Глава 7. Русская баня

К вечеру Варвара протопила баню, как и обещала. Она пришла за мной в номер и сказала, чтобы я собиралась, пока температура находится в пределах допустимых для новичков. Я уже ждала её прихода.

Баня была пристроена к зданию поссовета, поэтому я, накинув на голое тело халат, без труда и замешательства последовала за Варварой.

Корпус дровяной печи вместе с выходящей трубой через крышу находился в довольно просторном помещении, предназначенной для парилки. Печь целиком располагалась в железном коробе, засыпанном с низа у пола до самого верха мелкой и крупной речной галькой. Дрова в печь подавались со стороны комнаты отдыха через топочный канал, проходящий через смежную стену с парилкой. Деревянные лежаки шириной с полметра располагались напротив печи в два яруса буквой «Г». Парилка была довольно высокая и уютная, отделка всех стен и потолка в ней произведена из гладких кедровых досок.

- Так, Тонечка, набрасывай свой халат на любую вешалку, - сказала Варвара, показывая на крючки, висящие перед входом в помывочную комнату, - и ступай под душ, там есть мыло и мочалка, помой своё тело, только голову не мочи. Волосы на голове нужно мыть после всех банных процедур, для этих целей у меня приготовлена по особому старинному рецепту удивительная травяная шампунь.

Варвара хитро заулыбалась, поражая меня своей доброй открытой улыбкой.

- Не теряй меня, - скоро буду, только прихвачу свой халат, - сказала она и вышла из бани.

Я осмотрелась, прошла по всем помещениям, и лишь только намылила своё тело, как в помывочную ввалилась Варвара.

- А вот и я! – радостно сообщила она. – Ой, ты вся белая, как снегурочка!

Варвара стояла передо мной полностью обнажённая. Широкие бёдра и круглой формы торчащие груди придавали ей необычайно сексуальное обаяние. Она, словно русская Венера, сошедшая с картины художника Бориса Кустодиева, восхищала своим природным первозданным естеством. Варвара держала в руке берёзовый веник, смотрела на меня и загадочно улыбалась. Густые светлые волосы волной спадали до самого пояса, а мягкие плавные очертания всего тела с белой гладкой кожей и ярким румянцем говорили о её здоровье и физическом благополучии.

- Давай я потру тебе спинку! – просто сказала она и забрала из моих рук намыленную мочалку.

Варвара оказалась профессиональной банщицей. Она быстро и ловко намылила моё тело и занялась собой.

После мыльных процедур мы тщательно обтёрлись полотенцами и, одев войлочные шапки на головы, перешли в парилку. Как мне объяснила Варвара, такая банная шапка предохраняет от теплового удара, то есть спасает голову от перегрева. Потоки горячего воздуха распределяются неравномерно, и самая высокая температура находится наверху, на уровне головы. Поэтому плотный головной убор выполняет функцию барьера и не пропускает пар внутрь, сохраняя естественную температуру головы.

Для начала мы сели на нижнюю полку, чтобы наш организм привыкал и постепенно адаптировался к высокой температуре. В парилке было около 60-ти градусов. Варвара сидела рядом со мной и улыбалась. Я себя чувствовала расслаблено, комфортно и уютно. Мои сосочки от высокой температуры неожиданно набухли, потемнели и вытянулись. Варвара обратила внимание на такую удивительную трансформацию и весело засмеялась.

- Ой, Тонечка, какая ты нежная и чувственная!..

Вдруг хлопнула входная дверь в баню и послышались шлёпающие шаги. Я вздрогнула.

- Это Петя идёт! – успокоила меня Варвара. – Он сейчас подбросит ещё дров. Тонечка, ты же адаптировалась?! Хорошо себя чувствуешь?

- Да, нормально, – подтвердила я, – можно повышать температуру.

Дверь в парилку приоткрылась и в щель просунулась довольная широко улыбающаяся голова Петра Петровича.

- Как дела, девчонки! – задорно спросил он, с любопытством рассматривая наши обнажённые тела. – Парку добавляем?..

- Давай-давай, подбрасывай! Смотри, какой?! Ты чё тут подсматриваешь? Голых тёток что ли не видел? – увидев моё смущение, засмеялась Варвара. – Да ты не теряйся, Тонечка! Ольга, когда к нам приезжала, парилась вместе с нами в чём мать родила! А в Германии все мужчины и женщины вместе ходят в парилку только нагишом, одетыми там вообще запрещается появляться…

Я стыдливо сжалась и растерянно посмотрела на Варвару, а та только весело рассмеялась.

- Ой, Тонечка, да что же ты такая пугливая и робкая?! У тебя же красивая фигура! Вон какая аппетитная попка, да и сиськи так и сверлят желанием и страстью! Видела, как у Петьки моего глазки заблестели?! Ох, как он любит это дело! Ты ему понравилась, ведь не зря тебя к нам Ольга Владимировна прислала, она так и сказала, мол, помогите девчонке, а то совсем загибается без мужика. И мне своего Петьки не жалко для хорошей девчонки, тем более попросила моя лучшая подруга. Петька каждый день хочет, а я уже начинаю сдавать. Скажу честно, иной раз пытаюсь сачкануть, хоть и жалко его в этом ограничивать. Я его берегу от всяких шалав, желающих полакомиться чужим мужиком, да он и сам это понимает, поэтому всегда меня слушается. Я ему разрешаю полюбиться только при мне и с хорошей чистой женщиной. Так-то, Тонечка, не робей! Будь естественней, ты же очень нежная и сладострастная! Я вижу тебя насквозь! Не надо себя сдерживать, дай волю своим желаниям и эмоциям! А там, как Бог даст! А Бог всегда для хороших людей всё делает правильно! Вот так, моя хорошая!..

Я слушала Варвару, и меня всё сильней и сильней охватывал жар, а внизу живота, словно в печи, зарождался и начинал неистово бушевать страстный жгучий огонь.