Улица Коммунистическая

Никогда я не был коммунистом – Бог миловал. Не люблю я шагать (или хотя бы числиться) в общем строю и жить по указанию вышестоящих партийных товарищей. Я, как кошка, предпочитаю гулять сам по себе.

К тому же мне представлялось, что слово «коммунист» является синонимом слова «карьерист». Хотя я понимал, что это не совсем так: среди коммунистов было немало обычных и честных трудяг.

В армии, помнится, командир роты предложил мне вступить в партию, но я отделался банальной отговоркой: «Не считаю себя достойным». Командир немного подумал и согласился. Понял: где я и где партийный билет! У меня взысканий было выше крыши, хотя и благодарностей не меньше. Но положиться на меня нельзя. Партийный билет я не потеряю – я человек ответственный. А вот пропить его вполне способен.

Свое отношение к КПСС я высказал, а теперь непосредственно перейдем к главной теме, которая указана в названии. Была некогда в нашем городе улица Коммунистическая, а теперь ее нет. Потому что однажды возникло желание (указание), чтобы в городе появились улицы с интересными названиями. Настолько интересными, что есть они почти во всех городах.

И что прикажете делать? Новые названия есть, а новых улиц нет. Так что надо переименовывать. Это строить улицы долго, а вот переименовываются они на раз-два.

Под раздачу попала и улица Коммунистическая.

На сессии городского маслихата особенно рьяно за переименование улицы Коммунистической выступал один немолодой депутат. При этом и коммунистов ругал. Хотя я уверен, что когда-то он сам был членом КПСС.

После сессии я подошел к нему и спросил:
- Вы это все всерьез говорили?

- Конечно! – твердо ответил он.

- Но почему? Вы ведь наверняка тоже были коммунистом.

- Потому что нас обманули. Нам обещали, что построят коммунизм, и не построили его.

Я удивился: неужели он всерьез верил в построение коммунизма? Я если когда и верил, то только в детстве. Но уже в молодости прекрасно понимал, что коммунистический принцип «От каждого по способностям, каждому по потребностям» нежизнеспособен.

Во-первых, если каждому по потребностям, то где же столько товаров найти? Людские потребности безграничны: даже то, что не нужно, расхватают в два счета. Да и как не взять, если на халяву?

И во-вторых, когда в магазинах все даром, то кто же станет работать и демонстрировать свои возможности? Дураков у нас нет. Положим, изобилие товаров еще можно создать, а вот человеческую природу не переделаешь.
 
Так что коммунизм – это утопия. В нашей стране даже с социализмом ничего не получилось: строили утопию, а вышла антиутопия, которую описал Джордж Оруэлл в романе «1984».

И ведь не только в нашей стране! Везде, где объявляли социализм, был сплошной Оруэлл. Особенно ярко это проявилось в Кампучии в середине 70-х годов прошлого века: массовые убийства людей (мотыгами или железными прутьями по голове, а то и просто давили бульдозерами), деньги были официально запрещены и валялись на улице, как ненужные бумажки. Тогда даже появилась фраза «Я тебя замучаю, как Пол Пот КампУчию». О том, как еще раньше страну под названием СССР замучил товарищ Сталин, советские люди в большинстве своем вспоминать не любили. Чужими делами они всегда интересовались гораздо больше, чем своими собственными.

Ничего этого я говорить депутату не стал, а только возразил: 

- Но ведь это не улица Коммунизма, а Коммунистическая. И так ее назвали потому, что строили ее в том числе и коммунисты.
 
- Все равно! Коммунистов больше нет! – заявил он.

И был неправ. Больше не было СССР, а вот коммунисты оставались. Знавал я людей, которые сохранили свой партийный билет.

Было на той сессии еще одно намерение: переименовать улицу Комсомольскую. Но большинство депутатов проголосовало против. Так что улица Комсомольская осталась. Во всяком случае, пока.

Я думаю, что улица Коммунистическая не устраивала и тех, кто в партии не состоял и в коммунизм не верил, и тех, кто в коммунизме разочаровался.

Зато комсомольцами были почти все. А комсомол никому ничего не обещал, он лишь отвечал «есть», когда партия говорила «надо».

К тому же от своей молодости так легко не отказываются.