Душевный разговор 2

Ну давай Коля, с 8 марта...
;Аааа, хорошо пошла...
;Чё ты смотришь на меня, взглядом кенгуру под героином?
;Да не тебя я поздравляю! А нас с тобой!
;Ну и что что мы с тобой не женщины...
;А сколько мы терпим от них?
;И всё же мы их терпим.
;Вот твою Зинку взять. Помнишь год назад, когда мы с тобой 8 марта отмечали, а потом ты пришел домой пьяный в первом часу ночи и стараясь не шуметь, опрокинул в прихожей детские санки, которые упали на спящую собаку, а она спросони заверещала похлеще спешащей на вызов пожарной машины?
;Помнишь как Зинка тогда погнула об твою кандидатскую голову тефалевскую сковородку?
;Стерпел же ты?
;Стерпел, когда из больницы вышел... Пока ты там был, Зинка всё  плакала, жалела...
;Да не сковородку! А тебя алкаша!
;Мне тоже перепало от неё потом, когда она пришла чинить разборки со мной, что мол я тебя спаиваю...
;Но я тогда как то увернулся и погнутая сковорода просвистев мимо моего уха, угодила в Люськину грудь. Ну ты Люсю мою знаешь, Голиаф рядом с ней как Запорожец  с Камазом.
;Люся даже не шелохнулась, только груди поколыхались слегка.
;А потом эта гора Арарат двинулась на Зинку. Зина поняла свою фатальную ошибку, ушла быстро. Бегом.
;Вот я и говорю, терпим мы их.
;А почему? Потому что любим.
;Чё ты лыбишься как пассатижи? Любишь свою Зинку? Любишь.  И я свою гору Арарат тоже люблю. В обиду ведь никогда не даст...
;
;