королей и королев, великих князей и герцогов из стран, сохранивших феодальный строй, берутся беззастенчиво учить нас демократии, учат, как создавать гражданское общество. А мы безропотно пытаемся следовать этим советам и удивляемся, что нас при любом раскладе похвалы не удостаивают.

   - Ну, что ж! Замысел понятен, - снова выступил Бывалый, - с ложью бороться надо, молодежь можем спасти только мы - старшее поколение. Но проект пока сырой. Могу дать бесплатный совет. Сделайте все календари номерными, и прорекламируйте, что, допустим, в середине года пройдет розыгрыш и пятьдесят счастливчиков будут приглашены на ТВ, где пройдет конкурс лучших знатоков государственного устройства стран Европы. Когда зуммеры самостоятельно добудут информацию, тогда и будут ей верить.

   И тут выступил Прищепка:

   - Ни в коем случае не проговорись, что первичное обсуждение проекта состоялось за кружкой пива. Среди молодежи много приверженцев здорового образа жизни, поэтому заявляй, что идея пришла во время вечерней пробежки с друзьями по Кремлевской набережной.

   Все согласились с таким разумным предложением и вернулись к приятному отдыху.
   
   Правда, ПеПе заявил, что надо, хотя бы в «СВ» политинформациями не заниматься. А Юбер добавил, что раньше супруга просто скандалила, а теперь по примеру американского президента санкции вводит.