Киев, прощай, в добрый путь!

— Сара, Чайника позвали?
— Машенька, я Вас умоляю, шо Вы как здрасьте? Придет Ваш Чайник за ни за что покушать! Разве он когда пропускал праздничные обеды?
— И то правда! А Иван Израилича?
— Ваня тоже будет! Придет еще прохвост Васо.
— А его кто позвал?
— Машенька, он же грузчик! Грузчиков надо кормить в первую очередь! Вам же на следующей неделе переезжать!
— Да, да! Спасибо Вам, Сарочка! Как бы я без Вас!
     У тети Маши с утра готовились к приезду Милы и ее подруги Иры. Девушки прибывали на помощь тете. Задуман был большой переезд из Киева в Воронеж. Столько вещей надо собрать, подготовить, контейнером железнодорожным отправить. И, конечно, кто откажется побывать в Киеве? Пройтись по улицам, украшенным цветущими каштанами, прокатиться на “Ракете” по Днепру, отведать настоящий Киевский торт!
     Девушки прибыли на железнодорожный вокзал в двенадцать двадцать. Встречать их отправили того самого Чайника (Иван Павлович Чайник, доктор отоларинголог, по совместительству сосед тети Маши и тайный ее поклонник). С Милкой они были знакомы ещё с прошлого её приезда.
     Как только поезд подошел,  Чайник бросился к пятому вагону, в котором ехали Мила и Ира. Тетей Машей ему было четко наказанно: “девочек встретить и как можно скорее доставить”!
— Иван Палыч! — Мила, приветственно улыбаясь, махала рукой Чайнику. Они с Ириной уже вышли из вагона и шли в сторону вокзала.
— Ну вот, не успел! — с досадой ответил Иван Павлович.
— Да это ничего! Нумерация с хвоста, поэтому мы далеко оказались! Здравствуйте! — Мила обняла старого знакомого, — Иван Палыч, познакомьтесь, это моя подруга Ира!
— Очень приятно, Иван Павлович! — Чайник приподнял шляпу в знак приветствия, — Позвольте, девушки, ваши сумки!
— Ой, они легкие, мы же всего на пару дней, крестной помочь (тетя Маша по совместительству звалась крестной Милы, хотя на самом деле таковой не являлась, но это уже совсем другая история), — Мила протянула свою сумку и подтолкнула Иру. Той было неудобно самой отдавать, однако Иван Павлович ловко уместил обе сумки в одной руке, они действительно были легкими, и взял Милу по руку.
— Ну что, прогуляемся или на трамвае? — спросил Чайник, хотя заранее знал ответ.
— Конечно пешком, Иван Палыч! — хором ответили девушки.
— Только мы хотели еще торт Киевский купить, помнишь, Мил, — Ира в Киеве была впервые и ей очень хотелось попробовать торт, так сказать, из первых рук.
— Что Вы, Ириночка! Мария Сергеевна через Зину Поликарповну достала торт сегодня в пять тридцать утра прямиком с фабрики! — Чайник был удивлен вопросу, ведь тетя Маша всегда встречала гостей именно Киевским тортом.
— Отлично, тогда идем к тете Маше, — обрадовалась Ира.

— Машенька, кажись, идут, — крикнула Сара, отправленная на разведку.
— Ну слава Богу! Что ж так долго? — тетя Маша уже начинала переживать.
— Так пешком же! Иван Палыч наверняка целую экскурсию устроил! Я Вас умоляю, Машенька, не волнуйтесь, уже ж пришли! Я зову Ванечку? — Сара подошла ближе к окну.
— Зовите, зовите Ивана Израилевича! Сейчас за стол! И рыбу, рыбу пусть не забудет, — тетя Маша, накинув на плечи шаль, сама вышла встречать дорогих гостей. На пути ей встретился Васо.
— Тетя Машенька! Уже садимся? — Васо с утра ничего не ел, берег место для праздничных блюд!
— Да ну тебя, Васо! Поднимайся, занимай место! Встретить же надо сначала!
     Гости уже и сами вошли в подъезд. Мила бросилась обнимать тетушку, Чайник вытерал скупую слезу под очками, то ли от радости встречи, то ли от осознания отъезда тети Маши, а Иру вдруг окружил своим вниманием Васо.
— Дорогие гости! Рады вас видеть! Просим, просим! Уже заждались, проходите наверх, пожалуйста, — заливался он соловьем, пытаясь взять Ирину под руку.
— И правда, Васька прав! Идем в хату, чего мы в дверях-то! — тётя, Маша увлекла крестницу наверх по ступенькам. Следом за ними поднимались Сара и Иван Израилевича со своим знаменитым фаршированным карпом на большом блюде, Васо подталкивал Ирину, а завершал шествие Чайник, который не на шутку расплакался от переполнявших его эмоций.
     Обеденное застолье плавно перетекло в ужин. Тетя Маша поджарила молодой картошечки на сливочном масле, а Сара принесла из дома форшмак. Мила с Ириной в четыре руки быстро натерли салатик из яйца и плавленного сырка. Чай с тортом пили два раза. После обеда и после ужина. Киевский торт действительно самый вкусный в мире!
     Поздним вечером, когда все разошлись по домам, тетя Маша с Милой сидели на кухне. Ира легла спать пораньше, много впечатлений уморили девушку.
— Грустно мне, Мила, отсюда уезжать. Вот и Ивана Яковлевича (муж тети Маши — прим. автора) моего не стало. Я и сама к вам поближе хочу. А здесь… Здесь почти целая жизнь прошла… — тетушка тихо вздохнула.
— Ну не расклеивайся, крестная! Дома-то оно всегда лучше! — Мила старалась поддержать, хотя понимала, что тете тяжело будет уезжать.
— Ладно, так все это… Ты вот что лучше послушай. Вещи собирать дело конечно важное. Только завтра обязательно в Лавру пойдем. Обязательно! — тетя Маша тихонько стукнул ладонью по столу.
— В Лавру, так в Лавру, — ответила Милка, — мы еще хотели на Ракете покататься.
— Вот, завтра в Лавру сходим, там поклонился Святым отцам, на белочку Раисы Максимовны (Р.М. Горбачева посещала Киево-Печерскую Лавру в феврале 1989 года и даже посадила там елочку —  прим. автора) поглядим. Она была у нас тут в начале года. Потом погуляем, на Днепр сходим, по Крещатику пройдемся, мороженое купим. И вы город посмотрите и я с ним попрощаюсь, — у тети на глазах на секунду блеснули слезы.
— Хорошо, так и сделаем. Давай теперь еще по кусочку тортика для настроения, и спать, — подмигнула ей Мила.

      Утром, позавтракав яичницей, девушки с тетей отправились в Лавру. Пришли они, конечно, опоздав к началу службы. Литургия подошла к концу, стояла очередь к Причастию. Тетя Маша, подталкивая по очереди то Милу, то Иру, направляла их к Чаше. Время было такое, что правила подготовки к Причастию знали не многие. Однако ж, Господь допустил их с чистым сердцем и намерением. Причастившись Святых Христовых Таин, девушки с тетей пошли к Пещерам, поклониться Святым отцам Киево-Печерским. На обратном пути и елочку посмотрели.

     День был солнечным и очень теплым. Ракета несла по Днепру своих пассажиров, разбрызгивая речную воду и оставляя две линии на водной поверхности. Ветер поднимал эти брызги и бросал в лица седоков на палубе. И маленькие радуги возникали то тут, то там! Девушки смеялись, не успевая разглядеть их все. А тетя Маша смотрела вдаль, думая о чем-то своем, скорее грустном, чем веселом.
     После Ракеты отправились на Крещатик. Там, в городском кафетерии продавали лучшее мороженое в Киеве! Оно подавалось в  высоких медно-никелевых креманках. Шарик сливочного, шарик шоколадного и шарик Фантазии (розовое мороженое с банановый вкусом — прим. автора)! Только ради этого мороженого и, конечно же, свежего Киевского торта, можно было приехать сюда!
     День пролетел быстро. Девушки были очень довольны насыщенной прогулкой. А тихая грусть вдруг исчезла из тетиных глаз. Теперь нужно было заняться делами. Следующие три дня шла усиленная работа по упаковке многочисленной посуды, статуэток, вещей, мебели, зеркал и прочего. Когда все было готово, грузчики, под руководством Васо, погрузили все в ЗИЛ и отвезли на вокзал. Там уже был заказан железнодорожный контейнер для перевозки скарба.
     Мила с Ирой уехали днем раньше. А тетя Маша отправилась в один день с поездом, в котором были ее вещи. По прибытии девушки встретили тетушку в Воронеже и уже помогли разобрать вещи в новой квартире.