Анапские каникулы

АНАПСКИЕ КАНИКУЛЫ

ДОБРОЕ УТРО!

- О-о-о-ох! – со сладким хрустом потянулась Лина, еще не открывая своих бирюзовых глаз. Какой это кайф просыпаться с предвкушением еще одного светлого дня каникул, в котором будут улыбки, шутки, смех и и много всего самого приятного на свете! Впереди бездна времени! Подумать только – целая неделя! Лина улыбнулась своим мыслям.

- Ли-и-и - нка! Вставай! – услышала она шепот подруги с соседней кровати, но по-прежнему глаз не открывала. Она повернулась на бок, вынула из-под простыни загорелую голень с беззащитно-розовой кожей ступни и пошевелила аккуратными пальчиками.

- Что, подруга, глазки не продрать? Солнце уже в зените, а ты дрыхнешь без задних ног, - продолжала уже громко Светка, - головушка-то бо-бо?
- У самой бо-бо! – вдруг вскочила Лина и в один прыжок очутилась верхом на подруге, - кто тревожит сон принцессы, а? Отвечай, партизанка, отвечай, комсомолка!..

Принимая игру, Светка со смехом отбивалась от подруги, пытаясь ее скинуть с себя. Через пару минут девушки гогоча сползли с кровати на пол, и Светка оказалась сидящей на Лине.

- Комиссары не сдаются! – скручивая руки подруги, проговорила Светка и, наконец, придавила Лину всем телом.
- Светка, слезай, раздавишь! – прохрипела Лина, - задыхаюсь же… низы…
- Тяжело буржуинам под советской властью! Терпи!
- Сдаюсь!.. Низы уже не хотят! – взмолилась Лина.

Светка поднялась и легким движением головы откинула назад соломенного цвета волосы.
 
- Света, да ты же русалка, - переврав цитату из нового фильма, проговорила Лина и тоже поднялась.  Она невольно залюбовалась подругой. В свете утреннего солнца она как будто сама источала свет. Светлана оправдывала свое имя. Она вся была пронизана светом, теплом и оптимизмом, который щедро дарила окружающим. Заводила с детства Светка Комиссарова вполне соответствовала своей фамилии, неся по жизни прозвище «комиссар».

 Лина же, чуточку взбалмошная, энергичная и острая на язык, часто пасовала перед возникшими трудностями и сначала впадала в тихую панику, но потом брала себя в руки и как-то решала житейские задачки более ли менее сносно. Поиск правильного решения для нее был всегда труден. Даже учась на старшем курсе мединститута, она до сих пор и не определилась с выбором специальности.  Хирургом себя не видела, хотя все экзамены сдавала на «отлично»… Вот, может, гинекологом?.. Еще не известно…  А Светлана четко обозначила свой жизненный путь и ясно понимала, что, претерпев невзгоды терапевтической стези, посвятит себя неврологии.

Провести половину каникул на море – Светкина идея, которую Лина тут же с радостью приняла. Одна бы не поехала, а со Светкой – «пожалуйста!». Она даже согласилась поехать «дикарем», потому что со Светкой будет легко и просто. Возникнут проблемы, Светлана без лишней суеты их разрешит.  И, действительно, она быстро нашла жилье за вполне приемлемую цену.  Довольные, подруги отдали деньги хозяину, получили от него ключи и тут же заселились.  На целых две недели!..
 
- Что будет на завтрак интеллигентская прослойка? – подойдя к буфету спросила Светка подругу. – Может, головушку подлечить, а?
Вчерашняя вечеринка с обильным возлиянием домашнего вина, принесенного курортным знакомцем Евгением, при минимуме фруктовой закуски и бесконечными перекурами, должна была сказаться на состоянии студенток. Но крепость молодых организмов медичек, как окрестил девушек Евгений, не пошатнулась. Головы их в полном здравии были забиты мыслями о возможных курортных приключениях…

- Только чашечка кофе и бутерброд с сыром в палец толщиной взбодрит мой ослабленный излишествами организм, - отвечала ей в тон Лина. – И помол, пожалуйста, потоньше… народ это любит!..

Глаза Светки от негодования округлились, но сказать она ничего не могла: рот был занят пережёвыванием куска заветренного сыра, оставшегося после вчерашних посиделок.

Лина подошла к Светке и, приобняв ее за плечи, примирительно сказала:
-Не сердись, комиссар…Если женщина просит… кофеек помолоть…
- Ага, мать, вручную! В избу… пожалуйста! коня… без проблем! Но кофе молоть!.. неженское дело, - парировала Светка.

Впрочем, диалог носил ритуальный характер. Света кофе всегда варила сама, не доверяя полоротой Лине – ведь, как пить дать, проворонит закипание! -  готовить этот волшебный напиток.
 
За чашкой ароматного кофе, бутербродами с сыром и утренней сигаретой подруги весело пообсуждали нового знакомого Женьку, который представился актером одного из столичных театров и стал активно приударять за Линой.
 
- Брешет, небось, артистик, а? Цену себе набивает… да и годков-то ему прилично…думаю, за тридцать, - рассуждала Лина.
- Линок, так оставь его мне, - попросила Светка, - как боевой товарищ товарищу, а?
- Пользуй, товарищ! – ответила Лина, - для сестренки не жалко - последнюю рубаху сыму!

Линкина фраза заставила Светку улыбнуться. На Лине после пробуждения не то, что рубахи, вообще ничего не было надето. Не удосужилась к завтраку одеться.

- Ну, что, на море? Хочешь на море, Маугли? – допив остатки кофе, сказала Светка. Лина кивнула и начала искать свой купальник «в четыре тряпочки».
 
Света быстро собрала пляжную сумку-торбу, купленную на рынке в Анапе за приличные деньги и с уверениями, что ее привезли моряки сухогруза прямо из Неаполя.

Купальники, футболки, шорты, шлепки и шляпы на месте – все! пора на пляж!

ЕСТЬ ПРЕДЛОЖЕНИЕ!

Уже через четверть часа подруги, побросав на песок вещи, с визгом и брызгами бросились в ласковые черноморские воды.
 
Повалялись на песке, подставляя спины и животы под, начинающее припекать, южное солнце. Решили купание повторить.  Уплыв подальше, девушки покачались на воде и не спеша вернулись к берегу.  Первой к тому месту, где они оставили свои сумки, подошла Лина.

- Сюрприз, однако,- проговорила она, оглядывая пустой песок .
- Да, совсем озверел черный Абдулла - прыгая на одной ноге и пытаясь вытряхнуть из уха воду, пошутила Светка.
- Кто? –проговорила Лина оглядываясь.
- А, вот он, паразит! – крикнула Светка, увидев под навесом свою «итальянскую» торбу, - Женька! бандит! К ответу контру, под красный революционный трибунал!

Светка размашисто зашагала в сторону навеса. За ней почти в припрыжку поспешила Лина – нагретый солнцем песок обжигал ноги, заставляя забыть о грациозной походке.

На топчане, возле сумок Светы и Лины, сидел их курортный знакомец Евгений, мужчина средних лет с уже начинающей редеть шевелюрой и наметившимся животиком.
 
- Приветствую тебя о, муза! – улыбнулся Евгений навстречу Светке.
 - Полотенчиком можно воспользоваться? – вместо ответа спросила Светка. Евгений театральным жестом протянул ей полотенце. Лина, допрыгав до прохладного песка, тоже начала вытираться.

- Девочки, есть прекрасное предложение от, так сказать, местного населения, - продолжал Евгений.
- Докладывай, контра! – тряся мокрыми волосами проговорила Светка, - хотя, нет тебе пощады! Вещи спер! Вечером тройка тебя по ускоренной процедуре…
- Смилуйся, комиссар, - театрально взмолился Евгений и бухнулся на колени, - Лина, хоть ты замолви словечко!
- Не-е-ет, Женечка, не получится. Светлана – кремень, слово ее твердо, как нефритовый жезл. И приговор однозначный – расстрел… пробками из шампанского!
- У меня есть смягчающее обстоятельство. Всех приглашаю на пикник. Программа – класс: вечер на диком пляже с шашлыками, ночь с купанием в море, встреча рассвета на пустынном берегу… А?

Курортный знакомец захватил внимание девушек рекламой будущей вечеринки, да так, что они  не заметили, как к ним подошел атлетически сложенный молодой человек с черными волнистыми кудрями и ослепительной улыбкой.

- Знакомьтесь, милые дамы, наш проводник на дикий пляж, - широким жестом представил юношу Евгений.
- А имя у нашего проводника есть? – кокетливо посмотрела на него Лина.
- Гомер, - ответил юноша.
-Кто? – уставилась на юношу Светка.
- Дамы, не волнуйтесь, - продолжал Евгений, - наш новый знакомый – спасатель на этом пляже и очень приятный в общении молодой человек.
- А я уж подумала, что поэта воскресили, - пошутила Светка.
- Меня так честь деда назвали, - с улыбкой сказал Гомер. Голос у него оказался не по-юношески низкий и сильный.
- Так, ты грек? – удивилась Лина.
- Да. Угадали. А с именем не мучьтесь. Пацаны Гошей зовут, так привычней, - ответил Гомер и посмотрел на Лину, да так пристально, что она, девушка не робкого десятка, еле выдержала взгляд его черных бездонных глаз. Улыбнувшись, Лина сказала:
- Гоша, Вы меня заинтриговали! Такое интересное имя и голос… Прямо заворожили, ей-Богу! Ну что ж, будем знакомы: я – Лина.

И протянула руку. Гомер, несколько смущаясь, пожал ее. Лина почувствовала твердость и тепло ладони юноши. И это тепло вдруг отдалось в ее груди кратким сердечным волнением.
- А это Светлана – свет моих очей, - вставил с нарочитым почтением Евгений, поняв, что оплошал, не представив девушек Гомеру.

Все улыбнулись, развеяв смущение от первой встречи. Тут же было решено перейти на «ты».

- Девочки, все будет на высшем уровне, - сказал Евгений, когда Гоша, махнув на прощание рукой, ушел на свой пост, - Гомера мне посоветовали еще в Москве. Мол, есть такой паренек, может организовать шашлыки на диком берегу.
- Посмотрим, - с недоверием произнесла Светка, - как он будет следовать пролетарским курсом!
- Да, - подхватил тон Светки Евгений, - практика- критерий истины, - и добавил, - может, в ресторан, так сказать, для разминки?
- Спасибо, Женя, у нас еще базарный променад в Анапе, - сказала Лина, - так что до вечера!

Девушки забрали свои вещи и двинулись в сторону автобусной остановки. Евгений посмотрел им вслед и улыбнулся: таких красавиц закадрил! До вечера…А что там будет вечером…Вина надо докупить! Гоша все обещал взять с собой… но вина, может статься, будет мало: все-таки целая ночь впереди! С таким мыслями и легкой взволнованностью от предстоящего вечера Евгений пошел окунуться в освежающие черноморские волны.

НЕСКУЧНЫЙ ВЕЧЕР

 «Жигули-2103», ведомые Гошей, резво проехали по знакомому шоссе, свернули на проселок и уверенно добрались до дюн дикого пляжа. Дальше – пешком.
 
 Оставив мужчинам обустройство пикника, Светка и Лина пошли к морю.  Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в розово-красноватый цвет. Вечерний бриз освежал, а звук цикад гармонично вплетался в ритм моря. Полное умиротворение. Девушки прогуливались по кромке мелкого прибоя и наслаждались роскошью морского заката. 

- Вода теплая, - сказала Лина, - искупаемся?
- Не, Линок, после шашлыков, - сказала Светка и вдруг игриво произнесла:
 - Чуешь, Маугли, человечьим жильем запахло…

 У подруг была такая забава: после просмотренных новых фильмов называть друг друга именами персонажей или говорить фразами из этих фильмов.
- Да, Балу, пахнет дымом, - поддержала игру Лина, — но это не дым жилья…это запах горелых усов Шерхана!

И, действительно, потянуло горелым мясом. Девушки быстро вернулись месту пикника. Евгений с виноватым видом держал в руке шампур, на котором нанизанное мясо уже превратилось в угольки.

- Нет, - виновато улыбаясь проговорил Женя, - кухня — это не мое. Гоша, выручай!
- Женя, давайте я доделаю, - сказал Гомер, пригасив пламя в мангале.

Мангал Гомер с собой не возил, а прятал в песок у известной ему дюны. Впрочем, столик, пара складных стульчиков, а также домашнее вино, замаринованное мясо, шампуры, походные тарелки и стаканы, он привез с собой.
 
Ему, за умеренную плату, привозить сюда отдыхающих было делом привычным. Правда, всех подряд он не брал, а только убедившись в порядочности заказчика. Как он это определял никто не знал. Возил, пикник организовывал – в общем, зарабатывал свою копеечку в сезон. Вот Евгению в поездке он собирался отказать, узнав, что такой странный состав едет – мужчина и две девушки. Но, увидев Лину, передумал.

- Займусь более привычным делом, - сказал Женя и поставил на стол сулейку с домашним вином и свои бутылки. Ловко откупорив одну из них, он разлил вино по стаканам и произнес:
- За прекрасных дам, которые этот прекрасный вечер сделали незабываемым!
Евгений залпом выпил свой стакан, девушки осилили только по половине. Гомер отрицательно мотнул головой.
- Пардон, забыл, - улыбнулся Женя, - Гоша за рулем!

Отлично приготовленный шашлык, домашнее вино, анекдоты, которых, как выяснилось, Женя знал множество, практически не умолкающий девичий смех, - все поднимало настроение компании и жаждало продолжения пикника.

- Пока, не кружится голова, - поднимаясь сказала Лина, - надо искупаться. Кто со мной?
- Рано, - сказал Женя, - еще полная луна не освещает нам путь. Садитесь, мадмуазель, и возьмите свой бокал!
- Вот, контра, умеет же уговорить, - улыбнулась захмелевшая Светка, - в гимназиях, небось, обучались!
- Гоша, - обратилась к юноше Лина, - может, расскажешь о себе. Это так интересно! Настоящий эллинский юноша.

Гомер, присев на песок напротив Лины, улыбнулся и сказал:
- Не знаю, что рассказывать… Вот школу закончил в прошлом году, скоро в армию…если никуда не поступлю…
- Комсомолец? – с напускной строгостью спросила Светка.
- Конечно… Что еще рассказать…
- А говорите только на русском? – спросила Лина, - никто греческий не знает?
- Молодежь не знает. Мой дед с бабушкой говорили на греческом. А родители его почти не знают…Я только отдельные слова помню…Вот, интересно, - вдруг оживился Гоша, - я же слушал в детстве, как дедушка мне на своем языке сказки рассказывал, и я все понимал… даже сейчас помню многое, как будто это все когда-то читал…а языка деда не помню…

- М-да, бывает, - произнес Женя и добавил, наливая в стаканы вино, - пусть не порвется связь времен и наступит светлое будущее!
- За светлое будущее!  - поддержали его девушки.
- Гоша, - обратился к нему Женя, - а что это за дикий пляж такой? Мне друзья говорили, что он какой-то…особенный, а?
- Верно говорили, - не смущаясь ответил Гоша, - тут обычно загорают натуристы.
- Кто?  - повернулась к Гоше Светка, — это кто такие?
- Света, - перехватил вопрос Женя, — ну это такие, кто без всего загорают, понимаешь?
- Голяком? Ну, белая кость дает! И мужики?
- Ну, все, конечно! А ты, как думала?..

 Светка улыбнулась картинке, возникшей у нее в воображении. Лина улыбнулась мысли, что ни разу не купалась обнаженной в море ночью, а сейчас такая возможность представилась. Она посмотрела в сторону воды. Да, надо искупаться!
- Я купаться! – громко заявила Лина и, подхватив сумку с полотенцем и купальником, быстро пошла к морю.

Не дожидаясь никого, она скинула футболку, одним движением выскользнула из нижнего белья и зашла в воду. Полная луна прочертила на поверхности моря дрожащую дорожку света. По ней и поплыла Лина, наслаждаясь теплом морской воды.

Пока Лина неспешно удалялась от берега, Женя предложил Свете выпить на брудершафт. Осушив стаканчики, они обнялись и поцеловались. Гомер, чтобы не смущать своим присутствием пару, ушел к краю прибоя, сел на песок, и глядя на воду, которая мерно накатывалась на берег, думал о Лине.
 
Конечно, как любому парню ему нравились девушки, особенно, приезжие. Вчера он познакомился с такой… приезжей... Лина! И что-то перевернулось в его душе. Чувство, которое Гомер не испытывал раньше захватило его всего. Наверное, это была первая настоящая любовь. Чистая, светлая любовь к идеалу, которым в его мечтаниях она и представлялась.  Хотелось рассказать ей об этом чувстве, но выразить его в словах Гомер не мог, тем более произнести в слух.

- О, Афродита, пенорожденная богиня Любви!  - раздался за спиной Гомера голос Евгения. Это он со Светкой тоже подошел к воде, наблюдая, как Лина выходит из воды, ничуть на смущаясь наготы, вытирается большим полотенцем, а затем надевает халатик.
- Дед мне рассказывал об Афродите, - вдруг сказал Гоша, - я вспомнил, он мне рассказывал про войну в древности… он называл ее Троянской.
- Невероятно! – изумился Евгений, - твой дед знал «Илиаду»!..
Гоша пожал плечами:
- Не знаю, наверное…А что? Он говорил, что это наши предания, их надо помнить всем.
- Мужики, вы о чем? – встряла в разговор изрядно захмелевшая Светка, - идем купаться! И по правилам этого пляжа… в естестве!
- Да, купаться, - поддержал ее Женя тоже. – Эту ночь я посвящаю пантеону греческих богов и богинь! Лина, ты – Афродита, ты явилась нам из пены морской! Наш юный друг пусть будет Ахиллом!
- А я? – улыбнулась Светка.
-Ты…ты – охотница Артемида!.. Ты покорила сердце бога морей!

Женя театрально поклонился, приложив руку к сердцу. Девушки захлопали в ладоши. Гоша улыбнулся: эти гости были ему симпатичны.
- Ну, а я сейчас стану Посейдоном! - провозгласил Женя и не снимая шорт и рубашки с головой бросился в воду.
- Эй! Против правил заплыв, - услышал он вслед голос Светки, -фальш-старт, черт возьми! Штаны забыл снять!

 Но Евгений возвращаться не стал. Куражился.  Плавал он не очень хорошо, но морская вода держала и это придавало ему уверенности, так что двигаться было легко и приятно. Ему казалось, что плыть он может сколько угодно долго.
 Внезапно нахлынувшее волнение заставило Евгения остановиться.  Он обернулся. В темноте берега не увидел, и легкая паника охватила его. Куда возвращаться? Как далеко он от берега или хотя бы от близкого дна? Решил повернуть. Проплыл пару минут, остановился. Вроде бы мелькнул огонек мангала, значит, берег там! Эта мысль придала ему силы, и он снова заработал руками и ногами. Но очень быстро устал и перевернулся на спину. Как спасение, услышал голос Светки:
- Посейдон! Ты где? Я плыву к тебе!
- Светка! Я тут!
- Женя! Давай ко мне!

Женя снова перевернулся на живот и поплыл на голос. Он не знал сколько еще оставалось проплыть, но только попытка встать на дно окончилась тем, что он резко ушел вниз, глотнув морской воды…

Гоша! Гоша! Женька тонет! – раздался тревожный крик Светки. Лина и Гомер вскочил на ноги.
- Не мешай, я сам, - вдруг очень серьезно сказал Гомер, так что Лина даже не посмела ничего возразить. -  Останься на берегу! Надо будет – позову!
 
…Когда Гомер, подхватив Женю под руки, вытолкнул его голову из воды, самопровозглашенный властелин морей бурно закашлялся. Он не понял, что с ним случилось и где он сейчас.

Юноша вытащил Евгения на берег и, перевернув его на живот, приподнял обеими руками, так что тот сложился пополам. Через мгновение Женя, выпустив из себя остатки воды, снова закашлялся.  Гомер опустил его спиной на песок и сел рядом. Одновременно подбежали Лина и Светка.
- Женечка, ты как?  Живой? - упав на колени возле Жени, проговорила Светка.
- Только дыхание «рот-в-рот» мне поможет, - прошептал он.

Светка, не поняв, что это была шутка пришедшего в себя Евгения, «на автомате» прижалась своими губами и его губам, крепко зажав двумя пальцами его нос. Дышать стало нечем, и Женя дернулся, освобождая нос из крепких пальцев девушки.  Светка не мгновение отстранилась, но Женя, обняв ее снова прижал ее губы к своим губам.

- Вот это реанимация! – восхитилась Лина, - класс!.. Ну что, будем продолжать? Вечер перестает быть томным!

Светка, оторвавшись от поцелуя, отрицательно помотала головой. На том и порешили: свернуть пикник и возвращаться домой.

 Обратно ехали молча. Лина на переднем сидении, Светка и Женя в обнимку сзади. До Жени, после шока, наконец, дошло осознание того, как все могло закончиться...
- Гоша, - пытаясь найти походящие слова, прервал молчание Евгений, - без тебя… я.. в общем, твой должник по жизни…спасибо!..
- Предупреждали вас большевики: не купайтесь в пьяном безобразии, - не то в шутку, не то всерьез резюмировала Светка-комиссар.

Гомер с легкой улыбкой кивнул, продолжая следить за дорогой. Лина невольно залюбовалась профилем его лица, в полутьме так похожего на профили эллинских скульптур.

НЕОЖИДАННЫЙ ПОВОРОТ

Утром Лина проснулась одна. Наскоро позавтракав, она пришла в дом отдыха «Прибой», где, собственно, и проживал Евгений. Светка осталась с ним, сказав, что должна наблюдать за потерпевшим и, если потребуется, оказать ему первую помощь.
 
- Ну, что, подруга, оказала первую помощь? – улыбнулась Лина, увидев Светку, идущую под руку с Женей.
За Светку ответил Женя:
- И не только оказала, но и вернула пациента к жизни! – улыбнулся Евгений и добавил, - посидите в холле, я сейчас договорюсь о завтраке.

Евгений ушел в ресторан, а Лина, проводив его взглядом, спросила подругу:
- Ну, подруга, отведал комиссарского тела служитель Мельпомены?
-  Нормальный мужик. Только он не артист, - ответила Светка, - простой администратор в театре. Но это даже к лучшему…
- К чему лучшему? -  настороженно спросила Лина.
Светка помолчала и добавила:
- Он предложение мне сделал, понимаешь…
- Ну ты даешь, мать!
- Даю, - согласилась Светка, - предложил ехать в ним в Москву…Ничего… переведусь в первый Мед, а там посмотрим…
И решительно добавила:
- Ничего!.. ну, сбегаю замуж, может, потом вернусь…
- А любовь? - спросила Лина.
- Любовь?.. не знаю. Нравится мне Женька. Умный, интеллигентный… Да и со связями мужик. В наше время – это дорогого стоит, как думаешь, Маугли? Про любовь не знаю… так что ты поезжай в Ленинград одна.

В дверях ресторана появился Евгений и замахал рукой, мол, давайте ко мне! Вот что значит пробивной человек! Администратор!..

Оставшиеся дни отпуска Лина, Светка и Евгений проводили вместе: гуляли по набережной, валялись на пляже, купались.  Женя плескался под присмотром Светки в воде и Гоши с берега. Играли в карты. Женя научил девушек играть в тысячу, что позволяло хорошо скоротать время. В общем, отдыхали как могли.
Гомер долго не решался, но все же поборол в себе робость и пригласил Лину в кино на последний сеанс. Смотрели «Большую прогулку» с очаровательным и уморительным Луи де Фенесом. Насмеялись вдоволь. Гомер проводил Лину до дома, не проронив ни слова. Остановились у порога. Юноша посмотрел на Лину и крепко сжал ее руку. Что-то хотел сказать, но не решился.
 Лина улыбнулась:
- Гоша, спасибо за чудный вечер!
Она приобняла юношу и поцеловала. Гомер смущенно проговорил:
- Лина, я хочу сказать… я тебя люблю…
Лина погладила его по плечу.
- Мне никто не говорил таких слов… ты тоже мне нравишься! Честно!.. жаль, что послезавтра я уеду…
- Как послезавтра? Так быстро?..
-  Мы можем писать друг другу…как после пионерского лагеря…Но, Гоша, пойми, праздник когда-то кончается, я должна уехать, вернуться в институт…
Гомер молча посмотрел на Лину. В глазах его было недоумение: как? послезавтра все закончится? и она исчезнет из его жизни, быть может, навсегда…
- Приходи завтра на пляж, - только и смог он сказать, - кинешь монетку в море, чтобы вернуться…так все делают…
- Обязательно приду, - сказала Лина.
Гомер вдруг решительно обнял девушку и поцеловал в губы.
- До завтра, - попрощалась Лина, когда Гомер опустил руки.
- Да, до завтра…

Как и обещала, Лина пришла на пляж кинуть в море монетку «на счастье и возвращение в будущем году». Гомер встретил ее с улыбкой.

- Лина, ты самая лучшая на свете девушка! Я буду думать о тебе каждый день! – признавался юноша Лине.

 Лина слушала Гошу и светлой грустью наполнялась ее душа. Вот так случилось, что встреча с ней, Линой, пробудила в Гомере искру любви, а она не ощущала в себе ответного чувства. Он нравился ей, да. Но не более того.

 Гомер шел рядом, держа Лину за руку и ждал, когда она ответит. Лина это понимала и не знала, что сказать.
- Лина, - нарушил молчание Гомер, - я заработаю много денег и на будущий год возьму тебя в жены! Ты согласна?
Лина помолчала, глядя на море и, наконец, ответила:
- Прости, Гоша, я не могу тебе сейчас сказать «да» или  сказать «нет». Мне надо закончить институт и потом…пойми, пожалуйста, я ценю твои чувства… давай пока отложим мой ответ?
Гомер кивнул и, услышав, что его зовет старший команды, уже убегая бросил:
- Даже если ты ничего не ответишь, я все равно буду тебя любить!

ЗДРАВСТВУЙ, ГОРОД НА НЕВЕ!

На вокзале Лину провожали Светка и Евгений. Гомер не пришел. «Обиделся, наверное, мальчик», - подумала Лина, усаживаясь к окну купе. На перроне напротив Лины в обнимку стояли счастливые Светка и Женя.

 Раздался гудок тепловоза и состав тронулся. Светка замахала рукой, Евгений просто поднял руку в знак прощания. Лина в последний раз глянула вдоль перрона, но знакомую фигуру так и не увидела. «Точно – обиделся!.. Ладно, пройдет…это адреналин по сосудам гуляет», - подумала Лина.

- Приготовить билеты! – раздался в коридоре голос проводницы. Начались длинные часы двухсуточного пути до Ленинграда.

 С попутчиками Лине повезло: нестарые родители с парнем-подростком быстро расположились, познакомились и тут же предложили перекусить «чем бог послал!», потом пригласили Лину играть в подкидного, потом стелили полученное чуть влажное белье, потом снова играли в карты. Вскоре Лина, отказавшись от очередной партии дурака, забралась на свое место на второй полке и под мерный стук колес незаметно для себя уснула.

Поезд «Анапа-Ленинград» мчался на север, увозя бывших отдыхающих все дальше от теплых вод Черного моря. Там на анапском пляже, загоревшие северяне оставляли свои досады на обгорелые носы и плечи, пресыщенность бесконечными купаниями, впечатления от прогулок по набережной, танцев в ДК «Курортный» и невинных приключений. Там же остался вкус сухого вина на розлив, смех и улыбки, «вздохи- ахи» и так далее... И колеса состава на стыках отстукивали: и так далее, и так далее, и так далее…

…Через 46 часов пути состав начал медленно вползать между перронов Московского вокзала. Теряющие терпение пассажиры стояли в тамбуре и проходе, ожидая, когда закончатся бесконечные секунды торможения и вагон, дернувшись, остановится. Наконец, пассажиры оживилась и начали выходить. Дошла очередь и до Лины. Дорожная сумка, поднятая на весу, потянула девушку вперед, так что она почти выпала из вагона на перрон.

 Приехала! Чуть отдышавшись, она подхватила ношу и не спеша направилась ко входу в световой зал. Перекладывая сумку с плеча на плечо, Лина случайно подняла глаза и застыла в изумлении. Перед ней с букетом красных роз стоял Гомер.

- Гоша? – только и смогла произнести Лина, опустив сумку на асфальт.
- Здравствуй, Лина! Это тебе! – Гомер протянул букет. Лина взяла цветы и посмотрела с удивлением на него.
- Но как ты тут оказался? Чудеса, да и только!..
- Просто я захотел тебя еще раз увидеть, чтобы праздник не кончался.
Лина улыбнулась, вспомнив свои слова о празднике, и сказала:
- Гоша, прости, но по будням я другая, некрасивая.
- Нет, Лина, ты и сейчас лучше всех, - уверенно произнес Гомер, - я это теперь знаю точно.
- А, где ты остановился? – спросила Лина.
- Нигде. У меня через три часа самолет.
- Самолет? А зачем прилетал? – Лина посмотрела на букет, - мне подарить?
- Наверно… Просто я … хотел сказать… что… ты…что… я тебя люблю! Прости! Может, это что-то несерьезное…но я чувствую это как любовь…

Гомер обнял оторопевшую Лину, потом посмотрел в ее глаза – их бирюза снова заставила сердце юноши биться еще сильнее – и поцеловал девушку крепко, по-мужски. Потом он слегка отстранился, нежно сжал ладонь девушки и сказал:
- До свидания, Лина!
- Останься, Гоша, - прошептала Лина.

Гомер отрицательно мотнул головой, улыбнулся и развернувшись быстро зашагал через световой зал к выходу на площадь с тем, чтобы потом перейти Лиговский проспект, а затем Невский и войти на станцию метро «Площадь восстания» …