Кащей и его банда

КАЩЕЙ И ЕГО БАНДА
Из цикла «Лось и Надюха»

     Однажды Лось отложил с сторону паяльник и сказал:
     - Друзья мои! А не отправиться ли нам в поход?
     Услышав это, мы с Надеждой слегка обалдели. Дело в том, что в институте Лось постоянно отлынивал не только от поездок в колхоз на картошку – это никто не любил – но и от турпоходов с кострами, палатками и песнями под гитару. И вдруг – в поход! Похоже с мозгами у Лося в последнее время что-то произошло.
    - Отлично, - сказала Надька. – Мы пойдем по местам боевой славы.
    - И что мы там увидим? - возразил Лось. – Разруху? В 75-м настрогали памятников на скорую руку. А потом про них забыли.
     - Точно, - сказал я .- Надо посетить святые места.
     - С каких пор ты стал верующим?– удивился Лось.
     - Вообще-то я агностик, – уточнил я. – Верю, что существует высшая сила. Но каждый народ видит ее по своему. В соответствии со своим так сказать культурным кодом.
     - Мы обязаны изучать культурно-историческое наследие, - поддержала меня Надька.
     - Не культурно-историческое, а алкогольно – гастрономическое. – ехидно возразил Лось. – Вот где душа народа.
     – Ты забыл, как мы пирожков поели на вокзале? И что потом было, - припомнила Надька.
     - Нашла что вспомнить. Сейчас все борются за звезды Мишлена.
     - Ага. Сходил разок в мишленовский ресторан и остался без штанов, - вставил я.
     Мы еще долго спорили бы, но внезапно Надька нашла решение, которое удовлетворило всех.
     - Я знаю, что нам нужно, – сказала она. – Мы поедем в Древнегорск. Там были жесточайшие бои с фашистами и там много церквей. А еще это столица древнего племени вятичей.
     И мы стали собираться в Древнегорск. Лось хотел было взять с собой ультразвуковой измеритель скорости полета птиц. Эта штука была размером со среднего размера пылесос. Сходство становилось еще больше, когда Лось собирал трубчатую телескопическую антенну. Еле его отговорили.
      Я положил в сумку альбом для рисования, цветные мелки и томик Якова Полонского, репринтное издание 13-го года. А вот Надька приперла на автовокзал здоровенный рюкзак. Нести его понятное дело предстояло мне, Лось такие джентльменские услуги не оказывал. Я взвесил рюкзак на руке и, оценив вес, спросил:
     - У тебя там что – кирпичи?
     - Нет.
     - Косметика?
     - Нет, консервы.
     От нас до Древнегорска каких-то полтора часа езды. Мы высадились на автостанции и довольно быстро нашли единственную в городе гостиницу.  Там сказали, что свободен только один одноместный номер. Но мы можем поселиться в шестиместном без удобств. Мы с Лосем согласились на шестиместный.
     Оставив в гостинице вещи, мы отправились осматривать город. Напротив гостиницы стояла большая церковь. Судя по влажной штукатурке, церковь недавно отремонтировали.  Женщина в платке мыла порожки.
     - Чего приперлись? - спросила она.
     - Да мы вот хотели посмотреть храм.
     - Нечего тут смотреть. Если службу надо заказать – батюшка будет после обеда. А то ходят – ходят, полы не успеваешь за ними мыть.
     Так закончилась наша первая попытка ознакомится с местным культурно-историческим наследием. Мы были несколько обескуражены таким поворотом дел, но тут Лось обратил наше внимание на расположенный неподалеку большой постамент:
     - А вот и памятник боевой славы.
     - Как же так,– посмотрев на постамент испуганно сказала Надька. – Здесь должен стоять танк.
     Проходивший мимо небольшого роста старичок с пышной седой бородой вмешался в наш разговор:
     - А танка больше нет, девушка. Тю-тю.
     - Как это тю-тю?
     - Улетел наш танк на большом вертолете…
     - Куда же он улетел?
     - Сначала думали – забрали на реставрацию. Потом выяснилось – распилили и сдали в металлолом. А вы, ребятки, кто такие? Историки? Этнографы?
     - В определенном смысле, - туманно ответил Лось.
     - Как же вам повезло, что вы меня встретили. Звать меня Демьян Демьяныч, - представился старичок. – Я хранитель здешних традиций и знаток местных обычаев. Если вам будет угодно, могу рассказать.
     Я достал ручку и блокнот.
     - У многих народов – начал Демьяныч, - есть священные животные. Индусы например очень уважают коров. В древнем Египте священными были кошки. Другие народы обожествляют обезьян, верблюдов, слонов. У древнегорцев тоже есть священное животное. Или если быть более точным, священное насекомое. Это таракан.
    Увидев наши улыбки, Демьяныч ничуть не смутился:
     - Вот вы зря смеетесь. Ведь тараканы заводятся только в тех домах, где остаются остатки пищи. То есть в богатых домах. Поэтому наличие тараканов – это признак процветания. А когда случался голод – тараканы исчезали. Поэтому древнегорцы привыкли относиться к тараканам бережно, Тараканов у нас не травят и не убивают, их собирают и выносят в специально оборудованные места.
     - Так они же в конце концов вас самих сожрут.
     - Тараканы умело регулируют популяцию.
     - Каким это образом? – Лось не упустил случая съязвить. – Они научились делать аборты? Или вы их все-таки травите?
     - Ладно, хватит о тараканах. А вот например местные свадьбы. Таких пышных свадеб, как у нас, не играют даже на Кавказе. И у нас есть замечательные свадебные обычаи.
     - Это когда за невесту требуют выкуп?
     - Ну не только это. У нас например существует традиция очищения новобрачных. Брачующуюся пару бросают в реку.
     - И зимой тоже? – Надька даже слегка поёжилась.
     - Ну нет, свадьбы у нас играют только в теплое время. К сожалению, от этого старинного обычая пришлось отказаться. Где-то году так в 64-м или в 67-м таким образом у нас утопили жениха. И после этого горисполком строго - настрого запретил проводить обряд очищения. Под страхом уголовного наказания.
     - Кстати, - после небольшой паузы сказал Демьяныч, - сегодня как раз выходит замуж моя родственница. Я вас приглашаю.
     - А это удобно?
     - Я представлю вас, как членов этнографической экспедиции. У нас любят гостей.
     Надька было заупиралась: у нее мол нет подходящего платья и вообще мы никого там не знаем.
     - Демьяныч все устроит, - говорили мы.
     В конце концов любопытство взяло верх, и мы ее уломали.
     Свадьба действительно была устроена на широкую ногу. Столы расставили прямо во дворе пятиэтажки и за них рассадили не меньше ста человек. Демьяныч, несмотря на небольшой рост, был там заметной фигурой. Он рассаживал гостей и нас он хотел посадить поближе к жениху с невестой, но мы попросили пристроить нас куда-нибудь подальше, чтобы не отсвечивать.
     А в остальном свадьба была как свадьба, ничего особенного. Тамада наяривал на баяне, родственники поднимались и произносили тосты. В бутылки из-под виски и мартини был налит довольно мутный самогон. Зато щедро расставленные грибы, огурцы и помидоры были прямого посола и отменного качества.
     И вдруг посреди всего этого веселья случилось какое-то замешательство. Мы увидели, как мужчины вскакивают с мест, натягивают висящие на спинках стульев пиджаки и куда-то уходят.
     - Что там произошло? -  спросили мы пробегавшего мимо Демьяныча.
     - Ерунда, – сказал он. – Невесту украли.
     - Как украли - по настоящему? – заволновалась Надька.
     - Да нет, побалуются и отдадут.
     Несмотря на заверения Демьяныча, мы решили не дожидаться окончания банкета. Когда заворачивали за угол, где-то неподалеку раздались автоматные очереди.
     - Ничего себе баловство, - сказал Лось. – Из калашей шмаляют.
     Мы вернулись в гостиницу. Гигантского роста администраторша вручила нам ключи, мы с Лосем пожелали Надьке спокойной ночи и пошли  в свой шестиместный номер.
     В номере был пусто – с удовлетворением отметили мы. Но на кроватях не было белья, только одеяла, матрасы и голые подушки.
     Мы собрались пойти к администраторше, чтобы выразить ей свое возмущение, но администраторша была легка на помине – пришла и бросила на койки два комплекта белья.
     - А стелить-то кто будет? - прокричал ей в спину Лось.
     - У тебя  руки из какого места растут? -  ответила ему великанша и хлопнула дверью.
     - Какая потеря для отечественного баскетбола, - ворчал Лось, вставляя одеяло в пододеяльник. – Утром надо будет на нее жалобу накатать.
     Наконец мы улеглись, и я уже начал засыпать, когда в комнату кто-то вошел. Я услышал женский визг, хихиканье и голоса очевидно крепко поддатых людей.
     Вошедшие включили свет. Приоткрыв один глаз, я увидел двух солидного вида мужчин, при галстуках. С ними были две довольно вульгарные девицы неопределенного возраста. И я понял, что спать этой ночью нам скорее всего не придется.
     Они громко общались, щедро пересыпая речь матерными выражениями. Хлопнула пробка из-под шампанского, загремели стаканы. Я накрылся одеялом с головой и из-под одеяла услышал, как Лось обращается к вошедшим:
     - Господа, имейте совесть. Вы ведь не одни.
     - А ты кто такой? – спросил один из вошедших.
    - Какая разница? Я сейчас милицию вызову.
    - А мы и есть милиция, - под дружный хохот заявили вошедшие.
     Натянув штаны Лось отправился за милицией. Через некоторое время он вернулся, но не с милицией, а с администраторшей.
    И тут неожиданно воцарилась гробовая тишина.
     - Эй, прошмандовки, - сказала великанша девицам. – Ну-ка брысь отсюда.
     Девицы моментально слиняли, а администраторша обратилась к одному из мужчин, видимо старшему в компании:
     - Виктор Николаич, Виктор Николаич, вы опять за свое. Неужто забыли, за что вас из партии турнули.
     Я тогда подумал, что эта женщина - большая потеря не только для баскетбола, но также для бокса, карате и дзюдо. Она ушла, не оставив нашим соседям даже постельного белья. Впрочем, они завалились спать прямо в одежде.
     Когда мы с Лосем проснулись утром – наших соседей в номере уже не было.
     - Ушли на опохмел, - прокомментировал Лось.
     В фойе гостиницы мы увидели Надежду.
     - Как вам спалось? – спросила она.
     - Отлично, - не моргнув глазом сказал Лось.
     - А я всю ночь глаз не сомкнула, – пожаловалась Надежда. – Представляете у них здесь совещание, съехались председатели со всего района и устроили какой-то армагедон. Ни минуты покоя. Какой-то ревнивый муж пришел искать пропавшую жену. Стал с милицией обходить комнаты. А жена вылезла на крышу, совершенно пьяная, и свалилась оттуда. Не разбилась, слава богу зацепилась за дерево: висит на дереве и кричит «снимите меня». Приехали пожарные, и скорая. и милиция, она кричит «снимите», а внизу ходит муж и тоже кричит «я тебя убью». И никто не спит, вся гостиница смотрит это кино.
     - А мы ничего не слышали, - удивились мы с Лосем.
     - Так у вас окна выходят на другую сторону, - объяснила Надька.
     Завтракать мы отправились в расположенное рядом с гостиницей кафе-стекляшку. Это была столовка самого обычного советского образца, с подносами и раздачей, и даже табличка «Распитие спиртных напитков строго запрещено» здесь сохранилась. Меню было соответствующее: борщ, пюре с котлетой, компот из сухофруктов. В углу сидели трое мужчин непрезентабельного вида. Невзирая на запрет они разливали какую-то подозрительную жидкость из бутылки, которую прятали под столом.
     Я располагался спиной к входной двери и успел проглотить пару ложек борща, когда почувствовал, что за спиной у меня что-то происходит. Сначала я увидел удивление и даже испуг на лицах моих друзей. Раздался почти нечеловеческий, но вполне членораздельный крик: «Встать! Руки за голову!» и сильный толчок в спину заставил меня подняться с места и свести руки за головой.
     В помещение тем временем вбегали люди в черном. Их было не меньше десяти, в руках у них были автоматы, головы прикрывали черные балаклавы. С некоторым облегчением я заметил желтые надписи ОМОН на их спинах.
     Нас, с широко расставленными руками и ногами, выстроили вдоль стеклянной стены заведения. Я почувствовал, как чьи-то руки ощупывают меня – от подмышек до щиколоток. Рядом со мной стоял Лось. Он попытался развернуться и что-то сказать, но сразу же ловкой подсечкой был свален на пол.
      Один из омоновцев прижимал Лося к полу коленом. Рукой в черной перчатке он взял Лося за волосы и развернул его голову к себе.
     - Ого, - сказал омоновец. - Смотрите кто нам попался. Кащеев Игорь Николаевич, подпольная кличка Кащей. Глава покровской ОПГ. – И наклонившись к уху Лося омоновец зловещим голосом добавил – Ну что – допрыгался, Кащей!
     У нас были с собой паспорта, поэтому записав наши данные, нас с Надькой омоновцы отпустили. Лосевский же паспорт не произвел на них никакого впечатления, и Лося, вместе с тремя выпивохами из угла, повезли в отделение.
     Мы не могли оставить друга в беде и тоже поперлись в милицию. Там, на большой доске объявлений, висела размытая ксерокопия «Внимание! Розыск!». Разыскивался как раз Кащеев И.Н. Ксерокопия была такого качества, что в изображенном на ней лице можно было одновременно узнать Билла Клинтона, Бориса Ельцина и Жерара Депардье.
     В дежурке заспанный капитан на все наши вопросы, как заезженная пластинка, отвечал одними и теми же словами -  «разберемся» и «ожидайте».
     Во дворе отделения милиции мы просидели до вечера. Признаюсь, в тот момент Древнегорск мне осточертел и я ненавидел этот маленький и в общем-то симпатичный городок. Нам с Надькой хотелось как можно скорее оттуда убраться.
     Наконец мы увидели Лося. Он вышел на порог отделения в сопровождении дежурного капитана. Отросшая за сутки щетина и развевающиеся на ветру волосы делали Лося похожим на Овода, которого австрийские оккупанты пытались расстрелять, да так и не расстреляли.
     Капитан начал извиняться.
     - У всех ведь бывают ошибки, - говорил капитан. – А тут ребята приехали из горячей точки. Они и так у нас горячие…
      Обращался он почему-то не к Лосю, а к Надьке, в то время как Овод, в смысле Лось, гордо стоял рядом, сцепив руки за спиной. Я помню тогда поразился, как только один день, проведенный в кутузке, превращает вполне законопослушного технаря в бунтаря и ниспровергателя основ.
     Исчерпав запас извинительных выражений, капитан сказал «ну всего доброго» и, повернувшись к Лосю, протянул ему руку. В этот момент Лось стал разглядывать небо, как будто там появилось что-то невероятно интересное, и руки он продолжал держать сцепленными за спиной. Чтобы как-то разрядить ситуацию, я схватил руку капитана и пожал ее.
     Часа через полтора рейсовый автобус увозил нас из Древнегорска…
     Прошло некоторое время и у меня появилась возможность устроиться на работу в в банк.
     Кадровик, по всем признакам - бывший военный, сказал:
     - Вы нам подходите, но придется подождать - служба безопасности должна вас проверить.
     Через неделю я снова пришел в банк, и на этот раз кадровик посмотрел на меня сурово:
     - Зарубили вашу кандидатуру. Что-то там у вас не в порядке.
     - А что у меня может быть не в порядке? – удивился я.
     Кадровик придвинулся ко мне и тихо, почти шепотом, сказал:
     - Они говорят, вы связаны с бандой Кащея.
     - Я - с бандой?
     Кадровик придвинулся еще ближе и чуть ли не одними губами прошептал:
     -  Так ты знаешь самого Кащея?
     Ничего я ему не ответил, только посмотрел на него пристально.
     И по тому, как кадровик заерзал на кресле, и стараясь не смотреть мне в глаза, начал нервно перекладывать с места на место разложенные на столе бумаги, я понял, что и я иногда выгляжу как Овод, которого так и не сумели расстрелять.