Сказка 2. А небо зовёт

Часть первая

Кот Темноша проснулся – замёрзли лапы, которые всегда лежали на бабкином животе. Он вытянулся и, повернув голову, увидел, что бабкина подушка из сена пуста. Кот сел и, насторожив уши, вдруг услышал какие-то странные звуки. Он спрыгнул с печки и пошёл, крадучись, к двери избушки, которая была неплотно закрыта. Кот пролез в щель, боднув дверь головой, и замер, увидев, как баба Яга, освещённая лунным светом, сидит на пеньке и что-то мурлыкает. Тем¬ноша медленно подошёл к ней сзади, но бабка учуяла его и весело спросила: «Котик ты мой сладкий, чего не спишь?.. ишшшо ночь, на охоту пойдёшь попозже». Кот был удивлён такой нежностью и внимательно посмотрел Яге в лицо. Баба Яга правдивым глазами глянув на соседа, опять подняла гор¬батый нос к луне, тихо завыла какую-то мелодию. Кот, ещё больше ошарашенный, уселся напротив, пытаясь понять, что происходит этой тёплой августовской ночью. А Баба Яга, домурлыкав что-то, вдруг произнесла потрясающую фразу: «Темноша! а не полететь ли нам с тобой на Луну?» Кот судорожно сглотнул слюну: «Мену с тобой??» «Ага, – ответила Яга. – Когда ты ишишо Луну увидишь…» Кот, дрожа от страха, робко мяукнул: «А как же коза, а завтрак… может, ты одна слетаешь?» Тут уж Яга встала, топнула пяткой и скомандовала: «Молчать! со мной полетишь!» Она солдатским шагом в шерстяных носках пошлёпала домой. Кот, опустив чёрный хвост, поплёлся следом.
Яга, собираясь в путь, толковала непонятливому коту, который уныло сидел у печки: «Ты, Темноша, не серчай. Окромя тебя да козы Марфы – у меня никого нет. Потому беру тебя с собой, Марфа не влезет в ступу со своими рогами и копыта¬ми, а и трусиха она, высоты боится, но ты же вон куды на ель взбираешься, кода я тебе трёпку хочу задать. Так вот, увидела я этой ночью на Луне лик девичий грустный, вот решила поближе посмотреть, может, развеселим её. Не мыркай, мы к обеду вернёмся. Марфу я подоила, в путь!» С этими словами она сгребла царапающегося кота и, замкнув дверь на палочку, пошла грузиться в ступу.
Лётчик Иван Иваныч возвращался обратно на базу после облёта нового самолёта. Все задания были выполнены, и он в отличном настроении летел, напевая песенку: «Первым делом – самолёты, ну а девушки? А девушки потом!» На этой прелестной строке он онемел, глядя в окно. То, что он увидел, Иван Иваныч потом будет рассказывать много раз, покрываясь мурашками. Перед ним как раз и возникла девушка – с седыми волосами, размахивающая каким-то платком-флагом, висящая в воздухе в каком-то ведре. Ясное дело, у него сразу возникла, мысль – а он не перегрелся на августовском солнце? Иван Иваныч пощупал лоб, зачем-то высунул язык, убедился, что у него всё функционирует, сбавляя высоту и скорость, вызвал по рации базу: «Я первый-первый докладываю, что в квадрате 15.45 обнаружен летательный аппарат с живым человеком. Прошу вызвать спасателей». На базе осторожно спросили: «Иван, вы в порядке?», но, получив утвердительный ответ, всё-таки решили вызвать скорую помощь и спасателей.
Обе машины примчались молниеносно, и, не успел самолёт с лётчиком сесть, как его мигом окружили медики. Спасательная бригада вылетела в загадочный квадрат. Иван Иванович был увезён в поликлинику под наблюдение, а вот вертолёт МЧС тем временем приближался к объекту. Действительно, в корыте-ведре находилась чья-то фигура, полусогнутая, свернувшаяся калачиком, а сверху сидел чёрный котище, сверкая зелёными глазами.108 109
Часть вторая

Баба Яга (а это была именно она) от стыда и страха не знала, куда спрятаться. Но спасатели были люди отчаянные, всякого навидались. Они быстро вытащили летунью с котом на свой борт, заволокли агрегат и взяли курс обратно на базу.
Пока мелькали в иллюминаторах макушки елей и сосен, Яга хранила молчание, но как только появились жилые постройки, бабка заголосила: «Мне не туды, мне обратно надо – домой, Марфа ждёт». Хмурые мужики, тоже до того молчавшие, охриплыми голосами хором спросили: «Что, Марфа тоже висит где-то?» Бабка Яга тихо по-старчески засмеялась: «Не, она не летает, это ж коза моя…» Один спросил: «Бабуля, а как ты в небе зависла? и вообще, ты кто такая?» Бабка прищурилась: «Скажу – вы не забоитесь?» Мужики, кашлянув, солидно ответили: «Не пугай, мы уж пуганые всем». Яга размотала платок, которым махала из ступы, и начала рассказ.
Короче говоря, взлетели они с Темношей красиво, прямо вверх. Коза жалобно мекала им вслед и рвалась с верёвки. Но ступа упрямо взвивалась ввысь, всё бы шло хорошо, но как- то стало резко холодать, и кот, до этого вцепившийся в бабкину юбку, вдруг подал голос: «А мы не в зиму летим?» Яга пристыдила: «Ты в шубе эдакой, ишшо мёрзнешь. Я-то хоть валенки да фуфайку одела и то молчу». На самом деле ей тоже становилось холодно, но женский лик ещё был виден слабо, далеко. Мда, раздумывала Яга, кажись, я погорячилась… не дотянем. Как в подтверждение, ступа внезапно остановилась, аэронавты чуть не выпали. Яга заругалась: «Ты что, старая, творишь-то?» На что ступа замёрзшим голосом проскрипела: «Как прикажешь лететь, когда топлива нет?» «Как нет – я ж целую бочку масла в тебя налила!» «Дык глянь», – ступа качнула боком, масло не капнуло на подставленную ладонь. Яга обмерла. Через пару минут она догадалась открыть крышку масляного бака, а там… масло стояло ледяшкой. Яга шлёпнулась на дно ступы. Всё! Как назло, напрочь забыла нужный текст из колдовской книги. Кот ничего не понял, но почувствовал неладное и начал громко стонать. Бабка молча сняла платок и, привязав его к клюке, стала размахивать им, наклоняясь со ступы, может, кто с земли увидит… Но тщетно – под ними разлеглось белое одеяло из облаков. Птицы здесь уже не летали. Спасения нет. Яга, прижав к себе орущего кота, притихла и села на дно.
«Вот, вы меня спасли! – закончила Яга рассказ. – А меня звать баба Яга». Мужики затихли на минуту, а потом задали… технический вопрос: «Яга, говоришь… Ладно, с этим потом, ты главное скажи – что за масло у тебя? Какая фирма?» Яга не очень поняла последнее, но ответила с уважением: «Дык масло просто козы моей, Марфы…» Вертолёт дрогнул от дружного хохота спасателей.
Просмеявшись, они решили обдумать дальнейшие действия. Старший спасатель громко спросил: «Мужики, мы на подлёте к базе, бабку передаём в цивилизацию?» В этот момент Яга стряхнула кота с колен и тихо прошептала: «Поди, послушай, чего они там замышляют? а я покамест ступу отвяжу». Темноша проскользнул под ноги спасателей и стал внимательно слушать разговор. Сухой, как спичка, второй спасатель высказался: «А давайте! Пусть её в дом престарелых передадут. Вот я свою сдал – мне и ей хорошо!» Нахмурились мужики – не знали такого факта. «Не, жаль её, пропадёт, – сказал самый молодой. – А может, скажем, что не нашли никого?»
Тут Темноша уже метнулся назад. Баба Яга сидела в ступе, он прыгнул к ней и возбуждённо стал мяукать… «Ты тише, тише, – прикрыла Яга кота фартуком. – Удумали меня куды отдать!» Она пробормотала под нос волшебные слова – и исчезла, только капли масла остались на дне вертолёта.
Мужики так ничего не решили, рассорились с худым, и, расталкивая друг друга, ввалились в отсек с пассажирами… 
но увидели лишь козьи жирные пятна от бабкиного летательного аппарата...
 
А ступа с грязным масляным дном приСТупилась около заждавшейся избушки, та от радости аж пританцовывать стала, коза истошно мекала и бодала верёвку. Кот прыгнул ей на спину, коза добавила громкости, весь этот гвалт набирал высоту – бабка громко кричала: «Ничего, мы не сдадимся никому!»
Тут её осенила одна мысль: «Тихо! Ежели мы видим Луну, дык и та, грустная барыня, тоже нас видит!?» Темноша радостно запрыгал! Какая умная у него бабуля! Общий ор пошёл по другому – баба Яга достала пыльные гусли, села на приступок, кот с отвязанной Марфой начали отчебучивать плясовую, изба подпрыгивала, на шум слетелись птицы— концерт в честь Луны в тёплом августовском лесу закончился нескоро… Уже после, еле дыша, заползая на печь, старуха Яга умиротворённо подумала: а ведь Луна улыбалась! ведь так было весело! и хорошо, что меня не успели никуда отдать…
Засыпая, улыбнулась уставшая, но довольная Баба Яга. А в ночном небе качалась белая Луна, и появлялись уже первые нетерпеливые звёзды.