Есть женщины, как птицы, есть... 4

Ближе к полуночи выползают тени
и  бродят в поисках новой жертвы:
новизна нужна сломанным мозгам и
нужен срочно очень свежий дофамин.
И на такого следока  примчалась
из далёкого далека помощница по
выводу пациента из кризисного тупика!
Она знает толк  в метафорическом
влиянии на  мозг! Сужает его сознание
до зрачка, вернее до щели глаза,
куда он не проникал ещё  ни разу,
но о об этом только и мечтал.
И вот тут,  при суженном сознании,
начинается бомбардировка любовью.
Ночь. Луна. Она. Одна. И ты один,
сам себе господин. Тебе не нужна семья,
это ведь она такая скука, внушила тебе
эту доктрину  предыдущая с... 
Гедонизм мой! - шепчет на ушко педикюрщица,
она совсем недавно визуально употребляла
глазами, руками,  чужого мужа, обсессия
настигла её, как ураган, одержимость
граничащая с патологией, о, я заболела
тобой , шепчет деструкция, впившись
умело в тело. Агрессивная физиология
прикрытая кружевом слов - наркоз.
Он  её манекен для удовлетворения
ненасытных фантазий! Она пилит ногти,
обрезает ненужное мясо, красит ногти!
И выдаёт эту фрустрацию за декаданс.
Все эти процедуры напомнили поэзию
Шарля Бодлера, прочту ему я для примера!
 
"Вы помните ли то, что видели мы летом?
Мой ангел, помните ли вы
Ту лошадь дохлую под ярким белым светом,
Среди рыжеющей травы?

Полуистлевшая, она, раскинув ноги,
Подобно девке площадной,
Бесстыдно, брюхом вверх лежала у дороги,
Зловонный выделяя гной."

Какой экстаз! Я поняла ты конь - мой.
Давно  люблю коней любовью неземной.
И дофамин пошел, нет! хлынул в его кровь.

Своею необычностью меня ты зарядила!
Как хорошо же мне с тобою было,
не то что с льдиной Артмемизией , с таким
ужасным именем!  Заржала мастер педикюра.
И показала зубы лошадиные свои,
но это дело третье, ведь институция
галопом мчится  по ночному интернету.
А ночью  все кошки серы, как известно,
но это приписала для примера, чтоб
нафталиновою эрудицией блеснуть...
Таков неправильный мой интернетный путь.