Оправдание как чепэвэ...

     Литературоведы часто расстраиваются из-за того, что их тексты не читают, а их устные высказывания не слушают. Или слушают, но совсем не слышат. А вот некоторые сочинители-любители совсем не расстраиваются из-за того, что их мнение о том, что любое высказывание, как устное, так и письменное, состоит из "воды" (антуража), обещаний, обращений (призывов), сообщений (знаний) и оправданий, литературоведы не считают серьёзным. Но данное мнение любителей сочинять что-нибудь, скорее всего, могло бы понравиться тем читателям, которые высказали, например, такое:

     "Роман Б. Пастернака "Доктор Живаго" - хороший. Нам такие романы нужны. Но некоторые читатели сильно устают от чрезмерного количества оправданий автором главного действующего лица романа".

     Какая наглость невежественных читателей: так высказываться  о достойном литературно-художественном произведении! Но читатели с таким высказыванием признают то, что оправдания являются чепэвэ, частью письменных высказываний. Такие письменные высказывания,  как "вспоминательные" (мемуарные) тексты, создаются частенько для того, чтобы оправдать себя. А вот в дневниковых записях, как ни странно, авторы стараются не столько себя оправдать, сколько себя объяснить. Самим себе.

     А если в дневниковые записи вклеены вырезки из газет и журналов, то такие дневники могут оказаться более документально точными, чем многие воспоминания-мемуары. Жаль только, что авторы вырезанного из газет и журналов в прошлом много лгали. А если в дневник вклеены не правдоподобные, а именно правдивые вырезки из газет и журналов, то такой дневник может оказаться ценным не для одних только исказителей (фальсификаторов) прошлого, но и для настоящих историографов.

     Несомненно то, что ведение дневников - это то, что может предшествовать осуществлению литературно-художественного творчества. А вот авторы текстов деловой, документальной, научной, публицистической, учебной литературы, если и ведут дневники, то больше дневники наблюдений за окружающей действительностью, чем за своими собственными "причудами".

     У авторов деловой, документальной, научной, публицистической, учебной литературы вырабатывается привычка не оправдывать, а стараться объяснить окружающую действительность. Многие авторы текстов такой литературы не любят лить "воду", то есть подробно описывать антураж, - яркие, бросающиеся в глаза составляющие объясняемой окружающей действительности. И, действительно, если главное в тексте - это объяснения, то есть сообщения (знания), то зачем много времени и сил тратить на описание "финтифлюшек"?  Нет такой необходимости!

     А вот тексты "вспоминательной" (мемуарной) и художественной литературы - это совсем другое дело, чем литература деловая, документальная, к которой и личные дневники относятся,  научная, публицистическая, учебная. Например, литературные "обработчики" чужих воспоминаний часто именно описаниями "воды" (антуража) разбавляют многочисленные оправдания и самооправдания.

     В отличие от вспоминающих, оправдывающих себя и своих коллег, сотрудников по прошлому, авторы текстов художественной литературы оправдывают лиц, действующих в их текстах, добиваясь в данных текстах возвышения или положительного обаяния над отрицательным, или, наоборот, - отрицательного обаяния над положительным.

     Вполне возможно, что так называемое "окно" господина Овертона - это лишь использование авторами устных и письменных высказываний,  главными в которых должны быть агитационные обращения-призывы, опыта обаятельного оправдания действий и поведения действующих лиц, который есть у авторов текстов художественной литературы.

     P.S. Автор данного текста просит у читателей и читательниц прощения за наглость жителя вымышленного города Большереченска, которая состояла в том, что большереченец, в эпоху искусственного интеллекта и компьютерных нейросетей, настоятельно просил автора назвать его бред именно литературоведческим, и напоминает им, что чепэвэ в названии данной записи бреда персонажа, - это "часть письменного высказывания".