Кошечка

Наташа с детства любила котов, и в их доме коты жили постоянно: разные, породистые и дворовые, пушистые и гладкошерстные. Сколько себя помнила, она всегда спасала и подкармливала бездомных и несчастных, часто пристраивала найденных и всячески любила всё мурлыкающее.

Пару лет назад умер её любимец, проживший около двадцати лет. В конце жизни он ослеп и почти не вставал, но она не соглашалась его усыпить и любила его до последней минуты. После того, как рыжего красавца Маркиза кремировали, она зареклась брать животных. Ей диагностировали «пролонгированную реакцию горя» (ПРГ): она не могла пережить утрату любимца, после его смерти у неё появилась стойкая и всеохватывающая грусть и тоска по умершему, или постоянная погруженность в мысли о нём. Она вспоминала, как привезла его когда-то блохастого от  подруги, вспоминала, как он спал рядом и даже как ловко научился сидеть на её плече во время прогулок. С ним в доме были связаны разные мелочи: поцарапанный косяк двери, мячик, с которым он играл, подстилка. Она не могла даже их выкинуть. В этом депрессивном состоянии она прожила два года. Квартира опустела, её никто не встречал, спала она одна, утром никто не мяукал и не будил. Всё, что раньше её немного раздражало, теперь вызывало грусть и боль.

Однажды, заведя машину ранним зимним утром, она услышала жалобное мурлыканье. Помня недавний сюжет из новостей, что зимой коты греются и залезают на колёса и под капот машин, она поспешила выйти и осмотреть машину. Каким же сильным было её удивление, когда действительно под капотом прятался крошечный котёнок. Рыжий, крошечный котёнок. Девочка.

Сердце ёкнуло. Рыжий. Она решила, что это знак свыше, и она просто обязана его спасти и подарить ему счастливую кошачью жизнь. Котёнок немедленно был отвезён в ветеринарную клинику, проверен и отмыт. Вел себя он скромно, не царапался и не орал. Если бы не заключение ветеринара, что животное абсолютно здорово, она бы задумалась, но тут сомнений не было, и она незамедлительно принесла его домой. Всё, что когда-то покупалось Маркизу, нашло новую хозяйку.

Счастье постепенно возвращалось в её жизнь, и со временем любовь и забота о новом питомце вытеснили боль утраты Маркиза. С именем она долго не задумывалась и назвала найденыша Маркизой. Она даже пыталась находить в ней похожие черты и придумала для себя версию реинкарнации кошачьих душ.

Возраст найденыша определили приблизительно, и когда он жил у Наташи уже шесть месяцев, начались первые странности. Однажды, проснувшись среди ночи, она почувствовала на себе острый, неприятный взгляд. Открыв глаза в темноте, она увидела два светящихся глаза.

— Маркиза, иди сюда, скорее ложись спать, — но кошка не пошла. Кошка продолжала, не шевелясь, смотреть на неё своими светящимися ярко-зелёными глазами.

Кое-как справившись с неприятным холодком внутри, она заснула. Утром миска Маркизы была нетронута. С этого дня кошка перестала пить и есть, она постоянно ходила за хозяйкой и внимательно смотрела за всем, что та делала. Кошечка не сводила с неё своих бездонных глаз.

Наташа начала озираться в собственной квартире. Появился странный липкий страх. Она не могла понять, почему стала бояться кошки. Также объяснить себе, чего именно она боится, было невозможно.

Зоопсихолог не помог. Объяснения найдено не было. Кроме банального "уделяйте ей больше внимания, обозначьте границы, чаще играйте", объяснить поведение кошки было невозможно. Маркиза никого к себе не подпускала и бросалась на каждого, кто пытался приблизиться.

Наташа попробовала на ночь закрываться, тогда кошечка орала так, что соседи в очередь выстраивались у её двери. А царапины от когтей испортили древесину навсегда.

Со временем её страх перерос в паранойю, она боялась идти домой, боялась поворачиваться к ней спиной. Но скоро стало ещё хуже, кошечка начала нападать. Исподтишка, внезапно, больно. Раны не заживали.

Решение пришло само: надо прощаться. Приглашённый врач в окровавленном халате вышел, разведя руками, через тридцать минут.

— Ваша кошка сиганула в окно, она практически воспарила в воздухе и исчезла, — кровь капала с его разодранной до мяса руки.

— Что вы говорите? Куда она могла исчезнуть? Надо поискать...

— Вы меня слышите? Я не брежу, она исчезла, а вот мне теперь сорок уколов от бешенства делать, и чем там ещё ваша животина болеть могла. Надо же, бред какой, — ветеринар бормотал несвязные слова, спускаясь по лестнице.

— Кошки в квартире и правда не было, лишь клоки шерсти на форточке.

Через неделю у Наташи началась необъяснимая аллергия. Врачи разводили руками и предполагали всё что угодно. Она начала медленно угасать. Находясь в состоянии непонятного бреда, она увидела странный сон: маркиз, её любимый маркиз, первый, тот самый, открывает ей двери, стоя на задних лапах, и приглашает её войти в какую-то белую бесконечность.

— Мяу, я не мог быть здесь без тебя. Ты должна быть рядом, и мы послали за тобой. Ты должна жить здесь.

Больше она не проснулась.