1. Роза пахнет розой...

Помните, да? Хоть как её не назови... А еще есть афоризм про корабль, который поплывёт в строгой зависимости от выбранного имени...

Так в очередной раз подумала Капитолина, по обычаю рано проснувшись в субботнее неторопливое утро. И, хотя она улыбалась в этот момент, на душе было не благостно. Всё думалось и тревожилось...

Сейчас женщин с таким старомодным имечком ещё поискать. Но родители выбрали для своей дочки именно его, услышав где-то ненароком красивое, как им показалось, можно даже сказать, загадочное прозвание. И вот она уже сорок лет его носит.

Только так её не называют. В основном Лина и Капа. Это на работе. Она сначала поправляла, дескать, Капитолина она, потом плюнула. Пусть...

Мама с папой зовут Капитошей. Они, скорей всего, до сих пор связывают выбранное имя с древним Римом. Но где они, а где та самая страна с холмами, на которых раньше и рождались вот такие, как пишут в словарях, царственные особы...

Один муж бывший красиво называл. Капелькой. Только он ушёл от неё пять лет назад. При том совершенно не к другой женщине...

Просто. Купил себе квартиру, платит ипотеку, работает на приличной должности в консалтинге, какие-то спортивные секции у него. Охота, рыбалка, лыжи. Живёт в общем на радость своему эго. Один...

И, кстати, перестал так нежно к ней обращаться. Только Капитолина она теперь. И ладно...

Женщина, даже не заметившая в своих раздумьях, как оказалась на кухне и затеяла тесто для блинов, ускорилась. Клава попросила пораньше её разбудить. Вроде их студенческая компания за город собирается.

Да, несмотря на то, что она сама весьма недовольна тем, что родители не назвали её простым и безыскусным именем типа Катя или Таня, все ж выбрала для собственной дочери ещё более заумное. Клавдия.

Честно сказать, Капитолина была абсолютно уверена, что оно образовано от греческого слова "веселая" или "живая". Ну, или от латинского — «ясная».

А Клава еще в детстве где-то нашла, что в переносном смысле имя может означать "имеющая некий недостаток" или "несовершенная". А то и "хромая". Теперь претензии предъявляет матери, когда та начинает ее воспитывать. Дескать, что ты хочешь от инвалида?

Она учится в педе. Совершенно честно собирается стать учителем. Несмотря на все уговоры домашних не совершать роковой ошибки. Тем более, что бабушка в школе работает. Почти сорок лет. И почти каждый день плачет. От бессилия изменить жизнь и взаимоотношения поколений из-за её злободневных перипетий...

Хотя и не уходит. Возможно, уже не может расстаться с привычным образом бытия. Да и куда ей теперь податься? Пенсия на носу. Говорит, ни дня не останется на работе. Хотя в семье никто этому не верит. И только радуются тому, что ей хотя бы тетради проверять не надо. Историю преподаёт...

И Клава на исторический поступила. Мечтает найти объективную форму оценки реальности. Как исторической, так и современной. Как будто она существует.

Ведь даже Куликовскую битву многочисленные специалисты описывают по-разному. И объективные вроде её данные и координаты воспринимаются через субъективные образы участников. Которых воссоздают и трактуют разные историки. С большими, между прочим, допущениями...

А если современную действительность взять? Столько мнений, столько взглядов, столько предположений и несоответствий. Но Клавдия в восторге. Для этого, мол, и нужна школа, чтобы научить детей ориентироваться и в происходящих событиях, и в собственных мыслях, их касающихся...

— Мам, какая ты умница, блины напекла, — заспанная Клава заглянула на кухню, — я с клубничным вареньем буду...

Поесть девчонка любит. К счастью, фигура позволяет ей и сладкое потреблять без опасений, и булки с пирогами. Но это пока.

— Потом придётся ограничивать себя, — размышляла Капитолина, — У нас в семье все по женской линии в молодости такие худышки, что аж жалко смотреть, а к среднему возрасту впору на диету садиться.

Мама так и махнула рукой. Сейчас кругленькая, как колобок. Но зато румяная и моложавая. Хорошо выглядит. Не жалко, как многие пожилые женщины. Это, к слову, большая беда для дам. Мужики стареют куда как красивее. У них и благородная седина, и суровые носогубные складки, и все прочее. Как мой папа, к слову. Совсем ещё не дедушка на вид...

Ой, я ж про женщин. Про маму рассказала. Теперь про себя. Стараюсь держаться. По фигуре я вполне себе. Но каждая лишняя конфета тут же прибавляет меня в талии. Потому воздерживаюсь...

Капитолина с сожалением посмотрела на третий блин, который было взяла с тарелки. Нет, пожалуй, хватит двух...

А Клава самозабвенно жевала шедевры материнской стряпни, сдабривая их бабушкиным вареньем, и, похоже, была в приличном настроении. Что странно...

Потому что она не любит вылазки на природу. Ей бы лучше на диване с книжкой полежать.

— Ой, — поняла мамаша. — Наверное, с ними поедет брат Ники. Это лучшая подружка Клавы. Её старший брат недавно вернулся в родительский дом. Там какая-то личная трагедия...

Капитолина уже мыла посуду и все сильнее печалилась. Как всегда, когда думала о том, кто станет избранником дочери. Конечно, ей хотелось, чтобы будущий муж Клавы был красив, умен, честен, мог зарабатывать и побольше, любил жену и детей, уважал родственников и прочая-прочая...

Почему же она не желала, а, вернее, боялась рассматривать этого Петра в качестве соискателя? Потому что он разведен. И это большой минус. Раз не смог жить с одной женщиной, как знать, сумеет ли ладить с другой? Ведь ясно же, что мужики гораздо чаще являются виновниками развала брачных отношений. Пьют, бьют, гуляют...

— Ой, куда меня занесло, — открестилась от своих страхов Капитолина. — Какой брак? Какой Петя? Сколько ещё таких женихов будет...

Но в глубине души она понимала, что этот парень доставит их семье немало хлопот. И имя у него неинтересное. Простецкое слишком.

Хотя вроде Пётр переводится как камень. Или скала. В общем, надёжный. Но он же не стал таковым для первой жены?

В общем, вряд ли он апостол Петр. Но Капитолина не собиралась обсуждать с Клавдией вопросы её личного и тем более семейного счастья.

Потому что дочь, при всей её расположенности к нестрогой родительнице, философскому отношению к жизни, а также хорошему чувству юмора, не допускала на свою территорию никого.

Исключения, и то небольшие, делались только для бабушки. Учительницы, настоящая и будущая, видимо, чувствовали свою некую иную общность, кроме кровной...

— А навещу я сегодня стариков, — решила Капа. Ну, или Лина. А что? Делать особо нечего. Не полы же мыть, как собиралась? Не для того выходные дни придуманы, чтобы тратить их на уборку.

Лучше о душе подумать. Вернее, про радость для неё. Она очень любила родителей. И чувствовала себя рядом с ними ребёнком. Плохо ли?