Миротворец

Глава 1.
В первых числах марта, вечером, на голову водителя мусороуборочной машины Кулебякина упала с крыши прямо на голову большая сосулька. Зимняя шапка смягчила удар, но не спасла от сотрясения мозга: в глазах Онисима Петровича потемнело, ватные ноги перестали держать его, и он, потеряв сознание, упал. Два бродячих пса решились подойти к нему, обнюхали его пакет с продуктами, лежавший рядом; когда Петрович открыл глаза и, поеживаясь от холода, встал – собаки побежали дальше, знакомой для них дорогой. Дрожа от холода и охая, придерживая обеими руками голову, Онисим Петрович кое-как добрался до своего дома. Петрович находился на пенсии, но продолжал работать на «мусорке»: водил мусороуборочную машину, помогал напарнику разгружать контейнеры с мусором. Проживал он в барачном двухэтажном доме, в однокомнатной квартире, вместе с женой пенсионеркой и незамужней дочерью. После полученной травмы головы Петрович слег; жена и дочь ухаживали за ним: делали холодные компрессы на голову, давали от головной боли цитрамон, поили малиновым чаем. Жена, Авдотья Павловна, позвонила на работу мужа, сказала, что с ним случилась беда, что дня за три он должен поправиться. В течение трех суток Петрович не поправился, продолжал страдать от сильных головных болей, но в поликлинику не пошёл и законного освобождения от работы не имел. Вместе с горами мусора на обслуживаемой им территории росло и недовольство начальства Петровича. Когда же он вышел на работу, рабочее место пенсионера занял другой работник и наш герой стал безработным. Унылой чередой стали тянуться для Петровича дни и месяцы, он долго не мог привыкнуть к новому образу жизни российского пенсионера, потерявшего работу. Петрович вставал, по привычке, рано, пил несколько кружек чая с баранками или сухарями, а затем блуждал по городским улицам в поисках чего-то, чего он и сам не знал. Так бы еще долго тянулась однообразная жизнь его, если бы одно обстоятельство не заставило его «встряхнуться» и пересмотреть свое отношение к людям. Однажды, перед Рождеством, загулял Онисим Петрович с бывшими коллегами по «мусорке». Сидели они долго, выпили спиртных напитков много; когда вернулся Петрович домой, то, к своему удивлению, не нашел своего мобильного телефона. Жена и дочь стали непрерывно звонить на номер потерянного мобильника, но в телефонной трубке раздавались только длинные гудки. «Ах, ты, старый пьяница», «Ах, ты, безмозглый дурак», - ругались они. Хмель из головы Петровича испарился, обидно было за то, что мобильник был подарком ему от жены и дочери к сорокалетию семейной жизни с Авдотьей Павловной и стоил он больше, чем его месячная пенсия.  Когда закончились все сигареты в пачке Онисима Петровича, а у его жены и дочери бранные слова, вдруг зазвонил телефон жены, на котором высветился телефон мужа. Все трое бросились к мобильнику, а из трубки прозвучал мужской голос:
- Алло, здравствуйте, вы, случайно, не теряли свой мобильный телефон?
- Вы только не бросайте трубку! Еще как теряли! – срывающимся голосом ответила Авдотья Павловна, - А где вы его нашли?
- Недалеко от продовольственного магазина в Юбилейном, - ответили на другом конце, - Вы только не волнуйтесь, пожалуйста, ваш телефон в добрых надежных руках. Сейчас уже поздно, вы подходите завтра утром, часов в 10 по адресу, который сейчас высветится на вашем телефоне, хорошо?
- Хорошо, хорошо. Мы прилетим, а не придем. Спасибо вам большое, а то мы совсем с толку сбились, неизвестно что начали думать, уже не надеялись мобильник вернуть, он такой дорогой и совсем еще новый. На следующий день Онисим Петрович сбегал утром в магазин, купил бутылку водки и мигом очутился у порога указанного дома. Его ждали, дверь открыл седой мужчина.
- Вы за телефоном?
- Да, вот жена послала, сказала, что мой мобильник нашелся, еще сказала адрес, вот я и пришел.
- Забирайте ваш мобильник и больше его не теряйте.
- Я пузырь взял, - сказал Петрович, расстегивая верхние пуговицы на куртке и доставая бутылку.
- Ничего нам не надо, - сказал седовласый мужчина, - я после болезни, мне пить спиртное нельзя - Извини, друг.
- Понятно. Спасибо еще раз.
Онисим Петрович задумался и добавил:
- Я бы, дорогой товарищ, поступил бы точно также, как и вы!
Всю обратную дорогу Петрович думал о том, что без хороших людей, было бы жить на этой планете тяжело и безрадостно. Потом долго обсуждал Онисим с женой, дочерью, соседями потерю и, чудесным образом, возвращение своего мобильника. Радовались они за себя и не только. После этого случая стал Онисим Петрович смотреть на людей иначе, стал думать о людях лучше, потянуло его к добрым и полезным поступкам. Скоро стали замечать близкие люди непривычно задумчивое выражение лица его, появилось у него и новое занятие: стал он делать на дому из пластиковых бутылок кормушки для птиц, покупал для птичек большие пакеты с семечками подсолнечника, готовил дома каши для желтопузых синиц и серопузых воробьев. Потом придумал он себе еще одну работу: Начал строить в лесу из дерева места для отдыха людей; выбирал в лесу места между деревьями, где свободно ложился срубленный длинный ствол; положит дерево – вот, считай, скамейка и готова. Сделает чурбан потолще, вкопает его снизу в землю, сверху доску прибьем – вот и стул для отдыха готов. Стали чаще люди в лес ходить, приятно было отдохнуть на скамейках и стульях Онисима Петровича. Настоящим благодетелем почувствовал себя наш герой и стал мечтать: что ему такое, по-настоящему, большое и важное сделать для народа. И задумал маленький человек остановить большую войну.
Глава 2.
Смотрит Авдотья Павловна на своего Онисима и видит, что закручинился её старик, опять ходит мрачный. Изменился муж её: в лес стал ходить реже, все больше курит, да газеты читает; раньше бывало телевизор она одна смотрела, а теперь от новостей по телевизору старика не оторвать; стала замечать Авдотья Павловна слезы на глазах мужа «Нет, думает, надо распросить старого, может заболел?» Сидят как-то они вечером вдвоем, чай пьют.
- Ты, Онисим, что-то слезлив к старости стал, аль заболел?
- Не заболел, разговор у меня созрел, да все душу открыть не решаюсь.
- Что за разговор, давай выкладывай.
- Ты помнишь, Авдотья, нашу жизнь молодую?
- Ну, помню. Ты что, про любовь хочешь поговорить?
- Да нет, при чем здесь любовь. Я про жизнь нашу молодую.
- Вот, значит, что вспомнил, молодым, значит, себя почувствовал.
- Опять ты меня сбиваешь. Я о другом, помнишь, как в советское время мы все дружно жили: и русские, и белорусы, и армяне, и грузины, и евреи, и украинцы. Все были нам друзья – товарищи. Чужие дети были как родные.
- Ты еще вспомни, как мы БАМ строили, как на Украине Чернобыльский реактор спасали, как Армению после землетрясения восстанавливали.
- Вот, наконец-то до тебя доходить мои мысли стали.
- Ладно, проехали, что ты сказать мне хочешь?
- Хочу сказать, что какой я ни есть простой человек, а токо понимаю, что теперь все перекрутилось и запуталось. Сколько Ивановых, Петровых, Сидоровых на той стороне, столько и у нас. Сколько Александров, Николаев, Степанов у нас, столько и у них. Не могли вчерашние братья и друзья так быстро в смертельных врагов превратиться, что-то здесь не так, понимаешь? Молодые не могут того знать, что все мы одни песни пели, друг к другу в гости ходили, русские бабы от армян, евреев, грузин детей рожали и радовались, а про белорусов и украинцев я вообще молчу. Теперь же я смотрю и вижу: война людям мозги перевернула. Вот какая штука.
- Да, все запуталось, ты, когда на спиннинг рыбу ловил, у тебя леска так запуталась, что потом не один час распутывал. А тут все на большой кровище замешано, тут, чтобы распутать не просто умных надо собирать!
-Я хочу на днях пригласить к нам в гости на ужин моего бывшего напарника по мусорке, Степку Копчика. Он хоть и без образования, но мужик бойкий.
- Давай, а я пирогов напеку и винца по стаканчику выпьем.
В субботу, ближе к вечеру пришел к ним Степка Копчик. Много ел и пил. Долго ему старики свои мысли высказывали. Внимательно слушал их Копчик, а прощаясь, спросил: «А вы не боитесь?». Дали гости Кулебякину гости денег на обратную дорогу. Такси вызвали и отпустили «с богом».
Глава 3.
Рано утром, в понедельник, сидя в своем кожаном кресле, начальник Управления Федеральной Службы Безопасности России по К. области извлек из незапечатанного конверта белый лист бумаги, на котором от руки был написал с ошибками следующий текст:
Уважаимые защитники Расии от унутрених врагов ваша кантора работаит правельно но не знает что под носом у руского народа замышляется зладейство и састаит оно в апасных мыслях насщет вайны и нашева строя в доме номер 21 што на улице балотнай живет савмесна с женой и дочкай апасный пенсеанер яврей и антисимид анисим кулебякин ево немедлено нада прищучить и призвать к парядку я давно прощупал эту семейку касаемо их мыслей когда разговаривал с ними один на двоих они живет на втором этаже а еще когда пайдете их брать там на леснице сломана ступенька на поскальзьнитесь когда пойдете и будте астарожны ВАШ АНАНИМ

Начальник Управления ФСБ вызвал своего заместителя, передал ему письмо анонима, а затем спросил:
- Что на это скажешь?
- Письмо написано правшой, но левой рукой.
- Я тоже заметил.
- Если бы мы, как этот недоучка пишет, прищучивали всех советских пенсионеров-миролюбов, то их через месяц некуда было бы сажать. Другое дело – этот АНАНИМ!
- По всем приметам, это наш человек. Надо с ним поработать, он, думаю, не будет возражать. Когда его откопаете, подари ему с десяток чистых конвертов.