Без альтернативы

Европейское «гражданское общество» возмущается в интернете: украинцы совсем обнаглели, ставят Западу ультиматумы.
«Почему они от нас требуют? Разве они не должны просить?»
«В лексиконе украинцев отсутствует слово «пожалуйста»!»
То есть украинцами-воинами они восхищаются: «свободолюбивый народ мужественно отстаивает свою независимость». Но их возмущает наглость украинских властей: независимость-то всё-таки украинская, по какому такому римскому праву они хватают Европу за горло? Мол, это наша, Европы, добрая воля помогать вам или не помогать.
Повозмущаются-повозмущаются, но никуда не денутся: будут и дальше довольствовать украинцев смертоносным оружием, потому как на самом деле нет у них никакой своей доброй воли. Волить они будут то, что внушит им их Министерство Правды. Ему ничего не стоит заставить хор из миллионов бараньих глоток блеять на чёрное «бе-е-е-елое». Россия – «агрессор», «сила зла», Украина – «невинная жертва», «сила добра», - так оно определило, и мало кому по силам на Западе противиться такой пропаганде.
Благодаря ей европейцы убеждены: русофобский майдан, сдетонировавший войну, был актом мирного преображения Украины. Украинцы, - всерьёз полагают они, - воюют за право разговаривать на родном языке, и никому из честных филологов не позволят им донести, что украинский народ не менее русскоязычен, чем ирландцы англоязычны, бретонцы франкоязычны, а каталонцы испаноязычны,  что украинцы воспринимали русский язык как общий литературный язык всех восточных славян и что даже «свидомые украинцы» тяготятся искусственными нормами официальной мовы, в обиходе пользуясь если не русским, то суржиком, который украинская власть преследует не менее оголтело, чем русский язык.
Украинцы воюют вовсе не за украинский язык и даже не за независимую Украину, они воюют за «светлое европейское будущее», то есть за Украину, зависимую от Европы. Они рвутся в Евросоюз, потому что он кажется им потребительским раем. Именно ради потребительских «идеалов» они пошли на каиново предательство.
Народ практичный, они понимают: за всё надо платить, никто им на дурнячка не даст притулиться к богатой и сытой Европе, - потому и позволили превратить себя в военный таран против брата. Но поскольку гибнут-то они теперь не понарошку, то, само собой, рассчитывают на что-то большее, чем европейское восхищение. Баре, вовлекшие их в кровавую катавасию, жмотиться не имеют никакого морального права, - так считают они. «С какой стати, - недоумевают, - нас обвиняют в наглости?»
Эта война уверила украинцев: никто не посмеет теперь не пустить их в НАТО и в Евросоюз. Они не допускают, что тамошние вершители их судеб сценарий расписали совершенно иначе, что западные стратеги совсем не заинтересованы в усилении Украины, потому что им, в отличие от оболваненных незалежных долдонов, прекрасно ведомо: украинская русофобская идеология – искусственная и постановочная, в действительности Украина – это, конечно, Россия, часть Русской цивилизации. Чем больше погибнет на этой войне украинцев, тем меньше русских останется на земле, тем легче будет подчинить Украину ляхам, немцам, британцам, евреям – реальным претендентам на роль управляющих этим жирным фольварком. Если же кто-то из особо ретивых бандеровцев, из тех, кто одинаково ненавидит и «ляхов», и «москалей», и «жидов», посмеет бузить, с ними разделаются точно так же, как разделались, например, с Пиночетом, после того как он сделал своё грязное дело «во славу западной демократии». Репрессии против украинских нацистов будут представлены миру как её, этой демократии, торжество. Вполне допускаю, что их даже будут судить за геноцид в отношении русского населения Донбасса и Таврии, - надо же будет на кого-то списать свои собственные преступления. Заодно европейским широким фейсбучным массам будут открыты заслонки, чтобы они могли выпустить пар и отыграться на «хамах» с востока: европейское расистское высокомерие будет по новейшим методикам канализировано в ненависть к «политическому экстремизму».
Сами украинцы, после того как почувствуют себя околпаченными, возможно, вспомнят о своём русском достоинстве. Кто знает, может, тогда, действительно, даже «у последнего подлюки проснётся русская совесть». Гоголь верил в это, почему бы и нам не поверить? Проснётся совесть, заноет серденько и застенает козак: «Руина! Руина! Опять Руина!». И посыплет голову пеплом, и обругает себя «каиновым отродьем».
Ничего фантастического в таком сценарии нет. История Малороссии полна головокружительных превращений.   

2022