Притча без Оправданий

В одной далёкой долине, окружённой высокими горами, жил мастер - строитель по имени Илай. Он возводил самые прочные и красивые дома, мосты и беседки во всей округе. Но, несмотря на свой талант, Илай всегда выглядел измождённым, а его плечи были сутулыми, словно он носил на себе невидимую гору.

Причина его усталости крылась не в тяжёлых камнях или дубовых балках. За спиной Илай всегда носил большой кожаный мешок, доверху набитый свитками. Это были «Свитки Оправданий».

Каждый раз, когда Илай строил дом, обязательно находился кто - то из зевак, кто спрашивал:

— Почему ты сделал окно овальным, а не квадратным? 
— Зачем здесь эта колонна? Она же закрывает вид на восток! 
— Почему ты используешь красный кирпич, если все в долине строят из серого камня?

Услышав вопрос, Илай бросал инструменты, тяжело вздыхал, доставал из мешка нужный свиток и начинал читать долгое, подробное объяснение. Он рассказывал о движении солнца, о розе ветров, о свойствах глины и о законах гармонии. Он тратил часы, чтобы убедить каждого прохожего в правильности своих решений.

Чаще всего люди даже не дослушивали его до конца. Они пожимали плечами, зевали и уходили, оставаясь при своём мнении. А Илай, потеряв время и силы, возвращался к работе, чувствуя себя опустошённым. С каждым годом мешок со свитками становился всё тяжелее, а радость от работы таяла.

Однажды, когда сил совсем не осталось, Илай бросил свой мешок и отправился на вершину самой высокой горы, где в уединении жил старый мыслитель Аман.

Дойдя до хижины старца, Илай упал на колени и воскликнул:

— Учитель, моя жизнь невыносима! Я делаю всё ради блага людей, я отдаю им лучшее, но они постоянно сомневаются во мне. И сколько бы я ни объяснял им причины своих поступков, сколько бы ни приводил доводов, они всё равно критикуют меня. Мой груз оправданий тянет меня к земле. Как мне обрести покой?

Старец, который в это время неспешно поливал из кувшина небольшой розовый куст, растущий прямо из трещины в скале, остановился. Он посмотрел на Илая и спросил:

— Скажи мне, строитель, когда солнце встаёт по утрам и слепит глаза горожанам, пишет ли оно им письма с извинениями за свою яркость?

— Нет, — удивился Илай.

— А когда река весной выходит из берегов и меняет русло, созывает ли она совет, чтобы объяснить деревенским жителям причины своего поведения?

— Конечно, нет. Река просто течёт.

— Тогда почему ты, создающий красоту своими руками, считаешь себя обязанным быть менее свободным, чем река или солнце?

Илай задумался, но ответил:

— Но если я не буду объяснять, люди подумают, что я глуп, высокомерен или что я ошибаюсь!

Аман мягко улыбнулся и указал на розовый куст:

— Подойди ближе. Видишь этот цветок? Многие пастухи, проходя мимо, говорят мне: «Аман, зачем ты тратишь воду на этот куст? Он растёт на камнях, от него нет пользы, он не даст плодов».

— И что вы им отвечаете? — спросил Илай.

— Ничего, — ответил старец. — Я просто продолжаю лить воду. Если бы я тратил время на то, чтобы объяснять каждому пастуху красоту этого цветка, куст давно бы засох от жажды, пока я разговаривал.

Аман положил руку на плечо мастера:

— Пойми, Илай: люди видят мир не таким, каков он есть, а такими, каковы они сами. Твои объяснения не меняют их восприятия, они лишь питают их желание спорить. Каждый раз, когда ты оправдываешься, ты отдаёшь другим право судить твою жизнь. Ты ставишь их сомнения выше своей истины.

— Что же мне делать? — тихо спросил строитель.

— Оставь свой мешок со свитками здесь, на горе. Пусть ветер разовьёт их. Возвращайся в долину и просто строй. Твои поступки — это конечный результат. Тот, кто способен понять, не нуждается в объяснениях. А тот, кто не способен, всё равно их не примет.

На следующее утро Илай спустился в долину налегке. Его спина была прямой. Он сразу же принялся за возведение нового моста.

Вскоре к нему подошёл местный торговец и с укоризной спросил:

— Послушай, мастер! Почему ты делаешь эти перила такими низкими? Это же непривычно! Разве так строили наши отцы?

По старой привычке рука Илая дёрнулась назад, туда, где раньше висел тяжёлый мешок с оправданиями. Но мешка там не было.

Тогда Илай просто выпрямился, посмотрел на солнце, улыбнулся торговцу и спокойно ответил:

— Потому что я решил сделать так.

Он отвернулся и продолжил обтёсывать камень. Торговец постоял, моргая в растерянности, не найдя за что зацепиться для продолжения спора, и молча пошёл своей дорогой.

Впервые за много лет Илай почувствовал себя так, словно сбросил с плеч целую гору. Он понял, что жизнь становится поразительно простой и ясной в тот самый миг, когда ты позволяешь своим действиям говорить самим за себя, оставляя людям право думать всё, что им заблагорассудится.